Вот даже интересно, где Вера, с учетом ее положения, нахваталась таких ругательств? Еще и мой словарный запас обогатила, пока мы как пазл, собирали огрызки последнего документа.

— Всегда терпеть не могла пазлы!

— Да? — удивилась я. — А мне всегда казалось что расследования чем-то похожи на это занятие.

— Тебе казалось! — прошипела Вера, расправляя совершенно измочаленный огрызок и пытаясь понять куда его деть.

— Уверена что это от этого документа?

— О чем ты?

— По количеству уже собранного и оставшегося… полагаю порван был не один…

Оставшиеся слова потонули в преисполненном боли стоне.

— Вера! Ты ведь секретарь, тебе не привыкать работать с документами.

— С документами Надя! С документами! А это… воплощение моих самых страшных кошмаров!

Да? Воплощение моих кошмаров произошло буквально вчера, но мне кажется я с большей честью выстояла. Или все дело в том, что я просто не позволила себе так всласть повыть? А в глубине души очень хотелось. Но я пожалуй отложу это на тот момент, когда папа уедет и хотя бы географически отдалится от Лебедева. Все-таки тут явно что-то не чисто!

— Какие безобидные у тебя кошмары.

Когда мы, наконец, собрали эти пазлы, обнаружили что они на один и тот же дом. Тот самый что мы искали. Вот только… разница между документами была в тридцать лет, а имя стояло одно и то же. Странно… документы подавались только если менялся владелец. То есть если за эти тридцать лет владелец не менялся, второго документа быть не должно было. О чем я и сообщила Вере.

— Имя знакомое… но не могу вспомнить где видела… или слышала… — задумчиво пробормотала девушка.

— Раз мы все нашли, давай собирать этот ужас обратно и пошли отсюда.

Поднимались мы с пола с совершенно не аристократичным кряхтением.

— Хорошо, что этого никто не видит, — Вера с отчетливым хрустом потянулась. — Надеюсь это еще не старость.

— Это усталость.

— Ничего, дело закроем и уйду в отпуск, — о эта мечтательная улыбка. Надо признать она делала мою собеседницу очень красивой. Меня такая улыбка может быть бы тоже украсила… но отпуск в ближайшее время мне не светил.

В приемной каждый из секретарей сидел за своим столом и сосредоточенно работал, не обращая внимания на нас. Вообще было удивительно тихо… почти подозрительно. Такие моменты выпадали редко.

Проводив Веру, я вернулась за свой стол, косясь на остальных. Наверное у меня паранойя. Просто у всех полно работы вот и сидят тихо.

Интересно, кому потребовалось рвать те документы? И не проще ли было их просто… выбросить, забрать… да что угодно, но рвать зачем? Вера бы наверняка сказала бы что-то вроде: «для того, чтобы усложнить нам жизнь». И я бы даже с ней согласилась. Потому что это была бы единственная адекватная с моей точки зрения причина. Хотя может я не права и Вера, с учетом ее профдеформации нашла бы другое, вполне логичное объяснение…

Как я, вроде, уже говорила, каждый секретарь взаимодействовал с разными министерствами и ведомствами. Точнее этим занимались трое из четырех. Пока я конечно только знакомилась с новыми обязанностями и привыкала к ним и по этой причине пока работала плотно только с Тайной полицией. Все-таки это было отдельно поручено мне князем. Однако мне так же досталось и ведомство занимающееся образованием. Проще говоря… в ближайшее время мне было необходимо встретиться с господином Тихомировым и обсудить некоторые вопросы, а так же забрать отчеты по проделанной работе. И я не представляла как себя вести в свете новых обстоятельств. Все же меня очень смущало их близкое знакомство с отцом.

Но вообще, зря я об этом подумала! Потому что от воспоминаний о Георгии Святославовиче, мысли свернули сначала к вечеру, а там и прямиком к Лебедеву, чтоб его.

Правда сейчас я скорее разозлилась, так что работа не пострадала, даже наоборот. Вообще, неожиданно, в таком настроении работала куда продуктивнее чем раньше.

Кажется я уже говорила что в ближайшее время мне предстояло посетить по рабочим вопросам Тихомирова? Так вот, он решил взять дело в свои руки и незадолго до окончания рабочего дня, ко мне примчался его подчиненный.

— Сейчас? А Георгий Святославович знает что я не смогу уделить ему много времени сегодня?

— Да, но он сказал что это важно и решить все нужно сегодня.

Георгий Святославович, как и многие облеченные властью, был склонен думать, что его дела должны стоять на первом месте. И вообще очень важные. Впрочем… посмотрим, чего он хочет. А если это действительно что-то срочное, мне не привыкать задерживаться на работе.

Резиденция князя была разделена на жилую и на рабочую половину. Я, конечно же была только во второй. Тут же находились кабинеты… часть была закреплена за постоянными представителями Большого Совета, для работы прямо в резиденции. Хотя, конечно, они не находились тут ежедневно. Но сейчас Тихомиров пригласил меня в свой кабинет в резиденции.

