Мысль о том, что сильнее всего союз северян и одичалых сплотило именно появление четырех десятков гостей из сказок, вызывала у северных лордов и командования Ночного Дозора нервные смешки.

Одичалые уверились в том, что союз с поклонщиками и безопасный переход за Стену — ничто иное как промысел божий, и с каждым днём схожие мысли посещали и головы самих северян. Зато Манс, Эддард и Джиор Мормонт столкнулись с вполне обыденной для них ситуацией — переговорами и советами.

Джон заверил, что именно с помощью детей леса он сможет запечатать Стену магией и, как часть «коалиции» против Иных, те тоже имели ряд условий. Лесной народ желал получить в своё распоряжение часть лесов, в которых будет запрещена охота, вырубка дерева и появление андалов. С учётом размера Севера, проблемой это явно не было.

В свою очередь, лидер детей леса пообещала людям обсидиановое оружие и посильную помощь в войне. Тысячи лет дети леса воевали с первыми людьми, они не знали ни железа, ни бронзы, ни лошадей, убивать животных они не смели, а силой, ростом и численностью всегда уступали своим врагам.

Война с людьми давно закончилась, северяне переняли богов у своих древних врагов и теперь сами почитали чардрева и их лики не меньше тех, кто их вытесал. Густые леса таили в себе много одним лишь детям ведомых тайн, даже спустя тысячелетия с окончания войны. Тайники с обсидиановым оружием входили в их число, а четырём десяткам гостей из сказок столько было явно не нужно.

…

Золотце, а именно так Джон назвал лидера детей леса, наконец, покинула покои Эддарда. Из того, что понял Старк, «имена детей леса слишком длинные для человеческой речи». Очередной проведённый в заботах час был позади, но у Хранителя Севера не было и минуты покоя. Вот и сейчас, около двери, краснея и переминаясь с ноги на ногу, стояла Арья Старк.

— Пап.

— Уже закончила свою тренировку?

— Угу. Мы можем поговорить?

— Конечно, — улыбнулся Старк.

Арья подошла к сидящему за столом отцу и забралась ему на колени, как когда-то в детстве.

— О чём ты хочешь поговорить?

— Ну, — замялась девочка. — Помнишь, я говорила, что никогда не выйду замуж?

— Конечно.

— Так вот, — на щеках Арьи проступил румянец. — Если этот дурак Эдрик придёт свататься. Ну… можешь ему не отказывать.

— Хорошо, — улыбнулся Старк, покрепче обнимая дочь.

Если сам Эдрик Дейн что-то и подозревал, то Арья Старк явно не знала, что по официальной версии она уже как год помолвлена с лордом Звездопада, после двухлетних переговоров Эддарда Старка с его тётей Аллирией.

Сам Эдрик пришел к Хранителю Севера просить руки Арьи в вечер этого же дня. Слишком многое он пережил, чтобы упустить возлюбленную из-за того, что был медлителен. Такой брак не нёс никаких глобальных выгод ни Старку, ни Дейну. Дорн и Север слишком далеко друг от друга, военный союз смысла не имеет, да и прочих интересов в другом королевстве у глав этих домов не было. Однако и сам брак не задумывался как политический.

* * *

Недалеко от Чёрного Замка заканчивал последние приготовления к долгой дороге на юг клан Вель. Вернее то, что от него осталось. Чуть больше трёх тысяч человек, доминирующее большинство которых составляют женщины и дети. Самые упрямые, верные и… впечатлительные. Факт того, что их вождь смог украсть себе в мужья настоящего колдуна, произвёл на этих людей неизгладимый эффект.

Леди Вель Уайтлинг, согласно условиям прохода одичалых на юг, получила статус всадника-владетеля, что сделало её главой одноимённого малого дворянского дома со всеми вытекающими последствиями. По договоренности дом Уайтлинг становился вассалом Дейнов Заката. Формально это могло означать, что Дейны больше не малый дом, и создавало неприятный прецедент в отношениях с домом Рид, но Эддарду сейчас было далеко не до этого всего. Такой вопрос может и подождать до поры до времени.

Колдун обещал одичалым настоящие дома вместо шатров, кров, защиту, скот и поля для возделывания. На этом фоне можно было спокойно смириться с долгой дорогой, перспективой уживаться с поклонщиками и даже с такой вопиющей дикостью, как необходимость просить разрешения и согласия у того, кого ты собираешься украсть. Ну, ещё новым вождём можно будет выбрать только старшего сына нынешнего.

Шутка ли, но больше всего клан привлекала возможность продолжить убивать поклонщиков, но только тех, на которых укажет их вождь или колдун.

— Ты думаешь, что разумно отправлять их одних? — спросил у кузена Эдрик.

— Том и мои люди их проводят.

— Я не об этом, — Джон вопросительно изогнул бровь. — Отправлять их в путь без вождя.

