Утро началось на рассвете с визита Данна. Дознаватель и впрямь был ранней птахой, да к тому же, видимо, не погнушался показать свой знак гостиничным служащим, чтобы его пропустили на этаж, за что Скаю сейчас хотелось сунуть его в пастуший пирог, который как раз в оригинальном рецепте начиняют мелкой птицей. Но злость продержалась ровно до того, как Данн заговорил.

– Извините, что разбудил, коллеги. Но у нас еще один пропавший студент.

Сон с волшебника слетел, как капюшон на ветру. Он, признаться, ожидал, что найдут тело лавочника. Или даже Манса. Что исчезнет неведомый пока, но богатый и знатный владелец кареты. Но никак не пропажи еще кого-то из коллег-волшебников.

– Кто? – поинтересовался Пит.

– Еще один из этих кладоискателей, Линт.

– Как? – только и сумел спросить Скай.

– Вчера ранним вечером, в начале восьмой свечки, он вышел из особняка, где проживает с товарищами по тайному ордену, в бакалейную лавку. По возвращении на улице напротив особняка к нему подъехала карета, запряженная лошадью темной масти, подробнее в сумерках свидетели не рассмотрели. Пассажир кареты открыл дверцу, о чем-то заговорил с потерпевшим. Тот заглянул внутрь, после чего его, предположительно, ударили, втащили в карету, дверца захлопнулась, и карета скрылась в направлении центральной площади. Один из свидетелей, товарищ пропавшего и наш знакомец, Ниар Стезиус, видел происшествие со второго этажа дома. Он сразу выбежал, заскочил в конюшню, взобрался на лошадь прямо без седла и бросился в погоню. Но, поскольку особняк стоит от улицы на некотором удалении, а конюшня расположена за домом, карета успела скрыться. Час был не поздний, экипажей и людей на улицах много. Но при этом – сумерки, фонари еще зажглись не везде, вечер пасмурный с мелким дождиком. Видимость прескверная. Самое неудачное время для погони. Полагаю, злоумышленники это учли, поэтому и вели себя настолько дерзко.

– Ты сказал, что Ниар был одним из свидетелей, – уточнил Пит. – Из окна особняка там действительно ничего толком не разглядишь. А кто остальные и что видели они?

– Второй свидетель, садовник из дома напротив, чистил клумбу от увядших цветов. Но он вообще понял, что что-то не так, только когда карета слишком быстро сорвалась с места. Обычно лошадей так не гоняют, особенно упряжных. Карету он видел через кустарник, да еще и внимание на нее обратил только в последние мгновения. Поэтому описать ничего не может. Карета маленькая, изящная, округлая, темная. Такая, у которой кучер сидит впереди, а не сверху. Фонарей на углах не горело. Лошадка одна, темной же масти, но вроде бы не вороная, а самую малость посветлее. Таких у нас в городе больше половины, наверное. Кареты такие тоже из моды не выходят уже десяток лет. И мастеров в одном только Лареже пятеро, да еще и из столицы сюда многие приезжают. По королевскому тракту карета отлично катится, это вам не захолустное бездорожье.

Данн вздохнул, потер лоб и продолжил:

– Третий свидетель, то есть свидетельница, служанка из дома на углу улицы. Она переходила дорогу и едва не угодила под эту самую карету. То есть под копыта везущей ее лошади. Тоже уверена, что лошадь была не вороная, скорее гнедая. Кучер молодой, черноволосый, похож на лиссейца. Карету свидетельница не разглядывала и к описанию ничего не добавила, зато поглядела, куда это она так несется, и видела, что на следующем перекрестке она свернула к центральной площади. К сожалению, поглядев вслед карете, свидетельница сразу же зашла в дом и, таким образом, не встретилась с Ниаром. Поэтому он на том же перекрестке свернул в другую сторону и потерял всякий шанс догнать карету.

– Еще что-нибудь у вас есть? – спросил Скай.

– Еще у нас есть показания стражников, патрулировавших Старый Город в ночь бегства лавочника Паулса. Тогда они видели карету, ехавшую со стороны торгового квартала к Замковому Холму. Фонари на ней горели, двигалась она неспешно, подозрений не вызвала. Мало ли по каким делам их благородия по городу катаются?

