Оборачиваюсь.

— Аглая, Марк, Олеся, позвольте представить вам Юрия Олеговича, имперского мага. Брата нашего директора, — обращаюсь к ребятам. Аглая пользуется случаем и подтягивает Марка за рукав ближе к нам.

— Узнал, значит, — улыбается маг. — Здравствуйте, студенты. Орлов, отойдём на пару слов.

Извиняюсь перед Олесей и отхожу в сторону.

— Запоминаешь хорошо? — спрашивает имперский маг.

— Не жалуюсь, — пожимаю плечами.

— Вот и отлично. Времени у меня мало, нужно уезжать, поэтому сразу к делу. Покажу тебе два глифа. — Разворачивает передо мной объёмную структуру магического заклятия. — Запоминай. Надо, чтобы ты сразу понимал объём работы. Подробное описание глифов оставлю у Пилюлькина. Но все же, первоначально запоминай сейчас. Это тоже тест, — предупреждает маг.

Сохраняю невозмутимый вид. Вопросов не задаю. Имперский маг имеет свои цели, и идет к ним не всегда учитывая желания окружающих. Тем более, что сейчас рядом с ним нет брата, чтобы его урезонить.

— Возьмёшь эти два глифа, — объясняет Юрий Олегович. — И за следующие полгода сделаешь то же самое, что уже сделал с целительским. По той же самой технике, что я тебе показывал.

— Но… — собираюсь задать вопрос.

— Пилюлькин и директор в курсе, — предвидит его имперский маг. — Через голову я не прыгаю. Когда сделаешь — Генрих мне сообщит. Сильно себя не утруждай, но и забывать об этой просьбе не советую.

— Хорошо, сделаю, — отвечаю. — Срок ровно полгода?

— Сделаешь раньше — ещё лучше, — пожимает плечами Юрий Олегович. — Распоряжайся свободным временем как заблагорассудится. Но освоить и как следует изучить их ты сможешь.

— А вам это зачем? — спрашиваю.

— По результатам твоего восприятия магии будем решать, — без четких формулировок отвечает имперский маг. — Мне понравилось твоё выступление сегодня и то, как ты научился пользоваться целительским глифом, — сводит тему. — Да и сейчас выглядишь спокойным и не спрашиваешь лишнего. Нам такие люди нужны.

— Будете готовить из меня имперского мага? — задаю вопрос.

— Не факт, — с сомнением тянет Юрий Олегович. — Что из тебя получится — надо ещё посмотреть.

— Вы знаете же, что я не могу одновременно пропустить большое количество магии? — уточняю.

— Знаю, знаю, — кивает брат директора. — Сильно не обольщайся, но, возможно, что в одном из глифов, которые я тебе показал, находится твоё спасение.

— И в каком из них вы, конечно же, не скажете? — догадываюсь.

— Не скажу. Это придаст процессу обучения некоторой динамики, — усмехается имперский маг. — Проблема твоя известна — пускай она и редкая, но решаемая. А вот твое быстрое восстановление — это редкость. Так что даю тебе возможность не только решить проблему с магией, но и при большом желании выйти на совсем другой уровень.

— Почему не остальным? — Смотрю в сторону одногруппников.

— Их развитие идет плюс-минус по плану, — объясняет Юрий Олегович. — Твоё — нет. Ты странно развиваешься. Мне интересно, что из этого выйдет. И не только мне. Считай, что ты вытащил счастливый билет. По результатам этой беспроигрышной для тебя лотереи посмотрим — стоит ли учить тебя дальше. Если нет, тоже не беда. Вернешься к основной программе вместе со всеми остальными студентами. Ты ничего не теряешь.

Звучит заманчиво, но в голосе имперского мага слышится его конкретная заинтересованность. Кажется, что он отчасти старается меня уговорить, но так, чтобы я этого не понял. Моё молчание он принимает за согласие.

— Ну вот и славно, — говорит Юрий Олегович. — Рад, что не пришлось пускаться в длинные разговоры. Основное тебе сказал. Если что — увидимся позже.

— Можно вопрос? — решаюсь узнать. — Что там с монстрами и Очагом?

— А что с ними не так? — удивляется маг. — Всё как я и планировал с самого начала. Оставили маленький оазис, остальное зачистили. В том мире мы умудрились протоптать тропинку второй раз. В Очаге сейчас всё более-менее спокойно. Ещё день-два — и батальон зачистки снизит ограничения на магию.

