Не прошло и пары минут, как в кузню вошёл и Эдрик.

— Джон, ты закончил? — спросил юноша.

— Как и обещал, — Кошмарный Волк передал кузену его меч, на миг в лиловых глазах скользнуло разочарование, но Эдрик поспешил «исправиться» и радостно присвистнул, рассматривая лезвие. — Не спрашивай. — Вздохнул Джон.

— Меч есть, девиз есть, — пожал плечами лорд Звездопада. — Можно отправляться рубить кальмаров. — Улыбнулся Эдрик, пряча оружие в ножны.

— Ты останешься во Рву.

— Что? — младший Дейн растерялся.

— Ты останешься во Рву, — повторил Джон. — Будешь командовать обороной.

— Почему? — голос рыцаря звенел от обиды. — Ты сомневаешься в моих умениях? В верховой езде, фехтовании, готовности идти до конца? Ты же сам меня учил!

— Да, я учил тебя сражаться, командовать, договариваться и вести за собой людей, не думаю, что когда-нибудь у меня будет такой же талантливый и прилежный ученик, как ты, как и не думаю, что в Семи королевствах в ближайшие годы появится рыцарь, чьи навыки сравнятся с твоими.

— Ты обещал мне, Джон! — лицо бывшего оруженосца покраснело, все же в нем ещё не умер тот весёлый десятилетний мальчик, каким Джон его помнил. — Обещал, что мы будем сражаться вместе, плечом к плечу! Возьми меня с собой!

— А кого я оставлю командовать?

— Да кого угодно! — Воскликнул Эдрик. — Торрхена, Тома, Уэймара, Дейси, любого из них.

Дейн вздохнул, положив ладони на плечи кузена. Серые глаза встретились с лиловыми, переполненными юношеской решимостью и упрямством, готовыми спорить с бывшим наставником до конца. Владыка Рва в сердцах радовался этому упорству.

— Никому из них я не доверяю так, как тебе, — тихо пояснил Джон.

— Что? — юный рыцарь в очередной раз за разговор растерялся.

— В замке остаются мои дети, моя сестра, моя мать, мои люди и всё нажитое и отстроенное непосильным трудом, а к северу от него десятки тысяч нуждающихся во мне беженцев. Никому из перечисленных тобой я их защиту не доверю. Никому, кроме тебя, — лиловые глаза расширились в осознании. — Окажите мне услугу, милорд. — Перешел на официальный тон Джон. — Мне и моему дому. Позаботьтесь о моих землях на время моего отсутствия.

— Р-разумеется, милорд, — не сразу нашёлся младший Дейн.

— Благодарю вас, — улыбнулся Джон, кузены обнялись.

Не прошло и получаса, как отряд покинул стены крепости, ударившие по брусчатке копыта выбили искры, кони подняли клубы пыли, совсем скоро всадники скрылись за горизонтом, а что до Эдрика Дейна… Меч Зари получил прекрасную возможность выйти из тени Кошмарного Волка.

* * *

Вслед за Штормовыми и Речными землями война пришла и на Север. В надежде скрыться, крестьяне из Речных земель бежали на болота к северо-западу от Близнецов или пытались перебраться через Зелёный Зубец вплавь, удавалось не всем. Больше всего везло тем, кого патрули болотников проводили тропами к тракту, но даже они не могли сказать, сколько селян сгинет в трясине.

Золотые львы вместе со святым воинством гнали и без того измученных людей на север, обрушившись на приграничье подобно несокрушимой лавине. На юге Перешейка запылали первые хутора и деревни, те, которые находились ближе всего к тракту, те, которые не были скрыты от посторонних глаз. Солдаты озёрных кланов, отбивавшие набеги пиратов и патрулировавшие Мокрый лес с побережьем, оказались почти неготовыми к встрече с новым неприятелем. Да и беженцы начинали забираться опасно близко к Сероводью.

С крестьянами на тракте было легче, их встречали всадники Дейнов Заката и сопровождали прямо до южных стен резиденции их лорда, где для беженцев разбили временный лагерь. Там с ними говорили синие плащи и Дочери Мары, после чего позволяли пройти через ворота.

Немногочисленных ремесленников вместе с семьями отправляли в Серое Древо. В ремесленных кварталах и на производствах не хватало рабочих рук. Дезертиров и бежавших солдат из числа лоялистов Талли вербовали в гарнизон, значительно реже — бросали в темницу. Чардревный дом стал пристанищем для женщин, желающих помочь, а крепких здоровьем мужчин заставляли помогать укреплять замок. Оставшихся отправляли в лагерь для беженцев, который был уже севернее. Смельчаков спорить с хмурыми северянами при оружии оказалось немного.

При всём желании успеть укрепить и город возможности не было. Можно было попытаться насыпать вал или возвести частокол на манер лагерного, но это окажется пустой тратой сил, времени и ресурсов.

Агенты Эшары выискивали возможных лазутчиков, за последние дни женщина спала от силы часов пять. Дейн становилась более раздражительной и усталой, слишком много взвалилось на её плечи. Эдрик полагал, что лучше уж это, чем она постоянно будет терзать себя мыслями об очередной безумно опасной затее Джона. «Он ведь Кошмарный Волк, что с ним может случиться», думал Эдрик… но письмо в Белую Гавань всё же отправил.

