Утро встретило лагерь дроу чистым от туч небом и великолепным рассветом. Яркие лучи восходящего солнца, разноцветными бисеринками расцвечивали капли влаги на траве и кустах, будто усеивая все вокруг, рассыпанными кем-то по земле, драгоценными самоцветами. Пахло осенней свежестью и влажной зеленью. Рейнджеры и интенданты бодро укладывали и упаковывали шатры, палатки и предметы кухонного быта, а воины уже облачались в свою боевую амуницию. Шестой день, по плану являвшийся предпоследним, перед достижением поставленной цели Похода, стартовал.

Колонна выбралась из распадка, миновала лесистые сопки и с разгона преодолела пустынную, по случаю раннего утра дорогу. После чего воинство углубилась в небольшую рощу редко растущих деревьев, преимущественно лиственных пород. Подлеска в ней почти не было и дроу легко преодолели небольшое редколесье, оказавшись на очередной равнине, которая должна была закончиться, судя по карте, предместьями довольно крупного города.

Анл’луриин еще вчера вечером проложила обходной маршрут, даже с большим запасом, чем предписывала начерченная еще в Миззрим красная кривая их продвижения. Ее вариант, еще более отдаляющий их от этого города, должен был максимально обезопасить ее воинство от возможных секретов и наблюдателей противника.

Разведка, посланная как раз в ту сторону, была снабжена инструкциями: заранее, еще до достижения основными силами границ области города, изобилующего окрестными и мелкими поселениями, внимательно осматривать все прилегающие территории. Кроме того, резиденты, оставленные торговым караваном, еще месяц назад прошедшим и через этот город на своем пути, должны были присоединиться к колонне ближе к времени вечернего штаба, и их сведения о войсках, расквартированных в этом городе людей, она тоже очень ждала.

Как ей вчера вечером сказала Ал’лак:

– Еще никогда Походы дроу не предпринимали подобных, столь тщательных методов разведки и скрытности в своих передвижениях. Но, с другой стороны, – как она также заметила. – Этот Поход, стал, пожалуй, самым дальним из всех, как по своей протяженности, так и по расстоянию от выхода из их родной Пещеры.

Под безоблачным сегодня небом, дроу споро оставляли за собой лигу за лигой, передвигаясь по плоской, как блин равнине, заросшей дикими травами и изредка встречающимися небольшими островками жиденького кустарника и отдельно стоящих деревьев. До города, который ожидался своим появлением на горизонте ближе к концу дневного перехода, оставалось топать еще прилично, а обжитые места, в виде деревень и хуторов, остались от них далеко справа, располагаясь вдоль, еще с самого раннего утра, пересеченной ими дороге.

Тем неожиданней стал доклад вернувшейся не по плану группы из трех разведчиков. Командир их, довольно молодой дроу, поджарый, а потому казавшийся выше, чем это было на самом деле, миновал ожидавшую его доклада жрицу, нарушая этим субординацию, и ринулся бегом непосредственно к самой Анл’луриин.

– Госпожа, осмелюсь доложить, что впереди, не далее получаса моего бега, прямо посреди поля стоит шатер. Не знаю как, но мою группу обнаружили, а сам шатер, словно бы вырос из-под земли, оказавшись прямо перед нами. Враждебных действий не было, но эльф, судя по виду и одеждам – светлый друид, причем довольно высокого ранга, вышедший из шатра, велел мне доложить прямо Вам, что он ожидает встречи и ждет до заката, на том же самом месте.

Анл’луриин подняла руку вверх, сжав пальцы в кулак и следовавшая за ней колонна воинов Миззрим остановилась, выполняя хорошо известный жест своего командира. Спрыгнув с повозки, из-за палящего с зенита, не по-осеннему жаркого солнца, снабженной сегодня полотняным тентом, она велела воинам сделать короткий привал. После этого, она разослала гонцов с приказами, которые быстро начертала на листках и, махнув рукой ожидавшему ее команды разведчику, быстрым шагом двинулась в направлении, откуда прибыла минуту назад его группа.

Буквально через пять минут их догнали вызванные сопровождать ее дроу: Ал’лак, Найл’лот, Индирра и еще одна жрица, которую она велела взять с собой ее бывшей сопернице по выбору Главы Похода. Последняя, по имени Нил’лара, была из Пути Волшебниц, и ее задачей было прикрывать магически их группу, совместно со жрицей из Дома Миззрим, больше специализирующейся на сканировании местности и обнаружению секретов и ловушек.

