Экзамены за этот год я сдал очень успешно. Не хвастаясь, могу сказать, что мои огненные шары прошли весь лабиринт, не задев ни одной из колонн, а молния ударила точно в грудь трем статуям – мишеням. У Сэма тоже все шло очень хорошо. От состава учебных групп, в которых мы учились, к четвертому году обучения в Школе, осталось не более двух третей. Специализация оказалась не по зубам достаточно большому количеству учеников. Как оказалось, не только Оргус был строгим преподавателем, кураторы остальных факультетов отчислили не меньшее чем он количество, не справившихся с контролем своих стихий учеников. Особенно поредел факультет Земли, где от первоначально самого большого по численности факультета, осталось и вовсе, чуть больше половины учеников.

Четвертый год в Штормхольде у меня начался с изучения новых заклинаний: Огненное кольцо и Огненный дождь. Это были заклинания уже массового поражения. Первое из них вызывало вокруг мага, использующего его стену огня, расширяющуюся концентрически во все стороны. Дальность распространения огненной стены зависело от силы мага и его способности контролировать заклятие. Второе – вызывало падение с небес огненных капель. Количество капель и соответственно площадь, на которой они падали – зависело от тех же факторов.

– Оценка «отлично» за экзамен по данным заклинаниям, будет выставлена тем, кто сможет контролировать их на всей площади нашего учебного зала. – Оргус мрачно смотрел на свой класс.

– Я недоволен вашими успехами за прошлый год! Слишком мало отличных оценок и слишком много тех, кто был отчислен за неуспеваемость по моей специализации. – Он обвел круговым взглядом наш тренировочный зал и снова повернулся к нам:

– Думаю, вам всем придется изрядно попотеть, чтобы покрыть всю площадь этой залы Огненным дождем! Поэтому тренироваться нужно гораздо чаще, чем проходят наши практические занятия. Тренируйтесь самостоятельно и не забывайте о безопасности!

И мы потели, тренировались и еще раз потели. От Огненных колец и Огненного дождя, температура в зале поднималась настолько, что порой начинали тлеть волосы и обгорать брови. Поначалу, в зале одновременно могли заниматься восемь учеников, потом четыре, два и в конце года – уже только по одному. Это происходило потому, что площадь действия наших заклинаний росла вместе с нашими успехами, а быть поджаренным от действия заклинания соседа по зале – никому не хотелось.

Я один из первых смог добиться требуемого от нас Оргусом, полного покрытия площади класса, зоной действия обоих заклятий. А поскольку до экзамена оставался еще почти месяц, я наконец смог позволить себе уделять свое вечернее время не дополнительным тренировкам по специализации, а факультативам с Мороном, которые, если признаться, я несколько подзабросил, из-за катастрофической нехватки свободного времени.

– Неужели это сам Драгорт? – С сарказмом в голосе поприветствовал меня Морон, едва я заглянул в его класс.

– Простите учитель, но у меня совсем не было времени в этом году посещать ваш предмет! – Я шагнул внутрь аудитории, огляделся и с изумлением увидел, что в классе сидят только двое учеников.

– Да, Драгорт, как видишь, не только у тебя его нет! – Ответил на мое удивленное выражение лица Морон, с нескрываемой печалью в голосе.

Я прошел внутрь и сел на свое место. В этом году Морон должен был по программе, обучать нас начертанию пентаклей, квадрограмм и трискелионов. Это были древние символы с соответственно пятью, четырьмя и тремя лучами. Но если пентакль, или как его чаще называют – пентаграмма, были более известными, то четырех и трех лучевые символы использовались гораздо реже. В принципе, существовали знаки и с шестью и более лучами, но это было уже совсем большой редкостью.