— А они были? — удивляюсь.

— Были, были. Просто не для вас. — Юрий Олегович всем видом показывает, что наш разговор закончен. — Давай, студент, не подведи.

Имперский маг кивает ребятам и уходит в сторону Академии. Ещё некоторое время стою в стороне от ребят. Как относиться к неожиданному предложению пока не очень понимаю. С одной стороны, хочется вцепиться в него обеими руками и не отпускать — особенно, если получится решить проблему с моим источником. Уверен, такие предложения в нашей Академии делаются крайне редко. Ну, а с другой стороны — непонятно, сколько этот эксперимент будет отнимать сил и времени.

— Ларик, всё в порядке? — спрашивает Олеся.

— Да, просто…

— Просто у нашего Лариона снова секретики, — язвительно замечает Аглая. — Ладно-ладно, мы всё понимаем. Захочешь — расскажешь.

— Да нечего рассказывать, — отвечаю. — Юрий Олегович подходил по поводу направления обучения. У каждого будет своё, как и сказал директор.

Моё объяснение ребят более чем устраивает. Ещё какое-то время смотрим на то, как ведет себя арена. За время, пока я разговаривал с имперским магом, место успело как следует преобразиться. Отстроились новые башни, пересобрались препятствия. Всё как новое.

— А что если нам полететь в город сегодня вечером? — предлагает Олеся, провожая взглядом плавно приземляющийся дирижабль. — Прокофьев разгрузится и полетит обратно. Вдруг у него есть места?

— Кроме позднего ужина меня ничего не смущает, — соглашается Аглая.

Мы с Марком только переглядываемся — нам собраться не больше пяти минут.

— Сможете дойти до капитана? — спрашиваю. — Мне нужно срочно успеть кое-что сделать.

— У тебя всегда всё срочно, — хмыкает Аглая. — Уж втроем как-нибудь управимся.

— Вдвоем, — уточняет Олеся. — Мне тоже надо.

Аглая кидает на нас оценивающий взгляд.

— Так-так… — произносит менталистка.

— У меня своё важное дело, у Ларика своё, — поясняет Олеся.

— Ладно, давайте так: я за билетами, Марк предупредит Марину и Макса, — предлагает Аглая. — А вы пойдете делать свои очень важные дела.

— Заметано, — киваю. — Спасибо, ребят.

Аглая идет к полю дирижаблей, а мы с ребятами возвращаемся в Академию. Поднимаюсь в комнату и сразу беру сумку со всем необходимым. Дополнительно закидываю туда запчасти монстров, которые по-прежнему лежат возле кровати.

— И-и-и? — слышу требовательный писк, как только собираюсь выйти в коридор.

Оборачиваюсь и ловлю немного осуждающий взгляд монстрика.

— И-и-и? — повторяет он, показывая на проходную для него стену.

— Я сейчас не могу, — объясняю. — Мы не сможем ходить туда так часто. Но за гостинцы спасибо.

Бесёнок выглядит недовольным. Он глубоко вздыхает и подходит к стене. Поворачивает голову на сто восемьдесят градусов. Кажется, к этому фокусу невозможно привыкнуть.

— Точно не могу, — еще раз повторяю. — Давай хотя бы через несколько дней. Но я тебе ничего не обещаю! — не успеваю договорить последние слова, как обезьянка скрывается в стене.

Закидываю сумку на плечо и спускаюсь к складам. По коридорам снуют довольные однокурсники. После праздничного обеда все в приподнятом настроении. Навстречу попадается группа маркиза вместе с Майей. Очень часто вижу их вместе.

— Ларион! — окликает меня девчонка. — Сильно занят? Мы тут собрались отпраздновать удачное прохождение. Не хочешь с нами?

Маркиз в эту самую минуту очень напоминает Олесю. Точно так же дергает плечами. Но мне есть, чем его порадовать.

— Не могу, извини, много дел, — отвечаю. — Может, как-нибудь в другой раз?

— Я так часто это слышу, — улыбается девушка.

Ребята идут дальше, перекидываясь шутками и историями. Тороплюсь застать Германыча до прилета капитана. Спускаюсь вниз. Дверь склада открыта — уже неплохо.

— О, студент, это ты? Проходи, — говорит завхоз. — Прими мои поздравления. Учти, у тебя пять минут. Если что-то срочное — говори. Сегодня надо быстро разгрузить товар, Прокофьев собирается улететь пораньше.

