Вель теперь официально числилась личной служанкой Джона, хотя по факту никаких обязанностей служанки не выполняла. На неё не совсем доброжелательно поглядывали старшие Мормонты, но ничего не говорили. Одичалая, как и обещала, учила Джона языку первых людей и их рунам, а саму Вель Джон учил читать и писать на общем языке, а также танцевать и вести себя правильно, чтобы не быть обезглавленной. На занятиях часто присутствовала и Дейси. Знания о культуре вольного народа могут пригодиться, ведь зная, как живёт враг, победить его легче.

Поначалу Вель восприняла эти занятия крайне негативно, она считала новые знания откровенно ненужными, а время — зря потраченным. Джон убедил её продолжать их, указав, что он не требует, чтобы она постоянно носила платье, танцевала, писала и разговаривала вежливо. Ему нужно, чтобы она просто умела всё это делать при необходимости. Да и аргумент, что он в любом случае её украл, было оспорить трудно.

Другая выжившая одичалая поселилась в одном из пустующих домиков и обучалась гончарному ремеслу, за время, проведённое на острове, она себя пока не компрометировала, за ней даже начал ухаживать один из островитян, ещё даже не осознавая, во что ввязался.

Джону нужно было изготовить собственное знамя с личным гербом, всё же он рыцарь, да и обзавестись бронёй не помешает. Качественное знамя — удовольствие не из дешёвых и требует ряда дорогостоящих материалов, таких как дорогая ткань, нитки, красители, да ещё его, по-хорошему, нужно украсить вышивкой и бахромой. Всего этого остров не производит, так что нужно закупить в Ланниспорте, это ударит по карману, благо деньги у Джона есть.

Отношения в компании Джон-Дейси-Вель выстроились довольно необычными, если их можно так назвать. Одичалая догадалась, что Джон спит с «маргариткой», Дейси знала, что Вель имеет виды на её мужчину. Между девушками возник некий паритет, так как они обе заинтересованы в Джоне. Существовало некое негласное соглашение, согласно которому, пока одна из них не намеревается присвоить себе бастарда полностью, вторая не становится её врагом и в открытую конфронтацию не вступает. Помимо этого у каждой есть «время с Джоном», во время которого вторая девушка их не беспокоит. Внимания и времени у Джона пока хватает на обеих, и уделяет он его им приблизительно поровну, пусть всё ещё и не спит с Вель. В культуре одичалых, как и в культуре островитян, встречаются случаи, когда сильный мужчина «крадёт» себе двух женщин, пусть и не столь часто.

* * *

Королевская гавань, Красный замок, заседание малого совета

Члены малого совета собрались на очередное собрание в башне десницы. Помимо них, на заседании была и королева со своим братом, да и впервые за долгое время сам король решил почтить совет своим присутствием. Не каждый день в Красный замок присылают голову благородного, избежавшего наказания изменника, да ещё и с весьма интересной историей смерти.

Помимо привычного вина, на столе был и мёд прямиком с Медвежьего острова, король пил тот, что покрепче, королева — тот, что помягче. Диковинка до сих пор оставалась популярной. Десница перечитывал письма, пришедшие вместе с головой изменника, да его бывший воспитанник прислал ещё одно, не менее содержательное.

— Какие новости с Севера, лорд Варис? — спросил он.

— Северяне почти закончили работу над строительством флота для защиты западного побережья. В связи с этим среди лордов Железных островов растёт недовольство, они требуют ограничить королевским указом численность флота северян в Закатном море.

— Ебучие островитяне должны сидеть молча и не высовываться! Пусть ещё раз сунутся, и я вновь проломлю несколько хребтов своим молотом! — рявкнул король, ударив по столу.

— Что с флотом железнорождённых? — спросил Аррен.

— Грейджои строят корабли, но для того, чтобы восстановить их былое количество, потребуется время.

— Что с его численностью?

— Если объединить вместе новый северный флот, флот Редвинов и отстроенный флот западных лордов, то количеством они будут превосходить нынешний флот железнорождённых чуть более чем в два раза.

— Спустя почти тысячу лет северяне вспомнили, что в Закатном море необходимо держать флот, — фыркнула королева, её проигнорировали.

— Как на последние известия отреагировал Бейлон Грейджой?

— Пташки нашептали мне, что он искренне рад смерти брата, он написал письмо, в котором заверил, что происшествие на Севере — личная инициатива пары капитанов, о которой он не знал и которую сам наказал бы. Само письмо должно прийти вороном со дня на день.

— Вероломный ублюдок, ему это только на руку, — скрипнул зубами Станнис.

— Что-то ещё?

— На Севере в результате всей этой суматохи появился новый рыцарь, сир Джон Сноу — Кошмарный волк. Насколько мне известно, это сын вашего бывшего воспитанника, лорда Старка.

