Глава 7: Уровень воды

23 АВГУСТА 2038 ГОДА

Трасса A1A тянулась ровной прямой мимо череды торговых центров, бюджетных отелей и многоэтажных кондоминиумов в Коко-Бич, штат Флорида. Разгар лета — за сорок градусов в тени, влажность как в паровой бане. Говорят, что птица штата Флорида — это комар.

Рошá подумал: Кто по доброй воле здесь живёт?

Ответ, разумеется, — инженеры. Космическое побережье переживало бум. Подъём уровня океана, конечно, внушал опасения — если не за стартовые комплексы, то за прибрежные города, — однако Коко-Бич был в шаговой доступности от компании Starion Launch Systems Бёркетта, корпорации Zenith Мейси и нескольких других частных компаний по запуску ракет, работавших с мыса Канаверал. Впрочем, судя по вывескам риелторов на каждом квартале, особняки на первой береговой линии спросом не пользовались.

По другую сторону улицы мимо проплыл новый высотный кондоминиум, чья видеовывеска горделиво сообщала: «Выдержит пятую категорию ураганов» и «Защищён от штормового нагона». Вместо бассейна — встроенные управляемые через интернет штормовые ставни.

Макар Егоров, массивный начальник службы безопасности корпорации Catalyst, произнёс с переднего пассажирского сиденья: — Мы близко, господин Рошá.

Рошá кивнул.

Водитель свернул на жилую улочку, застроенную одноэтажными пастельно-окрашенными домиками середины двадцатого века на участках по четверти акра. Через один дом красовались следы ураганного ущерба и таблички «Продаётся» — ближайшая с пометкой «Цена снижена!»

Внедорожник остановился.

— Вот оно. — Егоров уставился на подъездную дорожку перед ничем не примечательным домиком. Он вытащил детектор радиочастотных сигналов. — Позвольте, я зайду первым и проверю помещение.

— В этом нет необходимости, Макар.

— Нужно хотя бы убедиться, что всё безопасно.

— Нет. Ждите здесь. И… — Рошá извлёк телефон из кармана пиджака и передал Егорову. — …возьмите это.

Егоров поднял его. — Если возникнут проблемы, как вы со мной свяжетесь?

— Если возникнут проблемы, это будут такие проблемы, с которыми вы всё равно не сможете помочь.

Егоров недовольно проворчал.

Рошá вышел из машины, и климат Флориды немедленно набросился на него. Казалось, он ступил на поверхность Венеры — особенно в пиджаке и при галстуке. Он быстрым шагом прошёл по подъездной дорожке и через заплесневелое бетонное крыльцо. Набрав код на умном замке входной двери, он услышал щелчок и снова вошёл в спасительную прохладу кондиционированного воздуха.

Закрыв за собой дверь, он оглядел пустую гостиную с жалюзийными распашными дверями в дальнем конце. Всё помещение пахло затхлостью. Шаги гулко отдавались, пока он пересекал паркетный пол и протискивался сквозь двери на кухню.

Там он обнаружил Эрику Лисовски, сидевшую за кухонным столиком с бокалом холодного чая в руках. Её внешность всякий раз удивляла его. В памяти она неизменно представала более внушительной, чем была на самом деле. Она была старше него лет на десять, не меньше — лет сорока пяти — и вживую напоминала ничем не примечательного вашингтонского бюрократа среднего звена. Никакой броскости ни в одежде, ни во внешности. Однако он знал нескольких миллиардеров и сенаторов, которые допустили роковую ошибку, недооценив её.

Она спокойно кивнула ему. — Лукас.

— Эрика. — Он оглядел окружающую его капсулу времени американской середины века. — Занятный выбор места для встречи.

— Дом моего покойного дедушки. Он купил его ещё в шестьдесят восьмом.

Рошá сел напротив. — В эпоху программы «Аполлон», значит.

— Именно. — Она задумчиво обвела взглядом комнату. — Я провела здесь много времени маленькой девочкой. Его, наверное, снесут вместе со всем кварталом, чтобы возвести очередной «бункерминиум».

