- Яньцзин, - восторженно выдохнула Шаоюй, пододвигая меня у щели между занавесками.

Дальше мы покатили по широкой улице, обрамленной глухими заборами домов. Ни лавок, ни рынка… Похоже, ехали через квартал богатеев.

Внутрь забралась угольная вонь, смешанная с нечистотами, заставившая меня поморщиться. Хотя мусора на улицах видно не было – тут за выкидывание отрубали руки, но с туалетами была беда…

- Держи, - Шаоюй протянула мне высушенные финики. Я поблагодарила, вставила их в нос – жить сразу стало легче. Пусть наша связь с лисой прилично ослабла, но острое обоняние никуда не делось.

И это еще зима. А что тут летом творится, даже страшно представить.

Императорский дворец вырастал над домами диковинным цветком, распускаясь изогнутыми красными крышами, потрясая башнями храмов. Интересно, насколько он похож на Запретный город Пекина?

Очень похож. Те же «Полуденные» врата, за которыми длинным коридором лежали погруженные в спящую тишину алые стены. Бесконечные ряды камня и бесчисленные драконы в компании с карпами и морскими коньками на крышах.

- Барышня Жэнь, добро пожаловать, следуйте за мной, - согнулся в поклоне евнух, отдавая свиток-приглашение на отбор Хайлину. На меня он даже не взглянул, а вот Шаоюй достался короткий изучающий взгляд. Еще бы – претендентка на жену наследного принца. В перспективе императрица. Если доживет, конечно.

Хайлин повернулся к нам – только что покинувшим повозку, и в следующий миг его лицо вытянулось, глаза распахнулись. В них мелькнуло узнавание, мгновенно вскипая яростью. Под кожей заходили желваки.

Мужчина напрягся. Идущую от него угрозу почувствовали все - стражники у ворот даже положили ладони на мечи.

Шаоюй сделала испуганный шаг назад, а я… Черт! Он красив, даже когда пытается убить меня взглядом. Извиняюще пожала плечами и опустила глаза, как и положено воспитанной служанке.

- Какие-то проблемы, младший господин Жэнь? – лениво поинтересовался евнух, все так же пребывая в согнутом положении. У него железная поясница, что ли?

Хайлин коротко выдохнул, осознавая, что сделать ничего уже нельзя. За его спиной императорская стража. Сестра стоит в шаге от врат, и любое разбирательство погубит ее репутацию.

- Никаких проблем, - процедил Хайлин. – Прошу, дорогая сестра, - посторонился он, пропуская Шаоюй вперед.

- Кажется, я забыл положить тебе в дорогу лисью шкуру, - добавил он с явной угрозой – у меня аж мурашки по коже побежали, - придется раздобыть новую.

Ой все! Если Хайлин до меня доберется – мне не жить.

- Прошу, позаботьтесь о А-Юй, уважаемый, - кивнул мужчина евнуху.

- Не волнуйтесь, господин, - льстиво заверил тот, - позабочусь, как о родной.

И мы с Шаоюй шагнули за «Полуденные» врата.

После проверки багажа – не слишком внимательной, Шаоюй усадили в паланкин, а я потрусила рядом, держа в руках узелок со шкатулкой, в которой было сложено самое ценное – украшения.

Шла, ощущая себя туристом, попавшим в музей. Даже чувство тревоги не смогло перебороть всколыхнувшегося внутри восхищения.

Я во дворце. Где живет всамделишный император! А еще принцы, принцессы, придворные дамы, генералы и гарем.

Передо мной, склонив шею, важным гусаком шествовал старший евнух. Судя по писклявому голосу, самый настоящий. И мне ужасно хотелось дернуть его за пояс с бляхой, чтобы проверить, за счет чего тот держится на талии.

Из паланкина донеслось многозначительное покашливание, и я поспешно опустила взгляд, чтобы тут же скосить его в сторону – навстречу как раз маршировал отряд стражи.

Все в черных пластинчатых доспехах, которые забавно позвякивали в такт шагов. У старшего – еще и зеркальце на груди, пускающее солнечные зайчики по камням. А какие у них шикарные султаны на шлемах! Ярко-голубого цвета, такого же как кисти на поясе и канты на воротниках. Вкупе с желто-золотыми безрукавками под доспехами, вид у стражников был празднично-нарядный. Если бы не длинные сабли в ножнах на боку, можно было даже сказать – приятный взгляду.

Внешностью вояки словно с картин о Чингисхане сошли. Суровые ребята северных степей… С такими лучше не связываться.

Черт! Пока дойдем, я себе косоглазие заработаю.

Под ногами потянулись белые плиты, в щелях которых посмел прорасти лишь темно-зеленый мох. Справа и слева от дорожки виднелись массивные каменные стены, в которых временами попадались арки, и тогда можно было на мгновенье заглянуть в чей-то дворик и заметить нечто решетчато-ажурное.

Вдоль дорожек были прорыты забранные в камень канавы, через которые местами были перекинуты узкие мостики. Над заборами тянулись голые ветви деревьев.