— Мальчик показывал способности. Я в своё время предлагал ему стать моим пажом, — добавил лорд Станнис.

Последняя фраза смогла отвлечь короля от распития мёда и сосредоточить всё внимание на текущем обсуждении.

— Расскажи мне про сына Неда, Паук. Я помню его ещё восьмилетним щенком.

— Север — регион отдалённый, интересные слухи оттуда доходят довольно редко и все они смутные. Говорят, что мальчик — колдун и провидец…

— Бред, — не дал ему продолжить засмеявшийся лорд Ренли.

— Не сказал бы, — вступил в разговор Станнис. — Мальчик предсказал диверсию во время осады Пайка и оказался прав.

— Я помню тот вечер! — весело выкрикнул король. — Я жаловался на скуку в своём шатре, а тут заходит он и говорит, что уже этой ночью я смогу убивать кальмаров!

— Продолжайте, лорд Варис.

— С того момента, как мальчик отправился на Медвежий остров, дела дома Мормонт резко пошли в гору, они сейчас сильнее и богаче, чем когда-либо, у них теперь есть несколько торговых кораблей и они ведут торговлю на западном побережье, вероятно, весьма прибыльную, многие покупают их мёд. Но, думаю, лорд Бейлиш расскажет об этом лучше.

— Цифры не лгут, ваша милость. За последние годы Мормонты заплатили больше налогов, чем за пару десятилетий до этого, — усмехнулся Мастер над монетой.

— Жаль, что это не исправляет положение казны, — не удержался от колкости Станнис.

— Вы считаете, что это всё благодаря мальчику и его «колдовству»? — сузил глаза лорд Аррен.

— Я лишь сопоставляю факты. Мальчик стал известен на Севере, слухи расходятся быстро, про него сочинили песню, её теперь можно услышать не только на Севере, но и в портовых тавернах.

— Может, пригласить сына Неда ко двору? — задал вопрос король.

— Не стоит, мальчик всё ещё воспитанник, и о нём нужно заботиться. Да и на Севере ему будет куда лучше, чем здесь, — вновь заговорила королева, она не намеревалась терпеть бастарда при дворе.

— Ладно, вернёмся к другим вопросам. Что там с драконами?

Глава 15

Джон медленно шагал вглубь леса, несмотря на то, что уже совсем скоро сумерки начнут брать свое и погружать остров в объятья ночи. Но Сноу не спешил ускорять шаг, этим вечером парень, можно сказать, проходил ритуал. Если всё пройдет так, как надо, то он продемонстрирует ум, ловкость, силу и превосходные охотничьи навыки. Рядом с ним зашуршал призванный дух волка, указывая мордой на соседнего, что шёл чуть дальше. Сноу покрепче взялся за древко рогатины и продолжил путь.

Началось всё с того, что пару дней назад дровосеков в одной из деревень подрал медведь. Почти все из них погибли, а выжившие рассказывали про исполинские размеры чудища, светящуюся белую шерсть и даже пару оленьих рогов на голове. Нападение медведя не было чём-то непривычным для жителей острова, но мёртвые островитяне, как последствия этого нападения, были чем-то новым. Северяне уже давно привыкли к соседству, и человеческие жертвы от встреч с медведями были редкостью. Погибали в основном из-за неопытности, слишком горячей головы или опьянения, так что смерть сразу десятка опытных дровосеков при оружии говорила о чём-то совсем неладном.

Сегодня было ещё одно нападение, обошлось оно гораздо меньшими жертвами, но было совершено совсем недалеко от усадьбы — в паре часов пути по лесу. Подозревая, что происходит что-то совсем неладное, Сноу взял оружие и отправился в лес. По-хорошему, нужно было взять с собой и напарника для подстраховки, но парень пошёл сам, этому были свои причины.

Духи волков, призванные при помощи школы колдовства, справлялись с выслеживанием и боем в разы лучше живых собак, да и терять их в бою будет не так жалко, последнее перечисленное преимущество и сыграло на пользу магическим животным больше всего. Где-то сверху летел Коготь и осматривал лес с высоты птичьего полета в поисках опасного зверя и прочих возможных неприятностей.

Спустя почти час Джон заметил вдалеке тускло светящийся силуэт. Шерсть у волков встала дыбом, и они тихо предупреждающе зарычали в ту сторону, в которой этот самый силуэт был виден. Виновник нападений был наконец найден.

Уже в относительной близости от монстра Сноу смог рассмотреть его получше. Внешний вид медведя был типичным для острова. Всё то же мощное тело с высокой холкой, голова тоже массивная, а вот уши и глаза небольшие и смотрятся довольно комично. Шерсть очень густая, белоснежная, окрашена равномерно, хвост короткий и еле заметен. Если бы лес был заснежен, то эту тварь можно было бы и не заметить в снегу, от неё исходило что-то потустороннее, лишнее для этого мира. Тело массивное, с мощными лапами, а вот обрисованных рогов не было. Единственным значительным отличием был размер. Медведь был в полтора раза больше самых крупных самцов, что встречаются на острове и весить должен не меньше шестисот килограмм, а то и больше.