— Георгий Святославович, вы хотели меня видеть? — вежливо поинтересовалась.

— Надежда Викторовна, садитесь. Нам предстоит с вами долгий разговор.

— Георгий Святославович, я все понимаю, но у меня сегодня не слишком много времени. Если дело требует вдумчивого подхода…

— Надя, дело рабочее мы решим за пять минут. Но мне нужно с тобой поговорить на счет Виктора. А это надолго.

— А почему тут?

— Потому что тут нас точно не услышат. Или ты хочешь пойти в какое-нибудь людное место? Ко мне нельзя, Бажена поговорить спокойно не даст. И так всю душу вытрясла из-за того, что не успела с тобой поговорить.

Прикинув перспективы, я расположилась напротив собеседника.

Начал он действительно с рабочего вопроса. Правда заняло его обсуждение не пять минут, а все десять, но это ерунда.

— Надя, я надеюсь ты не против, что не по работе я к тебе так обращаюсь?

Помотала головой. Как по мне, чем быстрее Тихомиров перейдет к сути, тем лучше. И если для этого нужно сократить мое имя — я не против!

— Мне не слишком нравится тот факт, что Виктор познакомился с Лебедевым. И кажется вознамерился плотно с ним общаться. Алексей Константинович… сложный человек. А твой отец, при всей моей к нему любви, не способен ни на какие интриги. Он их даже не видит и не может им противостоять. Лебедев же… ну ты и без меня это знаешь. Сама помнишь, что было на Большом Совете.

— Георгий Святославович, вы боитесь что отца втянут в неприятности? Но зачем вы вообще пригласили Лебедева на свой вечер?

— Поверь, будь моя воля — он бы там не появился. Но… впрочем, это сейчас не важно. Важно вот что… присмотри за отцом, пока он тут.

— Почему вы так переживаете за отца?

— Виктор мой лучший друг и хороший человек. Двадцать лет назад ему и так пришлось не просто… ну… тогда. И я боюсь за него. Честно говоря, я был даже рад, что он столько лет не появлялся в столице, потому что так для него же лучше.

Что правда — то правда.

— Вы ведь не придумали это чтобы заставить меня выходить с отцом в свет? — на всякий случай уточнила я.

— Надя! — возмутился собеседник. — Это для меня слишком мелко, тебе не кажется?

Кажется, но лучше перестраховаться.

— Я присмотрю за отцом. Но вы ведь понимаете что я не могу пока взять выходные?

— Днем — я займусь или Бажена. А вот вечера…

Я кивнула, соглашаясь. Придется выходить в свет видимо. Эх, чего не сделаешь ради любимого папы. За одно рассказала что он собрался с Лебедевым осматривать торговый дом. Тут уже сам Георгий Святославович обещал приглядеть.

Уже встав… я решила спросить:

— А кто все же хотел, чтобы вы пригласили Лебедева?

— За него простил Тимофей Ильич.

— Румянцев? — уточнила я. Поскольку знала только одного человека с таким именем и отчеством.

Мужчина кивнул. И добавил:

— Тимофей был дружен с отцом Алексея Константиновича, думаю это была услуга.

Хм… отец Светика знал отца Лебедева? Хотя не удивительно. Один крупный градостроитель, второй бывший старший княжеский секретарь. Полагаю раньше князь вполне мог вести дела со старшим Лебедевым, а потом, по привычке, с младшим.

Вышла я от Тихомирова, размышляя как быть. Вчера я категорично заявила что «в свет больше не выйду». Если признаю что меня об этом просил Георгий Святославович, папа… как говорится, «встанет в позу».

Пойду к отцу, а по пути решу как быть.

Вот только… отец пил чай в компании. Я спокойна и все прекрасно. И мне совсем не хочется брать пример с Веры! Да и… книг подходящих, чтобы отходить по спине гостя нет. К тому же… если я позволю себе подобное с представителем министерства путей сообщений князь меня по голове не погладит. Давыдов впрочем тоже не ожидал меня тут встретить. Впрочем, я сильно сомневаюсь что он интересовался моей фамилией.

— Надежда Викторовна? А вы тут…

И этот миг осознания на лице был бесценен. Не слишком веря в собственные догадки, мужчина переводил взгляд с меня на отца и обратно, в поисках сходства. К его печали — нашел.

— Так к вам нужно обращаться госпожа Харитонова?

— Владислав Валерьевич, не ожидала что вы знакомы с моим отцом. Папа? — я мило улыбнулась и уставилась на отца… делая все возможное, чтобы улыбка не переросла в оскал. Или чтобы это хотя бы не было так заметно.

— Милая, я тебя не ждал. Мы с Владиславом Валерьевичем, обсуждаем… дела. Впрочем, ты ведь была на Большом Совете, знаешь про планы удлинения железнодорожных путей.

