Вайолет, дорогая, я считаю, вам с Ивлин надо съездить в Кортмут и поговорить с теми, кто знал мистера Брауна. Естественно, полиция с ними уже говорила, но, знаешь, люди почти всегда что-нибудь скрывают. Они далеко не всё готовы рассказать полицейским. А вот двум милым безобидным старым леди, которые… тут надо придумать какое-то объяснение тому, что вы приехали и хотите что-то узнать. Думаю, вы с Ивлин сочините подходящую историю, и вам поверят.

Надо поговорить с разными людьми, но главное – с соседями Браунов. С теми, кто годами жил с этой семьëй бок о бок, знал Эдварда ещё мальчиком, наблюдал за его взрослением, болтал с его родителями, видел их каждый день. Нам ли не знать, как много могут рассказать о людях их соседи! И разве в этом есть что-то дурное? Мы знаем плохие и хорошие стороны наших ближних, и это помогает жить с ними в мире. По крайней мере, должно помогать, не так ли? 

Разумеется, вам ни в коем случае не следует скрывать эту поездку от инспектора Редли. Наоборот, обязательно расскажите ему о моëм предложении, ведь только у него можно узнать адрес Браунов, имена их соседей и название конторы, где работал бедный молодой мужчина.

Но умоляю тебя – от других держите это всё в тайне! Помните, что рядом с вами – жестокий и хладнокровный убийца, уверенный, что преступление сошло ему с рук. И он не остановится ни перед чем, если почувствует опасность.

Теперь вопрос лишь в том, позволят ли твои запястье  и колено дальнюю поездку. Надеюсь, новая мазь помогает. Стало ли тебе лучше?

Обдумайте с Ивлин всë, что я написала. Если у вас не получится поехать, можно пойти другими путями, но я уверена, что именно вы сможете выяснить многое. Вы хорошо разговариваете с людьми, они поддаются на ваше обаяние (вы обе очень обаятельны!) и, образно говоря, раскрывают створки своих раковин. Мне хотелось бы поучаствовать самой, но мы не можем ждать, пока я окончательно оправлюсь от болезни (очевидно, что на это нужно время). Так что вся надежда на вас с Ивлин.

На этом заканчиваю письмо, чтобы поскорее его отправить. Могла бы ещё порассуждать о вашей предполагаемой поездке, но Глэдис считает – пора заниматься вечерними лечебными процедурами. Что ж, она права. Но сначала пошлю еë опустить письмо в ящик, и завтра утром почтальон его заберëт.

Жду ответа!

Твоя Пру

Чуть не забыла! Как и обещала, я написала Александре Голдстин. Может быть, через неë мы сможем что-нибудь узнать о жизни Сэйди.

Дорогая Пру!

Твоë письмо нас взбудоражило, взволновало, обрадовало – всё сразу. Никаких сомнений: конечно, мы поедем в Кортмут! Неужели мы могли бы отказаться! Никакое запястье не помешает мне ринуться в бой, чтобы помочь доктору Бердфорду. Тем более что мазь действительно помогает, руке гораздо лучше, а колено, можно сказать, перестало о себе напоминать. (И я очень рада, что тебе тоже лучше!)

Первым делом нам с Ив надо было обсудить твою идею с инспектором Редли, как ты велела. Но не просто обсудить, а сначала решить, где это сделать, чтобы не возбуждать подозрений у всей деревни. Получилось смешно, но ничего лучше мы не придумали.

Итак, мы пришли прямо в участок, и я принялась расспрашивать констебля Питерса, не является ли нарушением закона подкармливание чужих котов (к моему глубокому сожалению, не является). Пока я отвлекала констебля, Ивлин заглянула в кабинет, где временно располагается инспектор Редли, и прошипела:

– Через полчаса у поваленного дерева! Есть срочное сообщение!

Как мне жаль, что я не видела лица инспектора в тот момент! Ив говорит, у него прямо челюсть отвисла, но он тут же взял себя в руки и молча кивнул. Констебль ничего не заметил, потому что я громко и нудно морочила ему голову рассказом о похождениях Пудинга. (Разумеется, я не назвала Коббов, просто пожаловалась, что кот куда-то ходит.)

Потом мы мило попрощались с озадаченным констеблем (бедняга привык, что обычно я веду себя более адекватно), отправились к знаменитому поваленному дереву, уселись на него и принялись ждать инспектора. Погода сегодня прекрасная, и мы были готовы провести на свежем воздухе хоть полчаса, хоть целый час. Конечно, существовала опасность, что кто-нибудь заявится туда подышать этим самым свежим воздухом (кто-нибудь типа Луиз Белл, например), но обошлось, никто не явился.

Инспектор Редли пришёл не через полчаса, а через двадцать минут, и не пришëл, а почти прибежал, явно заинтригованный. Очень заинтересовался, узнав, что нам пришло письмо с инструкциями от самой мисс Фрейн. Одобрил план (ещё бы он его не одобрил, язвительно говорит Ив), записал для нас все нужные адреса и имена. У инспектора с собой были и блокнот, и карандаш, так что мы теперь знаем, куда и к кому идти в Кортмуте.

