Вести о том, что Робб с Джоном смогли защитить побережье собственными силами, не на шутку радовали северного лорда, заставляя испытывать неимоверно сильную гордость, которая всё равно не избавляла от волнений, переживаний и страха. Север они может и защитили, но эта война может закончиться только в Королевской Гавани.

— Я с вами не соглашусь, милорд! После восстания Бейлиша Старков стало только больше! — загоготал Большой Джон Амбер.

— Война? Какая война? Я к дочери ехала, — вторила ему леди Мейдж.

— Что есть, то есть, — согласился с ним Эддард, его настроение немного приподнялось.

— Ебучие боги! — вдруг воскликнул Галбарт Гловер, глядя на вытесанную в чардреве женщину.

Остальные лорды повернулись, чтобы узнать причину столь бурной реакции, сопровождающейся бранными словами. Слышать — это одно, но видеть воочию — уже совсем другое. Местные жители с лукавым блеском в глазах наблюдали за первой реакцией поражённых господ. Лишь Эддард не выглядел удивленным, фраза: «Это же Джон», так и читалась на его лице.

— Хочу себе в замок такое же! — как ребенок восторгался лорд Слейт.

— Попросите, как только закончим с делами, — вздохнул Эддард.

— Всенепременно!

Немного придя в себя, лорды и солдаты их сопровождения, уже в приподнятом настроении, помчались к стенам замка галопом. Спустя пятнадцать минут они уже были там. На стенах исполинских башен трепетали штандарты. Копьеносица Дейнов Заката, очевидно, украшала главный чертог. На стенах остальных разместились черный львоящер Ридов, водяной — Мандерли, меч и падающая звезда Дейнов Рассвета и новое знамя, ещё не знакомое остальным северным лордам, белая лютоволчья голова, держащая в пасти стрелу.

У глав северных домов приняли коней и провели в чертог, уже подготовленный для приёма всех влиятельных людей Севера и проведения большого военного совета. Слуги вынесли в зал лавки и огромные дубовые столы, растопили все очаги, и начали выносить еду с кухонь.

Владыка замка сидел за одним из столов и вёл оживленную беседу с Мирой Рид, Эдриком Дейном и Винафрид Мандерли. Вокруг них толпились приближенные: Уэймар Ройс, Торрхен Карстарк и лидеры озёрных кланов. Однако Эддарда первым заметили не они.

— Отец!

— Деда! — Со сдвоенным радостным криком в объятья Старка бросилась Арья с Родриком на руках.

— Лорд Старк, — находившиеся в зале защитники замка все как один преклонили колено перед Хранителем Севера. — Ров Кейлин ваш.

Арья и Родрик, закончив с нежностями, последовали их примеру.

…

— Цареубийца отступает на юг, — начал заседание совета Джон Дейн.

— Отходит к Утёсу Кастерли? — уточнил Джорах Мормонт.

— Ага, зализывать раны и спасать остатки гордости, — хохотнул Большой Джон Амбер.

— К Близнецам, — ответил бывшему наставнику Джон. — Перейдёт на ту сторону реки. Отрежет от нас Древорон и Риверран, дождётся подкреплений Гарольда Хардинга.

— Есть вести о леди Старк? — спросил Робб. Эддард и Бринден переглянулись, переведя на Джона вопросительные взгляды. Мокрые глаза Брана, который сопровождал дядю в качестве пажа, наполнились надеждой.

— Никаких, с тех самых пор, как резиденция Талли была захвачена.

Всем было ясно, что быстрая и безболезненная смерть в этом случае была одним из наиболее благоприятных сценариев для женщины.

— Сколько сил у Хардинга? — спросил Эддард.

— Все бывшие лоялисты Арренов, выделенный Ланнистерами гарнизон Железной Дубравы, набранное в Чаячьем Городе ополчение из верян, — перечислил мейстер Гормон, перебирая письма. — Десять тысяч мечей наберётся. Может, больше.

— Они опять смеют идти против Севера?! — возмутился Большой Джон. — После преподанного им урока?!

— Некоторые дома почитают Веру сильнее здравого смысла, милорд, — ответил ему Кошмарный Волк. — Для них мы не более чем дикари, почитающие деревья и не выходящие за пределы болот Перешейка. Навязанные церковью догматы засели в их головах так сильно, что они без раздумий встанут на защиту Семи. Стараниями короля, конфликт превратился в религиозную войну.

— И чем дальше на юг мы зайдем, тем больше домов могут ополчиться против нас, — заключил Робб, он понял, к чему клонит его брат.

— Обычай кровной мести почитается не меньше церковных догм. Даже сейчас, — пожал плечами Бринден.

— Вы правы, — согласился с ним Эддард. — Фреи с Маллистерами предали дом Талли и захватили Риверран, они причастны к смерти Эдмара не меньше, чем Ланнистеры, если не больше. У нас есть повод отплатить им. Захватить Близнецы и Сигард, снять осаду с Древорона и вернуть Риверран. Вот только Королевская Гавань и Утёс южнее. Направившись и туда, мы можем сплотить против себя всех семибожников.