Рошá выдержал паузу из уважения к её утраченному детству, а затем сказал: — Насколько я понимаю, воскресная встреча на мысе не отменяется.

— Нет. Меня туда не пригласили. Однако пятый этаж крыла Си будет присутствовать.

— Полагаю, это бюрократический эвфемизм, означающий что-то важное. У вас есть наш предварительный иммунитет от уголовного преследования?

Она потянулась к сумке на полу и вытащила папку, которую пододвинула к нему по столу. — Это не спасёт тебя от них, Лукас.

Рошá раскрыл папку и увидел печать Министерства юстиции США и подпись генерального прокурора. Он поднял взгляд. — Эрика, сейчас это лишь вопрос времени — когда именно США или Китай обнаружат роботов-буксиров на лунной орбите. Когда это произойдёт, у Catalyst не останется никакого козыря. Мне нужно договориться прежде, чем это случится.

— США уже знают траектории ваших роботов-буксиров.

Глаза Рошá расширились.

— К этому моменту и китайцы, возможно, тоже в курсе. Скорее всего, сейчас просто идут наперегонки — кто доберётся до них первым.

Рошá опустил взгляд на документы. — Тогда каким весом я располагаю на этой встрече?

— Ты задаёшь не тот вопрос, Лукас. Тебе нужно нечто большее, чем контроль над роботами-буксирами, чтобы иметь реальный козырь.

— Почему ты так считаешь?

— Потому что финансовая система здесь, на Земле, может быть использована для давления на тебя и твою команду. Все ваши земные активы могут быть заморожены в любой момент.

Рошá уставился на неё. — Но я думал, что они хотят договориться.

— Хотят — ради политического прикрытия. Но в космосе они всё равно будут диктовать правила.

— Хорошо, тогда заключу какую смогу сделку.

Она покачала головой. — Это лишь продолжит расширение холодной войны в космос, а времени на это нет. Не если мы надеемся спасти цивилизацию и нашу биосферу.

— Это прекрасные слова, Эрика, но они никак не помогут мне на встрече.

— Та встреча — не причина, по которой я тебя вызвала. — Она сделала паузу. — Ты выполнил мою просьбу насчёт Рамона Марина?

Он кивнул. — Да. Несколько дней назад я доставил его на остров Вознесения на сертификационные тренировки по работе на орбите.

— Хорошо. Нам нужно, чтобы он был готов.

— Готов к чему?

— Это станет ясно со временем. А теперь — ты ознакомился с документацией по Цислунарной товарной бирже?

Рошá бросил на неё косой взгляд. — Мне нужен твой совет по поводу предстоящей встречи, Эрика.

— Ты изучил документацию ЦТБ?

— Да. Читается как докторская диссертация по криптоэкономике. Ты у нас экономист, не я.

— Тебе необходимо это понять. Чтобы избежать затяжного астрополитического конфликта, новая цислунарная экономика должна быть отделена от земной — от всех её столетий коррупции и долгов. И только создав экономику с нуля в вакууме космоса, можно изолировать её от климатических потрясений земных финансов.

— Замечательно. Но какой смысл в виртуальных деньгах в космосе, если ими нельзя пользоваться здесь, на Земле? Как мы будем закупать необходимые материалы или…

— Для создания экономики нужны лишь три вещи: валюта, монетный двор и реестр собственности. ЦТБ обеспечивает всё три.

— Но ты сама только что сказала, что американцы знают, где находятся наши астероидные ресурсы. Они могут просто забрать их, пока мы застряли здесь. Так что у нас не будет даже шанса построить эту «Цислунарную товарную биржу», которую ты предлагаешь.

— Это не просто предложение. Ты помнишь о других активах Натана Джойса на лунной орбите — о коммуникационных спутниках, которые он запустил для обеспечения лунных горнодобывающих операций?

— Да, но рынок лунной добычи так и не возник. Натан понёс колоссальные убытки.

— Вот здесь ты ошибаешься. Лунная добыча ведётся — только не того рода, которого все ожидали.

