Глава 21.

Мир Омникорн. 2342 год. Парк. Пилон 5. 9 дней до запуска щита. СПА и бандиты.

В себя я приходил мучительно и долго. Возвращение к жизни было, как ранняя побудка на работу, после свадьбы или скорее, как после застолья на похоронах лучшего друга. Меня здорово мутило, звуки пробивались в сознание, как через ватные затычки. Я ощущал гул и характерную вибрацию гравикомпенсаторов своего байка и едва слышный, высокочастотный посвист Микки. Я уже неплохо научился различать его интонации и сейчас слышал его беспокойство. Зрение же вовсе мне было пока не доступно и, открывая глаза, я видел только смутные тени.

– Нова, статус? – Мысленно простонал я.

– У меня только хорошие новости Криз, – ответила нейросеть. – Ты жив, хотя это и потребовало от меня серьёзного вмешательства в твой метаболизм, эндокринную, кровеносную, дыхательную, иммунную и другие системы. Обычный человек не смог бы выжить после полученной тобой дозы облучения. Вторая хорошая новость, что четвёртый пилон развернут, а мы движемся к пятому. Пятый пилон придется разворачивать в относительно густонаселённом городе Парк, и там нам предстоит договариваться. Так же в Парке, по моим сведениям, находится сейчас лучшее медицинское оборудование, для восстановления и профилактики различных заболеваний. Тебе сейчас очень важно получить качественный уход. Мои действия точны и работают, но направлены на быстрый результат, в то время как ты, наверное, всё же хочешь продолжить нормально функционировать ещё долгие годы.

– Очень хочу, Нова, очень. – Ответил я своей нейросети и спасибо тебе, что в очередной раз спасла меня.

– Не благодари так сильно Криз, мы делаем одно дело, и мы должны дойти до конца вместе!

Если бы я знал, тогда, что значат эти слова… Спустя годы, вспоминая всё, что мне пришлось сделать и пережить на Омникорне, я конечно, все равно бы не стал ничего менять. Но, не будем забегать вперёд, дорогой читатель. Всему своё время!

Слушая Нову и думая о запуске ещё четырёх пилонов, я почему-то неотрывно думал о Зои и понял, что сильно соскучился по ней. Так надолго я никогда ещё не уходил из родной Общины. Нова вела наш транспорт сама, а я лежал на байке как на телеге с сеном. И откуда такие ассоциации?

Я прямо чувствовал, как моя новая, бешеная регенерация восстанавливала меня. С каждым часом я чувствовал себя лучше и Микки, который устроился у меня на животе, мирно и сонно сопел, а я прижимал его к себе и чувствовал быстрое биение его сердца. Экзо без брони, как у меня, оставлял многие части тела как они есть. По сути, сейчас мой экзо напоминал пласталевый второй скелет, одетый поверх моего костяного. Доработка Новы скрывала возможность включения персонального щита и это было козырем в моем рукаве.

Одет же я был в военную форму времён Благоденствия и комплект этой униформы был прекрасен. Не знаю, из чего был сделан этот материал, но впечатление он производил очень хорошее. Крепкая и одновременно дышащая ткань обладала влагостойкостью, была тёплой, мягкой и удобной. Мышиный её цвет ничуть меня не смущал, и я до сих пор радовался, найдя некоторое количество таких комплектов на одной из горных баз. А еще, лёжа и думая, я вспоминал Наставника, не смотря на всю свою суровость, он заменил мне отца, и я был здорово благодарен ему за то, что ему было не все равно. За то, что ему было не наплевать на нас, детей тех родителей, которые погибли столь рано, что не смогли сами воспитать своё потомство. Любая дорога когда-то заканчивается, и моя прервалась неожиданным и злым, чужим окриком.

– Стоять, кто такой!? Выворачивай карманы, раз приперся!

