Глава 27: Цена входного билета

НАСЕЛЕНИЕ СТАНЦИИ КЛАРК: 23

ДНЕЙ ДО ОТЛЁТА К РЮГУ: 1 085

Тело Милены Якубец лежало на смотровом столе в медпункте Южного жилого модуля. На ней по-прежнему был лётный комбинезон, глаза закрыты, лицо безмятежно — лишь губы отливали тёмной синевой. Оба бортовых хирурга станции стояли рядом с телом, погружённые в мрачное раздумье. Напротив них стояла Прия Чиндаркар; у изножья стола — Джин Хан и Джеймс Тай.

Джин спросил: — Как это произошло?

Доктор Элизабет Джозефсон повернулась к нему: — Острая гипоксия.

Тай добавил: — Я извлёк её тело из центрального насосного отсека. Она находилась в атмосфере с повышенной концентрацией азота. В условиях микрогравитации газ, по всей видимости, скопился вокруг неё, пока она работала, и она, скорее всего, задохнулась, не осознав, что происходит.

— Она была нашим специалистом по системам жизнеобеспечения. Почему она не использовала дыхательный аппарат? Или датчики кислорода? И почему она была одна?

— Ошибка — возможно, вызванная усталостью.

Челюсть Джина сжалась и разжалась. — Существуют процедуры, которые должны это предотвращать.

Тай кивнул.

— Как давно она умерла?

Доктор Охана ответил: — К моменту обнаружения трупное окоченение уже наступило. Значит, не менее одного-двух часов назад.

— Дж. Т., вы нашли её?

— Нет. Челси Бёрк. Когда Милена перестала отвечать в чате, Челси пошла проверить по её RFID-метке.

— Это было безрассудством. Это могло стоить нам ещё и специалиста по связи. — Джин обвёл взглядом присутствующих. — Отныне, если кто-то пропадёт или замолчит, объявляется общая тревога, и я должен быть уведомлён немедленно. — Он потёр усталые глаза. — Это моя вина.

— Вы не можете быть везде. Процедуры существовали.

— Что с того её семье? — Джин несколько секунд смотрел на тело. — Полагаю, весь экипаж уже знает. И международные наблюдатели тоже.

Охана и Джозефсон кивнули.

Тай сказал: — Все они знают, как здесь опасно. Эти системы и процедуры совершенно новые. Нас ждут тяжёлые уроки.

Джин вздохнул: — Мы здесь, чтобы попытаться спасти двух людей, а один человек уже погиб.

Доктор Джозефсон обратилась к Джину: — Это ставит важный вопрос: нам с Джеки нужно организовать на станции морг. Вам троим нужно выделить нам место — желательно там, где естественно холодно и темно. Мы думаем об одном из шлюзов незадействованных стыковочных отсеков.

Тай сказал: — Хм. Только не отправьте случайно через него новоприбывших.

Остальные уставились на Тая.

— Это не была шутка.

Джин снова повернулся к Джозефсон: — Сделайте это, Лиз. Но подготовьте останки Милены к доставке на Землю. Грузовой циклер будет здесь меньше чем через неделю. Нам нужно сохранить её в заморозке на время перелёта и договориться с центром управления полётом о связи с её ближайшими родственниками.

Чиндаркар добавила: — Нужно сообщить Лукасу. Скорее всего, возникнет вопрос об ответственности. Свидетельство о смерти. Земные власти. — Она помолчала. — А остальной экипаж? Думаю, стоит провести траурную службу. Чтобы каждый сказал несколько слов.

Джин обдумал это. — Да. Ты права. Эта женщина погибла из-за нас. Из-за нашего решения быть здесь.

Тай сказал: — Это было и решение Милены тоже.

Чиндаркар посмотрела на него. — Никто не говорит, что нет, но мы всё же стали причиной того, что это место было построено — ради спасения наших друзей. Другие будут делать эти расчёты, даже если ты не делаешь.

— Я не думаю, что этот расчёт — единственный, который имеет значение.

