Передатчики модуля дальней гиперпространственной связи выходили компактным шаром на покрытой броней поверхности диспетчерского модуля станции. Вокруг них раскинулись целые грозди батарей ПКО и точечной защиты, а еще тут были смонтированы дополнительные модули защитного поля — уж слишком дорогая это штука. Если вдуматься, то большую часть кирзанита отдали как раз за него и за лицензию оператора, которая к нему автоматически прилагалась. Тут ведь всё очень не просто. Если есть в сильно удаленной системе есть стационарный модуль гиперсвязи, значит, почти все корабли могут его каналами передачи пользоваться по умолчанию, правда, если предварительно заключили договор обслуживания и выкупили объем трафика. Но проблем, как правило, с этим не возникает, и все и всегда этим пользуются, и исключения составляют только зоны государственных конфликтов и отсутствие на самих кораблях нормальных передатчиков. Это к центральным системам не особо относится, так как там заселенных планет море и малые модули связи ставят на корабли. По сути, всё то же, но к конкретным узлам передачи данных становишься не привязан, да и стоят эти малые модули совсем недорого, да и трафик оплачивается по факту.

И совсем другое дело у нас. У нас в дальней дали, как очевидно, до Содружества ничего не добивает, даже наше пусть и не новое, но очень серьезное оборудование. Наш передатчик уверенно добивает до Биры — это относительно заселенная сельскохозяйственная планета в нашем секторе, где местные корпораты тоже разорились на модуль дальней связи, ну им понятно, надо продукцию сбывать. А поскольку натуральные продукты именно в центральных мирах Звездного Содружества крайне ценятся, то вложения были оправданы. Сейчас вот к ним присоединились еще и отчисления от нас за использованный трафик. Потом они заплатят остальным узлам за исходящий свой трафик, и так будет до конечной точки. И за всё это корпорация гарант связи получит свои пять процентов роялти. По итогу неплохо так должно набегать. Но и мы тоже с этого доход получаем, так как входящий с прилегающих систем трафик оплачивают уже нам, и в него входит как плата Бире, так и роялти связистов, плюсом наш доход на обслуживании и процент прибыли. То есть связь как бы подкармливает сама себя… Такая вот система. Единственный тонкий момент во всём этом — теперь в соседних системах могут поставить дешёвые модули гиперсвязи и, выкупив часть нашего трафика, спокойно себе с Содружеством общаться. Мы по сути стали узлом в этих системах и отказать никому не можем, так что монополии не выйдет. Одна отрада, так это то, что поток с нашей станции имеет приоритет по отправке перед остальными. Так что торговля ценными бумагами на бирже и на аукционах была бы у нас вполне реальна, если бы не лаг в передаче в одиннадцать часов с учетом буферезации. Понятно, что эманации гиперпространства распространяются в самом гиперпространстве куда намного быстрее материальных объектов типа кораблей, в нем летящих. Но и кораблю лететь от нас до той же Федерации Орфей месяц, и это если спешить, в экономичном так все два, а до центральных миров и не меньше четырех, если прямо по радиусу идти и крюк не делать. Так что связь — это очень важно и очень дорого и выгодно, оказывается, как это ни странно.

Запущенные остальные малые модули начали выдавать первую продукцию. Модуль по производству электроники сейчас был занят печатью оснастки для восстановления и переделки захваченного носителя. Особой скоростью производства он совсем не впечатлял, но те же энеговоды делал просто на заглядение. Тут же у них какая особенность, что делает их такой занозой в заднице у всех обладателей мощного энергетического вооружения? Они должны быть неразъемными от самого реактора и до узла непосредственного потребителя, иначе, если делать муфты, то там обязательно при очередной нагрузке полыхнет так, что может и само подключенное оборудование из строя вывести на некоторое время, пока защита не отключится. Тогот это проходил не раз, возясь с куда меньшими энергетическими потоками на старье, которое на ОПЦ восстанавливал. Именно благодаря этому опыту на «Матадоре» аварий такого рода и не было, иначе всё могло бы плохо кончиться, откажи наш главный калибр во время боя. А этот модуль печатал их целиком и какой хочешь длины, и это так воодушевляло, что решили всю энергопроводку на носителе поменять, благо после выноса мостика и разрушения целого сегмента центральной части корпуса ее всё равно надо проверять, тестируя чуть ли не каждый сантиметр.