Зрение моё уже восстановилось в достаточной мере, чтобы видеть, и я медленно, и без резких движений встал с гравицикла и повернулся к говорившему. На одном из сквозных проспектов города, местные бандиты устроили импровизированный пропускной пункт. Передо мной их стояло трое и ещё двое с чем-то чуть более дальнобойным, засели в руинах неподалёку.

Радиационный фон, здесь был вполне приемлимый, хоть и повышенный, и это не могло не сказаться на местных, которым приходилось много времени проводить на поверхности. Выглядела троица – дерьмово. Все характерные признаки лучевой болезни были на лицо, а точнее на лицах. Одеты они были так же плохо, как и выглядели, не одежда, а какое-то рванье, которое представляло из себя смесь искусственной кожи, резины, пластика и грязи. Длинные плащи и глубокие капюшоны скрывали их болезненные фигуры и только старший из них, одетый в такой же, как и у меня, только старый и неухоженный, экзо был более или менее опасен.

Мне до отвращения не хотел воевать, но все же я отдал мысленный приказ Микки пройтись по тылам и обезвредить снайперов. То ли ещё не развеянные мысли об отцах и детях, то ли ещё что-то повлияло на мои следующие слова.

– Ты охренел? – Тихо и угрожающе произнёс я. – Не узнал? Своего босса не узнал? Ты же понимаешь, кусок дерьма, что мой папаша вечно жить не будет? И кто тогда станет новым паханом?

– Я, я… не узнал вас сразу, молодой хозяин, простите! – Простонал, заикаясь доселе такой строгий и злобный бандит. Лицо его при этом побледнело ещё больше, и я отвёл глаза, прекращая воздействие.

– Крайний раз прощаю, – произнес я и сплюнул сквозь зубы, подражая когда-то просмотренному голофильму про преступников. – И раз тебе не повезло, что я с проверкой, давай посмотрим, как несёте дозор. Мне вот, например, кажется, что твои снайпера спят или пьяны в хлам.

Если человек, с уже и до этого побелевшим от страха лицом, может ещё побелеть, то это произошло. Пот с несчастного катился градом, хоть на улице было и прохладно, его трясло, но мне не было его жалко. Такие как этот проникали в мирные Общины и творили там бесчинства, грабежи и убийства. Я знал, что Микки не станет без нужды убивать людей. Дозу токсина он мог определять сам и поэтому просто парализовал своих жертв.

Я же собирался, как следует поиздеваться над этими бандитами, но самое главное, мне нужна была информация, и что-то мне подсказывало, что они расскажут мне всё. Так или иначе, но расскажут. Не хорошая, злая улыбка скользнула по моим губам.

Как и ожидалось, двое дозорных с импульсными винтовками, оборудованными прицелочными комплексами, были без сознания, и я ТАК без всякого внушения наорал на старшего, что подумал, что его хватит инфаркт. Но ничего, обошлось, инфаркта, к сожалению, не случилось, и я чуть сбавив тон произнёс:

– Пожрать есть что? – Старший бандит сообразил, что "гроза", кажется, уже закончилась, и повел меня в оборудованный подвал пропускного пункта.

– Рассказывай, – приказал я, когда мы расселись по табуретам и старший включил старый обогреватель и начал хлопотать к столу.

Когда бандит в старом экзо немного успокоился, рассказ его стал более связным и интересным. Стараясь угодить мне, и загладить свою вину, он начал рассказ с самого начала. То есть с периода около тридцати пяти лет тому назад, когда он уже был осмысленным подростком.

В те времена уже обозначилась одна, более других развитая община. Костяк её составляли бывшие военные и их семьи, неплохие техники и инженеры, а так же люди, нашедшие своё призвание в сфере услуг. Такая кастовая система осталась и сейчас. Жители других общин потихоньку влились в более большую и сильную общину. Таким образом, около двадцати лет назад, в Парке наступило единовластие. Разделение слоёв населения увеличивалось и если техники, ещё как-то выживали, то сфера услуг и вовсе стала сферой рабов и бесправных существ.

