Словно прорвавшая плотину река, в зал хлынуло живое море из солдат, нивелируя численный перевес защитников короля. Чаша весов колыхнулась.

Сир Барристан отразил направленный в него удар, после чего нанес уже собственный. Его молниеносный выпад вспорол горло смуглокожему наёмнику с андальскими чертами лица, но его место тут же встали ещё двое. Первый хорошо одоспешенный латник, второй молодой оруженосец.

Королевский гвардеец быстро перехватил меч за лезвие занося тот для сильного удара. Не ожидавший такой прыти от старика латник быстро за это поплатился. Заточенная дужка гарды проломив закрытый шлем, вонзилась тому прямо в лицо. Из щели в шлеме хлынула кровь, а сам латник со страшным криком покатился по ступеням. Всего миг и оруженосец тоже был повержен, юнец сложился пополам от удара эфесом в живот. Но радовался победе Барристан недолго. Успевшие расправиться со стражей наёмники разом хлынули на королевских гвардейцев.

Спустя пятнадцать минут кровопролитной схватки, попытка ареста Десницы была полностью подавлена. Золотые мечи добивали тяжело раненых и покалеченных противников. Тех, кто остался относительно цел, валили на каменный пол и связывали.

Большая часть лордов Запада почти не пострадала, сказались хорошие доспехи и тот факт, что благородных обычно не убивают из-за их ценности. Чего нельзя сказать о воинах их домашней гвардии. Из сошедших с Тайвином в зал алых плащей, в живых осталось с полдюжины. Меррин Трант и ещё трое королевских гвардейцев бой не пережили, сир Барристан и Сандор Клиган были ранены. Последний не сильно желал погибать за короля и сдался, а старика пощадили, отдавая должное его отваге.

Мертвецки бледный Джоффри, глядя в пустоту немигающим взглядом вжался в собственный трон. Вероятно, он даже не заметил как к нему поднялся дед, лишь для того чтобы схватить нерадивого тирана за грудки и скатить вниз. Уже на полу монарх ощутил давящий ему на шею тяжелый солдатский сапог.

Вниз Старый Лев спускался неспешно, он даже успел полу демонстративно закатить глаза. «Выблядок опять обоссался», подумал Тайвин. «Я король! Я король! Я король!», в полубреду повторял Джоффри.

— Король устал, проводите мальчика в его покои, — успел произнести Тайвин, перед тем, как в его лицо прилетел удар закованного в латную перчатку кулака. В глазах мужчины потемнело.

…

Отступление из Штормовых земель далось войску Тайвина невероятно тяжело. Хотя, более подходящим словом будет «бегство». Из набранного в столице ополчения в войске Ланнистеров осталось меньше сотни человек. Остальные погибли в боях или дезертировали. Ряды солдат домашней гвардии тоже солидно поредели, а если говорить о наёмниках, то эти скорее всего разорвут контракты как только минуют городские ворота.

Эдрик Баратеон нагнал отступающего Тайвина на седьмой день. После чего шёл за противником практически след в след. Его лёгкие кавалеристы обстреливали западников, громили обозы и захватывали пленных. Словом наносили максимально возможный ущерб арьергарду, назначение в который стало сравни смертному приговору.

Солидную часть атак провозглашённый штормовиками король возглавлял лично, однако Тайвин не предпринимал попыток контратаковать и захватить мальчишку в плен. Опыт показал, что ублюдок Роберта соперник достойный, и явно не побоится стать приманкой ради воплощения собственных планов. Риск неудачи был слишком уж велик.

Последние два дня войско и вовсе прошло на форсированном марше, оставив позади обоз и почти не спав. Уставшие и истощённые, львы ныне представляли собой совершенно жалкое зрелище. Что не ушло от глаз возглавлявших Золотых Мечей офицеров.

— Не думал, что Паук писал правду, — отметил один из них.

— Проскрипция опустила городскую стражу и священный орден до обыкновенных карателей и мародеров, — отметил Гарри Стрикленд, генерал-капитан отряда, смотря как через Черноводную пересекают солдаты Запала.

Понтоны, плоты и позаимствованные у местных рыбацкие лодки отлично помогали в этом. Золотые Мечи в это время формально наводили порядок на пристани, рыбном рынке и около Речных ворот. Их люди уже патрулировали улицы, а лучники заняли позиции на стенах.

— Войско Старого Льва и вовсе легкая добыча. Варис преподнёс город на блюдечке. — Мужчина перевел взгляд на офицера, тот понял его без всяких слов.

— Стрелки! — скомандовал он, вздымая меч к небу.

…

Этот день жители Королевской Гавани запомнили надолго. Расквартированные в лагере за городскими стенами Золотые Мечи вошли в город, стоило только Старому Льву перейти Черноводную.