Вторая печатная камера модуля сейчас печатала то, что в Содружестве заменяет платы, по сути похожи, но выглядят как испещренные светящимися жилами брусочки с высокотехнологичными гнездами разъемов, чтобы их в кластеры собирать. Ну и отдельно места для посадки кристаллов процессоров. Когда говорится «кристалл процессоров», это именно кристалл с мутной техноузорчатой структурой внутри. Как правило, бесцветные, но могут быть и варианты, функционала не несущие. Хотя, поскольку это комбинированная фотонно-электронная технология, то возможны варианты, но в спецификации на характеристиках никак не отражающиеся. Всё это идет прямиком и только на носитель, и пока его не введут в строй, никто и ничего с этого производства не получит. А там уже очередь выстроились, и только внутренняя потребность станции в дроидах загрузит его надолго…

Малый модуль переработки концентрата, не путать с конвертером — вещи сугубо разные и имеющие между собой технологическую пропасть в несколько эпох. Он тоже работал на пределе сил, но занят был выплавкой готовой металлической продукции, если точнее, то элементов усиления каркаса, которые отливались сейчас в пространственно-силовом поле, потом их будут пресовать направленные двусторонние гравитационные импульсы до заданной прочности. Тут же всё очень непросто, и прессовка идет многовекторная и со всех сторон одновременно, так что прочностные свойства металла и свойства готового изделия из него совершенно несопоставимы. А вот масса одинакова. То же самое происходит, когда изготавливаются бронеплиты. Вот только из-за того, что рабочая камера у этого модуля только одна, то и силовые элементы, и бронеплиты делаются едиными на довольно большие участки, так элементарно быстрее, ведь изделие за раз делается только одно. Но довольно быстро. И это комплекс, на поточное производство не рассчитанный и вообще промышленным не считающийся. Если у промышленного таких камер под пару сотен, а скорость еще выше, то я понимаю, почему нам его не продадут в Орфее ни при каких условиях — мы же им ничего поставлять не будем, а весь сектор завалим дешевой броней и всем остальным, вплоть до корпусов кораблей и модулей станций типа наших ангарных. Наверняка же и размеры камер формовки на промышленном производстве и большие есть.

А вот со всевозможными пластиками эта установка справлялась очень слабо, она их выдавала как продукт переработки химвеществ при выплавке, но в количестве очень маленьком. Пока хватает, на электронику так точно, но вот в дальнейшем даже для обшивки внутренней кораблей надо будет что-то придумывать, иначе будет у нас всё голым металлом сиять, даже на краску не хватит.

Ну и верфь Тоготу пришлось закрыть для обслуживания кого-либо, пока рядом со станцией на кустарных штангах был пристроен полуразобранный носитель, а его бывшие истребители под неусыпным контролем искина контролировали пространство вокруг, чтобы никто не проник.

Вот. Верфь со всеми к ней прилагающимися элементами нам тоже придется покупать. Сейчас же спасаемся только опытом и знаниями Тогота и моими, потому как нас-то такой кустарной работой на грани фола удивить трудно, по факту в нашем случае это скорее норма. И даже несмотря на эту неустроенность и кустарные монстры-фрегаты, заявок на верфь была масса. Не думаю, что это связано именно с нашей квалификацией или качеством, просто в ближайших системах купить более или менее средний корабль, транспорт или большой фрегат или малый крейсер, скорее всего, негде. А вот примером прямо у всех на виду доказываем, что вполне справляемся с шестисотметровым носителем, а потом займемся и «Матадором».

