Алексей

Увидев друга у Юли в номере, я взбесился. А уж когда он по-свойски поправил лямку её платья, захотелось переломать ему все пальцы. Однако реакция Юлии вызвала недоумение. Покраснела как девочка. Это что? Флирт?

– Не помешаю? – я с трудом заставил себя произнести это ровно. Юля ещё больше покраснела. Но смогла быстро взять себя в руки, даже отбила шутку Вовы. И направилась на выход, пытаясь сделать вид, что ничего не произошло. Нет, малышка, так не пойдет. Я задержал её в дверях и предупредил:

– Юлия, не играй со мной, – а в ответ возмущенный взгляд светло-голубых глаз. И я задаю единственный вопрос, который мог бы объяснить поведение Юли: почему флирт Вовы она принимает, а меня постоянно отталкивает? – Или ты не считаешь Владимира клиентом фирмы?

– Я не… – начинает она нерешительно, но тут же соскакивает в несознанку: – Я не понимаю, о чем вы.

Я мог бы дожать её, но тут вмешался друг. И по реакции Юлии на его обращение я понимаю, что и она не признала Палача раньше. И одна мысль, что Вова и есть Палач, ввергла её в ужас. Она даже чуть заметно покачала головой, будто пыталась убедить себя, что это не так. Отчего же ты так боишься разоблачения, Юля? И не этот ли страх заставляет тебя держаться от меня на расстоянии?

Дорога до ресторана не запомнилась, я все пытался понять мотивы Юлии. Разместившись за столом, она снова старалась не смотреть на нас. Неловко от нашего внимания, однако спокойно отнеслась к взглядам итальянцев в лифте. Пришедшие друзья оживили разговор, однако, даже не зная итальянский язык, я понял, что и они флиртовали с Юлей. И это раздражало. Как и реакция девушки на эти заигрывания. Не поддерживала, но и не ставила их на место. Однако то, что она не пошла с Владимиром и итальянцами в клуб, немного успокоило. Юля собиралась покинуть ресторан, но я предложил продолжить ужин. И пока она ела, не стал отказывать себе в удовольствии наблюдать за ней. А делала она это очень сексуально, наслаждаясь самим процессом. Правда, её опять смущал мой взгляд, который скользил по лебединой шее, ключицам, декольте. В какой-то момент мой взгляд прикипел к родинке у ключицы. Я вспомнил, как ласкал языком эту отметину и как остро Лия всегда на это реагировала. Возбуждение накатило моментально, захотелось утащить её в номер и оттрахать так, чтобы она кричала от удовольствия. Уловив мой взгляд, девушка поправила бретельку платья. И на мой вопрос ответила довольно резко:

– Хочу. Перестаньте на меня так смотреть.

И я вынудил её озвучить то, что она видит в моих глазах. Игрушка? Серьезно? Я порылся в памяти в событиях годовой давности. Она считала себя игрушкой? Странно, ведь я всегда видел в ней женщину, неопытную сабу, которая толком не разобралась в своих желаниях и предпочтениях. Даже иногда забывал, что заплатил за удовольствие делать с ней всё, что душе заблагорассудится. Но она воспринимала всё по-другому. Поэтому всегда была настолько послушная? И отстраненная. Трахай моё тело, но до души дотронуться не позволю?

Отчего-то эта мысль разозлила, но я поспешил разубедить её насчет «игрушки». И разговор снова зашел в тупик. Нет, отмолчаться я тебе не дам, Юля. Ты признаешься, отчего игнорируешь наше притяжение. И снова она уперлась в наш контракт. Не заводит интрижки с клиентами фирмы, и точка. Со злости предложил расторгнуть контракт или заключить новый. От неожиданности она отреагировала на предложение эмоционально. А значит, не притворялась. Её действительно обидело предложение заключить контракт на секс. Почему, черт её подери? Я готов поверить, что был единственным доминантом, с которым она заключала подобный контракт, но сам факт того, что она продавала себя, говорит о многом. При наличии довольно престижной профессии работать проституткой ради быстрых денег ни одна уважающая себя женщина не будет.

Так! Всё! Надоели эти недомолвки. Догнав в два шага девушку, я удержал её за руку.

– И на что ты обиделась, Лия?