Расстояние в полчаса бега рейнджера, которого она отпустила, они впятером, даже быстрым шагом, преодолели за час с лишним, что говорило об отличной физической подготовке разведчиков дроу. И если четыре женщины в конце пути не слишком запыхались, то пожилой Найл’лот, не смотря на свою отличную форму для уже бывалого воина, заметно тяжело дышал, поминутно утирая пот нарукавником, тут же высыхающим под лучами жаркого, полуденного солнца.

Шатер мерно колыхался стенками от налетающего мягкими порывами теплого ветерка, который иногда забираясь внутрь через приоткрытую полу входа, надувал его изнутри, делая похожим на стремящийся взлететь воздушный шар. Но его удерживали от полета тонкие, плетеные из шелка тросы, привязанные к вбитым в землю, четырем, по диагонали расположенным от шатра, деревянным кольям. Наверху, тросы крепились к легкому каркасу, продольные ребра которого, в местах пересечения, имели специальные кольца, смотрящие наружу шатра, поверх полотна льняной материи, из которой были выполнены стенки и куполообразный верх.

Венчала это походное строение, центральная, вертикальная ось, начинающаяся от самой земли внутри шатра, проходящая через всю его высоту и возвышавшаяся над ним еще на пару футов. На самом ее пике был отчетливо виден, свободно крутившийся по ветру флюгер, выполненный в виде прямоугольного штандарта эльфов клана Реки. Ткань шатра, была выкрашена в голубой цвет, с лазурным блеском, благодаря вышитым гладью рунам, покрывавшим все четыре стены, а также верхний, конусный купол.

При приближении дроу, из-за открытой полы входа, показался седовласый, пожилой эльф, одетый в длинный, до самой земли, свободный балахон белого цвета, весь изрисованный различными магическими знаками, назначение которых Анл’луриин не знала. Можно было бы спросить Индирру или Нил’лару, но в данный момент эта информация особого значения не имела, а ее ликбез замедлил бы решение вопроса, ради которого они сюда пришли. Тем более, благодаря их быстрому шагу, дроу уже были в зоне слышимости встречающего их старого эльфа, мирно стоявшего под палящим солнцем, опираясь на свой длинный, с узловатым наростом наверху, очищенный от коры, высушенный, а потому очень легкий, деревянный посох.

– Рад что вы так быстро прибыли, да и вообще, что откликнулись на мое предложение мирно побеседовать! – На удивление чистым, певучим голосом, присущим всем чистокровным эльфам, произнес старец. – Меня зовут Дуиннин, и я прадед того молодого воина, что уже спешит присоединиться к нашей беседе.

Посмотрев в сторону, куда был направлен взгляд друида, Анл’луриин увидела на севере, поднимающееся вверх облачко серой пыли, которое производили копыта наездника, во весь аллюр скачущего к ним от того самого города, который они хотели, как раз к сегодняшнему вечеру, оставить позади своего пути. Всадник был еще далеко, а потому рассмотреть его было пока невозможно, особенно для дроу, гораздо лучше видящих в полумраке, чем при ярком, солнечном освещении.

– Мы будем беседовать прямо здесь? – Подняла свою идеальную бровь Анл’луриин.

Ну что вы, что вы, – засуетился друид, спеша откинуть полу входа и делая при этом приглашающий жест свободной рукой.

Дроу втроем, согласно договоренностям в пути, вошли в шатер, оставив за пределами его Индирру и Найл’лота. Следом за ними, внутрь проскользнул, при чем довольно ловко, и сам друид, оставив правую полу входа все так же распахнутой. В шатре их ждал небольшой круглый стол, на котором стояла большая плетеная из бересты корзина с фруктами, графин с вином, кувшин с чистой водой и бокалы. Вокруг стола были расставлены по кругу плетеные из ветвей ивы стулья, один из которых занимал хмурый воин, в богато украшенном доспехе, с длинным мечом в ножнах, которые он держал на коленях, а также каплевидным, полуростовым щитом, прислоненным сзади, но все равно выступающим из-за спинки невысокого стула.

