Казино. Двадцать минут спустя.
Очередной хлесткий удар отправил Мирко на спину. С каждой минутой обстановка накалялась всё сильнее и сильнее.
— Мирко, так или иначе, но ты дашь мне ответ на мой вопрос, — скучающим тоном произнес Шевцов, — ты, конечно, неплохо держишься, но мои ребята и не таких ломали.
Вместо ответа Мирко сплюнул сгусток черной крови и усмехнулся. Он ни словом, ни молчанием не может намекнуть на личность своего партнера, клятва, будь она проклята. Воронов оказался намного умнее, чем он думал изначально. Так что теперь приходилось терпеть эти побои просто потому, что не было выбора.
Удары посыпались с новой силой, и Мирко закрыл глаза, желая лишь одного — чтобы это как можно быстрее закончилось.
Однако у Шевцова были иные планы. Михаил еще несколько минут понаблюдал за тем, как его гвардейцы мутузят этого так называемого «хозяина», и понял, что это не очень эффективно. Жестом остановив бойцов, он кивнул на помощника Мирко, что лежал мордой в пол.
— А попробуйте поговорить с этим, — Михаил усмехнулся, — в конце концов, даже если что-то пойдет не так, его не сильно жалко.
Бойцы рывком подняли помощника с пола и первым же ударом выбили из него воздух, а дальше началось методичное, но очень спокойное при этом избиение. Гвардейцы не получали удовольствия, они делали свою работу. И Петр поплыл. В отличие от своего хозяина, он не был бойцом по натуре своей, нет, он был обычным администратором.
— Я скажу, я всё скажу! — выкрикнул он, прежде чем кулак одного из бойцов в очередной раз впечатался в его челюсть.
— Стоп, — Шевцов поднял руку и расплылся в довольной улыбке, — дайте человеку возможность сказать, раз уж он изъявил такое желание.
Пять минут спустя.
— Значит, аристократ из Вийска, — задумчиво протянул Михаил, глядя на Мирко, — что, дурак, клятву дал на крови, да? Будет тебе наука на будущее. Ну да ладно, сейчас это всё неважно. А ты молодец, Петя, — он повернулся к помощнику, — можно сказать, спас своему хозяину жизнь. Жаль только, ненадолго, — после этих слов он подал знак бойцам, и в тишине кабинета прозвучали глухие хлопки выстрелов.
Тела Мирко и его помощника лежали рядом друг с другом, но эта картина никак не мешала Михаилу размышлять о том, что же делать дальше. Информация, полученная от помощника этого ублюдка, чистая правда, иначе бы менталист дал бы знак, но он молчал. Прежде чем решать, что делать дальше, нужно было для начала узнать, кто такие Вороновы и что из себя представляет этот род. Начинать войну без четкого понимания перспектив глупо и чревато огромными проблемами.
— Что делать с телами, господин? — голос одного из бойцов выдернул его из тяжелых мыслей.
— Оставим тут, — Шевцов пожал плечами, — инсценируйте самоубийство, ну или что-то в этом роде. Плевать, всё равно никто не будет плакать по этим двум. Собираемся, пора уходить, — бросив последний раз недовольный взгляд на трупы, Михаил направился к выходу. Что ж, всё будет чуть сложнее, чем он думал изначально…
Заброшенный поселок недалеко от Екатеринодара. Полчаса спустя.
Лаборатория Могилева поражала, в хорошем смысле этого слова. Добра тут у него было море, видно, что старик занимался этим всем от души, не жалея ни средств, ни времени. Под старым бараком был скрыт настоящий бункер, рассчитанный на десяток человек, ну и сама лаборатория, на площади где-то в сто квадратов. Чего тут только не было: реторты, колбы, небольшие электрические печи, а сколько тут было образцов. О, их было много, очень много. Целый стеллаж с контейнерами, каждый из которых был подписан. Пройдясь по рядам, я оценил богатство коллекции Могилева. Старик явно не скупился на образцы.
Дойдя до холодильника, я открыл его и увидел несколько десятков небольших пузырьков. Все они были полны разными субстанциями, которые светились в магическом взоре искрами Хаоса. Да, это однозначно было неплохо, очень даже неплохо. Правда пробовать всё это я пока не буду, для начала нужно изучить местные журналы и понять, что это и как можно с этим работать.