Не сразу уловила, как я к ней обратился. А когда поняла… снова этот страх! Отбил её попытку уйти в несознанку. И доступно объяснил, почему молчал раньше. Юля же упорно пыталась замкнуться в молчании, но в итоге объяснила, чего боялась. И зачем мне распространяться о событиях годовой давности? Здесь мы оба подвязаны. Год назад я не думал, что вернусь в Россию, поэтому и плевал на собственную репутацию. Так что мы в одинаковом положении, огласка нам не нужна. Хотя стоит только пустить слух, что переводчица на самом деле бывшая шлюха, и ей не отмыться. И, похоже, она думала, что я буду шантажировать именно этим. Успокоил и на счет этого момента, но желанного результата так и не добился. Да твою мать, Юля! Что с тобой не так?! Почему отказываешься от наслаждения, которое можешь получить со мной? Нет, я не поверил, что я ей не интересен, но позволил уйти.

Правда, совсем без присмотра оставлять не стал. Ещё заблудится в незнакомом городе. И естественно, Юля свернула не туда. Озвучил её ошибку, а в ответ: «погулять захотела». Ночью, в довольно откровенном платье?! В Европе, полной нелегалов из Сирии, которые на любую белую девушку облизываются, я уже молчу о такой привлекательной. Озвучил часть опасений, и Юля не стала больше спорить. Скинув мои ладони со своих плеч, развернулась в сторону отеля. Хмм, интересно, почему она всё-таки избегает моих прикосновений?

Пиджак, словно он обжигал ее, сунула мне еще в лифте, и едва дверцы раскрылись, поспешила скрыться в своем номере. С трудом удержал себя от погони. Я все ещё желал схватить её за волосы и зацеловать так, чтобы она напрочь забыла о сопротивлении. А потом оттрахать так, чтобы навсегда избавиться от этого голода. Стоп! Стоять, Алексей. Ни шагу, пока не успокоишься.

Я с силой выдохнул и развернулся к двери собственного номера. Стукнул по стене кулаком, болью приводя себя в чувство. Хрен с тобой, Юля-Лия! Хочешь чисто деловые отношения? Получишь! Давно я не катал никого на эмоциональных качелях. Но ты сама напросилась. Посмотрим, как тебе понравится безразличие.

В номере налил бокал коньяка, чтобы прочистить мозги. Больше нельзя, завтра переговоры. Но прежде сходил в душ, чтобы остыть. Ледяной душ помог справиться с эрекцией. А крепкий алкоголь преодолеть неудовлетворение. Так что воспоминания о зеленоглазой ведьме я смог подавить. Но они вернулись ночью во сне. Я снова и снова овладевал ею, причем под утро проснулся от собственного стона удовольствия с приличной эрекцией. Ведьма! Не верю я в сверхъестественную муть, но уже начинаю подозревать приворот.

Душ, крепкий кофе в номер, и я неспешно собираюсь на встречу. Интересно, в каком состоянии после ночного загула будет сегодня Владимир? Написал ему сообщение, и уже через три минуты ко мне ворвался отвратительно бодрый приятель.

– И как самочувствие? – спросил я его после приветствия.

– Охренительно, – искренне ответил он. И откуда у него столько энергии? – Я вчера недолго в клубе зависал, так что не беспокойся.

– Что, ни одна итальяночка не приглянулась? – не смог спрятать сарказм, каюсь.

– Самое удивительное, что нет, – задумчиво ответил он. – Я всё о нашей переводчице думал. Есть в ней что-то такое… цепляющее. Настоящая женщина, которая при желании могла бы вертеть любым мужчиной. Но у неё этого желания нет. Скорее ведомая, а значит, саба из неё получится миленькая. Плюс Юля не испорчена ещё мужским вниманием. Не стерва, но при этом есть стержень внутри. И преданная, – он снова замолчал. – Мужчина, которого она полюбит, будет счастливчиком.

– С чего ты взял, что она преданная? – уточнил я. По этому поводу у Владимира есть пунктик. Так что это высший комплимент, который он мог дать женщине.

– Ты помнишь, как она об отце Карины говорила? Прошло столько лет, а она все ещё тоскует по нему.

В его голосе даже проскользнули мечтательные нотки, и это раздражало. Я знал, как вернуть его на землю. Достаточно сказать, что Юлия и Лия – это одно лицо, и он больше не посмотрит на неё, как на достойную внимания женщину. Так что способ отвадить его от Юлии был, но что-то мешало мне это сделать. Как будто этим я предам Юлю. Поэтому я просто тихо скрежетал зубами, завязывая галстук.

– А вы вчера как посидели в ресторане? – спросил меня Владимир с интересом.

– Что конкретно тебя интересует? – уточнил раздраженно.

– Ты тоже на неё запал, – не спрашивал, просто констатировал факт приятель. – Поэтому у меня вопрос: сойдешь с дистанции? Или мы снова соперничаем?