В прошлом году пентаграмму мы уже начали проходить, поэтому в этом году большее внимание Морон уделял изучению квадрограммы и трискелиона:

– Эти символы, прежде всего, служат для призыва существ из других миров или из астрала. – Морон поднял вверх указательный палец, призывая нас к вниманию:

– Не пытайтесь это делать самостоятельно! Это очень опасно! Подготовка к проведению ритуала – это большой и сложный процесс, требующий высокой квалификации адепта. Даже мастера иногда попадают в очень незавидное положение, призвав сущность или существо, с которым сами же порой не могут справиться. Прежде всего, требуется тщательная подготовка к ритуалу, а поскольку ритуалов великое множество, среди которых есть и очень сложные, например, для призыва сильных сущностей высокого порядка, эта подготовка требует немало времени, ресурсов и ингредиентов. Адепт должен уметь обезопасить себя, своих помощников, а иногда даже весь мир, чтобы призванное существо не вырвалось за пределы символа на свободу и не натворило страшных дел. – Морон вздохнул и, оглядев притихших учеников, продолжил:

– Думайте, очень хорошо думайте, просчитывайте все последствия, тщательно готовьтесь, прежде чем решиться на ритуал, способный кого-то сильного вызывать из глубин. – Морон закончил свой монолог, и устало выдохнул:

– На сегодня, пожалуй, достаточно. Все свободны!

Мы трое вышли из класса, обдумывая все вышесказанное. Попрощавшись, с остальными, я неторопливо побрел в свою башню.

Четвертый год обучения подходил к концу, наставала пора экзаменов. Впервые я не волновался перед ними, потому, что был полностью готов. И я и Сэм, весьма достойно прошли их и перешли на следующий, заключительный год, который должен был закончить наше обучение в начальной школе и окончиться итоговыми, выпускными экзаменами.

Пятый год в Школе Волшебства, принес нам еще более углубленное изучение стихии огня. Теперь на своем факультете мы проводили львиную долю часов своих учебных дней. Общие дисциплины практически закончились, за исключением тех, что входили в итоговый экзамен на получения кольца мага. Ряды учеников всех факультетов, после сдачи четвертого годового экзамена, снова слегка поредели.

Итоговый экзамен, как нам сказали на собрании всех оставшихся учеников, на первом уроке пятого года обучения, будет выглядеть так: каждому из нас будет выдан индивидуальный свиток, с четырьмя четко прописанными заданиями, для выполнения которых нужно будет последовательно посетить указанные в нем учебные классы и в каждом выполнить соответствующую задачу:

Во-первых – письменная работа по знанию и начертанию рун в общей учебной зале.

Во-вторых – изготовление зелья в кабинете Алхимии.

В-третьих – устный экзамен по знанию и произношению Первослов.

В-четвертых – создание указанного в свитке заклинания в классе для практики.

В-пятых – собеседование для тех, кто успешно прошел предыдущие пункты и желает продолжить свое обучение дальше.

За каждое из первых четырех заданий будет выставлена оценка. Для успешного завершения экзамена и соответственно получения звания – маг, необходимо набрать в сумме – не менее пятнадцати баллов. А для того чтобы продолжить обучение дальше, перейти в магистрериум и по окончанию его получить звание магистр – не менее семнадцати.

За первые три задания я совершенно не переживал. По рунам и Первословам у меня каждый год было «отлично» или «хорошо». Алхимию мы с Сэмом вообще закончили досрочно и даже продвинулись в изучении этого предмете намного дальше и глубже, чем предусматривала школьная программа. Трудности могли возникнуть только с заклинаниями стихии Огня. Хоть я и успешно сдавал экзамены на третьем и четвертом году обучения, в текущем, пятом у меня, да и у остальных ребят нашего факультета, снова начались проблемы.

– Вы олухи и лентяи! – Поприветствовал нас Оргус, на первом занятии по специализации, своего факультета. – Никогда еще Школа не обучала в своих стенах подобных бездарностей! – Продолжил он, после того как пылающим, в прямом смысле этого слова, взглядом, внимательно оглядел нас, едва не прожигая, в каждом из тех, на ком останавливал взор, по сквозной дыре:

– Это же надо, пять отчисленных на годовом экзамене четвертого курса!

Мы потупив взор молчали, чтобы ненароком не вызвать огонь на себя. Оргус прошелся по рядам и, потушив свой взор, уже более спокойным голосом «порадовал» нас:

– В этом году мы изучим самое сложное из всех заклинаний, которые вам необходимо освоить в начальной школе. Наверняка некоторым из вас оно попадется на выпускном экзамене. Называется оно: Огненная броня.