– Прямо-таки благородия? – уточнил Пит.

– По крайней мере, стражники так решили. Но ни гербов, ни других опознавательных знаков на карете не было. Впрочем, именно так благородия обыкновенно и катаются по ночам в определенного рода заведения в Новом Городе. И не слишком любят, когда к ним кто-то приглядывается. Тут парней винить не в чем. А уж о том, что границ Старого Города в ту ночь ни одна карета не пересекала, им знать совершенно неоткуда. Для них все выглядело предельно ясно.

– Ладно. Винить некого и не в чем, – признал Скай. – А делать-то мы что будем?

– Мы будем есть, – отрезал Данн. – И думать. Бегать и суетиться я уже пробовал. Собственно, я со вчерашнего вечера, когда ко мне вломился наш друг Ниар, этим занимаюсь. И ничего не набегал. Городская стража подозрительных карет не видела, а неподозрительных слишком много. Кучера-лиссейца никто из знати вроде как не держит. Но это не значит, что его нет. Господа аристократы никому не отчитываются, кого они нанимают. А кучер – не тот, кем станут хвастаться. Вот лиссейские повара есть во многих домах, и об этом всем известно. Но проверить всех лиссейцев в городе пока не представляется возможным. Помощников у меня по-прежнему всего трое. Стража, конечно, получила указания осматривать все подходящие под описание кареты, но, скорее всего, она уже давно стоит в своем сарае. Или едет куда-то с благопристойнейшим хозяином. Словесные портреты всех пропавших стража тоже получила. Но у них список разыскиваемых такой, что хорошо, если бравые парни не забудут о наших пропавших уже к вечеру. Друзья-кладоискатели вызывались участвовать в поисках, но я их пока что задержал обоих.

– За что? – возмутился волшебник.

– Не за что, а зачем, – устало объяснил дознаватель. – Чтобы не наделали глупостей. Или тоже не пропали. Если двое из этого сомнительного Ордена уже исчезли, стоит принять меры, чтобы уберечь оставшихся. Кто знает, что они там где опять откопали?

– Говорят, что ничего, – возразил Скай. – И я им верю.

– Я тоже скорее склонен им поверить, – вздохнул Данн. – Но, во-первых, им не верит Рисс, а с ним спорить я не готов. А во-вторых, кто-то может только думать, что они что-то откопали, так ведь? И им же хуже, если они понятия не имеют, что это и где оно.

– Да, об этом я как-то не подумал, – признал Скай. – Надо расспросить их поподробнее, что за пещеры они там сейчас изучают.

– Мои помощники расспрашивают, но пока ничего не добились. Выглядит все так, будто это и правда просто доисторические черепки и наскальная живопись. Никакой древней магии, никаких артефактов, никаких ценностей. Ну и, главное, Манс ко всему этому даже близко не подходил. Однако же Линта похитили целенаправленно. Ждали или именно его, или любого из кладоискателей. А значит, ключ от этой тайны все-таки у них. И пока мы не разберемся, что происходит, пускай посидят под замком. Я бы их, может, и выпустил под честное слово сидеть безвылазно дома. Но мы оба знаем, что Ниар только и будет думать, как это честное слово обойти, не нарушив прямо. А мне сейчас в такие игры да с такими ставками играть не хочется.

Принесли завтрак, за которым когда-то успел послать Пит. Скай, не особо разбираясь, что лежит на тарелках, принялся за еду.

– Нужно, чтобы Кирт нарисовал портрет Линта. Портрет Манса у нас уже есть. Наделаем копий, раздадим страже, – предложил Пит. – И неплохо бы назначить награду. Как у гильдейской Охраны с бюджетом на такие дела?

– Бюджет есть, надо только с Риссом это согласовать, – кивнул Данн.

– Скай, что там у тебя за приглашения набрались? Когда ближайший званый обед?

– Какие обеды? – возмутился волшебник. – Разве сейчас до них?