Хлопнув дверью шкафа, я выругался.

– Не сойду, – коротко ответил я, надевая пиджак.

– Пари? – уже с улыбкой уточнил он. Я выдохнул зло: и откуда в нем это желание всё сводить к соревнованию? Ведь он всерьез заинтересовался Юлией, я видел. Зачем это ребячество? – Кто вперед затащит её в койку, а точнее, разведет на секс. Проигравший отходит в сторону и больше никогда не клеится к ней.

– Да не клеился я к Алисе, – вспылил я. Эта история давно уже отравляет нашу дружбу. – Она сама припёрлась ко мне домой. А я был под хорошим градусом, иначе бы выставил её за дверь сразу. Чем хочешь могу поклясться.

– Лучше поклянись, что, если я выиграю, ты выставишь Юлю за дверь в аналогичной ситуации, – неожиданно серьезно сказал Владимир. Пришлось глубоко вдохнуть, чтобы хоть как-то сдержать гнев.

– Хрен с тобой. Клянусь, – ровно сказал я и криво усмехнулся. – Даже фору тебе дам. Дней так пять. Устроит?

Он вскинул брови, удивленный такой щедростью. Но объяснять причины такой форы я и не подумал. Да и наблюдая за ними, пойму, какие ходы приятеля будут удачными.

– Ещё как, – усмехнулся Владимир. – Я тогда пойду. Успею ещё Юлю на завтрак пригласить.

Теперь я выразительно приподнял брови. Его нахальство не имеет границ. Особенно если учесть, что завтраки-ужины оплачены мной. Владимир же, не обращая внимания на мою ухмылку, направился к выходу. Захватив папку, я вышел из номера спустя минуту. И, бросив беглый взгляд на парочку, устремился к лифту.

Юлия

Сегодня я собиралась долго. Никак не могла выбрать, что надеть. В конце концов остановилась на брючном костюме с молочной блузкой. Перед выходом всерьез озадачилась вопросом: надевать пиджак сразу или взять его с собой? Стук в дверь заставил меня подпрыгнуть. Ещё только половина восьмого. Кого там принесло?

– Доброе утро, – поздоровался Владимир и обаятельно улыбнулся. Вгляделась в него, пытаясь понять, знает ли он, что я – Лия. Презрения в его взгляде вроде бы нет, а значит, он ещё не в курсе.

– Доброе, – коротко поздоровалась я.

– Ты уже готова? – мужчина, не скрывая интереса, оглядел меня.

– Почти, – ещё волосы не собрала крабиком для волос. Иначе их не прибрать. Но к чему вопрос? У меня же ещё двадцать минут в запасе!

– Составишь мне компанию за завтраком? – спросил Вова, состроив бровки домиком. Ещё немного, и у него получится изобразить кота из Шрека. Невольно улыбнулась от этого сравнения. Только сейчас заметила, что глаза у него серо-зеленые, а не серые.

– Почему бы и нет, – пожала я плечами. Вот про завтрак я совсем забыла, поэтому предложение поступило как нельзя вовремя.

– Позавтракаем внизу или попросим принести завтрак в номер? – спросил он с самым невинным видом. Жук!

– Ах да, к слову… – сердито начала я, вспомнив о вчерашнем произволе. – Попрошу в мой номер больше без разрешения не вламываться.

– Считай, что в мой ты бессрочное приглашение получила, – тут же нашелся он. Я прикрыла на несколько секунд глаза, чтобы не закатить их от возмущения.

– Мне оно не нужно, – тихо и спокойно ответила я. – Завтракать будем внизу. И ещё. Владимир, ты, конечно, привлекательный мужчина, но меня бабники не интересуют. От слова «совсем», – заметив в коридоре Алексея, я добавила: – К тому же, я не смешиваю работу и личную жизнь.

– И откуда такая уверенность, что я – бабник? – спросил Владимир неожиданно серьезным тоном.

– Я таких мужчин сразу чувствую, – ответила я не менее солидно, вовремя остановив себя от эмоционального ответа. Будто я по его блядским глазам этого не вижу!

– И что? Чутьё тебя ни разу не подводило? – уже с любопытством спросил Владимир. Как быстро он меняет маски?! Покачала головой. А он подался вперед и практически на ухо мне прошептал: – А если я скажу, что это в прошлом?

Глаза я все-таки закатила. Твою мать! Я деловой человек, мне не к лицу такие гримасы. Поспешно отвернулась и, быстро оглядев комнату, схватила сумку и пиджак.