Конечно, инспектор Редли и так произносит твоë имя с трепетом, но я уверена – то письмо его дяде, старшему инспектору Скотленд-Ярда Докерингу, которое ты недавно написала, тоже сыграло свою роль. Наверняка дядя велел племяннику отнестись всерьёз и к тебе, и заодно к нам с Ивлин.

Помогло и то, что официальное расследование явно застопорилось. Инспектор по секрету поведал нам, что все связи подозреваемых проверили, но ничего подозрительного не обнаружили. Даже подняли ту старую историю с убийством, о которой говорила миссис Крайстер, но никакого отношения к происходящему давнее убийство не имеет. Я так и думала.

Напоследок инспектор Редли сказал:

– Дорогие дамы, пожалуйста, будьте осторожны. Ценю вашу конспирацию и прошу вас и дальше вести себя в том же духе. Никому не рассказывайте о поездке!

Ты нас предупреждала о том же самом, но мы не стали говорить это инспектору, просто поблагодарили за заботу. Всегда лучше дать джентльмену почувствовать себя хозяином положения, даже если это не так, правда?

Кое-что меня всё-таки волновало, и я не удержалась от вопроса:

– Инспектор Редли, как вы узнали, где находится поваленное дерево, куда надо идти? Вам пришлось спросить у констебля Питерса? Вдруг он что-нибудь заподозрил? Конечно, мы ему доверяем, но..

Инспектор засмеялся.

– Не волнуйтесь, всё в порядке, я ещё раньше этим заинтересовался, когда мисс Белл рассказала на дознании о своей встрече с мистером Брауном. Не только спросил, где это дерево, но и прогулялся сюда. Удобное место для свиданий, не так ли, вот только никогда не знаешь, не придёт ли кто-нибудь ещё. Поэтому, милые дамы, я лучше вернусь в участок, чтобы нас тут никто не увидел вместе.

Он ушёл, а мы с Ив ещё посидели там (хотя, по правде говоря, сидеть на дереве не очень-то удобно, оно слишком шершавое), подышали воздухом и обсудили легенду для знакомых покойного мистера Брауна. Вот что придумалось. История будет такая: якобы мы хотим попросить нашего викария провести поминальную службу в Сент-Энн-Уотерс, потому что бедного мистера Брауна убили именно у нас в деревне, и мы считаем, надо отдать ему дань уважения. Поэтому хотим узнать, каким человеком был этот мистер Браун, чтобы было о чëм рассказать прихожанам.

То есть вообще-то не якобы, а на самом деле: в процессе обсуждения мы поняли, что это действительно хорошая идея. Так и надо сделать – провести в нашей церкви поминальную службу. Но мы обратимся с этой просьбой к преподобному Робинсу уже после поездки. Я сначала предложила пойти и поговорить с его женой, рассказать, что мы собираемся в Кортмут. Миссис Робинс кажется мне человеком, который не выдаст чужую тайну. Не раз уже у меня возникала мысль, что миссис Робинс понимает, чем мы занимаемся, но молчит. Однако мудрая Ив сказала: нельзя. Никаких исключений. Секрет – значит секрет. И я согласилась.

Мэри я наплела, что мы едем в Лондон к подруге детства и, возможно, там и заночуем (на всякий случай, вдруг действительно придётся заночевать в Кортмуте). Велела Мэри тщательно следить за Пудингом, и она преисполнилась важности и думает уже не о том, куда мы с Ив едем, а о том, как она выведет Коббов на чистую воду и докажет, что это именно они прикармливают нашего кота.

Так что, дорогая Пру, мы готовы к путешествию и завтра отправляемся в путь. Волнуемся, но настроены по-боевому. Не думай, мы не играем в частное расследование, а осознаëм важность предприятия, понимаем опасность и будем настороже. Не тревожься за нас, мы справимся, обещаю. Когда вернëмся, дадим тебе полный письменный отчёт – как всегда, со всеми подробностями, даже самыми мелкими. Тем более, ты говоришь, что они важны и нужны. Это, кстати, меня обрадовало, а то я сомневалась, не слишком ли углубляюсь во все нюансы. Как ты знаешь, я особа занудная и люблю во всё углубляться.

Продолжай лечиться и скорее выздоравливай. И спасибо, что ты написала Александре Голдстин! Вдруг она и правда знает о том, как жилось Сэйди.

Твои Вайолет и Ивлин

Дорогая Вайолет!

С радостью прочитала, что вы отправляетесь в Кортмут. Сейчас, когда я пишу эти строки, вы едете туда или уже приехали. Уверена, что всё получится, мои дорогие храбрые подруги.

С нетерпением буду ждать отчëта! Да, Вайолет, со всеми подробностями, конечно же. Я и сама занудная особа и люблю во всë углубляться.

В ожидании письма

твоя Пруденс.

Ещё в прошлый раз хотела написать насчёт Пудинга: может быть, ничего страшного, что он разгуливает по соседским участкам? Главное же, что он возвращается к тебе!