Джин поднял руку: — Оставим это на другой день. Сейчас нам нужно скорбеть о её потере и убедиться, что такое не повторится. Джеймс, пожалуйста, используй свои знания о газовых смесях и проверь наши процедуры безопасности в технических помещениях.

Тай кивнул: — Займусь этим.

Он повернулся к Джозефсон и Охана: — Позаботьтесь об останках Милены, а мы подготовим службу.

— Траурная служба по Якубец прошла скромно: экипаж Южного жилого модуля выстроился в коридоре у жилых помещений, пока бортовые хирурги провезли завёрнутое тело мимо на каталке. Они остановились у лифтового холла, и Джин произнёс несколько слов о хрупкости жизни и важности того, чем они здесь занимаются.

— Лучший способ почтить жертву Милены — добиться успеха в создании постоянного присутствия человека в дальнем космосе.

После этого останки Милены Якубец были отправлены в холод и темноту шлюзового отсека — ожидать транзитный корабль, который доставит её к лунному циклеру, а оттуда — домой.

— На третий рассвет Тая в роли робота-телеприсутствия на Луне солнце взошло как пронзительный белый свет, перевалив через лунные холмы на востоке. В отличие от умиротворяющих земных рассветов, рассвет на Луне — это появление ядерного горна. Переход от опасного холода к испепеляющему жару не был постепенным.

На базе Морра ещё велись масштабные строительные работы, хотя ни одно из зданий не было завершено. Робот Талос Тая взглянул с плоской крыши Кирпичного дома на юго-восток, мимо канатной дороги — туда, где роботы Талос Джина и Яка двигались вокруг металлического каркаса Пускового дома. Эта конструкция медленно обретала форму в соответствии с Г-образным планом этажа, а к настилу крепились части сложного оборудования, которое Эклунд вместе с Николау Иворра и Хосико Сато изготовил на станции Кларк. Тай не понимал — и, к счастью, не был обязан понимать — большей его части. Эклунд понимал, и его робот Талос маневрировал в полутьме среди оборудования. Затем он поднял голову: — Ребята, осторожно. Солнце почти взошло.

Тай повернулся лицом к лунному рассвету и теперь заметил характерное левитирование частиц, размывающее горизонт. Части этого марева потрескивали и искрили о трубы, кабели и фундаменты или очерчивали контуры оборудования свечением, похожим на огни святого Эльма.

Примерно через час земля начала дрожать, и вскоре конструкции базы Морра задёргались и заколыхались на опорах.

— Лунотрясение! Следите за утечками газа. — Робот Эклунда вцепился в оборудование.

— Боб, доверь балансировку программному обеспечению Талоса. — Тай продемонстрировал: ноги его робота автоматически компенсировали раскачку настила.

— О. Ну да. — Робот Эклунда разжал хват на толстой трубе, и его стойка немедленно стабилизировалась.

Вдали по склонам мыса Брюс скатывались камни, оставляя за собой пылевые шлейфы. Ближайшая равнина слегка колыхалась.

Робот Эклунда огляделся. — Думаю, всё обойдётся.

— Твой километровый масс-драйвер действительно сможет справляться с этим на регулярной основе?

— Будет гнуться, и мы станем перекалибровывать его дистанционно.

Джеймс Тай знал, что всё будет не так просто. Осложнения возникают всегда. Если глубокий космос и научил его чему-то, так именно этому.

Лунотрясение длилось почти восемь минут и стихло лишь нехотя. К тому времени солнце отбрасывало резкие тени на море.

На станции Кларк Тай снял хрустальные очки и потёр глаза. Он был «вернулся», и дезориентирующее ощущение от работы в VR не спешило проходить. Он так долго был сосредоточен на лунных операциях, что едва успевал следить за происходящим вокруг него в реальной жизни. Глядя в сторону Южного жилого отсека, он видел с полдюжины коллег — их хрустальные гарнитуры непрозрачны, руки движутся, управляя невидимыми объектами на обратной стороне Луны. Это напоминало клуб видеоигр.

То, как он оказался здесь — как любой из них оказался здесь, — казалось таким же сюрреалистичным, как их работа с телеприсутствием, однако темп лунных операций почти не оставлял времени для размышлений. Поэтому после короткого перерыва Тай вернулся к работе.