Я отвлекся от монтажа очередной балки усиления. Тут тоже всё непросто. Если кто думает, что лучевая пробоина по центру корпуса — это мелочь, он жестоко ошибается. Это полная задница, забитая острыми зазубринами, чтобы те, кто в нее сунется, тысячу раз об этом пожалели. Вот я сейчас жалел, что бахвалился и орал, что сам всё справлю на раз-два. Исправить-то вроде исправил, по крайней мере, расчетно так точно. Но проторчал на силовом каркасе больше недели практически безвылазно, внося изменения в конструкцию прямо по ходу монтажа. В итоге даже перенесенный мостик эсминца переделали, расширили и забронировали специально изготовленными индивидуальными элементами, и вроде бы даже очень симпатично получилось… Но осадочек… То, что один раз испарили, могут попробовать испарить и второй раз, тем более эту дырень тут все кому не лень видели и, значит, знают, что хоть корпусная броня и перебрана, но вот в этом месте заплатка все же есть. Поэтому брони я не пожалел. Она, конечно, хуже изначально, ну так я не всё нашей делал, я еще по старой пиратской традиции часть бронеплитки с других участков снял и всё еще раз перебронировал, а туда наши поделки поставил в два слоя. Да, признаю, есть у меня пунктик на бронировании всего, до чего дотянуться могу… Тер тем временем заканчивал с монтажом сполотского щита и через несколько дней закончит с энергетической системой корабля полностью. Так что останется только собрать всё, что разобрали, проверить на работоспособность, ну и «допилить напильником», как водится и всегда бывает.

Вот с такими радостными новостями я узнал, что Ива зафрахтовала в соседнем секторе рудовоз и что, когда закончим разбираться с переделкой истребителей, а объем руды будет достаточным для полной забивки трюмов этого длиннющего, но очень маломощного и медленного корабля, рудовозы-то дешевые, потому как это не корабль, а баржа с трюмом, по сути, состоящим из дешевых ангаров, и пространством экипажа, как на шахтере. Их и захватывают-то редко, потому как никуда по-быстрому на таком не свалишь, а руду в космосе перегружать тоже такое себе удовольствие — мороки много, а выхлоп от руды, как правило, за счет объема рудовоза и достигается, то есть груз неликвидный совсем. Бывает, конечно, всякое… Но и рудовозы обычно с сопровождением ходят.

Прибыл он через почти месяц и встал под погрузку, и вот тут сразу возникло несколько вопросов, от решения которых напрямую зависит эффективность как самого рейса, так и мероприятия в целом. На носитель тоже нужны пилоты, и пока подходит только я или Серега. Нет, остальные теоретически тоже могут попробовать, но тут очень много особенностей, так что надо бы, чтобы профильные базы-то стояли. Вот хорошо, что когда я гнал тот здоровенный корабль миедиса, об этой специфике не особо и догадывался, знал бы — ни в жизнь не полез. Тут же не только ненароком корабль можно развалить при непродуманном маневре на скорости, но еще и мозг себе подпалить неслабо, так что потом слюни будешь пускать и розовых единорогов искать где ни попадя. Пилотом полетит Серега, с этим все согласны, и больше некому, потому как Ива наотрез со мной расставаться на три месяца отказывалась. Ей уже, видимо, всё стало понятно по нашему первому пробному заходу, и второй раз повторять ошибки она не собиралась. Сама она тоже невыездная, поскольку весь контроль станции, по сути, на ней и держится, пока процессы не отработаны и время от времени приходится включать ручной режим с индивидуальным рассмотрением каждой проблемы. Тактиком и капитаном однозначно надо ставить Анну, потому как это ее, да и базу управления средними кораблями ей ставить пора, как и Оле с Мираиной, что с ними в качестве звеньевых к истребителям полетят. Придется раскошелиться, иначе с двумя пилотами средних кораблей мы тут тупо не вывезем, когда в более или менее колею войдем. А где Аня, там и Тогот. Можно возмутиться, сказать, что у него верфь, а женская половина сплюнет ядом и скажет в ответ: «Свадьба на носу». И всё. Тем более там на месте надо кучу всего приобрести из техники и расходников, и человек, который будет это делать, должен во всем этом хорошо разбираться. Да, еще он должен обладать правом подписи по для оплаты по месту, и тут действительно остается только Тогот, я-то на станции буду. И с верфью на не самом, конечно, серьезном уровне, но справлюсь. Так что пока они летают, буду переоборудовать по утвержденному проекту остающиеся на станции десять истребителей. Десять уже сделанных они с собой заберут, десять, которыми я займусь, будем использовать для патрулирования с «Матадора» в качестве мобильной базы. У этой модели гравиприводов нет, так что дальность у них даже внутрисистемная не очень, ну и пилотами придется побыть шахтерам с «Пиона». Уж им-то точно можно доверять больше, чем местным, по крайней мере, они с нами на станцие повязаны, хотя бы теми самыми контейнерами с кирзанитом, которые продать мы пока не успели. Хотя Ива считает, что они захотят их обменять на малую долю корпоративных паев. И это выглядит логично, глядя на стремительный рост экономики станции.