– Если не придумаем план получше, на ближайший обед или ужин вы с Ником пойдете, – заявил Пит. – Ты будешь отвлекать внимание, Ник принюхиваться, не несет ли от кого из гостей нечистью, а я тем временем выясню, у кого из господ или их знакомых кучер или слуга лиссеец. Это господа на чужих кучеров не смотрят, а мы-то друг про друга все знаем. Про такого приметного парня наверняка в городе многим известно. И, кстати, лошадок хозяйских мы тоже знаем отлично, и по масти, и по норову. Это для господ стражников они на одну морду. А для нас все разные. А потом еще ты пришлешь помощника что-нибудь мне передать, чтобы он мимо всех карет прошелся. Ну так, совсем уже на всякий случай.

План Пита был Скаю не по душе. Но другого в голову все равно не приходило. Беспокойство за рыжего студента путало мысли и туманило разум похлеще любой нечисти. Пришлось доставать и перебирать визитки. Ближайший обед был уже завтра. Леди Мирелла. Скай с трудом припомнил строгую темноволосую даму средних лет. Стихов она не читала, пришла вместе с таким же темноволосым юношей, по всей видимости, сыном. Тот что-то декламировал о возвышенном и низменном. Больше волшебник не смог вспомнить ничего. А вот, смотрите-ка, получил приглашение на обед. И теперь придется туда пойти.

– Ты же помнишь, что Линта похитили, когда эта леди Мирелла чинно слушала стихи? – уточнил Скай.

– Конечно, – кивнул Пит. – И тот, кто похитил наших студентов, сам вряд ли разъезжает по званым обедам. Но слуги, конюхи, кучера знают о господах гораздо больше, чем те могут себе представить. И не только о собственных, но и о чужих тоже. Карета ехала к Замковому Холму. А он только на первый взгляд огромный. На самом деле – та же большая деревня. И слухи по ней расходятся быстро. Это не отдаленное поместье. И не лавка с единственным работником, которого можно незаметно сунуть в бочку в подвале. Мы эту нечисть непременно найдем. Главное – найти вовремя.

Вовремя. Волшебник сразу и до глубины души осознал всю тяжесть этого слова. Если они не успеют, опоздают на какой-нибудь день, а то и всего на одну свечку… Перед глазами встали бочка в подвале и безголовое тело в ней. Они обязаны успеть вовремя.

После завтрака Данн собрался было уходить, но молчавший все это время Ник окликнул его:

– Подождите! Есть еще кое-что. К делу это, наверное, не относится. Но нужно кому-то доложить. В стенах вокруг Старого Города почти все амулеты от нечисти и нежити разряжены не меньше, чем до половины. А две дюжины или даже больше разрядились совсем. Кто-то ведь должен за этим следить?

– Странно, – отозвался Данн. – Я проверял ворота, амулеты там в порядке.

– Странно, – кивнул Ник. – В воротах все действительно в полном порядке. Но отойдите вдоль стены немного в сторону и проверьте там.

– Хорошо, я передам, чтобы проверили, – кивнул Данн. – Спасибо за бдительность.

Дознаватель ушел, унося с собой портрет Манса и оставив друзей в тяжелых раздумьях. Скай все пытался найти хоть какую-то зацепку, но мысли все время сбивались на бессмысленный вопрос, мог ли он как-то предвидеть угрозу для Линта? Ведь думали же они, что нужно держать свое вмешательство в поиски Манса в тайне. Так почему не подумали, что кладоискатели – те, кто с самого начала не скрывал, что ищет пропавшего друга – могут оказаться под ударом?

Ник давненько не чувствовал себя настолько никчемным. Все его способности никак не могли помочь отыскать пропавшего студента. Рыжий Линт, в отличие от Ниара, Нику нравился. Впрочем, если бы похитили Ниара, травник наверняка чувствовал бы себя ничуть не лучше. О том, что именно прямо сейчас может происходить с пленником, Ник старался не думать. Нужно сосредоточиться на том, как его найти. Но, увы, ни единой полезной мысли в голове Ника не возникло. Карета, уехавшая в сторону Замкового Холма. Огромные территории, разгороженные заборами. Кишащие разномастной нечистью сады. Особняки с подвалами, флигели, укромные гроты в тени садовых деревьев. Все это просто невозможно обыскать. Даже с его чутьем и чарами Ская. Неужели совсем ничего нельзя предпринять?

