Князь слушал мой сбивчивый рассказ молча. Ни разу не перебил. У него даже ни один мускул на лице не дрогнул. И честно говоря от этого, лично мне, стало еще страшнее. Лучше бы ругался, честное слово!

— Умеешь ты… вовремя новости преподносить.

— Это все Лев Ильич! — тут же замахала руками я.

— Вот всегда знал что он тот еще… интриган. Знал ведь, кого ко мне подсылать… я подумаю как быть. А пока… иди. И сразу домой. И остальных выгоняй. Утомился я.

Когда выходила, видела как князь устало положил голову на руки.

Дома я… растянулась на диване и поняла: никуда не пойду. Лебедева же посадили, значит за папой уже можно столь пристально не следить. Проведу тихий вечер… потискаю кота. Постараюсь вспомнить что я все-таки человек, а не приложение к документам.

Каюсь, я так и задремала, с теплым котом под боком. И проснулась только утром, от звука разрывающегося будильника. А еще ему вторил настойчивый стук в дверь. Хотя нет… кажется стадию стука гость уже давно прошел. В дверь откровенно колотили.

С кряхтением встав (все же спать на небольшом диванчике, да еще и в одежде — не лучший способ отдохнуть), я доползла до двери открыла.

— Уф, все в порядке. А то я уже дверь собирался ломать, — судя по лицу гостя его откровенно отпустило.

— Александр Дмитриевич? Что вы тут делаете?

Обнаружить утром на собственном пороге заместителя начальника тайной полиции я уж точно не ожидала!

— За вами я приехал, Надежда Викторовна.

Сердце упало в пятки.

— Да не смотрите так испуганно. Лебедев отказывается говорить. Но внезапно сегодня утром потребовал вас.

— Утром? — переспросила я.

Это когда же у тайной полиции утро начинается, если сейчас только начало седьмого?

— Надежда Викторовна, может вы… переоденетесь и поедете со мной? — обратил внимание на мой помятый вид собеседник.

— Александр Дмитриевич, я-то конечно переоденусь. Но с вами никуда не поеду! В княжеской приемной сейчас, благодаря вам, всего три человека. Мы и так с трудом справляемся, если останутся только Светик с Мишкой, князь нас со свету потом сживет за то что ничего не успели!

Кажется такого отпора от меня не ожидали.

— Не говоря уже о том, что мне не о чем разговаривать с Алексеем Константиновичем! Всего доброго.

И да, я захлопнула дверь у него перед носом. Сама от себя такой смелости не ожидала. Надеюсь она мне потом не аукнется.

Спустя где-то… полчаса… примерно. Явилась Вера.

— Нет! — это было первое что я ей сказала, увидев.

— Ты ведь даже не знаешь зачем я приехала! — возмутилась приятельница. Хотя… проблема ходячая вот кто она такая!

— За чем бы не приехала, мой ответ — нет! — сообщила, обуваясь.

— Тебе что так сложно с ним встретиться? — сделала несчастные глаза собеседница.

— Да! И вообще, уходи с порога, мне пора выходить, если я хочу спокойно дойти…

И голову проветрить немного.

— С каких пор ты такая злая? — вот теперь голос у Веры стал недоуменным.

— С тех пор, как Ефимов пропал и на троих свалилась работа четверых. Вику скоро вернете?

— Эм… может быть завтра…

— Вот когда вернете — тогда и поговорим, — опрометчивое конечно заявление, но в тот момент это было единственное что пришло в голову, чтобы отвязаться от нее. Но самое удивительное, что это подействовало!

Князь пришёл, когда я разбирала почту.

— Надя, вызови ко мне Ратиборова. Как можно скорее.

Хм… интересно, что такого придумало начальство? Эх, и ведь не спросишь…

Была одна вещь, которая меня никак не отпускала после визита криминалиста. Вот вроде он ничего такого не сказал, но… с тех пор недооформившаяся мысль словно волчок крутилась в голове. Что же такого меня зацепило в его словах?

— Хорошие новости, к обеду нам обещали вернуть Вику. Плохие… Надя, как только она придет, тебя требуют в Тайную полицию, — «обрадовал» Светик.

Вот кто бы мог подумать, что Вера так быстро подсуетится? Я точно нет!

— Светик, счастье мое… а есть шанс этого избежать?

Старший секретарь помотал головой.

— Может меня тогда сразу перевести в тайную полицию? А то ощущение что я там скоро поселюсь!

— Не преувеличивай. К тому же, я так понял, что Лене сейчас твоя помощь не так уж и нужна. К тому же… — не договорил. Заметил какое мрачное лицо у меня стало и предпочел замолчать. Умный мужчина, не зря занимает свое место. Наверное…

— Надя, ну не съедят же тебя там, — эти слова из уст Мишки прозвучали не слишком уверенно.

— Да? Что ж ты тогда от Веры Гордеевны прятался?

О! Смутился! Вот и правильно! Как других толкать в ее лапки, так он храбрый, а как сам… пф!