И вот с носителем остается только одна проблема — искин, а именно, где взять такой, что его потянет? На него очень просился станционный, и я, в принципе, был не против, но что тогда ставить на станцию? Скай с «Матадора» уходить тоже не хотел — на станции скучно и много производственных задач. Вот не думал, но, оказывается, искинам тоже вся эта рутина не нравится. А поскольку отказаться они не могут, то ноют и скулят, что, мол, купите лучше еще парочку и поставьте вместе с резервными, которые не такие развитые… Ну как-то так эти два осознавших себя искусственных разума выражались. Уж не знаю, списывались они или нет, но формулировки использовали до боли похожие. В общем, все остались на своих местах, в том числе и резервные на носителе. Но Тогот отдельно подчеркнул, что порядка десяти искинов класса линкор и выше ему придется купить и привезти на Муху.

Вот… Мухомор не прижилось, а Муха прилипла. Причем Ивена меня даже сдержанно похвалили, мол, прозвать станцию в честь шестого прадедушки Его Императорского величества — это, конечно, прогиб нормальный, но его не зачтут, и официальное название надо выбрать другое. Ну я и так не собирался, я вообще еще с названием не определился и хотел Иву помочь попросить, а она предложила обговорить этот момент со всей командой, когда та в сборе будет. Ага, и будет у нас не Муха, так кукурузина или вообще зонтик-амбрелла, но против последнего я тоже против!

Носитель же гордо окрестили «Атиллой», с намеком на орды истребителей, и погнали на летные испытания, пока по системе, но уже с полным набором отправляемого в Орфей экипажа.

* * *

— Босс, там какой-то шлимазл к нам на Муху без очереди просится!

Я от неожиданности выронил кружку с горячим напитком из фруктов с Биры, и не будь на мне измазанного маслом комбинезона техника, то наверняка обжегся бы, и за это кому-то, но прилетело бы. Жена смотрела на меня удивленно, ну подумаешь, Искин опять словечко новое где-то подхватил, чего удивляться-то, тем более за завтраком. Мы традиционно завтракали с ней вдвоем в специальном помещении, прозрачная стена которого выходила на сад, который девчонки разбили в большом бывшем складе, что располагался сразу под командной палубой.

В нем предполагалось хранение ценных элементов командования, но к нашему прибытию эта внутренняя дискообразная полость, имеющая высоту двадцать почти метров и радиус под сотню, была девственно пуста. Свое добро мы хранили у себя на палубе, там и защищенней, и душе спокойней. А тут Марина разбила сад, создав почву из рудного отсева, остатков водорослей и искусственных витаминов. За пару месяцев трава и цветы на ней обильно проросли, заботливо подкормленные стимуляторами и стероидами, так что вид с нашей персональной позиции у самого потолка открывался просто потрясающий, тут даже проекции неба не надо, да ее и не было, не купили и не поставили, только мощные лампы, имитирующие свет желтой звезды.

— Ну-ка признавайся, кто тебя, паразита такого, этому слову научил, Серёга?

— Нет, — было видно, что искин озадачен, — Оля. А что не так, босс?

— Не так то, что будешь такими словами бросаться, придется тебе образание сделать, — ворчал я, смахивая компот с ткани на пол, сервисный дроид потом всё уберет.