— Ну что скажешь, Витя? — я покосился на менталиста, — нравится?
— Вы еще спрашиваете? — глаза менталиста горели так, как никогда до этого, — конечно мне нравится, господин! Вот только, к сожалению, всё это перенести мы не сможем, — он тяжело вздохнул, — слишком много тут всего.
— Это да, — я кивнул, — но зачем что-то переносить? Место тут хорошее, я бы сказал даже очень хорошее. Никто про эту лабораторию не знает, Могилев в этом плане оказался башковитым. Все, кто ее строили, мертвы, причем они умерли прямо сразу после того, как это место построили.
— Если мы начнем ездить сюда, кто-то может заметить, — Витя покачал головой, — двигаться каждый раз по этому поселку опасно. Рано или поздно нас обязательно заметят. Я, конечно, могу каждый раз сканировать пространство на предмет разума, но пропустим хоть одного и всё.
— Ну, эту проблему можно решить, — я усмехнулся, — в конце концов моя сила умеет не только уничтожать. Пойдем, сейчас всё увидишь, — я поманил менталиста за собой, и мы направились в самую дальнюю часть бункера.
Тут было небольшое техническое помещение, в полу которого был люк. Он вел в небольшую комнату, где находился насос, качающий воду. Стены тут были не забетонированы, просто заложены плитами, одну из которых я частично растворил с помощью Хаоса. А дальше пришлось прибегнуть к печати преобразования энергии. С ее помощью я превратил Хаос в энергию земли, а дальше мне пришлось поработать землекопом. Давно забытые ощущения захлестнули меня с головой, но это было приятно, так что я продолжил углубляться в землю, создавая тоннель. Почва никуда не девалась, я просто прессовал ее до крепости камня, превращая лишнее в стены тоннеля. Витя шел за мной с открытым от удивления ртом, благо хоть не сыпал вопросами. Я же двигался вперед, энергия земли позволяла чувствовать как направление, так и глубину, так что я не боялся, что меня внезапно выбросит на поверхность. Двигаясь вперед, я прикидывал, сколько уже мы прошли. Поселок был небольшим, всего несколько улиц, так что скоро, думаю, будем под лесом. Когда наткнусь на первые корни, значит, на месте.
Минут через десять это произошло, но я не стал сразу вылезать на поверхность. Вместо этого продвинулся еще метров на тридцать, и только после этого начал формировать ступени, ведущие наверх. Выйдя на свет, я понял, что всё вышло как нельзя лучше. Тоннель привел нас прямо в лес, причем в самую гущу. Рядом с нами возвышалось старое дерево, чья крона закрывала солнце. В тени было немного прохладно, но зато такое дерево можно пометить, и хрен кто его кроме нас найдет.
— Ну что, Витя, теперь проблем больше нет, да? — я легонько ткнул в бок менталиста, и тот радостно кивнул.
В качестве крышки для тоннеля я создал каменную плиту, поверх которой накинул кусок дерна, срезанного с земли метрах в тридцати от выхода. Отойдя в сторону, я посмотрел на то, как всё это выглядело. И, честно говоря, неплохо, правда, есть один минус. Каждый раз придется поднимать плиту вручную, чтобы войти внутрь. Я могу делать это с помощью магии, а вот Витя нет. Ну или придется придумать какой-нибудь механизм.
— Я знаю того, кто поможет с решением этой проблемы, — менталист словно прочитал мои мысли, — когда вернемся домой, решу.
— Ну и отлично, — я кивнул, — что ж, раз с этим разобрались, идем обратно в лабораторию. Теперь можно куда тщательнее всё изучить…
Где-то в небе над империей.
Семен Семенович Михеев даже во время полета не мог оторваться от работы. Империя слишком огромна, в одном городе проблема исчезает, но тут же появляется в другом. И с этим ничего нельзя сделать, только реагировать, только решать, иногда в режиме реального времени. Вот и сейчас он разбирал документы, полученные от технического отдела. Эти ребята редко когда беспокоили его просто так.