— Дорнийцы не покинут свою пустыню, — легкомысленно пожал плечами Большой Джон, на что словил на себе грозный взгляд лиловых глаз Эдрика. Великан поднял вверх ладони в примирительном жесте и поспешил продолжить. — В Штормовых землях пылают огни восстания, а лордов Простора сдержат в узде Тиреллы.

С остальными королевствами Север уже вёл войну в той или иной мере. Запад и Королевский домен поддерживали власть короля Джоффри, как и Долина во главе с Хардингом. Помимо них были и Железные острова, однако пираты уже нажили себе не меньше врагов. О них на какое-то время можно забыть.

— Тиреллы, которые отправили наиболее лояльных, боеспособных и обученных солдат во главе с лучшим из своих полководцев на Стену? — уточнил Джон. — Мы говорим об этих Тиреллах?

Зал взорвался возмущёнными возгласами. Казалось, что удержаться от криков не смог никто. Лорды горланили, топали ногами, выкрикивали оскорбления и угрозы в сторону семибожников, но на ситуацию это особо не влияло. Наконец, после призыва Хранителя Севера успокоиться, крик начал медленно идти на спад.

— Нужно позаботиться, чтобы наши люди не жгли и не грабили септы, не насиловали Молчаливых сестёр и не резали септонов, а всех, кто так поступит, наказывать по всей строгости, — предложил Робб Старк. — Король Джоффри, Грейджои и Ланнистеры — вот кто наши враги, именно они, а не миллионы южан.

— После всего того, что они сделали?! — завопил Большой Джон Амбер. — От одних только историй об этих зверствах у меня прибавилось седых волос, милорд. Неужели вы действительно думаете, что сможете удержать людей от ответных зверств?

— Мы не животные, чтобы уподобляться Вере! — ответил ему Робб.

— Но наказывая наших людей за «месть» мы лишь начнём разлад в собственных рядах, — отметил Джорах Мормонт. Зал опять начал заполняться гомоном.

— Милорды, милорды! — слово взял Джон Дейн. — Вы правы, рассуждая о том, во что выльется религиозная война. Мой брат рассуждает в правильном ключе, но и рассуждения лорда Амбера вполне справедливы, однако суть заключается в другом.

— И в чём же? — тихо спросил лорд Болтон.

— Что бы мы ни предприняли, южане и Вера будут видеть в нас врагов. Люди боятся того, чего не понимают, такова их натура. У Старобожья нет храмов, нет священнослужителей, официальных догм, священных текстов и официально устоявшихся обрядов. Для южан мы все дикари-культисты, не способные забыть о народных суевериях. По южным меркам Старобожье даже не религия.

— Тем не менее вы следуете этим суевериям, а вместе с вами крестьяне, лорды и короли, сир Дейн, — ответил ему Болтон.

— Да, но в последователях Старобожья будут видеть лишь дикарей, их не будут воспринимать как равных, какими бы ни были итоги этой войны. Равно как мы тысячелетиями не считали за равных племена одичалых.

— И Старые Боги явили своему избраннику выход из этого положения? — изогнул бровь Русе.

— А что, если так? — усмехнулся Дейн.

…

Аша Грейджой пребывала в прескверном расположении духа. Взгляды, которыми её одаривали лорды Севера и их дети, не предвещали девушке ничего хорошего. Она бы не ошиблась, предположив, что единственное, что отделяет её от "самосуда", это сопровождающие её на каждом шагу гвардейцы Старков.

Вот только защитники девушки были одновременно и её тюремщиками, которые последние два месяца не выпускали её за пределы выделенных ей покоев и лишь переводили из одной комнаты в другую.

Путешествие на юг позволило хотя бы немного развеяться, покинуть мрачную каменную твердыню и проехать несколько сот километров верхом. Прямо по бескрайним снежным просторам, под сопровождением, разумеется. Однако ничто хорошее не длится вечно, и вот один замок сменился другим. Роль мрачных сводов Винтерфелла теперь выполняли стены Рва Кейлин.

Прислушавшись, девушка услышала доносившиеся из коридора шаги.

— Можешь выходить, — было первым, что услышала Аша, когда дверь в её комнату распахнулась.

— Неужели в порту ждёт корабль, верная команда которого доставит меня в Пайк? — изогнула бровь Грейджой.

— Разумеется, нет, — фыркнула подруге Дейси. — Дети не должны отвечать за преступления родителей. Благодари лорда Старка и Джона Дейна, они обладают достаточным для сохранения твоей жизни влиянием.

— Не верю, что Мандерли согласились.

— Головы Виктариона им было достаточно. Долг кровной мести уплачен.

— Однако это не меняет того факта, что я должна быть казнена. Меня ведь для этого брали в заложники.

— Разумеется, твоя красивая голова будет замечательно смотреться на пике, но живая ты Северу куда ценнее. Всё стараниями лорда Родрика.