В фаворе были только военные, которые очень скоро, видимо по причине психической или какой-то другой деформации перестали защищать граждан, но стали сатрапами, убийцами и насильниками или попросту бандитами. У власти всегда стоял некий Полковник, но так звали всех вождей Парка, последние четыре десятка лет и к званию это слово не имело отношения.

Власть имущие не любили популярности, опасаясь за свои шкуры, и поэтому старший смены не знал, на самом деле есть ли у его, никогда не виданного им босса, сын или дочь или хоть кто-нибудь. Но внушение работало и ему пришлось поверить, что есть.

Парк, как и Саутбэй остались наиболее сохранными городами, и этот город жил разбоем, грабежом, террором и силой. В Саутбэй же происходило вообще что-то непонятное, и связь с ними прекратилась уже довольно давно. Посылали и разведчиков, но никто не вернулся.

Обо всем этом мне поведал старший и в принципе самое важное мне стало ясно. Затребовав провожатого, я двинулся дальше, в центр. Уже начиналось утро, и улицы были ещё совершенно пусты, везде чувствовалось разорение и упадок. Парк был низкоэтажным, утопающим в зелени городом, построенным из натуральных материалов. Его дома напоминали большие коттеджи, когда-то бывшие совершенно автономными и включающими в себя все необходимое для отдыха и уединения.

Архитектура самого города была характерной, и напоминало звезду, как рисуют её дети, с лучами-проспектами, отходящими от неё на все восемь сторон. Катакомбы этого города носили сугубо инженерный характер и не были развиты, как например в Кроссборне. Важным и потайным узлом, о котором, наверно, сейчас знала только наша группа, был пилон и именно туда я сейчас и направлялся. Мой провожатый шёл впереди меня, я же, слегка расхлябанной походкой папинькиного сынка, шел следом, а байк парил ещё чуть позади меня на автопилоте. Микки же убежал куда-то вперёд, и я чувствовал, что он не теряет времени даром. Недели через три здесь появятся новые умненькие крысята. Это знание не могло не вызвать улыбку на моем лице и именно она спасла меня в следующее мгновение.

Улыбка моя сошла за самоуверенную, и это задержало палец на курке обдолбанного идиота с импульсником, засевшего где-то в окрестных развалинах и стрелявшего во всё что движется. Почувствовав опасность, я раскинул ментальные щупальца восприятия, и включил подавление. Спокойно, свои, всё в порядке – транслировал я.

ТМ также активировался и рисовал возможные зоны обстрела снайперов, подсказывал варианты подавления этих зон и соответственно укрытия, время подлета баллистических снарядов, разрядов энергетического импульса, прочие параметры. Я же не сильно переживал, ибо уже давно дал команду Нове на активацию персонального щита экзо и чтобы сейчас в меня не прилетело, оно не стало бы для меня проблемой. Но как говорится, не пригодилось. Мы были уже почти в центре, когда снова услышали приказ:

–Стоять! – Мы остановились.

– Кто такие? – Последовал новый вопрос от невидимого собеседника. Пришлось мне снова импровизировать. Вспомнив о недавней военной составляющей местных заправил, я сказал:

– Я к полковнику, а вам приказываю доложить о себе по форме.

Пауза, пахнувшая недоверием и проблемами, затянулась, но я не дал слабины и продолжил молча ждать.

– Старший патрульной смены номер два, Порченый. – Услышав доклад по форме, я скомандовал:

– Три шага вперёд, Порченый!

Из густой тени дома напротив отделилась тень поменьше, и я увидел старшего уже второй за сегодня смены караула. Эти бойцы, явно проходили обучение и были подготовлены лучше. Четвёрка Порченого не показала себя и осталась настороже, пока их командир решал вопрос. Действительно, этого человека здорово потрепала лучевая болезнь или что-то похуже. Он не был красавцем, но я, переборов отвращение, сумел похвалить его за хорошее несение службы.

– Извините, уважаемый, – произнёс караульный. – А вы, собственно, кто?