Заголовок на первом листе тут же привлек внимание графа. Углубившись в чтение, он на несколько минут растворился в окружающем пространстве, а когда закончил, не выдержал и выругался себе под нос.
Откинувшись на спинку кресла, Семен Семенович закрыл глаза. Государь. Когда империя по-настоящему нуждается в действиях с его стороны, он и пальцем не пошевелит, а вот когда он вдруг вспоминает о том, что является правителем, теперь он зачем-то начал интересоваться князем Демидовым, и этот интерес явно неспроста. Технический отдел отдельной строкой подчеркнул тот факт, что император задействовал тайную стражу для того, чтобы узнать о состоянии князя Демидова, и это напрягало. Тайная стража не подчинялась никому, кроме императора, хотя Михеев был уверен, что на деле это не совсем так. Вот только доказать это не мог, да и, если честно, не сильно-то и стремился.
О Демидове же он и сам узнавал, старый медведь вышел из спячки и с ходу включился в новое дело. Залежи металла рядом с Вийском, подумать только, этот городок не перестает удивлять. Правда, граф пока не понимал, к добру ли это, но факт есть факт. Если добавить к этому всему Воронова с его артефактами, очень скоро этот маленький город может превратится в неплохой центр интересов империи. Как только информация об артефактах просочится в общество, многие захотят получить в свои руки такие вот игрушки, очень, очень многие. И нужно придумать, как этот поток регулировать, а главное, как не допустить устранения Вороновых. Потому что желающие появятся, в этом полковник не сомневался…
Вийск. Вечер.
Всю дорогу до дома менталист трещал без умолку. Витя настолько вдохновился лабораторией, что был готов хоть сейчас все бросить и поселиться там. Правда, этого не понадобится, потому что в качестве работников я, пожалуй, направлю туда наших азиаток. Ну а что, пусть они пока не очень хорошо знают язык, но это не главное. Руки-ноги у них есть, да и, насколько мне известна, их нация достаточно трудолюбива, как раз то, что надо. Сменами по семь человек они будут меняться каждую неделю, а Витя, так и быть, сможет заглядывать туда, когда мне не будет нужна его помощь. Тем более что я тоже планирую посещать лабораторию, ведь помимо рецептов Могилева, достаточно неплохих, кстати, я собираюсь создавать и свои рецепты. А дальше пойдет слияние артефакторики и алхимии, так что работы у нас не просто много, а очень много.
— Господин, еще раз благодарю за то, что Вы согласились на мое предложение, — в очередной, наверное, двадцатый по счету раз произнес Витя, припарковав машину под навесом.
— Да не за что, — я усмехнулся, — главное — отдача. А если человеку интересно что-то, отдача будет, так что я не дурак препятствовать. Тем более что это будет полезно для нас всех. Правда, мне еще придется деду объяснить, что и как, но думаю, старик поймет.
— Боюсь, ваш дед в какой-то момент начнет задавать вопросы, господин, — менталист покачал головой, — вы умеете то, что не умеют остальные, действуете не так, как должен по идее действовать подросток, рано или поздно накопится критическая масса таких вот нюансов, и начнутся вопросы.
— Ну а пока этого нет, мы будем работать, — подмигнув Вите, я направился в дом.
Как будто бы я и сам не понимал этого, всё, всё я прекрасно понимаю. Версия с видениями во сне прокатила, но Витя прав, рано или поздно это перестанет быть нормальным. Тот же Михеев, например, что-то мне подсказывает, что полковник не откажется расспросить меня с пристрастием. Пока моя польза перевешивает возможный вред, он этого делать не будет, но что произойдет, когда он узнает о моем умении возвращать дар тем, кто попал под аномальный шторм? Прогнозировать его реакцию я просто не берусь, слишком мало я знаком со стариком. Тут у меня еще есть козырь в виде спасения его внучки, и это является дополнительным аргументом, но служба может перевесить, и тогда придется старика валить. Потому что в тюрьму я не пойду ни под каким предлогом.
Тяжело вздохнув, я толкнул дверь и вошел в дом. На первом этаже меня встретила радостная Настя, блондинка тут же кинулась мне на шею.
— Для начала ужин, — я мягко отстранил ее от себя, — заодно расскажешь, как там дед, и что сегодня было в администрации.