— Эдрик, старейшины могут позаботиться о себе и клане. Несколько недель строго на юг по Королевскому тракту — не заблудятся.

— Признайся, ты просто не хочешь отпускать от себя Вель, — начал подтрунивать над кузеном Дейн.

— Посмотрим, как ты заговоришь, лорд Дейн, когда сам женишься.

— Посмотрим, — согласился оруженосец.

— Давай, иди готовься, завтра выступаем. Корабли нас уже заждались.

— Две недели в море, — иронично-радостным тоном промолвил Эдрик.

— В компании Арьи, — подмигнул Джон.

— Морем и по Белому Ножу в Винтерфелл быстрее.

— Нет. Я решил показать ей Скагос и войну. Настоящую, а не то, что она себе представляет.

— Твой отец согласился?

— Он согласен с тем, что ей пора повзрослеть.

— Чего не сделаешь ради семьи, — пробормотал Эдрик,

Джон замолчал, глядя за горизонт. Туда, куда простирался Север. Сотни километров холмов, лесов и гор. Казалось, что серые глаза, видавшие такое, что и не снилось самым матерым из воинов и путешественников, не моргали целую вечность.

— Однажды лорд Тайвин сказал мне, что со временем вся семья человека умрёт и с этим ничего нельзя поделать. Одно лишь её имя останется. И знаешь, он прав… Имя семьи — единственное, что останется в истории, и только собственными руками можно повлиять на то, каким именно оно будет. Вот только какой прок от этого её членам? Тем, кто живет сейчас.

— Имя семьи могут восхвалять в песнях, но мёртвые их не услышат.

— Я много сделал ради семьи. Ради счастья Брана, Арьи и Сансы, ради безопасности дяди Бенджена… Ради достойной жизни Вель, Дейси и наших детей. Я был готов напасть на правящий государством дом, чтобы не дать королеве тебя обезглавить. Если мне суждено умереть в войне с Долиной, или любой из грядущих, то пусть на моей могиле напишут, что я заботился о своей семье, а не о её имени.

Глава 53

Ров Кейлин, Север

Заметив приближение леди Дейси, стража замка почтительно поклонилась и поспешила отпереть дверь. Девушка потуже затянула ремешки доспеха и поправила висящую на поясе булаву.

— Лошади готовы, солдаты выстроились и ждут около лагеря, — обратилась к ней Эшара.

— Пора оторвать этих молокососов от мамкиных сисек и показать им, что такое война, — ответила ей Мормонт и повернула в сторону конюшен.

Конюх подвёл к леди коня, а эскорт из всадников ждал около ворот, готовый выдвинуться в любой момент.

Дейн бросила мимолётный взгляд в сторону казарм синих плащей. Уэймар Ройс и Торрхен Карстарк сидели за столом во внутреннем дворе замка, прямо около входа в казармы. Сам стол был усыпан разного рода бумагами, списками и картами, обособленно от всего этого беспорядка на столе лежали мешочки с монетами и письменные принадлежности, а к «кузенам» Джона выстроилась небольшая очередь из пары десятков женщин и стариков.

Отцы, матери, сёстры, дочери, жёны и возлюбленные — всех их объединяли скорбные лица, тёмные круги под заплаканными глазами и переполненные печалью глаза. Вчера ночью из Чёрного замка прилетел Коготь со списком погибших за Стеной синих плащей. Их родственников ждали печальные вести и финансовые компенсации.

Джон рассудил, что рекрутировать людей будет легче, если те будут знать, что в случае смерти об их семьях позаботятся. Размер выплаты для семьи погибшего варьировался от степени потери — если погибший был единственным кормильцем, та, разумеется, была больше. Выплаченные суммы начинались сотней серебряных оленей и заканчивались тремя золотыми драконами. Запредельно высокие, как для черни, деньги.

Сама Дейси считала эту затею с реестром солдат глупой тратой времени и денег, а семьи погибших поначалу и вовсе приняли её за жестокую шутку, но раз уж лорды могут платить подъёмные в семьи, где живут и воспитываются их бастарды, то почему Дейнам Заката не позаботиться о семьях своих солдат.

— Не переусердствуй. Эта картина не подымает настроение, — кивнула в сторону семей погибших Эшара.

— Зануда, — фыркнула Дейси.

— Позаботься о нём. Защити, — попросила Дейн у забирающейся в седло Мормонт.

Впервые на памяти Маргаритки голос Дейн дрогнул. Даже не так. Это был даже голос не Эшары, а чей-то другой, доселе незнакомый. Это был не властный голос леди Звездопада, которым Эшара давала Мормонт советы, не едкий тон, которым они время от времени обменивались колкостями и даже не тот пробирающий до костей шёпот, которым тайный канцлер докладывает о том, что может знать только она. Это был голос матери, осознающей, что она опять не может защитить сына, в очередной раз решившегося ринуться в самое пекло.

— А ты… ты позаботься о детях, — таким же голосом ответила ей невестка. Всадники двинулись в путь.