– Это Клэрнор, первый воин нашего Дома и телохранитель принца, который вот-вот прибудет. А пока мы ждем того, кто будет говорить от имени эльфов, не угодно ли благородным дамам уважаемого нами народа Илитиире, с дороги освежить себя бокалом вина или ключевой воды, за которой я лично сходил сегодня на рассвете?

Нарочитая любезность старца, надо признать, уже слегка раздражала Анл’луриин, привыкшую без лишних слов и политесов, решать насущные проблемы, особенно находясь в боевом походе. Но она, естественно, ничем не выказав своего нетерпения, ответила подчеркнуто вежливо:

– Я Анл’луриин, старшая жрица Л’лос и глава воинства дроу. Верховная жрица поручила мне эту миссию и благословила наш Поход, который мы намерены завершить быстро и без лишнего кровопролития. Вы, как я понимаю, принадлежите правящему роду вашего клана и даже без своего правнука способны дать нам четкий ответ, зачем вы хотели меня видеть и какую цель преследовали, когда просили появиться в вашем шатре.

– Увы, старшая жрица, но я хоть и прадед Геледлинну, но со стороны его бабушки и соответственно моей дочери. То есть мой род не принадлежит правящей династии, которая в отличии от вашей расы, передает права наследования по мужской линии, а не по женской, как принято у вас. Тем более вот он и сам!

За полотняной стенкой шатра послышался перестук копыт, всхрап круто осаженной лошади и сдвоенный стук сапог спрыгнувшего на землю всадника. Тяжело дышащий жеребец, которого привязывал к стойке молодой эльф, нервно бил правым копытом землю, явно еще находясь в раже от бешеной скачки. Пена, обильно капающая с его взмыленной морды, едва не попадала на высокие сапоги из тонкой, облегающей его длинные ноги кожи, которые виднелись из-за закинутой назад нижней части полы входа.

Принц, закончил возиться с конем и одернул вышитый сюртук, заправленный за широкую перевязь, на которой слева болтался эльфийский тонкий клинок в украшенных самоцветами ножнах. Своей правой рукой он отодвинул верхнюю, доселе скрывающую половину его фигуры полу шатра и зашел внутрь. Слегка поклонившись вставшему ему навстречу прадеду и коротко кивнув подскочившему со своего стула Клэрнору, он перевел свой взгляд на сидевших слева от входа дроу.

Если Нил’лара и Ал’лак удостоились лишь учтивого наклона его головы, то, когда взгляд принца упал на Анл’луриин, молодой эльф замер, забыв даже опустить занесенную для очередного шага ногу. Его глаза, итак огромные, как и подобает эльфам, еще больше расширились, а фраза приветствия, которую он уже намеревался произнести, замерла на его приоткрытых для соответствующих слов губах.

Давно перешедшая пределы этикета пауза и слишком затянувшийся на молодой дроу взгляд принца, заставил старца кашлянуть, а Клэрнора, успевшего за это время опуститься обратно на скрипнувший от его отягощённого доспехом веса стул, и даже уже взявшего кубок – плотнее сжать губы. Анл’луриин же, никак не прореагировала на ступор Геледлинна, оставаясь по прежнему бесстрастной и надменной, как и подобает истиной илитиире. Она внимательно проследила за путем взора принца, сначала застрявшего на ее лице, а затем спустившегося вниз и на некоторое время застывшего на ее длинной шее, выпирающих ключицах, а затем и на манящей его взор груди. Лишь пару долгих секунд спустя, взгляд принца отправился дальше, перейдя на ее тонкую, гибкую талию и длиннющие, стройные ноги.

Ее место за столом, сбоку от входа, позволило принцу не иметь помех в виде стола и стульев, для всестороннего изучения поразившей его девушки и только очередное сухое покашливание дальнего родственника, наконец, вывело его из неловкого ступора.