Сейчас же командующий обороной стоял на внешней стене замка, наблюдая, как по тракту продолжает идти бесконечная вереница беженцев. С каждым днём дым от пожарищ был всё ближе. Три, максимум четыре дня и враг будет под стенами.

Между внешней и внутренней стенами подготавливали площадку для лучников, на случай, если враг сможет подступиться близко к стенам, можно будет стрелять по ним навесом. Помимо этого инженеры заканчивали сборку требюше. Постройки рядом освободили, на время осады они будут служить казармами. На стены тем временем поднимали камни, стрелы, копья, горшки с маслом, дротики для скорпионов и всё остальное, что может отбить у недруга всякое желание идти на приступ.

— Сир Эдрик, — обратился к Мечу Зари Торрхен.

— Ты собрал добровольцев? — спросил Дейн.

— Да, десять человек, как вы и приказали. Можете взглянуть.

— Хорошо, будем надеяться, что там не одни седые старики, иначе затею раскроют.

* * *

Перешеек, Север

Ночь опустилась на лагерь. Сотни походных шатров расположились вдоль Королевского тракта на много километров вперед. По правую сторону от дороги стояли шатры Ланнистеров, по левую были шатры Святого воинства, Фреев и их сторонников. Союзники львов в количественном плане уступали им не сильно, что сполна компенсировалось дисциплиной.

В принадлежащей речникам части лагеря не было и намёка на порядок. Стоны шлюх, пьяные драки, петушиные бои, союзники трона и помощники исполнения королевского правосудия явно не скучали. На этом фоне надменно-презрительные взгляды Ланнистеров в сторону союзников даже осуждать было не за что.

Дозорами, дальними патрулями, охраной лагеря, сбором лестниц и ростовых щитов, усиленной защитой и сопровождением обоза занимались именно они. Лорд Джейме умел воевать правильно, всё же он учился у лучших, и военная кампания, возглавляемая в своё время самим Эртуром Дейном, даром для него не прошла.

Ланнистер тяжело вздохнул, после того как в очередной раз прервали его и без того беспокойный сон. Из шатра Римана Фрея доносились отчаянные крики боли, стоны, плач, визг, а иногда и что похуже. Командующий силами речников допрашивал очередного взятого в плен северянина.

Джейме заметил, как в его шатёр заглянул обеспокоенный кузен Лансель, не так давно получивший рыцарские шпоры. Цареубийца не сильно любил кузена, скорее не так, тот был ему попросту безразличен, но дядю Кивана он уважал, пусть лучше его сын участвует в настоящей войне, чем в погромах. Церковники явно хотели видеть Ланселя в рядах святого воинства больше, чем в личной охране Джейме.

— Мне приказать им прекратить? — спросил младший из Ланнистеров.

— Пусть продолжают, — отмахнулся Джейме. — Просто я удивлён слышать смех.

— Лорд Стеврон пригласил на допрос кротких мирян, — пожал плечами Лансель. — Развлекает зрелищем. Раз ничего толкового узнать от них не может.

Каждую ночь к Фрею приводили человека из попавших в засаду синих плащей, каждую ночь тот проводил допрос. Ничего толкового тот так и не узнал, но несмотря на бессмысленность, своё занятие не прекращал. Пленникам ломали пальцы, выкалывали глаза, выбивали зубы, избивали, кололи раскаленным прутом, отрывали ногти. Вид пыток никак не влиял на результат. Все, как один, упорно повторяли одно и тоже.

Владыка Утеса вышел из своего шатра и взглянул в затянутое тучами небо. В последнее время он делал это слишком уж часто.

— Шесть тысяч мечей в гарнизоне, — озвучил ответ пленников Джейме.

…

— Держать темп! — кричали на солдат лорды Запада.

— Не отставать! — вторили им офицеры.

Длинной живой рекой подступала к стенам Рва армия коалиции. Тяжёлая пехота в алых плащах, копейщики Ланниспорта, воины домашней гвардии, Сыны Воина, вольные латники, наёмники, межевые рыцари, ополчение. Строгие боевые порядки, чёткий шаг, ровные ряды пехоты. Впервые за более чем три сотни лет ко Рву Кейлин подступало вражеское войско и войско это внушало, как минимум, Западная его часть. Десятки знамён, тысячи воинов, начнёшь подсчитывать — устанешь быстрее, чем закончишь.

Вёл войско высокий статный воин в золотых доспехах и длинном алом плаще, почти полностью покрывающем круп и ноги коня. Более привычно для лорда Тайвина, чем для Джейме, но вполне хороший способ напомнить вассалам о Старом Льве и страхе перед ним. Рядом с ним было не меньше двух сотен тяжёлых кавалеристов Запада, боевые кони, лучшая броня и оружие — одни из немногих, кто способен сойтись с рыцарями Долины в равном бою и победить.

Вместо привычных детям Севера боевых рогов заиграли медные трубы, Железный трон демонстрировал силу перед битвой, что, возможно, решит судьбу королевства. Копьеносица против золотого льва, львоящер против синих башен.