Ратиборов примчался довольно быстро. Впрочем, когда я договаривалась на счет встречи, его секретарь сказала что Лев Ильич уже освободил сегодняшний день от всех встреч и готов подойти в любое удобное князю время.

Все-таки этот мужчина очень умен. Может даже слишком.

А еще должна признаться, меня так грызло любопытство, что все то время, что адвокат был у князя, я наворачивала круги под дверью кабинета. Хотя знала что услышать оттуда что-то невозможно.

— Надя…

— Тш! Я слушать пытаюсь! — отмахнулась от коллеги, почти прижавшись ухом к двери.

— Лучше работой займись!

— Я все что должна была сделать Вика сделала…

— Тогда займись СВОЕЙ работой! — недовольно зашипел Светик. Кажется кто-то забыл, что в качестве наказания князь скинул на него большую часть моих обязанностей. О чем я и сообщила.

— Надя!

Я сдалась не из-за укоризненного тона старшего секретаря. Я сдалась потому что окончательно признала поражение в попытке услышать, что именно придумал князь, чтобы выпутаться из этой ситуации.

Кто же знал, что мне все-таки доведется это узнать. Спустя почти полчаса, князь внезапно вызвал меня к себе в кабинет.

Когда заходила, услышала тихие слова Мишки:

— Слушай, а тебя не раздражает что князь в последнее время почти все ведет через Надю?

— Нет. А должно?

— Ну… ты все же старший секретарь.

— И как показали эти дни — я свихнусь, если буду делать все. Не отвлекайся! Или тебе работы мало? Подкинуть?

Мишка тут же активно чем-то зашуршал.

Как интересно… то есть Светик меня в какой-то степени даже ценит.

Впрочем это все пустое. Главное сейчас — двое весьма непростых мужчин, которые с довольными лицами сидели в кабинете князя. Это кстати пугает. Я про это довольное выражение, удивительно похожее у столь разных людей.

— Проходи, Наденька. И дверь закрой, — с довольный улыбкой сказало начальство.

Делать нечего… кроме как то, что велели.

— Садись, — мне указали на второй стул для посетителей.

Вот это уже не хорошо! Не припоминаю чтобы князь такое раньше делал…

Каюсь, садилась медленно и с опаской. А эта парочка все с теме же улыбками (и любопытством в глазах) за этим наблюдали.

— Кхм, чем я могу помочь? — поскольку пауза затянулась, я рискнула ее нарушить.

— Видишь на столе бумагу? Пиши…

Очень надеюсь что не заявление «по собственному желанию».

— Не делай такие глаза, — фыркнул князь. — Пиши давай, то что я сейчас диктовать буду. В связи с тем, что Ратиборов Лев Ильич, работает напрямую с княжной, его и других его клиентов, стоит проверить на благонадежность по отношению к княжеству…

Я старательно записывала все что вещал князь, внутренне восхищаясь тем, какой красивый выход из ситуации нашла эта парочка. Ведь действительно, все кто близко связан с княжеской семьей в обязательном порядке проверяются. Просто обычно дальше проверки самого адвоката — не зашло бы.

— … в случае если тайная полиция обнаружит что-то что может повредить княжеству, Лев Ильич будет обязан или отказаться от дальнейшей работы с княжной, или же от неблагонадежного клиента. Будь любезна подготовь это в нескольких экземплярах. Один отдашь Льву Ильичу, один приткни у нас тут и отправь распоряжение Ширяеву. И лицо попроще сделай. Лев Ильич, ну вот до чего вы мне работника довели?

— Я? Я лишь спросил совета у, без всякого сомнения, очень умной барышни, — довольно улыбнулся этот прохвост. — К тому же, приди я сам, без вызова… могли бы подумать — что это моих рук дело. А так… это все решение князя.

Князь на это только ухмыльнулся.

Ведут себя как мальчишки, хотя оба взрослые мужчины! Да при желании они мне в отцы годятся! А то и дедушки… Ладно, я немного преувеличиваю.

— Еще какие-то распоряжения? — вежливо поинтересовалась, сделав вид что эта небольшая пикировка ко мне вообще никакого отношения не имела.

— Вместе с копией для господина Ратиборова, прихвати кофе. Все же ты варишь его лучше чем Виктория.

Еще бы. Я его столько лет для князя варю. Странно было бы, не научись делать так, как он любит. Впрочем, в отличие от мальчиков с их антиталантом, думаю еще пара месяцев и Вика вполне навострится.

Пока печатала распоряжение, с довольной улыбкой, Светик с Мишкой недоуменно на меня косились. Но спрашивать ничего не решались. Только когда я закончила, старший секретарь не выдержал и сказал:

— Знаешь у тебя улыбка сейчас как у князя…

— И?

— Это пугает. Он в таком настроении обычно не предсказуем.

