— Александр Семёнович, прошу вас избавить меня от Николая Зубова, — неожиданно попросил император Макарова, — ибо сейчас удобный момент. Сановники и даже придворные отвернулись последние месяцы от этого семейства, Валериан погиб, Платон сбежал в Европу, а Дмитрий отсиживается в Москве. Сами понимаете, что нужно воспользоваться ситуацией, дабы не потревожить общество и в то же время вернуть всё то, что бабушка им надарила в своё время. Тем более, что Пален и Панин никак не поддержат соучастников в преступлении, да и Бенингсен отправлен в Ганновер, а Уваров в Азию.

— Я вас понял, ваше величество, исполню поручение. Однако хорошо бы хоть какой-нибудь комитет или комиссию создать, чтобы всё выглядело более официально.

— Уже готовлю указ о создании специального Комитета общей безопасности, который вы и возглавите. Вот только одобрение от Непременного совета получу. Будет вполне официальная организация, отделённая от Сената, противодействующая деятельности масонов и шпионов. Оленин ещё в прошлом году рекомендовал мне создать Комитет Государственной Безопасности, но всё руки до этого не доходили. Теперь видимо время пришло.

Государю не терпелось начать овобождать семейство Зубовых от принадлежащей им собственности, но следовало соблюсти хоть какие-то приличия в столь важном для казны деле. «Освобождение» от Николая Зубова сразу активировало бы действия по конфискации практически всего, что принадлежало графу Валериану Зубову, включая шикарный дом на Миллионной. Затем царю ушло бы всё принадлежавшее и остальным братьям, как и их сестре.

Заступиться за семейство злодеев, поднявших руку на императора Павла Первого просто некому. Все лидеры заговора или уже мертвы, или разогнаны в дальние дали. Тот же командир Кавалергардского полка отправлен в Азию помогать командующему тридцатитысячным корпусом Кутузову. Дело безусловно важное, именуемое негласно вторым Восточным походом. Подробности пояснял лично государь, когда ставил задачу.

— Михаил Илларионович, сие есть дело секретное во многих деталях, поэтому довожу лично вам без свидетелей. Другим можете поведать лишь общее, да и то лишь по ходу исполнения.

— Слушаюсь, ваше величество.

— Вот карта, отображающая схему похода до самого конца. Однако для света вы всего лишь отправитесь укреплять Оренбургскую оборонную линию, расширяя её на юг по реке Илекей. От Оренбурга спуститесь до Соль-Илецка, а затем по правому берегу Илекея пройдёте примерно двести вёрст. Место приметное, где меловые холмы имеются, а также несколько рек впадают. Там поставите опорный городок.

Оказалось, что это ещё не всё. Затем предстоит марш на две сотни вёрст на юг до реки Жем, где следует обустроить ещё один городок. К этому времени из Оренбурга выйдет ещё один отряд в десять тысяч солдат, а с ними строители и поселенцы, которые займутся более серьёзным строительством первого городка и прилегающей территории. К востоку от него вроде имеются полезные руды, которые впоследствии будут разрабатываться.

— После Жема начнётся серьёзный переход в юго-восточном неправлении к северной оконечности моря Аральского. Там имеется кайсацкое поселение с шестью колодцами. Следует создать третий городок в том месте, дабы киргиз-кайсаки нашу помощь, поддержку и присутствие ощутили. Всё-таки они являются частью Российской империи и следует напомнить им об этом своим появлением.

— Ваше величество, а каковой силы напоминание следует сделать?

— Мягкое, Михаил Илларионович, но чтобы забыли о набегах и поддерживали хана, согласованного с нами. Но и это ещё не всё. К югу, ежели море обогнуть с восточной стороны, то дойдёте до низовьев реки Яксарт, где должны основать торговый город в удобном месте. К югу от вас будут хивинцы, а к востоку кокандцы. И те и другие вполне возможно захотят проверить вас на прочность, так что будьте готовы к этому. Но сами не задирайтесь и с походами на них не ходите. Через все городки будем обустраивать более серьёзную торговлю с ними, ибо она чрезвычайно выгодна и необходима.

Кутузов оценил общий путь в полторы тысячи вёрст сложного перехода, как вероятный к прохождению и исполнению.

— Имейте в виду, что по каждому этапу доводите до своих планы лишь непосредственно перед началом каждого. С вами пойдёт специальное подразделение специалистов, которые будут составлять карту пройденного и разведывать участки которые следует пройти. Ну, а второй корпус будет оставлять гарнизоны в опорных городках, двигаясь за вами.