Пит долго молчал, глядя в окно. Потом перевел взгляд на товарищей.

– Как же я ненавижу дела с похищениями!

Скай и Ник с удивлением уставились на друга. Как-то привычнее было считать, что Пита вообще ничем не проймешь. Он все знает, все умеет и всегда держит себя в руках.

– Убийство, даже массовое, и то проще, – продолжил Пит. – Оно уже случилось – и теперь у тебя понятная работа. Найти убивца и призвать его к ответу. А вот если есть похищенный, тут начинаются всякие сомнения. Жив ли он, мертв ли? И как бы так собственными неосторожными поступками его не убить… Как тут здраво мыслить-то вообще?

Друзья кивнули.

– Правда, мой батя говорил, что в таких случаях нужно сразу себя уверить, что похищенный мертв. Нельзя позволить страху за него давить на разум. Все, злодей его убил. Не ты. Батя, конечно, прав. Но я пока так не умею, – признался Пит. – Хотя, видимо, нам всем придется этому научиться. Что бы ни произошло, помните: виноват в этом тот, кто это все замыслил. И мы его должны поймать.

Сказанное Питом прозвучало весомо, правильно и в то же время нет. Ник не готов был смириться с тем, что Линт уже мертв. Его ведь похитили совсем недавно, так что должен быть шанс. Обязательно должен. Должен быть способ найти его.

Они все-таки решили еще покататься по Старому Городу. Просто для того, чтобы не сидеть в гостинице в ожидании новостей от Данна. Скай понимал, что шансы обнаружить нужный дом стремятся к нулю. Но безделье просто сводило волшебника с ума. Признать Линта мертвым казалось неправильным, хотя волшебник понимал, что это может запросто оказаться правдой. Мучительная неизвестность изнуряла похуже сложного волшебства.

Ник тоже явно держался с трудом. Угрюмо смотрел в окно на сады и заборы. Даже Пит молчал, мрачно нахохлившись на козлах экипажа. Несколько раз на пути встречались подозрительные кареты, но при ближайшем рассмотрении они оказывались совершенно точно не те. Ни лиссейского кучера, ни следов нечисти. Лошади попадались если и темной масти, то с приметными чулками, светлой гривой или другими особенностями, которые очевидцы не смогли бы не разглядеть.

К обеду Пит без объяснений свернул в сторону обзорной площадки и вскоре остановил экипаж у дорогущего заведения с цумерскими сладостями. Эти сладости волшебник с друзьями разведали еще зимой, пока Скай притворялся охочим до развлечений балбесом.

– Вам точно нужно как следует подкрепиться, – заявил кучер, заглядывая в окошко экипажа.

– Я сейчас чувствую себя так, будто не заслужил еды, – буркнул волшебник, хотя желудок имел совсем другое мнение. – Ну уж точно не заслужил цумерских пирожных.

– Считай это моим суеверием, – отрезал Пит. – Сейчас вы с Ником войдете туда, съедите что-нибудь ужасающе сладкое, а потом мы все вместе еще раз хорошенько подумаем… И, может быть, появится какая-то идея.

– А если нет? – вздохнул Скай.

– Хуже не станет совершенно точно, – заверил его Пит. – Ступайте, а я вас подожду.

Скай, уверив себя, что Питу тоже нужно остаться в одиночестве и подумать, выбрался из экипажа. Ник вылез и посмотрел на волшебника виноватым взглядом. Он-то уж наверняка полагал, что не заслужил пирожное. Скай вздохнул.

– Пойдем. Пит прав, нам с тобой нужно восстановить силы.

Ник послушно последовал за другом.

В заведении было пусто. Цены здесь были рассчитаны на аристократов и тех, кто всеми силами стремился аристократам подражать. Волшебники тоже могли себе позволить лакомиться цумерскими сладостями, но им не по нраву пришлись крошечные порции заграничных изысков. То ли дело огромные медовые пироги в «Снежном Змее»! До гостиницы, однако же, было далековато, а тело, потратившее силы на Особый взгляд и бесплодные переживания, требовало пищи прямо сейчас. Скай заказал самое большое блюдо всевозможных сладостей. Подавальщица с длинными черными косами, сплетенными в сложную прическу, поклонилась и быстро удалилась. Волшебник задумчиво посмотрел ей вслед.