Несколько дней спустя Тай, Як, Джин Хан и Эклунд маневрировали своими роботами «Талос» вокруг строящегося Пускового дома, устанавливая кран LSMS. На кране висел шестиметровый отрезок ствола масс-драйвера. Диаметром один метр, это была первая из 232 секций. Несколько месяцев Сато, Браам Де Йонг и У Мэйлин собирали эти сложные компоненты на станции Кларк, а посадочные модули «Кенгуру» доставляли их с регулярными интервалами — команда складировала секции на «кирпичном дворе» рядом с Пусковым домом.

Внутренняя поверхность каждой секции масс-драйвера была выложена катушками индуктивности и электронными переключателями, расставленными с точными интервалами; суммарная масса секции превышала 300 килограммов — хотя в лунной гравитации она «весила» лишь одну шестую от этого. Тем не менее команда использовала кран, чтобы поднять секцию на 8-метровую высоту, на которой ствол масс-драйвера выходил из стены Пускового дома. Эта высота обеспечивала, что с помощью пилонов масс-драйвер сможет пролегать горизонтально над слегка неровной лунной равниной.

Тай и Як вручную передвигали кран на колёсах, смещая подвешенную секцию ствола по указаниям Эклунда, пока его робот стоял на соседних механизмах.

Этот первый фрагмент ствола масс-драйвера длиной 1,39 километра необходимо было установить прежде, чем завершать стену Пускового дома, из которой он будет выступать, — стену, в которой разместятся электрическое, управляющее и загрузочное оборудование масс-драйвера. Компьютеры будут направлять огромные электрические энергии, активируя тысячи катушек индуктивности в точной последовательности, чтобы разогнать полезную нагрузку вдоль трубы внутри вихревого тока — всё это примерно за чуть больше секунды, при 235 g.

Прежде чем всё это станет возможным, требовалось ещё проложить азотное охлаждение и электрические кабель-каналы по всей длине и построить десятки гибких, дистанционно регулируемых ферм для поддержки сотен секций ствола, которые протянутся по лунному ландшафту. Иными словами, впереди ещё были месяцы работы.

И из-за дюжины осложнений — как крупных, так и мелких — они уже отставали от графика на две недели. Немного в общей схеме вещей, однако Тай понимал, что масс-драйвер — лишь первое из череды препятствий на пути к строительству корабля-спасателя, и потому его тревога нарастала с каждой задержкой, сколь бы малой та ни была. Астероид Рюгу ждать не станет.

По сравнению с ним Эклунд с каждым днём словно оживал в работе. Для него это явно было воплощением мечты, и его энтузиазм и целеустремлённость, казалось, никогда не иссякали — даже когда он был измотан до предела.

Тем не менее Тай не мог не задаваться вопросом: что они будут делать, если Эклунд окажется неправ? Если эта машина не заработает? Масс-драйвер таких размеров никто никогда не строил — ни на Луне, ни где-либо ещё, — и к тому же полноценно испытать его в условиях земной гравитации и атмосферы было невозможно. Так что корпорация Catalyst — или CCE, или как там Лукас Рошá называл их в последнее время — пошла «ва-банк» на идею Эклунда. Тай лишь надеялся, что умы поострее его знают, что делают.

Робот Эклунда взмахнул рукой. — Ладно, тяните назад… Выровняйте. Нужно, чтобы ушки встали в линию. — Робот Эклунда сделал знак. — Ко мне. Медленно. Вот так! Стоп. — Затем его робот беззвучно закрепил десятки толстых болтов с помощью аккумуляторного инструмента. После этого он прошёлся по секции катушки, осматривая несущую ферму, закреплённую в четырёх точках лунного грунта на 8 метрах ниже. — Хорошо выглядит! — Он взял визирную линию на горизонт с помощью лазера. — Теперь всего-то ещё пару сотен осталось.

Тай заметил яркий огонь в небе позади «Талоса» Эклунда.