Я только язык показала. Вообще после того что я услышала, настроение мое резко поползло вверх. Все же ситуация которую на меня повесил Ратиборов — сильно давила. Так что я рада, что и без головомойки обошлось и решение они с князем нашли.

Вот только… стоило появиться на пороге приемной Вере, как мое только поднявшее голову настроение… тут же рухнуло.

— У тебя лицо… словно ты мне не рада. Я вам работника между прочем возвращаю!

Из-за спины секретаря начальника тайной полиции робко выглянула Вика. Вид у нее был виноватый. Интересно, что такого с ней делали… хотя не факт что шутка Стаса про застенки была просто шуткой. Впрочем девушка выглядела именно виноватой, но не замученной.

— Ну, что… пошли?

— Куда? Я не обещала никуда с тобой идти!

Надо ли говорить, что в итоге я пошла с Верой? Вот и я думаю что не стоит…

За решеткой Алексей Константинович лишился половины своего блеска, но не достоинства. Даже улыбочка все такая же.

— Я ждал вас, Надежда Викторовна.

— Мне сказали, что вы отказались говорить с кем-либо, кроме меня. Итак… что вы хотели сказать мне?

— А может я хотел посмотреть на красивую девушку?

Я скептически хмыкнула и развернулась, собираясь выйти.

— А может я хотел поговорить с человеком, который имеет врождённый иммунитет к магии.

Я замерла. И откуда он знает? Не мог же догадаться только потому что, тогда следящего заклинания на мне не нашел? Или мог?

— И зачем же? — спросила, так и не повернувшись лицом к собеседнику.

Молчание в ответ. Вот и зачем позвал собственно?

Не дождавшись ответа, задала другой вопрос:

— Зачем вы пытались повесить на меня следящее заклинание?

— Потому что убили Ефимова. Нужно же было быть в курсе дел в княжеской приемной, — неожиданно легко ответил Лебедев.

— Неужели все эти неприятности в княжеской приемной — ваших рук дела? — вот теперь я искренне удивилась.

Мужчина только рассмеялся.

— Что вы. Я не настолько продуманный… да и молод я слишком, чтобы во главе всего этого стоять.

— Тогда кто стоит во главе?

Тишина.

— Почему вы не сказали это тайной полиции? Зачем позвали меня?

— Хотите верьте, хотите нет, вы мне действительно симпатичны, как человек. Не надо делать такое скептическое лицо. Сомневаюсь что мне в ближайшем будущем предстоит общаться с приятными людьми. Тем более что господин Ратиборов отказался браться за мое дело… а значит я тут надолго, — сообщил Лебедев, откинув голову и разглядывая потолок. — Так что… почему бы не воспользоваться последней подвернувшийся возможностью.

— Алексей Константинович… если вы хотите сказать что-то, то лучше это сделать сейчас. Второй раз, даже если прикажет князь, я не приду.

— Я не могу выдать того, чьих это рук дело. Но можете передать Александру Дмитриевичу и Вере Гордеевне, что я согласен признаться во всех своих преступлениях. Благо их не так уж и много. А еще я бы хотел извиниться перед вами. Думаю я не мало вам крови попортил. И еще… можете не переживать за отца, я его не втягивал в проблемы.

Последние слова меня мягко говоря удивили.

— Почему вы не хотите сказать кто за всем этим стоит? Ведь вам могут…

— Что бы вам не говорила Тайная полиция мне пообещать, мой ответ — нет. Идите, не стоит тут задерживаться.

Все-таки Алексей Константинович очень странный человек.

— Скажу вам только одно… берегитесь своих, — сказал мне напоследок Лебедев. — В наше время в княжеской резиденции… не знаешь кому стоит доверять, а кому — нет.

Интересно, что он имел в виду…

Выходила я весьма задумчивая… и тут же наткнулась на Веру. Девушка напряженно на меня смотрела.

— Что-то рассказал?

— Ну… и да, и нет… — и я пересказала самый странный и бесполезный с моей точки зрения разговор. Вот только в тот момент ни я, ни Вера и предположить не могли, что мой приход в тюрьму не был бесполезен.

Впрочем, выяснив чего от меня хотел Лебедев, Вера отпустила меня обратно в родную приемную. Вот и славно! Там мне нравиться больше чем в местных «застенках».

Работа в приемной шла своим чередом. Хотя Вика и выглядела странно.

— Что с тобой в тайной полиции делали? — не выдержала я.

Девушка затравленно посмотрела на меня, потом бросила быстрый взгляд на Светика с Мишкой, которые даже не пытались делать вид что работают.

— Да что вы заладили⁈ Ничего со мной не делали! Снимали заклинание, задавали много вопросов. Передали для князя одно предложение… меня даже в камере не держали, так что прекращайте! Пугаете!

— Кстати, а тебя туда зачем уводили? — это уже Светик ко мне обратился. — Или Лебедев и на тебя что-то повесил?

— Много будешь знать, скоро состаришься, — фыркнула и спряталась в архиве. Там и тише, и Лена вопросами не мучает.