Оргус произнес несколько быстрых слов, и его фигуру со всех сторон охватило ревущее и отбрасывающее в разные стороны огненные языки, пламя. Ближайшие к нему ряды отпрянули от нестерпимого жара. Быстро погасив его, он, как ни в чем не бывало, продолжил:

– Это заклинание защитит вас от атак в ближнем бою. Противник просто сгорит или будет серьезно обожжен и не сможет продолжить схватку. Стрелы и метательные ножи – расплавятся в его пламени. Как и в других заклятиях, температура и продолжительность жизни заклинания, зависят от силы мага и количества манны. На выпускном экзамене, даже такие неумехи, как вы, должны продержать огненную броню не менее минуты.

Оргус снова помрачнел и после небольшой паузы тихо произнес:

– Самое сложное в этом заклятии – это максимальный уровень контроля, с которым не сравнится не одно из изученных вами ранее заклинаний. Начинающие волшебники очень часто наносят себе серьезные травмы от собственного заклинания. А бывали, на моей очень длинной преподавательской практике, и парочка смертельно обожженных отроков. Огненная броня должна быть полностью экранирована от вас самих. Это достигается только полной концентрацией, ни на мгновение не прерываемой, до самого окончания действия данного заклятья.

Обучение едва только началось, как тут же половина класса оказалась в лазарете. Я по счастью отделался только легкими ожогами и периодически слезаемой, как от сильного летнего солнца, кожей. Наверное, мне помогали мои занятия с Мороном, потому, что контроль у меня оказался намного выше уровнем, чем у остальных учеников.

Только лишь через полгода большинство из нашего класса смогли вызывать огненную броню, без ущерба для собственного здоровья. Тогда Оргус преподнес нам еще один сюрприз:

– Выходим из Школы! – Скомандовал он, как только мы все собрались на очередное практическое занятие. – Строимся в шеренгу по одному, на расстоянии метра друг от друга, вдоль стены во внутреннем дворе.

Мы гурьбой высыпались из Школы и замерли вдоль стены. Навстречу нам, со стороны ворот, выступила шеренга лучников, расположившись точно напротив нас, лицом к лицу. Расстояние между нашими шеренгами было примерно шагов двадцать. Напротив каждого из нас стоял свой лучник. Оргус, расположившись чуть поодаль, скомандовал:

– Одеть Огненную броню! – А затем, повернулся к лучникам. – Огонь!

На нас мгновенно посыпались стрелы. Лучник, расположенный напротив меня, стрелял с поразительной скоростью, выпуская по несколько стрел в секунду. Я держал Огненную броню под градом сгорающих в ауре моего заклятья стрел и думал только об одном: не потерять контроль над заклинанием. Боковым зрением я видел, как справа и слева от меня гасли заклятья и ученики, тут же получив в тело стрелы, мне было не до того чтобы разглядывать, куда именно они попадали, падали на мощеный пол внутреннего двора. Наконец колчаны опустели, и лучники опустили луки. Я погасил свое заклинание и огляделся. Учеников, стоявших на ногах, осталось намного меньше половины. Остальные корчились на брусчатке, зажимая простреленную стрелой ногу. По-видимому, Оргус приказал лучникам при падении заклинания на ученике, выстрелить тому в ногу и не больше чем одной стрелой, а может быть – лучники просто не смогли вовремя остановиться. Не знаю, но это было очень страшно.

На следующий день, тем не менее, все были в сборе. Лекари школы ставили в строй учеников и с более тяжелыми увечьями. Даже полностью обгоревшие, при изучении заклятья Огненной брони, в начале учебного года ученики, не пропускали больше одного или, в крайнем случае, двух дней, возвращаясь на занятия, как ни в чем не бывало, полностью излеченными.

Неумолимо надвигалась пора выпускных экзаменов, и пропускать занятия было непозволительной роскошью. Свободного времени у нас не было от слова – совсем.