— А это как? — поинтересовалась уже жена, зная меня, полагая, что приятного в угрозе мало.

— Поддерживаю госпожу, — прошелестел искин.

Вот ведь гад, со мной так, как с мафиози каким-то, а с ней так: госпожа. Ну ничего, я тебе, железяка, еще масло-то поменяю…

— Ольга приедет, у нее и спросите, а то еще будут потом меня обвинять, что я их национальные секреты разбазариваю.

Ива было нахмурилась, но я ей сообщение написал, и она вначале нахмурилась, видимо пытаясь представить эту процедуру, а потом расхохоталась абсурду.

— Босс?

— Что?

— Что с этим, который то, что нельзя вам говорить, делать? — начал ерничать искин.

— А с чего вообще ты решил ради него меня беспокоить? — правильное направление тоже иногда не сразу нащупываешь. Мне бы сразу спросить, так я отвлекся.

— Так это торговец с Пируса. Говорит, что на борту представитель корпорации для переговоров.

— Переговоров? — удивился я, потому как ребята улетели еще только месяц назад и были только на половине пути. Неужели успели кого-то из корпоратов приголубить?

— Из какой корпорации они не сказали? — Ива мгновенно приняла стойку и перестроилась с расслабленного состояния в строго боевое.

— Пирус Капитал, заявляют цель — открытие банковского отделения.

— Прекрасно! — улыбнулась супруга и упорхала в гардероб, где сейчас же начнет наводить боевой макияж, не вечерний, а сугубо деловой. У нас в заявке, которая у Тогота и дубль у Анны, дроидов-визажистов ограниченной серии аж тридцать три штуки насчитывается. Сомневаюсь, что кто-то из мужского коллектива хоть одного заказал.

— Понятно, — пробурчал я и пошел к дверям. На сегодня у меня были планы попробовать превратить стройный проект реконструкции истребителя от Тера, Анны и Сереги в тяжелую бронированную машину с кучей энергетического вооружения. Да, я обещал им ничего не портить. Но это ведь улучшения!

На верфи, уютно устроившись в Тоготовом любимом кресте, я уставился в повисшую над экранами столов проекцию боевой машины-мечты, намереваясь продолжить перелопачивать проект, как делал это вчера, чтобы получилась такая дура, что любо-дорого посмотреть. Не истребитель, а длань карающая: юркая, маневренная, быстрая и крепкая, да еще и жалит крайне больно, если вдарит всем своим вооружением разом. Вот только надолго его не хватает — реактор маленький, не справляется, одновременно питая и движок с корвета, и щит. То есть истребитель получался у меня сильный, быстрый, но бесполезный. А если движок на стандартный сменить, то будет медленный и совсем не маневренный. И что делать? Ни броней, ни вооружением я жертвовать не хотел…

На обзорных экранах включился обзор на прилегающий к верфи ангар, где дроиды-работники заканчивали сборку небольшого транспорта длиной всего в сто тридцать метров. Это первый с нуля собранный на Мухе корабль… Блин, я уже и сам станцию Мухой называю, видать, прилипнет имечко, м-да. По сути, наш в нем был полностью новый корпус с только-только напечатанной проводкой и электроника управления, за исключением искина и пилотской капсулы. Остальное предоставил заказчик путем разборки его же предыдущего корабля. Скидку, конечно, он не получил, но, как первому клиенту, я лично контролировал переборку и калибровку всех его сильно потасканных корабельных агрегатов, что движков, что гравиконтура, что силового поля и прочая и прочая… На них мы тоже всю потрепанную обвязку и устаревшие электронные системы поменяли на собственно напечатанные, а кристаллы процессоров на наши из наличия, более современные и мощные. Так что корабль стал быстрее, больше и способный перевозить и таскать даже с планет груза больше, чем предыдущий, на двадцать процентов при прочих равных. Понятно, что сам корпус мы не считали, а взяли классический аварский шестого поколения, но вот энергетическую часть и расположение внутренних отсеков переработали творчески и со вкусом. Жалко, краски пока не было, потому как пластика и так не хватает, но ее обратным рейсом привезут. Там же целый рудовоз, и его надо как-то заполнить.

