Я сидела в экипаже и дулась. Причины этого детского поведения сидели и весело болтали.

Да-да! Эти две причины были: мой родитель и свежеиспеченная родственница.

Вообще когда папа увидел свою «племянницу», он лишился дара речи. А потом еще долго восхищался тем, как мы похожи… и что он бы сам мог решить что мы родственники. И если бы это было все, я не была бы такой недовольной. Зато стоило мне саркастично поинтересоваться: не знаком ли лично мой дорогой отец с хозяином дома, где я живу.

— На долго же твоего терпения хватило… — хмыкнул папа. — Думал ты раньше поинтересуешься кому принадлежит тот дом. С учетом того, что у тебя был доступ к соответствующим бумагам.

— А ты не интересовалось? Я бы первое что сделала, узнала в чьем доме я живу, — удивленно сказала Вера, окончательно меня добив. — С твоими-то возможностями.

А потом эта парочка принялась обсуждать… меня! Нет, я знала что они спелись еще когда папа поддержал безумную идею Веры представить ее как родственницу, но это было уже слишком!

В общем по пути на праздник я дулась и даже не поинтересовалась что именно мы дарим Бажене Артёмовне и дарим ли что-то… потому что у меня напрочь вылетело из головы что мы идем на день рождения.

К счастью у меня предусмотрительный отец. Я бы даже сказала коварно продуманный! И да, я все еще злюсь за эту ситуацию с квартирой! Не будь она мне уже как родная за эти годы — съехала бы! На зло папе! И чихать, что это выглядело бы по-детски!

— Милая, ну что ты злишься? — наконец папа соизволил обратить внимание на мою недовольную моську. Правда когда мы уже оказались в доме у Тихомировых.

— А у меня причин нет?

— Нет, — хором сказала эта парочка.

— Спелись!

— Виктор, как ты успеваешь обрастать такими очаровательными барышнями? — подплыл к нам кто-то… кажется я его видела на одном из вечеров, куда меня таскал отец… имя только не помню.

— Владимир! Это моя дочь и племянница.

— Племянница? — нахмурился собеседник.

— Седьмая вода на киселе, — хихикнула «сестра». — Екатерина Михайлова.

— Владимир Артёмович. Очень рад познакомиться… а с вами, Надежда Викторовна — снова встретиться.

Я ответила вежливой улыбкой. Хотя в нынешнем настроении… покусать кого-нибудь хотелось. Но я была для этого слишком хорошо воспитана. Так что кусать буду сегодня только еду если ее будут подавать. Я кстати не удосужилась поинтересоваться в каком формате будет происходить это празднование… в отпуск видимо пора. Ну или прекращать думать о деле к которому я мало того что не имею никакого отношения, так еще и повлиять на него не могу. Пусть Вера и думает иначе.

Вера… то есть… Катенька, подцепила меня под локоть и весело что-то щебеча влилась в поток гостей. За что меня-то? Они же так чудно спелись с папой… ходили бы вдвоем, а я за ними тенью… ну за что?

Последнее я тихо пробормотала себе под нос.

— Потому что так выглядит логичнее. Иначе меня бы за содержанку приняли, — на грани слышимости, практически не разжимая губ сообщила приятельница.

Доля истины в ее словах была. Пришлось смириться. Кажется папа перезнакомил новую родственницу со всеми с кем мог. Даже у меня, в целом привычной к обилию людей, голова закружилась.

Я все еще не очень понимала какие цели преследует Вера этим… маскарадом. Но честно говоря чем больше думала, тем меньше хотела это знать.

Разговоры вокруг были… как по мне одни и те же. Вообще мне всегда казалось что если ты посетил одно светское мероприятие — считай ты посетил все. Поскольку ничего нового или шокирующего не происходило в последнее время, то и обсуждать было нечего. С моей точки зрения конечно. Или пустые разговоры о погоде или (что еще хуже) те же темы что и на работе.

— У тебя такой взгляд… я никак не могу решить, ты спасть собралась или убивать, — хихикнула «родственница».

— У меня разве зверское выражение лица?

— Лица — нет. А вот глаз…

— А тебе, я смотрю, тут интересно.

— Ага. Столько интересного услышала!

О! Это она про сплетни о Ширяеве. Но там тоже ничего нового. Просто полагаю при его племяннице никто никогда не упоминал о них.

— И что тебя больше всего впечатлило?

— Пыточный подвал для неугодный в собственном доме! Прям захотелось пойти и проверить…

Тут я не удержалась и все-таки улыбнулась. Чего у Веры было не отнять в любом образе — так это чувства юмора.

— Уф, наконец все гости прибыли, — услышала я за спиной голос Бажены Артёмовны. — Все-таки я считаю что ты перестарался со списком приглашенных. Посидели бы в узком кругу и…

— Надежда Викторовна! — голос Георгия Святославовича был такой, словно у утопающего, хватающегося за соломинку. — Я сегодня не успел нормально с вами поздороваться. И с вашей…

— Кузиной.