– Наши гости, как раз перед твоим приходом, принц Геледлинн, выразили желание услышать причины их приглашения на встречу, а судя по словам старшей жрицы, дамы не располагают лишним временем и хотели бы закончить обсуждение наших вопросов как можно быстрее…

– Прошу прощение за задержку, но город расположен несколько дальше, чем ваше воинство, как оказалось, а потому, даже верхом, я не смог опередить наших быстроногих родственников по темной расе. Как меня уже представил прадед, я являюсь полномочным представителем нашего короля в этой стране людей и по договору, подписанному на самом высшем уровне, слежу за восстановлением храма, расположенного менее чем в паре дней пути отсюда. Вы, как я полагаю, исходя из всех скудных сведений, что нам удалось раздобыть, намереваетесь прибыть именно туда, а судя по составу представителей расы дроу, ваша цель несколько отличается от визита вежливости или желания примкнуть к скорому празднику, организованному в честь открытия этого культового сооружения, посвященного одной из богинь, в том числе и вашего народа.

В шатре на минуту повисла небольшая пауза, вызванная сразу множеством причин. Геледлинн, немного взбудораженный после скачки, а затем и шока, вызванного увиденной им красавицы дроу, по мере произнесения длинной тирады, явно заготовленной заранее, успел прийти в себя. Он дошел до стула и уселся, расположившись напротив поразившей его в самое сердце старшей жрицы. Дуиннин немного недовольный враз вывалившим всю подноготную принцем, утирал свой рот после глотка вина, а Клэрнор просто сидел, переводя взгляд со своего повелителя на дроу и обратно. На его лице не выражалось особых эмоций, лишь легкое презрение при взгляде на оголенные практически донельзя прелести женщин, отродясь не носивших такой милой его сердцу латника, стальной брони.

Дроу же, все втроем, дружно хранили невозмутимость и не выражали собой никаких эманаций, даже не вербально. Все они были истинными Илитиире, знатными по происхождению и прошедшими через все Ритуалы, позволяющие им держать под контролем все эмоции, чему даже эльфы, далеко ушедшие от людей, в своем искусстве держаться подчеркнуто бесстрастно, могли бы только позавидовать. Анл’луриин же, выслушав то, что знала и сама, заранее предполагая причину их встречи, как и мотивы эльфов, включила свои наработанные за годы тренировок умения. Понемногу повышая градус личного обаяния, она произнесла своим грудным, певучим голосом, от которого по телу принца явно пронеслось стадо мурашей:

– Принц Геледлинн! – Того аж передернуло от глубоких обертонов, прозвучавших в голосе дроу. – Позвольте мне выразить свое удовольствие от возможности увидеть родственную нашей расе ветвь наших светлых собратьев по крови, особенно королевского достоинства. Столь яркий представитель короля Дома Реки, спешащий на встречу с дроу, не имеющей возможности именовать себя подобным его высочеству титулом, вне зависимости от причин этой встречи, дает мне право гордиться оказанной мне высокой честью.

Улыбка, которую изобразила в конце своей напыщенной фразы Анл’луриин, сразила наповал принца, итак, вслушивающегося все глубже в тембр голоса говорившей дроу. Не дав ему снова успеть прийти в себя, глава Похода продолжила, прибавив к голосу и тонкой улыбке, лучистый фиалковый взгляд своих чуть светящихся глаз, выбивающийся из-под приопущенных, словно от скромности, длинных ресниц:

– Вы как нельзя более ясно озвучили вашу тревогу, но позвольте мне заметить, что мы, как и вы, находимся сейчас на территории людей. И как это ни прискорбно, но мы служим разным богам, хотя и одинаково свято выполняя их Волю. Смею надеяться, что Ваши боги не давали Вам прямого указания на восстановление этого храма в королевстве людей. Мы, конечно же, прислушались бы иначе к Вашим словам, а если бы дело касалось храма любого из небесных покровителей эльфийской расы, то мы тут же, без дальнейших слов, повернули бы назад.

Она сделала паузу, чтобы смысл сказанного не ускользнул от теряющего от ее голоса, красоты и улыбки, осознания действительности принца. Удостоверившись в том, что он с нетерпением ждет продолжения чудесной музыки ее голоса, Анл’луриин тепло улыбнулась ему, и только после этого продолжила:

– К моему глубокому сожалению, я действую не так, как подсказывает мне моё сердце – При этом она многозначительно улыбнулась ему так, что принц едва не упал со стула. – Мои действия предопределены Волей моей богини, а как Вы знаете, Воля богов – это закон даже для бессмертных созданий, таких как эльфы. А Воля Л’лос такова, что мне придется помешать вызову из чертогов Тартара ее дочери, что заметьте себе, является вопросом сугубо божественного порядка и касается лишь Пантеона расы Илитиире, а потому вмешиваться в него даже в помыслах – неразумно и даже опасно, как нам, дроу, так и вам. Ведь идти против Воли богов – дело для нас абсолютно невозможное, а для вас – крайне непредусмотрительное.