Не успел я открыть рта, как мой провожающий от первого караула выпучил глаза и театральным шепотом произнёс:

– Да ты что, гнида, единственного и самого любимого сына Полковника не узнал?

– Ээээ, – было ему ответом от Порченого гниды.

Я же, едва сдерживал смех, но не вмешивался, было интересно чем закончится. Двое караульных продолжали беседу обо мне. И, в конце концов, они пришли к выводу, что я такое есть, и что я – очень важная птица. Они оба извинились передо мной за то время, что заставили меня ждать, и я великодушно простил их. Наша троица вновь застыла в неподвижности, и я приговорил Порченому:

– К Полковнику отведи меня и побыстрее, я устал с дороги.

Конечно, в дом, где квартировал "полковник" меня никто не пустил. Но так я и не просил. Отпустив провожатых соглядатаев от греха подальше, я приказал Нове незаметно взломать коды доступа ко всему, и вся здесь, и без труда, как хозяин, открыл мигнувшую зелёным дверь. Я был уверен, что Порченый проследил за моими действиями. Дом полковника был большим, безвкусно и дорого обставленным и пустым. Примитивный ИскИн дома сообщил что хозяин со своей "семьёй" покинул его второго дня и не оставил данных о времени своего возвращения.

Опять же я не удивился. Было понятно, что домов подобно этому, у полковника несколько в городе, и меняет он их по-хитрому, одному ему известному, графику. Нова, на сверхбыстром, бинарном машинном коде, стала общаться с ИскИном, а я стал делать обход. Схема расположения пилонов, наложенная на местность, говорила мне о том, что пилон находится в зоне заднего двора этого коттеджа и я стал искать путь вниз. Пока я искал подвал, на связь вышла Нова.

– Криз, – произнесла моя нейросеть. – Ты ведь помнишь, что тебе нужен качественный и полноценный отдых и восстановление? В этом доме есть всё, что для этого требуется. Ранее это был коттедж для особо важных персон. Я же, пока ты отдыхаешь, сделаю так, что тебя никто не побеспокоит. Иди в баню, Криз. Иди уже в баню!

Я не очень понял прикол про баню, но последовал указаниям Новы. Моя нейросеть уже загрузила в себя схему дома со всеми помещениями. Зона, которая называлась СПА, занимала там приличный участок. Когда дверь с надписью "Оздоровительно-рекреационный комплекс" отошла в сторону при моем приближении, я оказался в начале закругляющегося коридора. По левую руку от меня, было множество дверей с надписями типа "раздевалка", "душевая" и прочее. А слева от меня то же были двери, но располагались они реже, и на них всех надпись была одна и та же: "бассейный комплекс".

– Если сумеешь одолеть все комнаты по левую руку за день, будешь как новенькая монета, – сказала мне Нова и, подмигнув, тут же исчезла.

– Уф, – ответил я в пустоту и пошел в раздевалку.

Первые две комнаты были совмещены с мощными диагностами и пока я раздавался и мылся, ИскИн этой зоны дома уже все знал о состоянии моего здоровья и разработал план процедур. Чего со мной только не делали: сначала меня омывали какими-то гелями и магнитными волнами, потом я принимал какие-то пилюли и растворы, но уже внутрь, потом были различные парные, где на меня воздействовали различной температурой и влажностью, ЭМ и другими волнами, и Восемь знают чем ещё.

В промежутках, между процедурами, меня направляли в бассейный комплекс, и он мне, конечно, понравился больше всего. Плавать я не умел, но лежать в воде и отмокать, было прекрасно. Отовсюду шла приятная музыка, на части стен, видимо, были голографические экраны, и они мерцали, надеюсь, в лечебных целях. А где-то на половине пути к финалу этих приятных мучений, ко мне присоединился Микки.

