— Забавно, — промолвил Эдрик, остановившись. Он развернулся к собеседнику, его лицо в миг посерьезнело. — Вы представляли сторону обвинения на Божьем Суде, по результату которого я мог лишиться руки за "покушение" на кронпринца. Вы согласились безо всяких возражений и колебаний, а могли хотя бы попробовать отказаться, сославшись на нежелание быть причастным к тому, в результате чего "племянника Эртура" могут лишить руки. Но вы не сделали этого. Так что ваши слова о памяти ничего не значат. Переговоры окончены.

* * *

Армия коалиции подошла к стенам Рва лишь под вечер, по завершении переговоров было слишком темно, чтобы идти на штурм, и войско Железного Трона начало разбивать лагерь. Зайдя так глубоко на болота, Джейме справедливо опасался ночных нападений озёрных кланов и вылазок гарнизона, поэтому решил не растягивать лагерь на километры вдаль.

Наиболее подходящие под шатры места были около тракта, как вдоль дороги, так и перпендикулярно ей. Небольшие сухие полосы, где не было трясины, чередовались каждые десять-двадцать метров. Именно там шатры и ставили. Стоя на балконе чертога, Эдрик пришёл к выводу, что в свете ночных костров вражеский лагерь напоминал дерево без листвы, раскинувшее свои ветви на много километров. «Дерево, как иронично», пронеслось у него в мыслях.

Неожиданно Дейн ощутил, как его дёргают за полы плаща, опустив голову, он увидел маленькую детскую ручку и нетерпеливый взгляд пытливых лиловых глаз. У его ног стояла малышка Дианна.

— Эдрик.

— Что, снежная звёздочка?

— А мы пустим тех людей к нам? — спросила девочка со свойственной лишь детям непосредственностью и наивностью. — Уже ведь ночь, на улице холодно.

— Это плохие люди, — попытался объяснить Эдрик, но судя по округлившимся глазам, лишь сильнее усилил любопытство племянницы. — Они делали плохо тем, кто пришёл до них, и попытаются сделать это снова, а мы будем их защищать.

— Ты тоже будешь? — спросила Дианна, Дейн кивнул. — А кто защитит тебя? — уточнила малышка, и рыцарь не знал, что на это ответить.

Девочка тем временем начала рыться в складках юбки, натянув на лицо серьезную деловитую мину. Не прошло и минуты, как она нашла искомое, маленькую резную фигурку. Стройный женский силуэт, с когтистыми пальцами на руках и оленьими рогами на голове. Дейн протянула игрушку дяде.

— Что это? — спросил рыцарь, беря ту в руки.

— Спригган, — улыбнулась девочка. — Мне его папа сделал.

— Спригган?

— Да, папа говорит, что это лесной дух, который защищает лес, природу и животных. Но я думаю, что он согласится защищать и тебя, если я попрошу.

— Спасибо. — Дейн погладил племянницу по голове, после чего спрятал фигурку в складках плаща. — А теперь беги в постель, мы ведь не хотим, чтобы тетя Вилла тебя ругала?

Девочка отрицательно покачала головой, после чего убежала. Её смех эхом разносился по замковым коридорам, напоминая солдатам гарнизона, за что именно они сражаются.

…

На рассвете следующего дня Эдрик вышел проверить стену. Небо затянули грозовые облака, но Дейн не сомневался, что в ближайшее время враг двинется на приступ. Солдаты при оружии заняли позиции на куртинах, арбалетчики замерли у бойниц и на вершинах башен, расчёты скорпионов и требюше готовились заряжать орудия, пусть даже командир обороны и не планировал в первый день демонстрировать врагу всё, что у него есть.

Во внутреннем дворе выстроились длинные ряды лучников клана Пит. Единственный клан Перешейка, не отдающий полное предпочтение коротким лукам. Мальчиков и девочек регулярно тренировали с семи лет, долгие и тяжелые тренировки давали свои плоды, позволяя Питам эффективно убивать врага, защищённого чем-то получше кольчуги. Две сотни хорошо обученных длинных луков Эдрик считал одним из ключевых козырей в этом бою.

Торрхен и Уэймар проверяли вверенные им участки стены, Мия Стоун отдавала последние распоряжения своим подопечным. Она со своими маркитантками и Дочерьми Мары будет оттаскивать раненых и подносить обороняющимся всё необходимое, чтобы сами солдаты не отвлекались на это.

Если всё пройдёт удачно, то нашпигованные стрелами западники и речники отступят, так и не добежав до стены. Наиболее подходящий для штурма участок был около Королевского тракта. Двести метров хорошо простреливаемой со стен, относительно ровной и заросшей мхом, травой и огромными цветами трясины, любой шаг по которой может стать смертельным. Даже срываясь на бег, до стен быстро не доберёшься и орудия не протащишь, чего не скажешь о дороге, вот только она простреливается ещё лучше.