«Знатная будет пирушка, когда эту тварь притащат в усадьбу», — подумал Джон, спуская на медведя волков. Охота началась. Волки напали и сконцентрировали на себе всё внимание опасного животного. Зверь отмахивался лапами, будто призванные животные не представляли никакой угрозы, те продолжали рычать и кидаться в атаку, но все их попытки оставались безуспешными. Медведь, в свою очередь, атаковать сам не спешил.

Джон медленно приближался на нужное расстояние. Зверь всего на миг взглянул на него, но отвернулся, делая вид, что не замечает. Бой будет быстрым и закончится одним рывком, так что медведь явно хитрит, чтобы подманить Джона поближе.

Спустя несколько мгновений зверь поджал уши и с громогласным рыком кинулся в атаку. Рывок был столь быстрым и сильным, что волков откинуло на добрый десяток метров, один из них растворился, врезавшись в дерево. Медведь кинулся в атаку первым, что и нужно было охотнику. Спустя два удара сердца во тьме блеснул наконечник вовремя подставленной рогатины, на неё зверь и наделся. Благо удар древковым оружием пришёлся не в кость.

Упрямый зверь, уже упёртый в рогатину, ещё пытался задеть охотника лапами и своей массивной пастью, но в левой руке охотника блеснул кинжал и ударил зверя в правый бок. Джон удивлённо присвистнул, когда зверь после этого удара продолжил сопротивляться, он обнажил меч и вонзил клинок в морду животному, покончив с ним окончательно.

Джон вздохнул и уселся около дерева, чтобы, наконец, перевести дух. Призванный волк подошёл к нему и стал ластиться, прося внимания. Тишину и покой леса нарушили аплодисменты, доносившиеся от тела уже мёртвого медведя. Медленно, но верно сияние, исходившее от шкуры животного, стало подниматься над землёй, формируя давно знакомый человеческий силуэт, с маской в виде черепа оленя на голове и вооружённый копьём.

— Хирсин, — сухо констатировал Джон, глядя на принца даэдра, что принял облик Альрабега, именно таким его изображали на статуях в Тамриэле.

— Ты приветствуешь меня так, будто не рад меня видеть, охотник. Я вот тебе рад.

— Зачем ты здесь?

— Мне стало скучно в своем плане Обливиона, и я решил явиться сюда, чтобы понаблюдать за тобой. Ты меня забавляешь, и позабавил сегодня.

— Тем, что убил твою зверушку?

— Тем, что пошёл на неё в одиночку. Вот истинный азарт охоты, ты и зверь, один на один с равными шансами для каждого, бой на грани жизни и смерти, исход которого решится за секунды.

— Ну, стая волков была бы поинтереснее огромного медведя.

— Ты мне нравишься, охотник, но предупреждаю — другие не оценят твою дерзость. Я пришел поговорить про твой долг.

— Я ничего тебе не должен.

— Ты действительно смог избавиться от моего благословения…

— Проклятия, — поправил Джон.

— Зови это, как хочешь, охотник. Я действительно не смогу забрать тебя в Охотничьи угодья, но связь твоей души со мной никуда не делась.

— И ты сейчас предложишь её разорвать, назвав условия.

— Проницателен, как и всегда. Другие принцы недовольны твоим уходом от уплаты долга, и один из них пришёл ко мне с заманчивым предложением.

— Поохотиться? — предположил Джон. Хирсин в ответ лишь хрипло засмеялся.

— Нет, я пообещал, что передам cвою часть долга ей, таким образом, наша с тобой связь разорвётся.

— Будет забавно, если, торгуясь между собой за мою душу, принцы даэдра забудут, что я здесь и я жив.

— Они не забудут, не сомневайся, но тебя пока не отпустил даже я.

— Дай угадаю. Ты хочешь, чтобы я тебя развлёк? Что на этот раз?

Джон почувствовал, как собеседник стал медленно растворяться, парень был уверен, что Хирсин сейчас противно ухмыляется, чего не видно из-за наличия маски. Последнее, что услышал Джон, была фраза: «Твой долг будет уплачен, когда жертва станет охотником, а охотники жертвой».

— Классика, — пробормотал Джон.

…

Сноу медленно шагал в сторону усадьбы по тропинке, вытоптанной дровосеками. Дорожка давно известна всем жителям острова и часто используется, так как, сойдя с неё, заблудиться будет невероятно просто. Коготь в любом случае сможет указать правильное направление, но Джон шёл именно по ней. Если он кого и встретит сегодня ночью, то около этой тропы, а он ждал встречи.