— Как прикажешь, господин, — лукаво улыбнувшись, она направилась в сторону кухни.
Мой взгляд невольно задержался на нижней части ее тела, но я быстро взял себя под контроль и направился к себе. Переодевшись и немного освежившись, я спустился в гостиную, полностью готовый к порции новостей и сплетен…
Гнездо Ворона.
— Ну что, Миша, вырос наш вороненок, да? — Матвей глянул на барона с улыбкой, — да ты не дуйся, внук у тебя и правда как-то неожиданно быстро заматерел. Вроде вот недавно ходил кутенок кутенком, а сейчас уже хозяин, собственно, особняка, да при делах каких. Гордится таким надо.
— Я и горжусь, — Михаил Игнатьевич тяжело вздохнул, — вот только сила не равно опыт, ты не хуже меня это знаешь. В его возрасте легко можно вляпаться в какую-нибудь проблему, а я даже не узнаю об этом. Леня скрытным стал, обзавелся фактически своей гвардией и почти не заглядывает домой. Ты знаешь, что он очень часто по ночам куда-то пропадает?
— Неужто поставил кого-то следить за парнем? — Матвей хмыкнул, — узнаю старого ворона. И что удалось узнать?
— Да в том-то и дело, что ничего, — Михаил Игнатьевич отмахнулся, — внук быстро возвращается, но сам факт.
— Миша, а может тебе проще будет с ним поговорить, да и всё? — лекарь пожал плечами, — раз парень такой осознанный, так может он ответит на твои вопросы?
— Честно сказать, боязно, — барон усмехнулся, — а если взбрыкнет? Хотя, может, ты и прав. Ладно, так и быть, завтра с ним поговорю.
— Ну вот и отлично, — лекарь широко улыбнулся, — за это дело можно и выпить. Так сказать, чтобы закрепить успех.
Михаил Игнатьевич рассмеялся. Кто о чем, а лекарь о вине. Впрочем, бокал красного сейчас и правда не помешает…
Екатеринодар. Особняк Шевцова.
Михаил Дмитриевич ждал приезда Робова. Старик задерживался, впрочем, ничего удивительного, учитывая, кем он работал.
Но наконец-то слуги оповестили о том, что автомобиль гостя заехал на территорию, а через несколько минут сам Иван Иванович вошел в дом.
— Вторая встреча за день, Михаил Дмитриевич, даже не знаю, что сказать, — улыбнувшись, старик сел на диван, — чем порадуешь, дорогой друг?
— Ну, насчет радости ничего не скажу, но кое-что удалось узнать, — Михаил придвинул старику папку с информацией по роду Вороновых, — вот кто стоит за убийством Могилева. Прочти, Иван Иванович, очень интересное чтиво.
Старик удивленно глянул на Михаила, но спорить не стал и погрузился в чтение. Через несколько минут он поднял тяжелый взгляд и покачал головой.
— Михаил Дмитриевич, я, признаться, не понял твоего намека. Род мелкий, пусть и когда-то сильный, разве мы не сдюжим против них?
— Во-первых, Иван Иванович, у нас нет повода для войны, — Шевцов хмыкнул, — а во-вторых, ты, видимо, не дочитал. Вороновы теперь сидят во главе клана. Пусть провинциального, пусть слабого, но клана. А это уже совсем иной уровень противостояния. Меньше всего хочу, чтобы к тебе или ко мне в гости пришла охранка. А ведь они это сделают, если мы начнем войну.
— Предлагаешь проглотить обиду? — Робов прищурился, — как-то оно нехорошо выходит. Мы в убытке, как ни крути, а Вороновым все сойдет с рук?
— Ну почему же, — Михаил потянулся к бокалу с водой, — нет, мы просто можем постараться обойтись без войны. Встретимся с Вороновыми и сделаем им предложение, от которого нельзя отказаться. Если они разумные люди, мы получим деньги и извинения.
— А если нет? — Иван Иванович хмыкнул, — у столичных гонора много, тебе ли не знать.
— А если нет, будем решать вопрос по-другому, — в голосе Михаила лязгнула сталь, а на губах появилась мрачная улыбка…