— Посадочный модуль «Кенгуру» заходит. — Джин Хан указал и на мгновение замер, очевидно сверяясь с данными манифеста. — Рейс 29. Секции катушек и пилонов.

Эклунд мельком взглянул вверх. — Отлично! Как только войдём в ритм, сможем держать рабочий темп. — Он похлопал по стволу катушки. — Мы движемся, ребята.

Тай наблюдал, как за эти месяцы к базе Морра прибыли и отбыли несколько десятков посадочных модулей, — и они всё равно производили впечатление. Он и остальные остановились, чтобы посмотреть, как аппарат описывает дугу вниз и замедляет снижение на кинжале белого раскалённого пламени.

Но затем что-то пошло очень не так. Пламя под ним дрогнуло и погасло, а двигатели ориентации лихорадочно забили.

— О нет… — Робот Эклунда обхватил металлическими руками свою металлическую голову. — Нет, нет, нет!

Аппарат вдруг отклонился в их сторону с высоты нескольких сотен метров.

— Берегись!

— Чёрт возьми!

Они бросились врассыпную.

Голос центра управления полётами: — SK-Браво, самоуничтожение активировано.

Однако аппарат не самоуничтожился, а вместо этого безумно завертелся конец в конец и беззвучно ударился о лунную поверхность на скорости несколько сотен километров в час. Тай замер и смотрел, как беззвучный огненный шар расширяется, а обломки разлетаются во все стороны на сверхзвуковых скоростях.

— Джей-Ти! — Робот Яка схватил его за руку и повалил на землю, пока осколки металла и куски породы пролетали мимо, пробивая гофрированную стену Кирпичного дома и заставляя плясать провода канатной дороги — это угодило в опорную башню. Всё происходило в жуткой тишине.

Джин крикнул: — Я отключился! Что-то попало в меня.

Эклунд застонал — его робот укрылся за фундаментом Стартового дома. — Нет! Мы и так уже отстаём от графика.

Через несколько мгновений всё закончилось — если не считать пламени, которое ещё несколько секунд лениво клубилось в условиях низкой гравитации, а потом быстро угасло, израсходовав весь доступный окислитель. Дым и пыль ещё какое-то время висели в воздухе.

Покрытые реголитом роботы поднялись и подошли к поверженному «телу» — повреждённому «Талосу» Джина. Скафандр был разорван, грудь смята чудовищным ударом — но то, что попало в него, судя по всему, срикошетило.

Робот Яка опустился на колено и поднял «Талоса» Джина в условиях низкой гравитации — словно павшего товарища. — Возможно, мы сможем это починить.

Используя тепловую оптику, Тай осматривал повреждения базы. — Кирпичный дом тоже пострадал. И трубы для добычи летучих веществ. И западная стена. Ещё опора канатной дороги.

Эклунд всё ещё покачивал роботизированной головой в растерянности. — Чёрт возьми…

Як сказал: — Нам нужно тщательно осмотреть всю площадку.

Робот Эклунда мерил шагами территорию. — И мы потеряли один из посадочных модулей — это вдвое сократит наши транспортные возможности. Не говоря уже о потере полезного груза на борту. — Он повернулся к роботу Яка. — Сколько секций катушки было на борту СК-Браво?

— Четыре.

— Боже мой. На их восстановление уйдут недели — даже если у нас есть запасные компоненты. — Послышалось несколько медленных глубоких вдохов, которым вторил «Талос» Эклунда на лунной поверхности. Он сложил руки вместе, словно в медитации. — Сосредоточься, Роберт. Отпусти то, что не можешь контролировать… — Через мгновение робот Эклунда, казалось, успокоился. Затем хлопнул в ладоши. — Ладно. Посмотрим, что можно спасти. Пошли…

Як бережно опустил сломанного «Талоса» Джина на землю, затем последовал за Эклундом.

Тай смотрел им вслед — на миг задумавшись о том, что строительство их спасательного корабля только что отстало ещё больше — тогда как прибытие Рюгу неотвратимо приближалось. Дедлайн беспощадный, каких ещё не бывало.

Он вздохнул и пошёл за ними к обломкам.