— Отправьте к воротам посланника, — приказал Джейме, спешившись. — Скажите, что я проведу переговоры от имени короля.

— Будет сделано, — поклонился Лансель.

— И проследите, чтобы это был кто-то, кто умеет следить за языком. Уже вечереет, и я не желаю отправлять их до тех пор, пока не закончатся кретины, — добавил Ланнистер.

…

Зазвенели цепи, медленно опускался мост, подымались решетки, отпирались окованные сталью ворота из железноствола. Припавшие к стене и бойницам арбалетчики с интересом выглядывали из-за зубцов на стоящего около моста смертника.

Небрежным жестом Джейме снял пояс с кинжалом и «Тёмным Рёвом» в ножнах и передал его в руки одному из сопровождающих его гвардейцев. После чего двинулся на встречу с вражеским командующим, как вскоре оказалось, вовсе не тем, кого он ожидал увидеть.

На встречу Ланнистеру шёл высокий рыцарь, от чего тот на миг опешил. Эти глаза, подбородок, доспехи со звездными узорами, выглядывающая из-за плеча рукоять Рассвета, словно сир Эртур явился перед ним во плоти. Но нет, плащ лиловый вместо белого и цвет волос не тот. Рыцари выровнялись друг напротив друга на середине моста.

— Простите, что я не оставил Рассвет, сир Джейме. Мало кто умеет обращаться с его ножнами.

— Не стоит извиняться, лорд Дейн. Вы не сможете обнажить его достаточно быстро и неожиданно, чтобы убить меня, — Лев скрыл проскочившее напряжение за надменностью.

— Вижу вы освоились с новым клинком, — вежливо отметил Эдрик, заметив, что лорд Джейме использовал именно меч, выкованный Джоном.

— В какой-то мере, — ответил Ланнистер. Вспомнив оплошность, произошедшую с Эдмаром, сам Джейме не стал бы убивать столь ценного пленника намеренно, но большая часть лояльных Талли лордов и без того были схвачены.

— Интересно, вы согласились принять этот меч от отца, чтобы увеличить престиж вашего дома, или чтобы подражать кумиру? — уколол Ланнистера Дейн. — Но это уже неважно. Полагаю, вы привели армию для сражения с Иными, как приказал покойный король Роберт и как было обещано лордом Тайвином. Боюсь, я не могу её пропустить, ваши люди не выглядят дружелюбно.

— Я здесь не для этого.

— Нет?

— В этом замке укрывается преступник, лишённый титулов убийца и враг короны. Именем короля Джоффри я прибыл сюда, чтобы арестовать его и предать королевскому суду.

— А чем провинились речные лорды, десятки тысяч беженцев, что вы согнали к этим стенам? Они тоже враги короны, тоже преступники?

— Так считает Вера. Что же до лорда Талли, то он сам избрал свою участь, так и не научился правильно выбирать друзей.

— Равно как и вы, сир Джейме, — опять уколол Ланнистера Эдрик.

— Дерзите мне, видимо, общение с леди Старк плохо на вас сказалось.

— Вы говорите о будущей леди Звездопада. Выбирайте слова, сир, чтобы мне не пришлось требовать от вас сатисфакции, — лицо бывшего королевского гвардейца скривилось так, словно он съел лимон.

Ланнистер в своё время не был обрадован новостями о появлении нового Меча Зари, вернее, он был откровенно недоволен отсутствием своей личной причастности к этим новостям и становлению нового рыцаря со столь громким титулом.

Шутка ли, но юный лорд Звездопада был одним из немногих юношей, которого столь прославленный рыцарь, как Джейме Ланнистер, согласился бы взять в свои оруженосцы. В память об Эртуре Дейне и как дань уважения ему, разумеется. Но лорд Дейн всё время выбирал себе не ту компанию: наставник — бастард, невеста — дикарка, оба — плоть и кровь убийцы Эртура. Поговаривали, он и молиться деревьям начал.

Как следствие, смелые действия Эдрика привели к Божьему суду, в результате которого дом Ланнистер был опозорен и унижен, а его чемпион стал почти что калекой и хотел свести счёты с Кошмарным Волком.

— Где он? Где Кошмарный Волк? — Джейме вернулся к официальной причине этих переговоров. — Скажите, иначе мне придется вести войска на штурм и самому это выяснять.

— Желаю вам удачи в приступе, — кивнул ему Эдрик и развернулся, чтобы уйти.

— Вы выбрали не ту сторону, лорд Дейн! — вспылил Джейме. — Неужели вы не понимаете?! Когда мои люди возьмут замок, они сравняют его с землей, вырежут каждого северянина по ту сторону стен, женщин, детей и стариков! Когда они окажутся там, срубят все чардрева, подожгут дома, дочиста вычистят амбары и сокровищницы в назидание! Стоит ли сопротивление королевскому суду всех этих последствий? Сдайтесь и именем короля я пощажу вас и всех невинных. Одумайтесь, лорд Дейн, позвольте мне сделать это в память об Эртуре. Позвольте помочь вам. Вы достойны большего, чем умирать бесславной смертью на чужбине.