— Пораньше? — удивляюсь.

— Насколько это возможно с его криворукими матросами, — хмыкает Германыч. — Выкладывай, что у тебя?

— Стандартно, — отвечаю и выкладываю из сумки упакованные в белесую пленку запчасти монстров.

— А вот это ты вовремя, — кивает Германыч. — Меня недавно спрашивали. На выходных спрос подрастает — так что рассчитывай на небольшую прибавку с этой партии. Но больше пока не приноси, слишком хорошо твоя добыча уходит на рынке. Не хочу сглазить.

— И мне бы патронов, — прошу. — Немного, чисто пополнить запасы.

— Куда собрался? — щурит глаза завхоз и выкладывает пачку на стойку. Запчасти сгребает и убирает в холодильник.

— Да так, в город на выходные, — отвечаю. — Хочу договориться с капитаном на вечерний рейс.

— Так договаривайся, — в дверях склада появляется Прокофьев.

— Здравствуйте! Нас шесть человек, получится улететь? — уточняю.

— Это не твоя ли одногруппница подлетела ко мне, как я только вышел из корабля? Тоже шесть мест просила. Взбалмошная такая, — поясняет Прокофьев.

— Ага, это наша, — киваю.

— Тогда места уже ваши, — говорит капитан. — Только нужно быстрее пошевелиться. Чем быстрее все займут свои места, тем быстрее вылетим.

— Давай, студент, беги за своими, а мы пока ящики разгрузим, — машет рукой Германыч. — Где там твои матросы? Пусть заносят.

Ребят нахожу перед главным входом, все уже в сборе. Все, кроме Олеси.

— А я думала она с тобой, — хитро замечает Аглая. — Билеты забронированы, сказали бегом на дирижабль.

— Олесь, ты скоро? — спрашиваю по внутренней сети.

— Я уже тут, — почти рядом со мной отвечает девушка. Её практически не узнать: легкое вечернее васильковое платье, макияж и прическа.

— Понятно, что у нее за срочное дело! Тебя украли в салон красоты, а потом вернули обратно? — поддевает Аглая, а сама рассматривает Олесю чуть ли не с открытым ртом. — И ты мне не говорила про это платье!

— Чудесно выглядишь, — поддерживаю общий восторг ребят.

— Чего не сказала? Мы теперь на твоём фоне как две бледные моли, — поджимает губы Марина.

— Так-так-так, переодеваться и наводить красоту мы сейчас не будем, — Макс тут же понимает, к чему идет дело. — Давайте долетим и на месте разберемся.

По дороге к посадочному полю думаю о завтрашнем дне. Надеюсь, что Мария Львовна уже предупредила Пилюлькина о нашей совместной работе. Кроме как на аренах, мы с целителем больше нигде не пересекались.

Поднимаюсь в кабину дирижабля и все сомнения отпадают — в одном из кресел вижу Пилюлькина.

— Господа студенты, доброго вечера! — здоровается целитель. — Я смотрю, у вас после такого занятия еще остались силы на путешествия. Вот, что значит молодая кровь! Где там Прокофьев? Он обещал мне вылететь пораньше.

— Так это из-за вас сдвинули вечерний рейс? — уточняю.

— Из-за кого же еще? Дело жизни и смерти, так сказать, — хмыкает целитель. — Слишком редко бываю в городе, сразу всем срочно понадобился. Ну, капитан, мы успеваем? — спрашивает Пилюлькин, как только Прокофьев поднимается на борт.

— А что, были какие-то сомнения? Или вам мало слова капитана? — мимоходом усмехается Прокофьев.

— Что вы! — холодно улыбается Пилюлькин. — Ни малейших сомнений.

Оглядываю остальные пустые места, их тут не много. Лишние кресла как всегда убраны.

— А вот Юрия Олеговича не вижу, — мельком замечаю. — Он вроде тоже собирался уезжать.

— А он тебе зачем? — спрашивает Пилюлькин.

Прокофьев уходит в рубку. Видно, что с преподавательским составом капитан дирижабля не в очень дружеских отношениях. Разве что с Германычем общается чуть чаще и больше, как понимаю, по делу. А вот с Пилюлькиным у них не очень теплые отношения — будто между капитаном и целителем случился определённый конфликт, но вытаскивать его на люди и хоть как-то обсуждать они его не собираются.