Наёмники в золотых доспехах заблокировали казармы городской стражи, выставили охрану около портовых складов и городских амбаров, в два кольца оцепили облюбованные кроткими мирянами кварталы и начали организовывать патрули. Железные, Драконьи, Старые, Божьи, ворота переходили под их контроль одни за одними. Спустя час они контролировали абсолютно все выходы из города.

Пока одни брали под контроль ключевые столичные объекты, другие в сопровождении агентов и пташек Вариса зачищали город от самых ярых из фанатиков. Городские улицы, тем временем, очищали, от виселиц, пик и прочих свидетельств «борьбы» с врагами государства. Власть Джоффри Первого рухнула в течении нескольких часов.

Дверь одного из всё ещё работающих в городе борделей вышибли секунд за десять. Защита и личное покровительство Верховного Септона могли защитить от посягательств со стороны святых орденов, но не от ударов боевым молотом. Главу Веры, обнаружили там же. Умеренно пьяного и в компании сразу семи шлюх, разодетых под лики богов. Старого извращенца повалили на пол ударом ноги в грудь и тут же скрутили.

— Да как вы смеете?! — прохрипел мужчина. — Я глава церкви! Я заседаю в Малом совете!

— Я знаю кто вы, — ответил ему спокойный молодой голос.

Собеседник церковника был облачен в изысканные черные латы. Размещенные в нахлёст пластины украшены узорами ручной работы, а их контуры отдавали золотом. Выполненные в форме драконьих черепов наплечники выглядели по меньшей мере угрожающе, а довершал картину, длинный ярко-алый плащ. В ножнах на поясе красовался кинжал, мизерикорд и длинный меч, на рукояти которого в небрежном жесте юноша держал ладонь.

Его привлекательное лицо обрамляли длинные, ухоженные, цвета светлейшего серебра волосы. Воин был очень красив, под длинными ресницами, которые впору было назвать женскими, скрылись отдающие синевой фиолетовые глаза.

— Вы тот, кто водружает корону на головы узурпаторам, — закончит он свою фразу.

«Узурпаторам?», пронеслось в мыслях у главы церкви, после чего его глаза удивленно округлились, а дыхание перехватило. Мужчина рассмотрел один из перстней собеседника, печать на котором он не выдел уже почти два десятка лет. Трехглавый дракон Таргариенов.

— Я… — пробормотал септон. — Я выполнял обязанности возложенные на меня богами и народом Семи Королевств.

— Значит, сделать это снова для вас труда не составит, — пожал плечами, юноша. — Уведите его!

* * *

Речные земли

Эддард Старк подошёл к Каменной Септе с двадцатитысячным войском. К несчастью для жаждущих славы и трофеев юнцов, грандиозной битвы за город не состоялось. Капитул Сынов Воина не смог завербовать в ополчение необходимое для обороны количество горожан.

Убийство Эдмара Талли, творимые Святым Воинством зверства, грабежи окрестностей Ланнистерами, которые были союзниками ордена, желающих сражаться с дикарями и язычниками оказалось немного. Поняв, что дело гиблое, остатки ордена либо покинули город, либо попытались залечь на дно.

Жители самого крупного в Речных землях города сами открыли северянами ворота. Хранитель Севера даже отметил, что горожане помогают искать спрятавшихся в Каменной Септе слуг Семи с тем же рвением с которым укрывали в нём Роберта Баратеона, более двух десятков лет назад.

Спустя два дня найденные Сыны Воина были преданы суду и казнены, а их капитул разрушен. Дело оставалось за малым, вернуть под контроль дома Талли юго-восток Речных земель и наведаться в Королевскую Гавань для "разговора" с королем и Верховным Септоном. Старк разделил войско, Титос Блэквуд вместе со своими людьми и тремя тысячами северян отправились на север к Каменному Оплоту, остальных Страк повел на юг к Золотой Дороге.

С Простора приходили противоречивые вести, содержание которых заставляло Хранителя Севера по меньшей мере насторожиться.

— Лорд Старк, лорд Старк! — к главе воинской колонны подъехал запыхавшийся посланник.

— Докладывай.

— Войско Ланнистеров на том берегу Черноводной. Встали лагерем всего в одном дневном переходе.

— Цареубийца решил пробиваться к столице, оставив Запад без защиты? — предположил Джорах Мормонт.

— Или так приказал лорд Тайвин, — пожал плечами Кошмарный Волк.

— Можно попробовать нанести удар всей имеющейся конницей, стремительный и безжалостный. Если они успеют добраться до столицы, проблем и потерь при штурме не миновать, — предложил Домерик Болтон.

— Нужно всего лишь перейти реку через брод, до которого дня три пути, — фыркнул лорд Толхарт.

— Быть может Старыйе Боги помогут нам перейти на тот берег? — предположил Эддард Старк, лицо Джона Дейна исказил кровожадный оскал.

— Помолимся?

Войско Ковенанта переправилось на тот берег по покрывшемуся льдом участку реки. Переход, требовавший в любом другом случае неделю времени занял несколько часов.