Знать-то знаю, ты тут каким боком, любимый папочка? Или тебя не только от Лебедева но и от этого шовиниста теперь защищать надо? Хотя, справедливости ради, Давыдов не был склонен к интригам. Предпочитал подход «в лоб». Потому мне так от него и досталось на Совете, на пару с княжной.

— Я надеялась что мы сможем поужинать и поговорить… ты редко приезжаешь, — сменила я тему.

— Хм… поужинать, это отличная мысль. Владислав Валерьевич составите нам компанию?

Я открыла было рот, но высказаться не успела.

— Отличная мысль. Я сегодня еще не ужинал.

Он издевается, да?

— Вот и отлично. Я как раз знаю одно место. Давно хотел туда сходить, а тут такой повод.

Мне начинает казаться, что проще будет силой вывезти папу из столицы, чем оградить его от лишних проблем!

А что… уговорить ребят из тайной полиции, связать и вывезти… мечты. Но кажется я переобщалась с Верой иначе откуда такая жестокость?

Нет! Надо просто с ним поговорить и узнать причины приезда. Чем быстрее с ними разберемся, тем быстрее он уедет! Мирный и разумный выход из сложившейся ситуации.

Ужин… вот зря я повелась на слова Георгия Святославовича и пошла к отцу! Да мне на Совете было легче, чем на этом ужине. Один только вид Давыдова и кусок вставал поперек горла. Я уже молчу о тех моментах когда он открывал рот. В итоге я скорее клевала свой ужин, чем действительно ела его. Вкус тоже прошел как-то мимо, хотя говорят, что тут работает лучший повар во всем княжестве! В общем я в основном отмалчивалась. А если и вставляла свои комментарии то только когда отец обращался ко мне напрямую. Можно сказать изображала из себя идеальную великосветскую барышню… по мнению одного шовиниста.

Развлекали меня только мысли: сколько бы продержались Вера с княжной? Или например Слава? Уу… думаю глава Лиги Жэ, быстро бы полезла объяснять Владиславу Валерьевичу насколько глубоко он заблуждается. Да уж, впору радоваться что они не знакомы. А то боюсь такое знакомство кто-то может и не пережить…

Я думала что плохо мне было вечером. Оказалось нет… плохо мне стало утром. Я стояла на кухоньке и варила для себя кофе, чтобы как-то взбодриться и поднять себе настроение. В приемную зашел князь, тут же вызвав волну пожеланий «доброго утра». Хотя по лицу начальства я бы сказала что: утро недоброе или вот-вот таким станет. И предчувствия меня не обманули!

— Виктория, в столицу приехал один человек, остановился в каком-то гостевом доме. Найди и назначь встречу, — по пути в кабинет распорядился князь.

— Конечно. Кого мне искать?

— Харитонова Виктора Михайловича.

Я только чудом не выпустила кружку из рук. Зачем князю отец?

— Надя? — обратился ко мне Светик, стоявший тут же и наливавший себе чай. — Ты бледная… все еще плохо?

Это он намекает на мою вчерашнюю рассеянность?

— Нет, все хорошо, — слабо улыбнулась я.

Коллега с сомнением на меня покосился, но настаивать не стал, вернувшись с чаем к своему столу. А я сделала глубокий вдох пытаясь успокоиться. Рано паниковать, правда же?

Примерно лет двадцать назад в княжестве чуть не случился переворот. Затеял его родственник князя и… так вышло, что его супругой была моя родная тетя. Наша семья не пострадала, потому что было доказано, что мы не имели к той истории никакого отношения, но… по хорошему меня не должны были допускать до такой работы. Конечно я никогда не собиралась предавать князя или что-то в этом духе. Даже фамилию не скрывала… но… в общем я все же капельку приврала в своем резюме. Удивительно конечно, что это не вскрылось в свое время Тайной полицией но… в общем я нагло солгала что из родственников у меня только отец. С другой стороны, тетя вместе с мужем давно покинули княжество, а ее девичью фамилию вряд ли кто помнит… я тогда совсем маленькой была, когда все произошло. Честно говоря я даже не уверена, что узнала бы тетю в лицо, если бы вдруг встретила. Помню я ее, по крайней мере, очень смутно. Впрочем это сейчас не важно! Сейчас важно узнать, зачем отец понадобился князю! И решить что делать!

Но их встреча точно не несет в себе ничего хорошего! Дальнего родственника в лицо князь уж точно знает… если как-то покажет что мой отец, не удастся даже соврать что это просто совпадение имен, ничего больше.

Очень надеюсь что папа не попал в какую-то интригу или проблему. Нашей семье хватило той истории двадцать лет назад! Конечно из страха злить князя и узкого круга посвященных в реальные обстоятельства отъезда княжеского родственника, мы с отцом жили вполне мирно, но… кто знает что может случится. Тем более сейчас, когда произошла вся эта история с Ефимовым и мы все еще не знаем, кто за ним стоял.