— Просто мы виделись буквально недавно, — поясняю. — Он сказал, что тоже собирается уезжать.

— Ой, я тебя умоляю, — отмахивается Пилюлькин. — За этим хитрым магом пришлют винтокрыл. Будет он с дирижаблями возиться, ага…

Прикидываю — в общем-то, похоже на правду.

Дирижабль отрывается от земли не так мягко как обычно. Сегодня Прокофьев, очевидно, спешит. Движение чувствуется сильнее.

— Ну вот, как я и говорил, — Пилюлькин машет рукой в сторону иллюминатора.

На посадку как раз заходит черный винтокрыл батальона зачистки. Даже немного завидно. На таком аппарате добраться до города — раз плюнуть.

Про дополнительное обучение Пилюлькин при ребятах не говорит ни слова. Тоже не начинаю эту тему — еще успеем обсудить. Целитель достает из сумки толстый справочник и стопку бумаг, раскладывает их на коленях и углубляется в чтение.

Молча переглядываемся с Олесей.

— Наверх? — спрашиваю одними губами.

Девушка согласно кивает. Верхний этаж, если Прокофьев его не закроет, всяко интереснее, чем дремать в пассажирском отсеке. Тем более, мы вылетели чуть раньше и вполне можем застать всю красоту заката.

Пилюлькин на разговоры явно не настроен: ему и без того есть, чем заняться. Ребята в принципе подустали. День выдался крайне суматошный.

Ловлю взгляд проходящего мимо Прокофьева и показываю глазами наверх. Тот молча кивает. Ну, вот, разрешение получено.

Легонько касаюсь плеча Олеси и показываю головой в сторону выхода. Встаем тихо, и нашу эскападу никто особо не замечает — народ настраивается на длинную дорогу.

— Как же красиво! — восхищается девушка. — Моё любимое предзакатное время.

— А что не так с рассветами? — спрашиваю с улыбкой. — Ходят слухи, они тоже чертовски красивые.

— Да, конечно, — соглашается Олеся. — Только ради того, чтобы встретить рассвет, надо очень рано встать. Или не ложиться, — задумчиво добавляет.

Предзакатное солнце падает на волосы девушки, и это придает праздничному образу особенной яркости.

— Ты сегодня такая нарядная. — Ещё раз окидываю взглядом васильковое платье и предлагаю Олесе присесть.

Сегодня в смотровой Прокофьева стоят два кресла и небольшой столик. Кажется, капитан совсем недавно с кем-то здесь заседал. Что ж, это его дело. Садимся в кругу панорамных окон.

— Рада, что ты заметил, — улыбается девчонка. — Просто подумала, раз уж мы летим в город пораньше и сегодня у тебя нет дел… может, прогуляемся в какое-нибудь место?

— Если ребята нас отпустят, — отвечаю. — Почему бы и нет? Если у тебя есть на примете какое-то конкретное, считай, я уже согласился.

Удобные кресла мгновенно настраивают на отдых — тело словно этого и ждет. Недолго прогуляться перед сном — тоже неплохая идея. Тем более в компании красивой девушки. Но блаженство длится недолго, через пару минут приходится снова встать. В проем заглядывает матрос.

— Орлов? — спрашивает знакомый парень.

— Да, — киваю.

— Держи, — поднимает в смотровую комнату небольшой закрытый крышкой железный поднос. Ставлю его на столик. — Капитан передал, если что-то еще нужно, кликни меня, ладно?

— Большое спасибо, нам этого вполне хватит до конца пути. — На всякий случай оглядываюсь на Олесю. — Ты же не сильно голодна?

— Куда там? -смеется девчонка. — Нас слишком плотно накормили торжественным обедом. Вряд ли в ближайшее время мы чего-нибудь захотим.

— Ну вот и ладненько, — весело отвечает матрос. — Хорошего отдыха, — скрывается на лестнице внизу.

— Ты смотри, какой у нас внимательный капитан. — Открываю крышку над блюдом. Там пара чашек чая с чайником и небольшая тарелочка со сладостями. Пахнет хорошо заваренным чаем — вкусно и бодряще.

— Здорово, что вы с капитаном в хороших отношениях, — аккуратно замечает Олеся.

— Ага, — соглашаюсь. — Вряд ли кому-нибудь из наших принесли такой же. — Смеюсь и снова становлюсь серьезным. — Кажется, мы забыли кое-что сделать перед вылетом.