Дейн кивнула, глядя на удаляющийся за воротами силуэт. В уголках фиалковых глаз стояли кристально чистые слёзы.

…

Тяжёлые шаги взбивают дорожную пыль, лязгают кольчуги, отблесками солнца играют наконечники сотен копий. Словно тихий ручей, плывут вперед синие щиты солдат Рва. Отдают приказы офицеры и подгоняют зазевавшихся солдат всадники — сыны и дочери Севера идут на войну.

Пять сотен вымуштрованных копейщиков, четыре десятка тяжёлых кавалеристов, две сотни лучников, экипированных не хуже, чем синие плащи, и гордость Торрхена — элитная сотня тяжёлых арбалетчиков. Дейны Заката оказались единственным малым дворянским домом, способным похвастать подобным войском.

Позади солдат шёл обоз: десятки тяжёлых гружённых доверху телег, а с ними и три сотни женщин и стариков — дочери Мары, маркитантки, рабочие, пара алхимиков и дюжина молчаливых сестер. Все при оружии.

…

Казалось, Серое Древо не прекращает расти ни на день, не кончается в нём работа, не перестают вырастать всё новые и новые постройки. Длинные ряды теплиц за Замком обещали дать хороший урожай, нужно лишь отбить у людей всякое желание разбить их и своровать стекло. Гильдия алхимиков избавилась от лишних хлопот, получив свои собственные теплицы под компоненты для зелий и лекарств.

Два новых городских кольца, с почти полностью застроенными секторами, обеспечат жильем и работой всех, кто её ищет, а такие люди появляются в городе всё чаще и чаще: торговцы почти со всех концов материка, бывшие волантийские рабы, озёрные жители, ремесленники и рабочие из Королевской Гавани давно разбавили собой однообразных сероглазых потомков первых людей. Вместе с одичалыми, что прибудут в город в ближайшие месяцы, его население достигнет почти двадцати пяти тысяч.

На окраине города строилось очередное каменное здание — что-то среднее между школой и сиротским приютом. В прогнозируемом будущем оно обеспечит ремесленников подмастерьями, не позволит сиротам заполонить городские улицы и покажет горожанам милость леди Маргери. Строительство целиком и полностью проспонсировала именно она.

Хорошие урожаи риса вызвали интерес болотников к новой для них культуре. Лидеров озёрных кланов всё чаще можно было увидеть в качестве гостей в главном зале Замка и прогуливающихся около заливных полей. Сытый Перешеек — сильный Перешеек. И с Дейнов Заката не убудет, если они расскажут о полях и «одолжат» соседям рис под засев. Особенно сильно это полезно сейчас, когда большую часть защиты ворот Севера составляют ополченцы.

Город преображался, а вместе с ним преображался и Перешеек. Работа над ликом чардрева закончилась спустя почти полтора года с момента её начала и теперь вытесанная во весь свой исполинский рост обнажённая женщина провожала взглядом плачущих глаз армию дома Дейн, показавшуюся на окраине города.

Затаив дыхание, люди наблюдали за солдатами. С влажными от слёз глазами бросали на дорогу полевые цветы женщины, их мужья и отцы вели себя более сдержанно, а вот дети бегали вдоль дороги и просто визжали от восторга.

— Леди Мормонт! Леди Мормонт!

Послышались где-то сбоку возмущенные крики группы ремесленников. Мужчины попытались перегородить путь, за что тут же были отброшены в сторону синими плащами. Солдаты уже собрались наградить наглецов живительными тумаками, но жест Дейси их остановил.

— Надеюсь, это того стоит. В противном случае тебя выпорют.

— Ну, так это… — нервно сглотнул ремесленник, выталкивая вперёд молодого парнишку-глашатая, чьё лицо украшал огромный фингал. — Вот. Говорит тут всякое, жён пугает.

Дейси вопросительно изогнула бровь, взглянув на юношу. Она надеялась, что хоть он ей всё объяснит.

— Я огласил последние приказы лорда Дейна, леди Мормонт. Главы цехов ими были не очень довольны.

— Чем же именно?

— «С этого момента все умершие в землях дома Дейнов Заката подлежат сожжению, как и уже захороненные. Приказываю сжечь все без исключения мёртвые тела, пепел дозволено перезахоронить, но не более. Невыполнение указа будет караться плетью», — зачитал со свитка глашатай.

— На Север движется армия Иных, — поспешила объяснить причины столь радикальной меры Дейси, но, как оказалось, обозлились не на неё.

— Ты другое читай! Другое! — возмущённо закричали остальные ремесленники.

— «Все девушки старше четырнадцати лет и способные держать в руках оружие мужчины любых возрастов подлежат внеплановому ротационному обучению в рядах ополчения каждые три месяца. Проводить до тех пор, пока не будет освоен бой в строю, владение копьём и стрельба из арбалета», — зачитал второй указ юноша и причина ярого возмущения стала ясна.