Не знаю, кто пустил крысу в СПА, но думаю, что он и не спрашивал разрешения. Процессор МРД, в купе с нанитной колонией, ещё и не на такое способны. Поглядев на меня, усталого, но довольного, Микки по привычке оббежал всё вокруг, а потом уселся около меня и тоже стал намываться. Делал он это, как и многое другое, крайне забавно. Филигранно вычесывая одному ему известные, видимо особо грязные места, он вылизывал коготки и снова вычесывался. Потом вылизывая передние лапы, лапками я уже не мог назвать это, он тер ими голову и снова повторял все с нуля.

На самом деле крысы очень чистоплотные твари. Да, они могут выделять нужные запахи, в определённые моменты, но, если все спокойно, они не пахнут. Думаю, это древнейшая система защиты. В темноте многие создания не обладают развитым зрением, но все они обладают прекрасным обонянием и поэтому пахнуть – нельзя, если ты, конечно, не хочешь, чтобы тебя нашли и сожрали. А, как известно, всегда есть кто-то опаснее тебя!

Микки знал это и поэтому был чистюлей, а еще Микки был уже совсем большой, его размер был в районе сорока сантиметров и это без хвоста, а вес достигал полутора килограмм. Вес, даже для такого размера, был слишком велик, но ведь никто не знал, что Микки не обычная новокрыса, а во многом киборгинизированное существо. Наконец, выбравшись из зоны оздоровления, мы с Микки пошли проведать байк и яйцо и ожидаемо нашли их в порядке, в гараже при коттедже. Пока мы подкреплялись из своих запасов, я спросил Нову:

– Нова! А когда вылупится птенец?

– По моим расчетам, как раз в день активации центр-пилона, – ответила она. Помолчав немного, нейросеть продолжила:

– Энергия для щита, была разработана комбинированная.

– Поясни, – попросил я.

– Я не уверена на все сто процентов, но энергия для щита должна была включать в себя ещё и те спектры волн, что защитили бы континент и от ментальных атак, а не только от физических и энергетических, понимаешь?

– Кажется да, – ответил я, мучительно быстро соображая.

– Таким образом, – продолжила Нова, – при активации пилонов, они кроме энергии от коллайдера, подхватят ещё и ментальную энергию. И если мои расчёты окажутся верны, то в момент активации вы втроем, сможете получить ещё один мощный толчок к развитию этих способностей.

– А если не верны? – Спросил я зачем-то.

– Тогда ваши мозги или расплавятся, или вы просто ничего не получите, – ответила Нова.

– Мдааа, – протянул я.

Микки тоже издал удивительный писк-посвист и Нова, снова сделала жест "рука-лицо'.

– Вот и поговорили, – произнёс я и отправился спать.

Нова выполнила своё обещание и нас никто не побеспокоил. Конечно же, она хитрила, запросив ИскИн дома по графику пребывания людей. Нова, сразу же поняла, что трое суток коттедж будет пустовать. Но мне было плевать на её хитрости, самое главное, что я получил это прекрасное восстановление и отдых. А еще и пятый пилон был у меня под ногами – красота!

Оставалось дождаться полковника, "перетереть" с ним, запустить пятый пилон, и можно идти на Саутбэй. По расчетам Новы, у меня было ещё несколько часов, и я решил потратить их на экскурсию по городу.

Экипировавшись и активировав персональный щит, я вышел на улицу.

Город жил по-разному. Во всём чувствовалась кастовая система. Дома-коттеджи были в разной степени сохранности и автономности и во многих из них, где жили техники и обслуга, уже не было энергии для полноценного функционирования.

Люди неминуемо скатывались в те условия быта, когда тепло надо было получать от сжигания древесины, а воду из скважин и колодцев. Было видно, что более хорошо себя чувствовали вооружённые люди, ибо именно они сейчас были белой костью. Я видел плохо одетых, измученный людей, несущих в руках ведра с водой или дрова, видел одетых в серые спецовки техников, спешащих куда-то для выполнения ремонта, или каких-то других работ, видел бандитов, оснащённых лучше всех других. На их лицах и в движениях читалась власть, вседозволенность и жестокость.