– Пойдем завтракать, – позвала я и не удержалась от ироничного замечания: – А то так ты и до признаний в любви дойдешь.

– Неужели я настолько предсказуем? – с усмешкой уточнил блондин. Пожала плечами, подходя к лифту.

– Все мужчины предсказуемы, когда хотят затащить женщину в койку, – улыбнулась, чтобы смягчить сказанное. Впрочем, это не помогло.

– Не сравнивай меня с остальными, – попросил Владимир. Датчик пиликнул, и двери лифта открылись. Он сделал приглашающий жест, чтобы я заходила, нажал на кнопку первого этажа, и только после этого добавил с шуточной угрозой: – А то я могу и обидеться.

– И что же тогда будет? – насмешливо уточнила я. Владимир задумался, прикидывая варианты.

– Отшлепаю, – прошептал он, наклонившись к моему уху.

– Если только в своих мечтах, – фыркнула я и тут же прикусила губу, отведя взгляд. Блядь. Что я творю? Слишком расслабилась от этой пикировки.

– Юль, – позвал меня Владимир обеспокоенно. Я вскинула взгляд. – Ты чего испугалась? – неопределенно пожала плечами, не зная, что сказать. Он улыбнулся как-то тепло и предложил: – Со мной ты можешь не притворяться, а быть собой. И говорить все, как есть.

– Тогда перестань вторгаться в мое личное пространство, – попросила я. – Это нервирует.

Двери лифта уже открылись, а Владимир продолжал улыбаться, как кот, объевшийся сметаны.

– Меня это радует, – признался он тихо.

Я вскинула брови, но Вова никак не пояснил свои слова. Жестом предложил проходить вперед, но вскоре пристроился рядом. В ресторане уже были посетители, в том числе и Алексей. Он тоже заметил нас и кивнул на накрытый на троих стол. Я вопросительно посмотрела на Владимира, и тот пожал плечами. Надо, так надо. Едва мы сели на предложенные места, как к нам подошел официант и уточнил, что мы будем пить. Заказала латте с корицей и только после этого поздоровалась с Ковалевским.

– Доброе утро, Алексей.

Он на миг отвлекся от документов и поднял взгляд на меня.

– Доброе, Юлия, – по его губам скользнула сдержанная улыбка и он снова уткнулся в документы, неспешно допивая кофе.

Я с удовольствием умяла воздушный омлет со свежевыжатым соком. И как раз принесли мой кофе. Свежие круассаны пахли фантастически, поэтому и от них я не смогла отказаться.

– Сегодня у нас переговоры по поводу поставки стали, – прервал затянувшееся молчание Алексей и посмотрел на меня. – Поэтому если надо обновить знания языка в этой области, займетесь этим в дороге. Вот типовой договор, посмотрите, какие термины пригодятся.

Кивнула головой и протянула руку за договором, залпом допивая кофе. Мог бы и вчера меня предупредить, чтобы я за вечер подготовилась.

– А завтра что на повестке дня будет? – спросила я, пробегаясь глазами по тексту.

– Поставка строительных материалов: кирпич, сибит, металлочерепица, – коротко ответил он.

Я мельком глянула на телефон. Уже без пяти восемь. Ковалевский заметил мой жест. И выразительно посмотрел на друга.

– Готов к труду и обороне, – шуточно отрапортовал Владимир, а потом наклонился ко мне и прошептал на ухо: – Я разве не предупреждал, что Алексей трудоголик?

Я пожала плечами, пряча улыбку, и поднялась.

Вскоре мы уже устраивались в автомобиле премиум-класса. Владимир сел к водителю, а Ковалевский рядом со мной, хотя лично мне была бы комфортней другая комбинация. Поэтому, едва сели, я снова уткнулась в договор. Пришлось все же поискать пару терминов в гугл-переводчике. Углубившись в чтение, на автомате сдула со лба непокорный локон и только потом поняла, что так и не собрала волосы. Достала из сумки крабик и быстро собрала им часть волос на макушке. Посмотрев в зеркало, пригладила пару «петухов». Вот так гораздо лучше. Взгляд Алексея будто ненароком скользнул по мне, пока я убирала зеркальце на место. И все же почему я его так остро ощущаю?

Мельком глянула на Ковалевского. Он уже листал документы в своей папке. Показалось? Заметив взор Владимира в зеркале заднего вида, поспешно уткнулась в договор, приняв деловой вид, хотя очень хотелось опять закатить глаза. Ситуация просто аховая.