– Слушай, – обратился он к Нику. – А ведь мы зря так уперлись в поиски кучера-лиссейца.

– Почему?

– А ты отличишь лиссейца от, скажем, цумера мельком и в сумерках?

Ник тоже глянул на хлопочущую за стойкой хозяйку заведения, на подавальщицу с темными миндалевидными глазами и помотал головой.

– Ну да, кучер мог быть лиссейцем, цумером, шаамом или даже даракийцем. Но последнее совсем уж маловероятно.

– Шаамом… – задумчиво протянул Скай. – Шаамские жрецы повелевают духами.

– По легенде, – кивнул Ник.

Скай вдруг вспомнил, что при разговорах о шаамском жреце, популярном у ларежской знати, травника ни разу не было. А сам он так твердо решил считать жреца очередным шарлатаном, что напрочь выбросил его из головы.

– В Лареже недавно объявился некто, выдающий себя за шаамского жреца. Показывал чудеса, исцелял от головной боли. Я, конечно, сразу решил, что он никакой не жрец, а обыкновенный шарлатан. Вокруг богачей всегда вьется подобная публика. Даже думать забыл о нем. Надеюсь, это не окажется непростительной ошибкой. Сейчас он как раз гостит у кого-то из господ аристократов. Надо найти его и посмотреть повнимательнее.

– Надо, – согласился Ник. – Мы можем спросить это у кого-то прямо сейчас или придется ждать аж до завтрашнего обеда?

Принесли заказ. Скай помолчал, дожидаясь, пока подавальщица отойдет в сторонку.

– Без предупреждения можно заявиться разве что к господину Авериану, но, как назло, его нет в городе. – Волшебник подхватил с блюда крошечное пирожное с колючими сахарными кружевами и целиком отправил его в рот. – Еще можно спросить у Кэссии. Но ей придется как-то объяснить мой интерес. Без объяснений она, пожалуй, пошлет меня к Лешему.

– Мне кажется, нет ничего страшного в том, чтобы рассказать ей правду, – пожал плечами Ник. – Но лучше посоветоваться с Питом. Он точно знает, что секретно, а что нет. Мне сейчас слишком хочется сделать уже хотя бы что-то.

– Мне тоже. Давай-ка возьмем всю эту красоту с собой. Есть можно и в экипаже.

Хозяйка посмотрела на них укоризненно, но все же велела подавальщице упаковать купленные сладости в большой сверток из тонкой белой цумерской бумаги. Волшебник подхватил его и поспешил к экипажу.

– О, сработало, как я погляжу? – глянув на спешащих друзей, догадался Пит. – Выглядите вы куда бодрее.

– Не уверен насчет бодрости, – ответил Скай. – Но одна идея меня все-таки посетила. – Волшебник сбивчиво поведал про забытого шаама. – Но, если заявиться сейчас к Кэссии с вопросами про него, придется объяснять ей, что происходит. Она и так в обиде на меня за то, что я использовал ее, когда подбирался к художнику. Второй раз она мне такое не простит, – закончил Скай.

– Ну, дело-то у нас на этот раз не секретное, – рассудил Пит. – Ты же тут не как агент Тайной Службы, а как вольный волшебник, нанятый для поисков пропавшего. Заказчик на секретности вообще не настаивал, помнится. Спугнуть злодеев и тем навредить похищенному мы уже тоже можем не бояться: после похищения Линта их совершенно точно ищут. И они об этом прекрасно осведомлены. Вот о том, что мы ищем шаама, лучше бы им не знать. Но, думаю, леди Кэссия столь же умна, сколь очаровательна, и не будет об этом распространяться.

– Конечно! – заверил его Скай.

– Тогда поделитесь-ка тем, чем так заманчиво пахнет из вашего пакета, и поехали, – подытожил Пит. – И сами ешьте. Наверняка ведь ничего не успели толком проглотить.

В доме на Яблоневой улице, однако, их встретила только служанка. О том, когда вернется хозяйка, она то ли не знала, то ли не хотела говорить. Пришлось убираться восвояси.