Попытавшийся в этот момент кашлянуть и этим обратить на себя внимание поплывшего принца, явно начавший что-то подозревать Дуиннин, застыл в тут же вспыхнувшей дуэли взглядов, которую ему навязала Нил’лара. Она была заранее предупреждена Главой Похода о том, что ей необходимо тут же нейтрализовать любую магическую активность, если таковые поползновения выкажут встречающие их эльфы. Задачи повредить, или тем более убить, никого из светлых собратьев у Анл’луриин не было. Она все еще надеялась на то, что ей удастся заручиться нейтралитетом у светлых эльфов, а потому давать им повода к обратному, ей пока что абсолютно не хотелось.

Принц же, в этот момент то ли задумался над словами дроу, то ли находился под глубочайшим впечатлением от ее голоса, изысканных, отточенных манер и яркой красоты, а потому не обратил внимание на кашель друида. В любом случае, он уже переполнился тестостероном, едва не капающим из его носа и остроконечных ушей, и вряд ли был способен сейчас на четкий и разумный ответ. Поэтому Анл’луриин, не гася своей обворожительной улыбки, решила закрепить свой явно намечающийся успех в переговорах:

– Принц Геледлинн! Я совсем не хотела бы провести нашу следующую встречу менее комфортно и уютно, чем сейчас. – Она, чуть наклонившись вперед, дала возможность его взгляду поневоле опуститься ниже ее ключиц, и с удовлетворением практически увидела капельку слюны, едва не появившуюся в уголке его рта, приоткрытого от нахлынувших эмоций, при таких многозначительных словах и движениях дроу. Но это было бы уже слишком для эльфа, а потому она в притворном выдохе сожаления, откинулась назад, еще чуть приопустила свои веки, и совсем понизив голос, почти интимным шепотом закончила свою фразу:

– Именно поэтому я прошу Вас, да, да, именно ВАС, – она прямо взглянула в его помутневшие чуточку зрачки. – Не мешайте нам! Отойдите на пару лиг в сторону и соблюдайте нейтралитет. Останьтесь родными, кровными братьями, для своих темных сестер. Только в этом лишь и заключается МОЯ к ВАМ, принц, огромная, ЛИЧНАЯ просьба.

Дождавшись смутного кивка, завороженного этим спектаклем Геледлинна, который, к своему проявившемуся наконец-то недоумению в глазах, увидел и мало что понимающий в происходящем Клэрнор, Анл’луриин грациозно выгнув спину, по-кошачьи мягко поднялась с не особенно-то и удобного плетеного стула. Проходя мимо оставшегося сидеть и переваривать все то, что на него свалилось принца, она легонько коснулась его запястья, на ходу проведя по нему своей теплой и умеющей быть очень мягкой и нежной ладошкой.

– Спасибо тебе, принц! – Прошептала она ему в самое ухо, наклонившись и обдав его ноздри феромонами своего тела, с едва уловимыми нотками спелой, лесной земляники.

Три женщины расы илитиире быстро вышли из шатра и присоединившись к охранявшим и обозревающим окрестности остальным двум дроу, все вместе, максимально быстрым шагом, отправились назад. Вся встреча заняла у них не более получаса, а вместе с дорогой туда и обратно, их маршу придется теперь нагонять потерянные часы, чтобы: во-первых, не отстать от графика, а во-вторых, оторваться, причем как можно дальше, от вполне могущих поменять свое мнение эльфов.

Но Анл’луриин, вспоминая прошедшую встречу, смутно догадывалась, что гордый, молодой принц, не изменит своего решения. Хотя он возможно и поймет, что его немного, пусть даже без применения магии, а лишь используя свои природные, отточенные до совершенства чары, все же провела эта, способная быть такой обольстительной, юная еще, как и он сам, красавица дроу. А тогда их встреча, правда, уже на обратном пути Похода, про которую она ему так сладко пела в самое ушко, становилась для них обоих неизбежной, хотя и не такой, как он еще пару минут назад, наверняка представлял себе, в своих сладостных грезах.