Тихо-то как! Похоронно, я бы сказала. Еще и народу никого, только идеально выметенные плиты под ногами показывали, что живые здесь все же ходят…

Вдалеке показалась процессия: яркие халаты, шляпы-бабочки, и я поспешно уткнулась взглядом в пол. Пронесет? Или придется спину гнуть?

Наш гусак, то есть евнух, чуть скорректировал маршрут, чтобы не столкнуться с мужчинами - и мы резко свернули куда-то в сторону.

Ветер донес запахи дыма, благовоний, один раз пахнуло чем-то вкусным – готовили мясо.

А потом мы вошли на территорию гарема. И первый же дворик оказался с прудом, на берегу которого стояла изящная беседка. Пустые клумбы, голые кусты, сады камней… Весной тут, наверное, красиво. А пока пусто и по-зимнему уныло.

Здесь было больше прислуги. Я видела снующих служанок в темно-синих платьях, евнухов, одетых в зеленые, как наш, наряды и попроще: коричные халаты, как у тех, кто нес паланкин.

Уши ловили звуки гуциня, звякающей посуды, женский смех. Нос чуял запахи стоячей воды в прудах, чая, фруктов и благовоний.

Я даже легкое разочарование ощутила – ничего жуткого. Обычная жизнь…

И тут наш сопровождающий резко остановился. Переносившие паланкин евнухи замерли без всякой команды, словно отлично выученные скакуны. Только я, тормоз, пару шагов сделала, пока догадалась остановиться. Пыталась высмотреть знаменитых карпов в темной воде пруда – мы как раз на мосту были, вот и отвлеклась.

Быстрый взгляд показал, что нам навстречу выдвинулся противник. Три женские фигуры. Конечно, все ранги вылетели у меня из головы, а даже если и задержались бы… Как можно за доли секунды оценить ранг наложницы?

- Добродетельная супруга, рады приветствовать вас, - согнул спину старший евнух.

Я решила не мудрить и просто последовала его примеру.

- И кого ты привел, мой друг? – мурлыкнула женщина.

Гм… Мне представлялось, что местные тут сама сдержанность и холод.

- Барышня Жэнь прибыла на отбор, устроенный ее величеством, вдовствующей императрицей, госпожа.

То есть отбор устраивает бабушка принца. А что у нас с императрицами? А ничего хорошего. Шаоюй рассказывала, что нынешний император пережил аж трех жен – прям Синяя Борода, и сейчас гаремом управляла старшая наложница. Временно, так понимаю. Пока знать не смирится с тем, что на нее наденут корону фениксов.

- Прекрасно, прекрасно, - сладко восхитилась наложница, а у меня от ее голоса мурашки побежали по коже, захотелось ощериться и зарычать.

Аромат розы стал удушающим. Краем взгляда я уловила нарисовавшийся подле меня подол пурпурного платья.

- Так-так, старая кровь, древний род, сильный дар, - голос прозвучал совсем рядом. Мимо прошелестела шелковая ткань.

Я стиснула зубы, подавляя сильное желание не дать этой женщине приблизиться к паланкину.

- Прелестное личико, - проговорила наложница, заглянув в паланкин. – Такое милое, так бы и съела, - рассмеялась она громко, заставив нас вздрогнуть и поежиться. Евнухи словно изморозью покрылись, а у ближнего ко мне задрожали руки.

Даже так? Интуиция меня не обманывала - эта женщина точно была опасна, и я постаралась точнее запомнить ее запах и голос, чтобы не ошибиться при следующей встрече.

- У его высочества соберется богатый цветник, - довольно заметила наложница и пропела: - А богатый цветник к богатству императора, да, мой друг?

- Вы, как всегда правы, добродетельная супруга, - бесцветным голосом согласился старший евнух.

У меня сердце сжалось от нехороших предчувствий. Клянусь, не чисто здесь что-то с отбором. Зря Шаоюй отправилась во дворец. Чуется, награды она не дождется, точнее не той, на которую рассчитывает.

Наложница нас отпустила, и мы поползли дальше – прочь от центрального пруда. Поплутали меж стен, скрывающих за собой чьи-то павильоны и, наконец, завернули под арку.

Дворик был небольшим, замерзшим, с покосившимся голым деревом, то ли груши, то ли сливы. Сам павильон тоже выглядел неприветливо: краска кое-где облупилась, рисовая бумага, которую здесь использовали вместо стекол, пожелтела. Запах подсказывал, что здесь давно никто не жил.

- Ваши покои, барышня, - повернулся к нам старший евнух.

Паланкин поставили на землю, я помогла Шаоюй выбраться из него. Махнула рукой несшим за нами багаж евнухам, чтобы заносили сундуки внутрь – потом разберемся, что к чему.

- В доме убрались, но топить пока не начали. Я распоряжусь принести побольше жаровен, чтобы вы не замерзли. Завтра вас ждет к себе вдовствующая императрица. Будьте готовы, за вами пришлют. И еще, барышня Жэнь, будьте осторожнее, - предупредил нас старший евнух.