Владелец судна уже как час сидел в зале ожидания и был измотан нетерпением в крайность. Я встал, потянулся и пошел к нему — надо вручать ему коды доступа к кораблю, а заодно и внести его параметры в реестр владельца судна. И да, приписка у него пока по месту производства, пока сам владелец ее не снимет, всё серьезно. Описывать, как мы судно осматривали, заглядывая в каждую полость, не буду. Но вот облет, когда я забрался в капсулу пилота, показал, что кораблик-то довольно мощный получился и шустрый. Хозяин, который подписал после этого акт приема-передачи, остался доволен. Конечно, он же расплатился за него кредитами Содружества, а не какой-то из местных планет. А за другую валюту мы и не работаем.

И уже когда он отправился обратно на корабль с намерением выйти на Биру, а потом через пару-тройку точек дойти до Орфея и потом обратно, посетовал, что жалко, пока было время, не догадался сменить аппаратную часть и оснастку своих старых лучевых орудий, так бы, может, и у них расход энергии снизился при той же мощности. Я покивал ему — действительно жалко — и помчался проверять, а поменяли ли мы оснастку наших орудий, движков и щитов истребителей, которые захватили. И вообще, надо ли это делать, может, там модель куда как свежее, чем мы можем производить.

Выяснилось, нет, ничего мы не делали, потому как времени не было. И вот уже мое лицо расплылось в довольной улыбке — бронированному истребителю быть. И назову я эту модель «Шмель». А что, «Муха» у нас уже есть, будет и боевой «Шмель» из эскадрильи «Матадора». Там, кстати, тоже надо подумать, как стартовую из верхнего ангара переделать, а то сейчас запуск из нее так чуть ли не квест целый.

В ангар тем временем вплыл следующий корабль, ему предстояло ровно то же самое, даже корпус такой же будет, вот только начинка останется прежней. И если хозяин оплатит, то и его модулям и системам выполним аппаратную замену и по возможности модернизируем. Работа привычная, понятная и несколько даже рутинная, но не сейчас, после всех этих сражений и интриг сильных мира сего… Хм, этот хозяин сразу предложил поменять оснастку его плазменных орудий и дополнительные энерговоды просил поставить к их лафетам. Ну не вопрос, отправил ему дополнительный счет на оплату.

Сейчас, когда с истребителем закончу, составлю дополнительный список покупок для верфи, в который надо обязательно включать и новые движки, и силовые щиты, и реакторы, и энергетические орудия — это всё, помимо уже заказанных искинов, нам нужно как вода, если мы и дальше собираемся заниматься кораблестроением. А мы им будем заниматься, потому как заявок уже на пару лет вперед, с учетом того, что одним небольшим транспортным кораблем я занимаюсь сейчас в среднем неделю. Истребители и сборка оборудования не в счет, потому как ею занимаются отдельные дроиды и в отдельном ангаре, и платы на все это печатаются довольно быстро. Но вот соберись я сейчас собрать нормальный корпус малого или среднего фрегата, и все остальные работы и заказы просто встанут, потому как нужны еще дополнительные модули верфи. Короче, замкнутый круг, который мы, конечно же, разорвем, но опять же, когда будет оказия оставшийся кирзанит на что полезное сменять. Так покупать — никаких денег не хватит. Вообще всё производственное крайне дорого, куда дороже, чем привычные уже корабли. Но вот кое-что я могу сделать уже сейчас, и искин станции, который шлимазл, этим уже озадачен. Он уже демонтировал, и сервы тащат мне на верфь на переборку одно из орудий главного калибра станции. Да, оно большое и неповоротливое и займет весь ангар, который я только что выделил верфи в дополнение к уже имеющимся, но оно старое, и наверняка там можно много чего в периферии улучшить, поменять всю старую электрику и электронику в аппаратной и силовой части и, может, даже башню новую сделать, если габарит сильно уменьшится. Раньше как-то руки не доходили, а сейчас вроде как и время есть, и расходники, можно и попробовать.