Задание ставилось на авось и примерно в надежде на превосходство русской армии перед кочевыми и оседлыми азиатами. И выглядело на карте более-менее приемлемым, хотя могло превратиться в набег в итоге. Александр искренне мечтал раздать наделы вдоль этого тракта под поселение солдатам, выслужившим свой срок, создав верное и опытное население, которое обеспечит безопасность торговли. Кроме того, ему нужно было создать видимость серьёзного похода аж до самой Индии, чтобы вынудить англичан к некоторой покорности.

— Будем время от времени посылать вам курьеров, ежели понадобится. Вы тоже нам своих отправляйте с отчётами и в случае великих сложностей.

О том, что впоследствии предполагается расширение земель по правому берегу Яксарта император Кутузова не стал предупреждать. Оно и самому ещё виделось лишь миражом, не более. Хотя хлопок и шёлк совсем неплохо получать через страны срединной Азии, а то и другие товары которые нужны в России. Ну и излишки чугуна туда поставлять на обмен, ежели таковой организуется.

Моя лично-персональная флотилия увеличилась весной на целых три торговых судна, ещё два перехваченных заказа будут готовы лишь осенью. В Сетубале всё что надо перегрузили с «моих» англичан, отправив освободившиеся суда в Англию за углём и всяческим невостребованным товаром на который из-за кризиса временно упали цены. Уголь, ткани и кое-какое оборудование пойдут в Петербург, остальной выпендрёж отправится в Индию. Мальтийцы привезут нам то, что было перегружено с англичан и в первую очередь селитру. Правда часть этого ценнейшего груза пришлось перепродать на Охтинский пороховой завод, заслужив персональную милость императора.

Ну не готов я пока к хранению серьёзных объёмов, вот и проявляю излишнюю щедрость где ни попадя.

— Так и нужно поступать, Денис Дмитриевич, оно вам зачтётся, — поучает меня обер-гофмаршал, — вон как при дворе рады, что новые французские меховые изделия можно купить в Петербурге, не выезжая в Европу. Правда думают, что в вашу лавку они поступают из Парижа, а не шьются на месте.

— Я и сам поддерживаю именно такую трактовку, Степан Сергеевич, иначе носы начнут воротить. Небось в свете считают, что французские булки тоже из самой Франции везут?

Хотел пошутить, однако не на того нарвался.

— Нет, про булки все знают, что вы француза привезли. Теперь думают как бы сманить его себе в личные пекари. И лишь опасаются что через него идеи революции в их дом проникнут.

Лавок столичных заморских товаров вообще-то уже больше, так как имеются ещё «Иноземные изысканные вина» и «Индийские шелка». Странно, но подобное и у других торговцев можно приобрести, только у меня цены выше, что видимо богатеев прельщает. Всё-таки выпендрёж светского общества сказывается, мол, ежели задорого купить, то как бы не каждому по карману. Так чего не использовать дурость навороченных понтовил?

Торговля идёт хорошо, но кое-чем приходится затариваться не афишируя действий. Вон, аглицкая компания Боултона и Уатта производит паровые машины для развития индустриальной революции в Англии. Однако в этом году двенадцать из них (из двадцати запланированных) прибудут в Петербург, хотя заказаны были разными лицами и в первую очередь британцами. Мой юрист Одиноков уже имеет штат сотрудников, которые даже чёрта в ступе могут хоть заказать, хоть купить по готовности. Его специалисты настолько хорошо зарабатывают, что верой и правдой служат, попутно при необходимости нанимая «аборигенов» на местах, когда в таковых имеется необходимость.

Учитывая, что кризис в Англии уже заканчивается, мы хапаем то что хапается, порой про запас. Поразительно, но экспорт этого года по сумме превзошёл свою же цифирь 1799 года уже к маю, хотя по объёмам проданного уступает раза в два с половиной. Счетоводы царя небось подпрыгивают от радости и потирают руки, надеясь что это навсегда.

Ещё один плюс от хапанья в той же Голландии, ставшей благодаря Наполеону Батавской республикой. Экономика опустилась из-за всех этих революционных выкрутасов, вот Александр Первый и решил им помочь. Я тоже им «помогаю» чем могу, а именно заказываю и скупаю инструменты, станки и даже корабли подешевле, чем в прошлые времена оно того стоило. У людей проблемы пока, поэтому они рады, когда хоть какие-то покупатели находятся. Понятно, что долго это не продлится, но их товары являются базой для моей личной экономики и промышленности. Недавно удалось запустить небольшое предприятие, открытое на подставное лицо голландской национальности в Амстердаме. Те самые инструменты, столь необходимые и востребованные в России. Всё-таки дешевле обходится, чем тупо их приобретать, а качество столь же высокое, ибо производится нанятыми голландскими специалистами. Кстати, планирую в деревне Гаага открыть Торговый Русский Дом для продажи кое-каких своих изделий, начиная с меховых. Хитрость невелика, ибо в Гааге постоянно проживает правительство Голландии, как выяснилось несколько месяцев назад. То есть, имеется гарантированный рынок сбыта всяких русских ништяков, ха-ха. Ещё один Дом расположу в Роттердаме, чтобы торговать крупными партиями своей продукции и столь же крупно затариваться сырьём. Туда поступает уйма всего из германских земель и даже шерсть из Англии.