Состоящая из всадников владетелей, рыцарей Долины и Дорнийских лансьеров кавалерийская лавина обрушилась на лагерь западников сметая всё на своем пути. Чего-чего, а атаки со стороны реки Ланнистеры не ожидали, и уж тем более от северян. Что уж говорить, если место в котором они разместились даже лагерем не назовешь, ни шатров, ни дозоров, ни стены из повозок и кольев, так стоянка, а не лагерь.

Войско Запада сдалось в плен почти сразу, не повезло лишь паре-тройке сотен несчастных, встретивших первый удар. Лорды и офицеры начали собирать оружие, брать под стражу благородных и отделять раненных от здоровых, вскоре на горизонте показались рыцари под знаменем с золотой розой, не многим более тысячи мечей.

— Опоздали! — с искренним прискорбием выкрикнул Лорас Тирелл спешиваясь с лошади.

— Не переживай, Ланнистеров ещё много, — ответит Джон другу, размыкая руки для объятий.

— Главное, что они повержены, а славы хватит на всех! — согласился с ним рыцарь.

— Вот только мы до сих пор не нашли ни Цареубийцу ни Лео Леффорта.

— Цареубийцу? — не понял его Лорас. — Это войско Тайвина, мы гнали его на запад чуть ли не от самой столицы. Неужели вы не слышали новости? — Уточнил воин, видя шокированное лицо друга и остальных северян.

* * *

Красный Замок

Лорд Тайвин очнулся в тёмном, сыром, затхлом помещении. Знакомая каменная кладка и решетки, форма общего коридора, тусклый свет факела где-то вдалеке. Узнать подземелья Красного Замка, Деснице было нетрудно, за годы службы он ни раз успел здесь побывать, вот только Старый Лев привык находиться по ту сторону решётки, равно как и привык избегать синяков. Знатно же его приложили, раз лицо болело до сих пор.

Других людей он видел раз в сутки. Вусмерть перепуганный слуга в сопровождении пары наёмников, раз в день приносил поесть и менял ведро в камере. Скудный рацион состоял из воды и хлеба, а о нормальной постели или возможности помыться не шли и речи. Да и сам Тайвин не был намерен просить о чём-то предателей.

Солдаты караулов не отвечали на его вопросы, но Ланнистер ясно видел, что они его опасаются и следят за каждым, произнесённым в его присутствии словом. Ведь слово Золотых Мечей оказалось дерьмом, а Ланнистеры всегда платят долги. Хотя, в последние месяцы, северяне с завидной регулярность ставили под сомнение и эту истину.

На шестой день заключения к Тайвину явился «гость». Облаченный в доспехи мужчина был уже не молод. В уголках его льдисто-голубых глаз уже были морщины, а в ярко рыжих волосах и бороде тут и там пробивалась седина. Его лицо было плотным и кожистым, Ланнистер не сразу узнал его.

— Мне докладывали, что ты спился, оплакивая своего серебряного принца, — произнес он вместо приветствия. Десница повернулся к собеседнику так, чтобы тот не мог видеть его синяк, а затем выпрямился во весь рост, его изумрудные глаза горделиво блестели.

— А мне докладывали, что твоё королевство разваливается на куски. Как видишь у меня были более надёжные информаторы.

— Они были одни и те же. Просто на тебя они работали а мне ссали в уши, но чего удивляться, если ложью оказался даже девиз вашей наёмнитской шайки, — Тайвин ничего не стоило сопоставить несколько фактов, чтобы понять как именно Джон Коннингтон опять оказался в Вестеросе.

— Человек срущий золотом недоволен, узнав, что не всё в этом мире можно купить за деньги, — засмеялся Коннингтон.

— Зачем ты здесь? — тон Тайвина был пропитан презрением. — Зачем весь этот фарс?

— Я здесь. Чтобы проводить тебя на коронацию.

— Коронацию? Кого же, Эдрика Шторма, или в Эссосе нашелся очередной Блэкфаер? — выплюнул Тайвин.

Эддард Старк не претендовал бы на трон, да и прочих претендентов хотя бы с мизерными правами на Семь Королевств у северян не было. Томмена же и вовсе считают бастардом, а Станнис и Ширен в наследуют после Эдрика. Где-то на краю сознания Ланнистера появился вопрос: «Что они сделали с Джоффри?», но ответ на него Тайвина почти не волновал.

— Эйгона Таргариена, Шестого этого имени. Короля андалов, ройнаров и первых людей.

— Эйгон мертв, Гора об этом позаботился, о чём козеёбы не прекращают мне напоминать.

— Глупец! — опять засмеялся Коннингтон, голубые глаза заблестели, а лицо исказилось в граничащей с безумием гримасе. — Неужели ты думал, то в Красном Замке не осталось лояльных драконам людей? Что преемника Рейрага не вывезли бы и не спрятали? Не думал, что Варис сохранил верность драконам и всеми силами делал так, чтобы руки узурпатора и его прихлебателей не дотянулись до последних из них?