— Троюродной сестрой.

Хором сказали мы с девушкой.

— Екатерина Михайловна, — продолжила «родственница». — Я так рада возможности познакомиться с вами. Я так много о вас слышала и когда узнала что дядя собирается к вам… напросилась. Надеюсь это вас не слишком обременило?

На этих словах Вера… то есть Катя сделала бровки домиком и нервно сжала пальцы одной руки другой. Вот кто бы мог подумать что в девушке пропадает такой актерский талант. Даже я в это поверить успела, пока не вспомнила кто на самом деле стоит рядом.

— Что вы! — всплеснула руками виновница торжества. — Мы всегда рады Виктору и его родственникам. Тем более таким очаровательным барышням.

Пока хозяйка дома с нами говорила… его хозяин произвел тактическое отступление и удрал. Не ожидала такого от всегда степенного и даже немного чопорного на вид Тихомирова.

А у меня мелькнула мысль… есть ли вероятность что и эти люди замешаны в деле, что сейчас пытается распутать Вера? Ох, хотелось бы надеяться что нет.

Князь судя по всему… весьма недоволен происходящим. И видела я какие расхождения уже нашла Лена. Как только князь увидит цифры… чую не поздоровится всем причастным. Мягко говоря, не поздоровится.

— Надя?

— А? — только когда меня позвали, я поняла как глубоко провалилась в свои мысли.

— Ты в порядке?

— Задумалась. Так о чем мы?

Вообще «мы» уже успели сменить собеседника, а я и не заметила. Точно пора отдохнуть! Может уговорить князя дать мне хотя бы лишние выходные? Хотя с учетом дела и Лены… сомневаюсь что мне так повезет.

В основном в этот вечер говорила моя новоявленная родня. Я все больше отмалчивалась. Папа нас быстро бросил. В глубине души я мечтала чтобы Вера последовала его примеру, но девушка с упорством, достойным лучшего применения, таскала меня за собой. К счастью в какой-то момент она проголодалась.

Поскольку людей было очень много, Тихомировы отказались от привычного ужина и устроили фуршет. Я встретила этот факт с тоской, но деваться было некуда.

Надо сказать, больше всего обсуждали скорое открытие торгового дома. И все что с этим связанно. От такого количества обсуждений даже в камне проснулось бы любопытство… но не во мне! У меня при одном только его упоминании портилось настроение.

Тем более что… проект был княжеский и на нашу приемную уже посыпались заявки… многие хотели получить там место. А поскольку шли они через почту, соответственно шли они через мои руки. Пока по крайней мере. Мишка говорил что самые наглые уже пытались подлизаться к нашему Светику, но пока безуспешно.

— Говорят, что многие уже подавали князю прошения… но большинство пока не получило не то что отказа, хоть какого-то ответа, — услышала я слова какой-то дамы. Какой именно не знаю, я стояла к ней спиной.

— Ходят слухи, что кто-то из его секретарей приложил к этому руку…

Я аж подавилась, от этого заявления.

— Наверняка одна из девиц постаралась. Как князь вообще допустил барышень до такой сложной работы…

— Вот ведь… кошелки старые, — фыркнула Вера. То есть Катя. Надо привыкнуть обращаться к этому образу Катя, а то я все испорчу.

— Катя… это…

— Что неправильно?

— Невежливо. Пусть и справедливо… — последнее добавила совсем тихо.

— Пф! А то что они болтают вежливо? — сказано это было достаточно громко, а потому говорившие дамы тоже это услышали и обратили на нас свое внимание. Вот и зачем она так?

— Столь молодым барышням не подобает так себя вести и осуждать старших.

— Я осуждаю любые голословные обвинения. Может вы лично видели то о чем говорите? Вы лишь пересказываете глупые сплетни и слухи. Я может и приехала из провинции, но у нас принято говорить только то, в чем уверен. А вы… кто бы мог подумать что столичные дамы, которые должны показывать пример… такие, — фыркнула девушка и отвернулась. Она не видела, как перекосило даму… она аж побагровела.

— Глупые слухи? Я по вашему просто пустоголовая сплетница?

— Ну… эти слова я конечно не использовала, но меня восхищает как вы умеете делать выводы.

Мне захотелось провориться под землю. На всех подобных мероприятиях я всегда старалась вести себя незаметно и тихо. Но сегодня… сегодня Катя делает все, чтобы нас запомнили надолго. Оно мне надо? Правильно — нет!

— Моя подруга лично слышала это от бывшего старшего секретаря! — высокомерно вздернула нос дама.

Хм… и зачем отцу Светика такое говорить? Хотя… помнится он был не в восторге, от того что князь взял меня на работу. Я видела Тимофея Ильича пару раз, но давно. Помню как его первый раз перекосило при виде меня. Но мне казалось, что когда мы встречались последний раз он немного потеплел и признал что я способна выполнять свои обязанности. С другой стороны тогда их было меньше. Может его задело то, что меня взяли на Большой Совет?