На меня никто не обращал внимания, я был в экзо и при оружии и одно это ставило меня на верхнюю ступень местной иерархии. Мне не нравилось, то, что я увидел. Устройство нашей общины искателей было мне ближе и понятнее, в нём не было место той жестокости, которая проистекает от вседозволенности. Сделав малый круг по городу я вернулся в дом и заняв место в кресле лицом ко входу, принялся ждать.

"Хозяева" вернулись, когда было уже темно. Я не включал свет, мне всё было отлично видно и так. Сначала я услышал приглушенный стенами дома разговор. Интонации были спокойными и деловыми, и по ним я сразу понял, что полковник раздает инструкции. Потом открылась входная дверь и все семь человек группы местного босса зашли к себе домой. Их всё ещё ничего не тревожило, а я уже мог бы убить их всех, если бы таковой была моя цель. Я собирался играть по своим правилам и тихо проговорил:

– Доброй ночи, господа. Забудем об оружии и поговорим.

Шестеро подручных полковника, даже не дернулись к своим стволами, как я и приказал им. Полковник же сумел удивить меня. Лицо его налилось краской натуги, а рука медленно потянулась к кобуре. Мне впервые попался человек с волей, способной сопротивляться моей и это вызывало любопытство. Я дождался пока он вытянет ручной импульсник, и направит его на меня.

– Думаю, ты не сможешь выстрелить, – были мои следующие слова.

Полковник напрягся так, что жилы и сосуды забугрились на его лице и шее. Я видел, как от напряжения, капилляры начали лопаться в его глазах, а носом пошла кровь. Он боролся изо всех сил, но ожидаемо не мог выстрелить. Все смотрели на своего босса, и чтобы он не ронял свой авторитет, я поговорил:

– Всем, кроме полковника – спать! – Люди повалились там, где стояли, видимо поняв что-то, уже без всякого труда, местный босс убрал ствол в кобуру и проговорил:

– Чего ты хочешь?

– Поговорить, я же уже сказал это, – произнёс я.

Полковник не был дураком, и спросил:

– Чего ты хочешь на самом деле?

– Я хочу, чтобы ты явил своему народу Чудо, – ответил я, и мрачновато улыбнулся. – Я активирую пилон, а ты подашь это как своё достижение, сам придумай, для чего он нужен. Ну и, конечно, мы с тобой заключим соглашение. Ты будешь беречь пилон как свою жизнь, а я за это не заберу твою, согласен?

Вопрос был, конечно, риторическим, я не верил никому, особенно этому и уже произвёл внушение. Но, для дипломатичности все же "завернул конфетку" в фантик вопроса. Полковник то же понимал ситуацию и поэтому просто кивнул.

– И ещё, – проговорил я. – Не в службу, а в дружбу, сделай несколько несложных, но добрых дел для меня. Откажись от рабства, любая работа должна быть оплачена – это первая просьба. Не посылай своих в Кроссборн – не надо, это, во-вторых. И третья, через девять дней приведи хорошо вооружённый отряд по этим координатам, скорее всего, придется повоевать с пустошниками, они ведь и тебе доставляют беспокойство, верно?

– Это, все твои Просьбы? – Уточнил полковник.

– Угу, – ответил я и снова улыбнулся. Я не стал подкреплять свои пожелания силой, я чувствовал, что полковник и так выполнит мои хотелки.

– Не провожай, – попрощался я.

– На севере и на западе всё кишит ими, будь осторожнее "сынок", – проговорил полковник мне в спину, показав этими словами, как свой ум, так и осведомленность.

Показав два пальца в виде "V", я покинул этот гостеприимный дом. Нова уже с помощью проникшего в катакомбы Микки удаленно подключилась к системе активации пятого пилона и сейчас, стоя на заднем дворе, я видел, как уже привычный для меня стальной восьмилистный цветок, раскрывает свой бутон, чтобы выпустить в небо двадцати пяти метровую иглу заветного пилона.