Пару недель, оставшихся до экзамена у Сабал’л, Анл’луриин провела в самостоятельном оттачивании материала, который ей уже преподала на тренировках верховная жрица. Отдельные заклинания, связки из двух или даже трех, запускаемых одним активатором заклятий, ей приходилось заучивать «на зубок», чтобы в бою не тратить время на раздумья какую из них применять, что-то на ходу вспоминать, или не дай Л’лос, вообще запутаться в словах или сопутствующих им, движениях пальцев и жестов рук.

К сожалению, наиболее сложные связки, требовали зачастую сразу две свободные руки, а потому приходилось попутно тренироваться в быстром выхватывании и в не менее скоростном движении, позволяющем не глядя, точно вложить свои сики, в соответствующие скобы на боевом поясе. Существовала техника подвешиваний «на пальцы» сразу нескольких заклинаний, но их количество было не велико, а потому в бою, где применение магии намечалось значительное, это умение не делало особой «погоды».

Для разгрузки уже кипевшего от всей этой магической премудрости мозга, жрица несколько раз ходила в зал, где практически отдыхала, устраивая спарринги чисто на железе, сразу с двумя и даже с тремя дроу, которые по одному, давно уже не являлись ей достойными соперниками. Благодарное тело, отзывалось приятной истомой, после таких поединков, где девушка воистину отрывалась, насыщая бои, своими излюбленными, молниеносными уклонениями, уходами и рывками, не отслеживаемыми простым глазом.

– Изящная смерть, ты воистину великолепна! – Слышала она восхищенные выдохи, как от многочисленных зрителей, так и от только что поверженных ею соперников, низко склоняющихся перед ней и ее мастерством.

Жрица коротко кивала, не слишком радуясь, даже внутренне, очередным похвалам дроу, которых она давно уже переросла в искусстве боя. Но на дальние походы в казармы, за настоящими тренировками, у нее не было ни времени, ни желания, так как любая из них могла закончиться встречей с Фел’линдиррой, с неминуемым вызовом ее, молодой жрицей, на суд богини, разрешение на который у нее пока еще не было.

Конечно, на самом-то деле, оно и не особенно и требовалось, по всем канонам данного поединка. Вполне достаточно было призвать в свидетели своего вызова богиню, но портить так удачно складывающиеся отношения со старой Сабал’л, она не хотела, да и беспокоить по таким пустякам саму Л’лос, лишний раз тоже не стоило. Кроме того, время, отпущенное ей главой Дома до экзамена, позволяло ей на самом деле, максимально снизить время кастов и довести их до полного автоматизма, что во время боя существенно повысит ее живучесть.

Все свободное время, не занятое работой в храме, по подготовке и участию в текущих службах и ритуалах, она проводила в нескончаемых заучиваниях и тренировках заклинаний, старательно выкраивая каждую долю секунды, стремясь максимально сократить время их кастов. Даже по дороге, она шептала их себе под нос, ловя на себе недоуменные взгляды встречных дроу. Возможно, ее даже могли посчитать не совсем в своем уме, но ей было всё равно, а количество тех, кто стоял выше ее по иерархии в Доме, можно было буквально пересчитать по пальцам двух рук и при этом даже остались бы свободными три штуки.

Наконец, наступил тот день, когда ей пришлось предъявлять свои успехи или неудачи, это уже как решит экзаменатор, перед верховной жрицей. Волнения у Анл’луриин, уже не было. Нескончаемые касты, давно уже снившиеся ей, даже по ночам, были настолько многократно ею отработаны, что каждое их слово или жест, превратились во что-то, скорее напоминающее почесывание носа или смахивание пылинки со своего плеча. Именно настолько всё было доведено до рефлекторного автоматизма, когда не задумываешься о том, что делаешь, продолжая все свое внимание уделять совершенно иным, попутным действиям, или отстраненным размышлениям.