— Пф, и все равно это слышали не вы. А ваша подруга вполне могла что-то не так понять. Не факт что она столь же проницательна как вы.

Вот вроде «кузина» ничего такого не сказала, но прозвучало это как оскорбление!

— Вы! Вы! — дама не нашла слов. А скатиться на брань ей статус и место не позволили.

— Кто вы вообще такая, чтобы так смело бросаться словами? — вступила в разговор вторая дама. Я лично их не знала, так что…

— Екатерина Михайловна, я племянница Виктора Михайловича Тихомирова.

— Пф, явились из провинции и… — попыталась было высказаться вторая, но первая ее прервала.

— Пошли отсюда. Незачем опускаться до их уровня.

Когда дамы поспешно удалились, Катя недоуменно поинтересовалась у меня:

— Мне кажется или это было бегство?

— Мне тоже так показалось. Понять бы еще почему…

— Потому что до всех уже дошел слух что князь несколько раз встречался с господином Харитоновым… никто пока не готов с ним сталкиваться, — вклинился в наш разговор мужской голос.

— Лев Ильич? Я не ожидала вас тут встретить, — впервые за вечер совершенно искренне улыбнулась я.

— Как же, неужели вы не слышали о моем близком знакомстве с хозяевами дома?

— Увы. Позвольте представить, моя троюродная кузина Екатерина Михайловна. Катя, это лучший адвокат в столице Лев Ильич…

— Ратиборов? — перебила меня девушка. — Я о вас слышала. Приятно познакомиться.

— Я тоже рад знакомству… — в улыбке Ратиборов мелькнуло что-то мне не совсем понятное. — Знаете, вы очень напоминаете одну мою знакомую…

— Да вы что? — удивилась «родственница».

— Да. Может вы знакомы с некой, Соколовой Миланой Михайловной?

Катя от этих слов закашлялась. А вот я не поняла что происходит, но решила вмешаться. На всякий случай.

— Лев Ильич, моя кузина только приехала из провинции, боюсь она пока мало с кем знакома в столице. Это ее первый выход в свет.

— Да вы что? — в голосе мужчины прорезалась ирония. Да что в конце концов происходит?

— Лев Ильич, — если вам кажется что я на кого-то похожа это довольно забавно. Не более. Я не знакома с упомянутой вами барышней.

— Я не говорил что это барышня.

— Неужели я напоминаю вам какую-то почтенную госпожу? Надя, я так плохо выгляжу? — на меня уставились несчастные глаза.

— Я не это имел в виду. На самом деле я искал Надежду Викторовну, — свернул эту тему адвокат.

— Меня? Зачем?

— Найдется ли у вас время завтра? Мне нужно кое-что с вами обсудить. Это касается моего последнего визита в княжескую приемную.

Я задумалась. В целом с меня сняли большую часть обязанностей, так что время найти можно. Но бросать Лену одну тоже не хотелось бы. Она еще не до конца привыкла к обстановке в нашей приемной. И мало ли какая ей может понадобиться помощь.

— Вам удобно будет встретиться в обед?

— Конечно. Благодарю, — на этом адвокат удалился.

— Вот ведь… внимательный какой, — пробубнила себе под нос Катя. — И угораздило же…

— Что вообще это было?

— Потом, — отмахнулась девушка и снова натянула на себя маску жизнерадостности.

Интересно, что такого хочет обсудить Лев Ильич.

— Кстати, а что за бывший старший секретарь? — внезапно спохватилась «кузина».

— Румянцев Тимофей Ильич, отец Светика. Ты разве с ним не знакома?

— Нет. Но я о нем слышала. Вроде он умный мужчина, с чего вдруг он такие глупости говорит?

— Только слышала? Вообще он был против моего назначения. Даже на правах бывшего старшего секретаря, пытался убедить князя что я не справлюсь с обязанностями.

— Он ведь достаточно давно ушел со своего поста, я с ним никогда не сталкивалась, — пожала плечами Катя. — Ладно, это все пустое и может подождать. Пошли, мне нужно познакомиться еще с нескольким людьми!

Несколькими? Несколькими? Мне кажется мы перезнакомились со всеми на этом празднике! Думаю я столько людей и в день приема посетителей в княжеской приемной не видела! Ладно, согласна, я утрирую. Но я устала. Дамочки с которыми мы… скажем так, поспорили, еще пару раз на нас натыкались. Но вздернув носы — гордо игнорировали. Катя только хихикала глядя на это.

В общем для кого как, для меня вечер получился очень долгий и тяжелый. А вот моя свежеиспеченная родственница, когда мы возвращались, выглядела вполне довольной жизнью. Папа кстати выглядел весьма задумчивым. Но все мои вопросы полностью проигнорировал. В том числе и те, что касались его посещения князя. Надеюсь что когда Вера найдет убийцу Ефимова и того, кто обкрадывал казну — это все закончится. Начинаю думать что варить кофе и отвечать на звонки — не так уж и плохо… впрочем скорее всего это во мне говорит усталость.