О Пруденс, дорогая Пруденс,

как ты была права, что послала нас в Кортмут! Мы съездили не просто не зря – мы узнали наиважнейшую вещь!

Пришлось там заночевать, хотя я и не люблю спать в чужих кроватях (исключая случаи, когда гощу у Ивлин или у тебя, но там ведь кровати не чужие), особенно в гостиничных. Однако дело того требовало.

Сегодня вернулись домой, быстро проглотили ланч, даже не понимая, что едим, и кинулись писать тебе. Я страшно взбудоражена, и Ив тоже, хотя и делает вид, что держит себя в руках. Но я-то знаю свою старшую сестричку и хорошо вижу, когда она волнуется. (Ив смеëтся.) Ах, Пру, какая это была прекрасная идея – чтобы мы съездили в Кортмут и поговорили там с людьми!

Но обо всём по порядку.

Итак, вчера мы взяли такси до вокзала в Тримингтоне. Это не противоречило конспирации, мы же сказали Мэри, что едем в Лондон, а как ещё попасть туда? Только поездом из Тримингтона. А на самом деле мы собирались ехать поездом в Кортмут.

Могли, конечно, не шиковать и поехать в Тримингтон на автобусе, а не на такси, однако Ив настаивала. И я с лëгким сердцем согласилась: предстояло много перемещений, так что следовало позаботиться о максимуме удобств.

Но, знаешь, запястью почти совсем хорошо, а колено, как я уже говорила, вообще больше не болит, так что я даже трость с собой не брала, чтобы не надо было на неë опираться и нагружать запястье лишний раз.

На вокзале оказалось, что поезд, на который мы рассчитывали, отменили. Можешь ли представить себе такое? Возмутительно. Пришлось ждать следующего – правда, недолго, всего час, и мы успели выпить в вокзальном буфете чаю с булочками.

В последний раз мы с Ив были в Тримингтоне в начале весны, когда сестра приезжала ко мне в прошлый раз. Ходили по магазинам и тоже пили чай с булочками, очень вкусными и мягкими, а вот на вокзале они оказались немного засохшими.

Но я, как всегда, отвлеклась. Права была наша мисс Купер – мысли у меня действительно скачут… Вернëмся к нашей поездке.

В купе мы были одни и могли спокойно разговаривать о том, что нам предстоит. Прикинули план. Начать расспросы мы решили с соседей мистера Брауна.

– Инспектор Редли говорил, что там есть интересные личности. Наверняка окажется какая-нибудь любопытная старая женщина вроде нас, – сказала Ив, и она была совершенно права.

Но я опять забегаю вперëд.

Когда мы вышли в Кортмуте и огляделись, Ив воскликнула:

– Смотри, какой уютный вокзал! Везде клумбы с цветами. И деревья. Тебе не кажется это подозрительным?

– Клумбы с цветами подозрительны? – удивилась я.

– А ты не помнишь, что сказала миссис Крайстер, когда мы пили у неë чай? Она сообщила нам, что никогда не бывала в Кортмуте и даже названия такого не слышала, а ты рассказала ей, как проезжала мимо Кортмута на поезде и видела вокзал из окна. И миссис Крайстер задумчиво так протянула что-то вроде – в маленьких городках бывают милые вокзалы, с цветами и деревьями. Не означает ли это, что она на самом деле тут была?

– Ив, дорогая, это слишком! Везде могут быть цветы и деревья!

– Не везде. Не каждый вокзал выглядит таким уютным и зелëным. Таким… милым, как сказала миссис Крайстер. А он ведь именно милый, посмотри!

– Тебе просто не нравится миссис Крайстер, и ты притягиваешь за уши аргументы против неë. Нет, Ив, цветы и деревья – не аргумент, это просто смешно. Пошли искать такси.

Ив надулась, но уже через несколько минут мы оживлëнно обсуждали архитектуру вокзального здания. Моя любимая старшая сестра отходчива, но дело не только в этом – мы просто не можем с ней по-настоящему поссориться, и даже небольшая размолвка нас пугает. Впрочем, размолвок у нас не было уже годы и годы. Мы иногда спорим, не соглашаемся друг с другом, но не ссоримся. (Ив пишет это под мою диктовку, улыбается и кивает.)

Но вернëмся к нашему отчëту.

На такси мы добрались до Флит-Лейн, где жили Брауны. По дороге глазели в окна. Ехать было недалеко, мы мало что увидели, хотя успели заметить: Кортмут – красивый городок.

Дом Браунов оказался небольшим, но приятным, а вот сад сильно запущен. Впрочем, нам нужен был соседний дом, где проживает миссис Горди, – именно еë в первую очередь рекомендовал инспектор Редли. Повезло – за невысокой зелëной изгородью мы увидели маленькую сухонькую старушку, копавшуюся в земле.

– Простите, не могли бы вы… – начала было я, и старушка выпрямилась, заслонившись от солнца рукой в грязной перчатке.

Но Ив меня перебила.