— У вас, маркиз, великие планы, как я погляжу. Искренне поражаюсь тому, как вы со спокойствием принимаете решения, которые многим в свете просто невероятны даже в воображении. Одно дело посетить какую-нибудь страну в Европе и совсем другое что-нибудь там организовать. Это и боязно как-то, ну и непривычно честно говоря. Чай, не своё имение, где всё ясно и понятно.

— Степан Сергеевич, всё гораздо проще, чем кажется. Главное в таких делах подготовить команду исполнителей, чтобы реализовать проект. Ну и организовать логистику, то бишь в данном случае, складирование и транспортировку. Естественно, что до этого изучив возможности и реалии места приложения сил.

— Денис Дмитриевич, слова-то вроде все знакомые, но суть их уж очень сложна для понимания, извините. Впрочем, вам по молодости дерзать, ибо энергии и средств вам не занимать. А я уж как-нибудь на своей мызе новое буду внедрять, — Ланской виновато улыбнулся, выражая «проблемы» людей своего круга.

Вот она, беда России, те у кого есть солидные деньги, даже не пытаются вложить их куда-нибудь для гораздо более выгодного приумножения. Зато «строгановы» и «демидовы» имеют успех, хотя наибольшего, честно говоря, добиваются «зубовы» вообще ни во что не вкладываясь, за исключением близости к императорскому семейству.

— Ваша светлость, прибыли китайцы с отчётом. Разрешите ввести?

— Да, я их ожидаю, приведите, пожалуйста.

Очередной отчёт моих старательных исполнительных учёных необходим для последующих согласований с русской и европейской (пока французской) группами. Я не стал всех объединять в единое целое, учитывая разницу в менталитетах и определённые возможные межэтнические трения. Как ни подбирай наиболее толерантных, но избежать разногласий и трений на межнациональной почве не удастся. Проще самому доводить очередные результаты каждой из групп по мере их достижения.

— Ваша светлость, мы с Лю Минем выявили составляющие элементы вашей таблетки. Теперь будем пытаться подобрать их соотношения, чтобы получить такое же лекарство. Некоторые из них совпадают с составными элементами кукурузной гнили, которую вы поручали исследовать.

— Очень хорошо, уважаемый господин Ли. А как обстоят дела с исследованием отваров из веток ивняка?

— Тоже занимаемся, господин маркиз. Отвары обезболивают, но пока не так хорошо, как опиум или морфий, но мы выделили составные элементы и тоже ведём эксперименты.

Хорошо, что через испанцев удалось приобрести несколько тонн листьев коки из Перу. Всё-таки хотелось бы создать стимулятор, но не переусердствовать с кокаиновой составляющей. Мало ли для каких целей может пригодиться такой «допинг». Вон, индейцы кечуа постоянно жуют листья и не помирают от этого, зато после жевания полны энергии для трудовых или военных подвигов.

— Что по пороху, господин Минь?

— С индийской селитрой очень хороший получается, но всё равно дорогой, ваша светлость.

Русский язык у обоих китайцев не так хорош, примерно как мой французский в котором я до сих пор упражняюсь регулярно три раза в неделю. Однако понимаем друг друга без проблем, а это главное.

— Дороговизна меня мало волнует, каковы характеристики по сравнению с обычным чёрным порохом?

— Почти в полтора раза сильнее, а дыму и сажи меньше.

Третье направление у всех групп — это осторожное выявление свойств гремучих смесей, созданных когда-то Бертолле.

— Мы пробуем обработать ртуть азотной кислотой и спиритусом, вроде становится стабильнее, но экспериментов ещё много будет.

— Главное, господа учёные, не спешите и не рискуйте, дабы не погибнуть зазря.

Действительно, не хватало потерять двух ценнейших специалистов ради будущего капсюля, он того не стоит. В принципе, винтовка американского оружейника Лестона, нанятого людьми императора, гораздо лучше винтовки Фергюссона. Она позволяет делать пять-шесть выстрелов в минуту, дистанция убоя порядка восьмисот-девятисот шагов. Хорошая кучность сохраняется на расстоянии трёхсот шагов при аккуратной прицельной стрельбе. Даже на пятистах шагах удаётся поддерживать до тридцати процентов попаданий. В любом случае, это намного превосходит обычные гладкоствольные дульнозарядные ружья по дальности, а по скорострельности — нарезные штуцеры.

Нашим личным вариантом разработки мы займёмся позднее, улучшая и развивая государев образец…