Участки около западной и восточной стен в плане ходьбы по ним ещё более опасные. С внешней стены они простреливаются не так легко, но на вершинах главных башен и чертога — идеальный обзор. Всё видно, как на ладони, и вовремя перебросить отряд-другой умелых стрелков труда не составит. Да и про расчёты скорпионов забывать не стоит.

Тем временем перед замком разворачивались всё новые и новые, но далеко не самые качественные силы. Кроткие миряне, ополченцы, наёмники, перебежчики из числа лояльных Талли домов. Вероятно, Ланнистер собрался провести разведку боем, либо избавиться от солдат, в чьей лояльности сомневался, заставить тратить на них стрелы и масло. Хотя лестницы и ростовые щиты солдаты, разумеется, получили. Если им удастся хотя бы приставить лестницы к стенам, то можно будет усилить атаку воинами домашней гвардии.

— Предки ждут, — прошептал Эдрик.

— Милорд, — отвлёк его один из офицеров, указывая в сторону. — Там.

Дейн поднялся на башню, чтобы лучше рассмотреть происходящее во вражеских рядах, за ним последовали и Торрхен с Уэймаром. Солдаты замолчали, наблюдая за тем, что многие запомнят на всю свою жизнь. Отошедшие на пару десятков шагов солдаты святого воинства открыли обороняющимся обзор на косые деревянные кресты с распятыми на них женщинами. Дочери Мары, ушедшие проповедовать и помогать единоверцам в земли Блэквудов.

По пробитым гвоздями ладоням и ступням струилась кровь, у некоторых она была и на бедрах. Одежда большинства изорвана, на нескольких её и вовсе не было. Дерево крестов пропиталось кровью. Одна из женщин что-то шептала в бреду, со стен Рва слышно не было, но, вероятно, она просила убить её, семибожники лишь хохотали в ответ. Стиснув зубы, синие плащи шипели проклятия, более впечатлительные выкрикивали угрозы, маркитантки, не участвовавшие в битве против горцев, плакали.

— Живодёры поплатятся! Предками и богами клянусь, поплатятся! — Кричал Карстарк.

Лиловые глаза лорда Звездопада налились кровью, потемнев от гнева, они превратились в два тёмно-синих как сама ночь омута. Казалось, Эдрик не моргал все эти минуты. Дейн развернулся к одному из офицеров.

— Приведите пленников, — прошипел он.

Не прошло и пяти минут, как из темницы вывели с дюжину ланнистерских солдат, захваченных в плен Питами во время засад на передовые патрули или отряды разведчиков. Западники шли покорно, не сопротивляясь, они и не догадывались, что им уготовано.

— Кто из вас видел летающих львов? — спросил Эдрик, солдаты отрицательно покачали головами.

Опустился рычаг, сделал своё дело противовес, взлетели вверх ланнистерские солдаты, перелетев через стену. Ров ответил на провокацию.

…

Запели медные трубы, единой волной хлынули на стену вражеские солдаты. Вернее, медленно начали плестись в её сторону. Доспехи, оружие и ростовые щиты не были тем, что облегчает путь по трясине, кротким мирянам было легче, но от шальных стрел они по большей части были совершенно не защищены.

По отмашке Эдрика, стрелки на башнях и около бойниц начали обстрел без команды. Били прицельно. Длинным лукам и тяжелым арбалетам вполне хватало дальности, чтобы попадать в наименее защищённые части вражеского строя. Убить с такого расстояния трудно, но ранить — нет, этого было вполне достаточно, вызвать кровотечение и усталость, а добьёт уже трясина.

Нападающие начали падать один за другим, щиты делали свое дело, но панацеей не были. После команды и бранных криков строй нападающих начал выравниваться, отстающие спешно догоняли тех, кто сумел выйти вперед. Первые ряды превратились в единую, закрытую щитами линию, но с возвышенности было легко бить и по стоящим за ними. Солдаты коалиции начали гибнуть десятками. Бой больше напоминал занятия на стрельбище.

Тем не менее стрелки смогли подступить ближе и дать первый залп в сторону стен. Стрелы и арбалетные болты по большей части ушли в стену, отскочив от каменной кладки. Юный синий плащ любопытно выглянул из-за зубца, словив арбалетный болт в горло и свалившись вниз. Благо его примеру никто следовать не спешил, и большая часть пехоты продолжила укрываться за щитами и стеной.

Стрелки атакующих дали ещё один общий залп и уже готовились к третьему, как Эдрик дал команду к собственному. Ливень стрел обрушился на семибожников, оставив в живом море несколько заметных прорех, расчёты требюше всё ещё не успели зарядить орудия, но в них и не было особой нужды.

По рядам осаждающих прошло шевеление, солдаты расступались, уступая место несущим лестницы. Не прошло много времени, как они добрались до ростовых щитов в первом ряду. Вновь запели медные трубы, сигналя первому ряду расступиться, момент, и враг ринулся на стену.

— Сигнальте! — крикнул Эдрик. Воин на башне замахал знаменем, миг, и приказ был продублирован офицерами на площадке под стеной.

— Залп! — кричали они.