Рошá прищурился.

— Полдюжины спутников, которые Натан вывел на полярные лунные орбиты семь лет назад, официально считались ретрансляторами для лунной связи — и они действительно способны это делать. Но не для этого они были туда отправлены. На самом деле они готовы и способны образовать базовую внеземную сеть транзакций и расчётов. Они широко рассредоточены в глубоком космосе, чтобы их было трудно уничтожить. Именно их Натан попросил Адедайо Адису защитить от кибератак в первую очередь.

— Адедайо? — Рошá обдумал эту новость. — Значит, ты говоришь, что эти спутники запускались для поддержки криптовалюты «lūna», описанной в твоём техническом документе по ЦТБ? Снова тот же вопрос: какой смысл в виртуальных деньгах в космосе, если их нельзя репатриировать на Землю?

— Ты не будешь отправлять деньги на Землю. Деньги будут приходить с Земли. А именно — инвестиции.

— Земные власти никогда на это не согласятся. Они потребуют регуляторного контроля.

— Они не могут помешать тебе принимать существующие криптовалюты в обмен на кредиты в новой внеземной экономике. Это просто блокчейн-транзакции — крошечная передача текста в эфир. Ни одно правительство не может заблокировать эту передачу — ни входящую, ни исходящую. А твои серверы находятся в глубоком космосе — конфисковать их непросто. Лазерная связь — перехватить или заглушить непросто. Особенно если она активно защищается.

Рошá задумался. — Итак… я создаю внеземную блокчейн-экономику с этой Цислунарной товарной биржей… и принимаю криптовалютные инвестиции с Земли, обменивая ещё никчёмную монету lūna на ценные земные криптовалюты. — Он покачал головой. — Зачем инвесторам это делать?

— Потому что монета lūna в рамках ЦТБ будет обеспечена внеземными ресурсами и энергией — и те и другие обладают реальной стоимостью, особенно на лунной орбите. Я ожидаю, что существующие платформы криптомайнинга на низкой околоземной орбите станут твоими активными союзниками.

— Но… у общества нет оснований верить, что у нас действительно есть ресурсы в космосе. СМИ уже называют нас мошенниками, и откровенно говоря, если американцы или китайцы захватят наши роботизированные буксиры, это окажется правдой.

— Об этом пока не беспокойся. Главное — сеть уже развёрнута в космосе. Чтобы внеземная экономика заработала, необходимо дать понять, что от неё выиграют все на Земле. Космос не может быть только для миллиардеров и сверхдержав. Иначе цислунарная промышленность встретит лишь сопротивление — со стороны экологов, борцов с бедностью, конкурирующих правительств. Чтобы этого не допустить, освоение космоса должно принести пользу наиболее широкому кругу людей на планете… по всему миру — и богатым, и бедным. Большим странам и малым. Потому что стремительное промышленное освоение космоса будет необходимо, если мы хотим успеть обратить вспять изменения климата. Вот что поставлено на кон, Лукас.

Он почувствовал себя подавленным. — Я не знаю, как всё это сделать.

— Тебе не нужно знать. Тебе нужно лишь защищать тех, кто знает.

— Как?

— Помогая устанавливать новые правовые прецеденты для торговли в глубоком космосе. Как ты думаешь, сможешь?

— Попробую.

— Хорошо. — Она откинулась назад. — Раз уж речь зашла о правовых вопросах: тебе удалось выйти на связь с людьми Адедайо в Лагосе?

— Да. Ога раскрылся. Он опасен и требует, чтобы мы передали ему долю Аде в корпорации «Каталист».

Она кивнула. — Что ж, благодаря Натану Джойсу это не первая преступная организация, с которой тебе приходится иметь дело.

— Впервые мне приходится иметь дело с кибергруппировкой. У нас уже были сетевые вторжения. Я не уверен, что нам удастся защитить наши системы от них.

Она наклонилась вперёд и посмотрела ему в глаза. — Именно это и сделает их для нас столь ценными.