— Блядь, — опустила голову Аша, проигнорировав глупую шутку.

Настроение девушки было скверным. Ещё этим утром она была готова с гордостью выйти к северным лордам, с холодным безразличием принять заслуженную казнь и, не проронив ни слова, умереть, как и подобает дочери Железных островов, но теперь, когда стало ясно, что самая страшная участь миновала, Грейджой была готова разрыдаться, как маленькая девочка. Усилием воли девушка сжала кулаки и всё же не показала при Мормонт и слезинки.

— Родной отец обрёк меня на смерть, мать не воспрепятствовала этому решению, а брат предал. Кто меня спас… Дядя, с которым я не виделась тринадцать лет, и мужчина, который держал меня в заложниках. Бейлон Грейджой дал мне имя, но едва ли я назову его своим отцом после этого.

— Возможно, последние несколько лет Эддард Старк считал, что у него три дочери, — отметила Дейси. Взгляды девушек встретились. — Возможно.

— Зачем ты говоришь мне об этом?

— Те, кто спасли тебе жизнь, рискнули многим ради этого. Ты не должна выбирать, кто ты: Старк, Грейджой или Харлоу, все они часть тебя. Грядут опасные времена, Аша. Времена войн и перемен. Твоего брата уже не спасти, но острова — ещё можно. Не подведи их.

* * *

Простор, Хайгарден

— Очередное письмо с жалобами? — уточнила леди Оленна.

— Да, — ответил ей Уиллас.

— От кого на этот раз?

— Хайтауэры и Редвины.

— Терпят убытки от железнорождённых, — мрачно заключила матриарх, даже не читая письмо.

Годы брали своё, и Оленна прекрасно понимала, что ей осталось недолго, благо её ум всё ещё оставался ясным, а мечта обезопасить положение внуков сбылась. Уиллас уже как год прекрасно справлялся с управлением регионом, помощь матроны и официальное положение наследника были лишь формальностью.

Старший из её внуков был умен, образован и здоров физически. «Божественное чудо», исцелившее калеку, и обретённый им легендарный клинок изрядно повысили авторитет как самого Уилласа, так и всего дома Тирелл. У мальчика была красавица-жена, наследник обезопасил его положение, равно как и Гарлан с Лорасом, готовые оказать всестороннюю поддержку старшему брату и семье.

— Это не самая большая из проблем, — отметил старший из сыновей Мейса.

Если в Закатном море ещё можно было вести торговлю, то только в проливе Редвинов, который надёжно защищал одноимённый флот. Железнорождённые опасались бросать ему вызов, но их «мятеж» почти полностью уничтожил морскую логистику, по которой Ночному Дозору доставлялось всё необходимое. На её организацию и развитие ушли годы, страшно представить, сколько уйдёт на восстановление.

— Нужно укрепить Щитовые острова и отвадить пиратов от нашего побережья. Пусть расконсервируют весь военный флот и усилят морские патрули. Дом Тирелл компенсирует все финансовые издержки, — посоветовала внуку Оленна. — Западный флот Севера пал, Станнис не покидает Черноводный залив, так что если кто и высадит войско на Железные острова, то только Редвины.

Оленна Тирелл (в девичестве Редвин) хотела помочь семье, и если Тиреллы получали от союза Простора с Севером лишь выгоды, то появление на южных рынках мормонтовского мёда не очень хорошо сказалось на арборских винах. Финансовая поддержка в трудный час — наименьшее, что она могла сделать. В дверь постучали.

— Да? — спросил Уиллас, в проёме показались телохранители его бабушки.

— Милорд, гости из Звёздной Септы прибыли, — отчитался один из близнецов.

— Зови, — приказала Оленна.

…

— Вы говорите опасные вещи, леди Оленна. Звёздная Септа, разумеется, обеспокоена происходящим в столице, но утверждать, что сам Верховный Септон поддался ереси и скверне… — говорил один из праведных, высших церковных чинов семибожья.

— А как ещё это назвать? — хмыкнула женщина. — Своим указом он отлучил от церкви двух благородных лордов.

— Да, мы слышали об этом. Лорд Эдрик Дейн и ваш внук Лорас Тирелл. Насколько я знаю, у него был весомый повод.

— Резня в Кровавом Тупике? — фыркнула женщина. — Ещё год назад он самолично одобрял её. Это всё лишь попустительство тирании короля.

— Короля, которому мы служим, — осторожно промолвил Праведный.

— Короля, который использует Веру как метод политического террора. Вы видели деревни?

— Что, простите? — не понял мужчина.

— Деревни. Вы видели их, пока ехали сюда?

— Вынужден признаться, что нет. Местная жара и долгий путь истощили меня, я редко выглядывал из кареты.

— Они пылают, — ответил Уиллас. — Их пока не так много, но даже в Просторе то одна, то другая с одобрения Веры подымаются против «феодальных угнетателей». Лордам пока удаётся держать их в узде и не позволять сплотиться.