Две сотни стрел, как жала, вонзались в первые ряды противника, кроткие миряне и ополченцы с наёмниками падали замертво, но бегущие позади быстро подхватывали оброненные лестницы, понимая, что если не закончить этот рывок, то тут полягут все. Однако их ждал ещё один залп со стен и башен. Одичалые лучницы дома Уайтлинг выпустили в небо ещё полторы сотни стрел, а вслед за ними опять повторили общий залп Питы.

Больше сотни мужчин упали утыканные стрелами, на лицах их товарищей начал проступать страх. Латники из числа офицеров чувствовали себя более уверенно, достаточно наклонить голову и большая часть стрел просто отскочит от доспехов. Они спешно наводили в рядах порядок и приказывали продолжать атаку, но управа нашлась и на них. Расчеты скорпионов не зря ели свой хлеб, первый офицер, насквозь пронзённый дротиком, упал в трясину.

Пехота массово гибла под обстрелом, лучники проигрывали дуэль стрелков, продвижение в очередной раз замедлилось, но нужно отдать нападающим должное. Часть из них смогла добежать до южной стены Рва и даже приставить лестницы, но лишь для того, чтобы погибнуть от падающих на голову камней.

Три сотни оставшихся в живых атакующих, солидная часть которых была ещё и ранена, в панике бросились наутёк, что было ещё более гиблой затеей, чем продолжать штурм. Прицельные выстрелы гнали их обратно к осадному лагерю. Немногочисленные лестницы, которые всё же удалось приставить, уже отбросили вниз.

— И это всё, на что ты способен, Цареубийца? — спросил Эдрик.

Из пошедших на первый штурм выжило не больше сотни.

* * *

Златотравье, Север

Стауты были довольно мелким и незначительным домом, даже по меркам самого холодного из королевств, немногим богаче Мормонтов до их недавнего возвышения. Их резиденция, мягко говоря, не внушала, равно как и количество мечей, большая часть из которых была сейчас под Стеной.

Тем не менее старому лорду Харвуду удалось отбить первый штурм островитян. Те ударили с ходу, нагло, не подготовившись, не отдохнув. По завершении штурма лорд Стаут кричал, что Старые боги помогли его гарнизону отбить атаку, что духи лесов и курганов в ярости и скоро придут, чтобы сбросить разбойников обратно в море, где им и место. Пираты лишь посмеивались, слушая эту пустую браваду, не имея возможности подкрепить угрозы количеством своих мечей, старый дурак начал придумывать себе союзников. Однако так думали далеко не все.

Замок вместе с Барроутоном взяли в осаду. Несмотря на очевидность того факта, что следующую атаку железнорождённых северяне не отобьют, Виктарион приказал окружить замок и оставить под ним тысячу мечей.

Длинные корабли железнорождённых вошли в рейд на реке. Сам Грейджой вместе с ещё четырьмя тысячами окружил Барроутон. Златотравье расположилось всего в полутора километрах от его ворот. Один осадный лагерь было хорошо видно из другого, их разделял лишь мост через реку.

Капитаны выставили дозорных, а остальным приказали отдохнуть перед битвой. Некоторые команды строили планы, как атаковать, не дожидаясь приказов, и с первыми лучами солнца взять замок раньше других. Как-никак, но иметь владения на большой земле и титул лорда хотелось многим. Большая часть пиратов легла спать, хотя то с одного, то с другого конца лагеря ещё доносились песни и преждевременные тосты в честь победы.

— Ven-Mul-Riik! — никто так и не заметил, как лагерь стал накрывать непроглядный туман.

Дозорный пират устало вглядывался в ночную тьму, идущие ему навстречу тени сперва показались наваждением, словно он уснул на посту и вот-вот должен был проснуться, но чем ближе они приближались, тем в равной мере казались всё более реальными и сказочными.

Грациозной походкой они выходили на свет. Высокие, почти два с половиной метра в рост женские фигуры, словно созданные из дерева. Лицо существа застыло в одновременно красивой и жуткой дружелюбной улыбке, глаза светились ярко-зелёным. Его голову украшала пара небольших оленьих рогов, а из плеч, локтей и коленей торчали небольшие ветви, образуя острые шипы. На ладонях были ярко выражены длинные когтистые пальцы, а довершали картину насекомые, что роились вокруг силуэтов. Осы, светлячки и бабочки летали вокруг туловища и головы, остальные насекомые облюбовали само тело, перебираясь по нему с одного конца на другой.

«Духи леса и курганов!», в панике подумал дозорный, но всё же нашёл в себе силы, чтобы натянуть тетиву. В грудь ближайшего чудища вонзилась стрела, то замерло, с интересом наблюдая за посторонним предметом, торчащим из его тела. Со стрелы упало оперение, словно следуя собственной воле, она вошла глубже в грудь, и на глазах начала обрастать листьями. Вскоре стрела превратилась в ветку, которая словно всегда была частью существа. Оно медленно открыло рот, сплюнув на землю железный наконечник, его лицо стало недовольным.