По его лицу пробежала тень, и он добавил еле слышно:

- Хотя вряд ли вам это поможет.

Глава 18, в которой лиса становится главным блюдом в меню

- Нужно уходить. Я могу передать записку твоему брату. Он придумает что-нибудь. О! Давай тебя заразим чем-нибудь. Ты ветрянкой болела? Не важно. Идеально, конечно, крапива подойдет, но где я ее во дворце найду?

Я в истерике металась по павильону, то открывая сундуки, то закрывая их. То вытаскивая из них вещи, то складывая обратно.

- Прекрати! – устало попросила Шаоюй и потерла виски. – От твоего мельтешения у меня голова разболелась.

- Ага! Нас уже травят! – подпрыгнула я. – И в чем яд? Еде? Нет, мы еще не ели. В благовониях! – я с подозрением принюхалась к чаше.

Прикрывая лицо рукавом, схватила курительницу, собираясь выбросить.

- Стоять! – рявкнула Шаоюй.

Простонала:

- Все лисы столь невыносимы?! – и добавила измученно: - Это наша курительница. Там на боку клеймо, если не веришь. Я достала и зажгла, пока ты проверяла, не подкинули ли нам что-то. Зачем кому-то подкидывать что-то в наши вещи? – уточнила она, глядя на меня с подозрением врача, обнаружившего, что пациент нагло врет о своих диагнозах и явно нуждается в осмотре психиатра.

Я поставила курительницу на месте, смущенно потерла кончик носа. Проклятые дорамы и моя проснувшаяся не к месту паранойя.

- Чтобы обвинить нас потом в воровстве, - ответила, сама понимая, насколько глупо это прозвучало. Не говорить же о том, что мне известны как минимум пара десятков типичных дворцовых подстав, ну или подстав, выдуманных режиссерами.

- Ты не понимаешь! – выдохнула я горячо. – На отборе от тебя точно захотят избавиться.

- Пока что я хочу избавиться от одной потерявшей рассудок лисы, - недовольно проговорила Шаоюй.

- Меня раньше твой брат придушит и на шкуру пустит, - проворчала я. Чувство тревоги чуть отступило, уступив место здравомыслию. Действительно, чего подорвалась? Подумаешь, наложница не понравилась. Так она не курица, чтобы нравится. А старший евнух мог иметь в виду интриги конкуренток, ну или еще какие правила гарема, которые легко нарушить и попасть на наказание от вдовствующей императрицы. Может, та жуткий педант. Бантик не с той стороны завязала – и без ужина осталась.

- Не пустит, я не позволю, - убежденно заявила девушка. – Всю вину возьму на себя. Скажу, что заставила.

- Не поверит, - кисло улыбнулась я. Вспомнила полыхнувшие бешенством глаза Хайлина и передернула плечами. За пределы гарема лучше не выходить… Безопаснее будет. Хотя, о чем это я? Выходить или нет – решать не мне. Личная служанка сопровождает госпожу везде, где та должна быть. И если Хайлин пожелает увидеть сестру…

Нужно быстрее избавиться от жемчужины – и получить шанс на возвращение домой. Туда, где нет императоров и обнаглевших аристократов, желающих заполучить лису в наложницы.

До вечера я занималась разбором вещей. Обед нам не принесли, жаровни тоже. Мы перекусили тем, что было с собой, подготовили на завтра несколько нарядов – заодно я освоила полезные бытовые заклинания. Хорошо, когда в команде есть маг.

Правда, к самим платьям Шаоюй меня благоразумно не подпустила, выдав для тренировки платок.

- Нет, я все понимаю, у тебя шкура, гладить и стирать не нужно. Вылизала – и красивая, но ты же должна была подготовиться к жизни среди людей!

Шаоюй мрачно разглядывала местами подпаленный, с парой дыр, зато идеально гладкий платок.

- Не планировала, - честно призналась я, - случайно получилось.

Девушка кивнула, явно не поверив. С другой стороны, она понимала, что Хайлин не просто так меня во дворец потащил. Осознав сей факт, А-Юй перестала подозревать меня в желании найти богатого мужчину, соблазнить и сожрать его печень, добыв себе сил для поддержания бессмертия. Так что ее отношение ко мне изменилось в лучшую сторону.

Сумерки падали на дворец, и в комнате стремительно холодало. Бумага вместо стекол не задерживала сочащийся снаружи холод, и скоро я начала постукивать зубами.

Так дело не пойдет. За ночь мы околеем.

Я оставила Шаоюй кутаться в одеяло, а сама отправилась на поиски кого-то полезного…

На улице стремительно темнело, уходящее за горизонт солнце подсвечивало красные крыши, и те казались залитыми темной кровью. На дорожках было пустынно. С закатом гарем словно вымер: ни служанок, ни евнухов, и я пожалела о том, что не взяла с собой фонарь.

Шире шаг. Быстрее разберусь – быстрее вернусь, а то жутковато становится и мысли нехорошие в голову лезут… Ужастики просмотренные вспоминаются. И остро хочется чего-то огнестрельного в руки.