Тренировочного поединка, на который настраивала себя Анл’луриин, не случилось. Верховная жрица, сегодня либо была не в духе, либо же занята более важными мыслями, потому как периодически выпадала из череды представляемых жрицей связок, не обратив никакого внимания, даже на несколько явных шероховатостей, которые сама Анл’луриин, с досадой отметила в своем исполнении.

В общем и целом, сама испытуемая, осталась довольна тем, как прошел показ ее магического мастерства. За то время, что она тренировалась самостоятельно, прогресс был явным, а время, затрачиваемое на очередное заклинание, существенно уменьшилось.

– Неплохо! – Прокомментировала, наконец, всё увиденное ею Сабал’л, вернувшись к созерцанию, творящей очередную сложную связку, молодой жрице. – Конечно, можно было бы сделать ее немного по-другому, как выбрала бы я сама, но и этот, твой вариант, вполне имеет право на существование. Скорость твоего каста, пока еще не дотягивает до той, что я видела в исполнении твоей будущей соперницы, но и гнаться тебе за ней сейчас – абсолютно бессмысленно. Между вами столетия ее боевого опыта, которые никак не втиснуть в недели или даже в год, твоих самых упорных тренировок.

Анл’луриин лишь кивнула, соглашаясь с очевидным. Если с техникой и скоростью работы с железом, как она надеялась, был примерно паритет, пусть с небольшим преимуществом Фел’линдирры, за счет ее опыта, то в магии – она явно не дотягивала до своей соперницы. Единственным преимуществом молодой жрицы, оставались только скорость ее с детства тренированного тела и его отличная гибкость, а так же взрывная внезапность и уникальность ее техники ведения боя, которая не имела аналогов, а потому нигде и никем не преподавалась. Анл’луриин не слишком тешила себя надеждой, что до соперницы не дошли эти ее уникальные способности. Но она твердо знала, что самые свои «убойные» комбо – связки из двойных ударов, а так же ее текучие, смазанные телодвижения в бою, сопернице не известны, потому что она тренировала и использовала их только наедине с Найл’лотом, когда была полностью уверена в том, что их никто не видит.

– С неделю назад, я разговаривала с Л’лос, – продолжила тем временем верховная жрица, всё так же задумчиво. – И если сам разговор тебе не нужно знать, то вот ее реакцию и последующий ответ на мой вопрос, о вашем предстоящем поединке, тебя наверняка заинтересует.

– Конечно, заинтересует! – Тут же вскинула глаза, на продолжающую тянуть слова Сабал’л, молодая жрица.

– Она была, предсказуемо неоднозначной, – поморщилась верховная жрица, растирая, видимо, тут же занывшее, при воспоминании об этой «неоднозначной реакции богини», свое правое плечо. – Но вот сам ответ, оказался менее радикальным и гораздо более информативным. Она сказала, цитирую дословно:

«Пусть моя крестница никогда и ничего не боится. Я буду с ней, в этом ее бою».

Анл’луриин, тут же вспомнила, как сама Л’лос наградила ее новым именем, и то чувство ощущения силы богини, всегда теперь присутствующее внутри нее, тут же омыло ее душу мягким теплом. С тех пор, она всегда ощущала присутствие частички мощи от своей «крестной», но осознание того, что Л’лос самолично будет наблюдать за ней во время «суда», наполнило ее новым витком, растекающейся по ее жилам, божественной благодати.

– Покажи всё, на что ты способна! Неудачниц и слабых, Л’лос не любит, к тому же ее отношение к любому дроу, может кардинально поменяться, в любую секунду. Постоянных «любимчиков» у нее и ранее не было и, наверное, никогда уже и не будет! – Поделилась своим опытом Сабал’л, продолжая разминать, судя по всему, полученный очередной «подарок» от вспыльчивой и, не слишком обременяющей себя сдержанностью, грозной богини, оставленный ею, на правом плече верховной жрицы.

Анл’луриин снова кивнула в ответ, прекрасно и сама понимая, что поговорка: «на бога надейся, но и сам не плошай» актуальна всегда и во всех мирах. Естественно, осознание того, что в самый критический момент на помощь может прийти богиня, наделяло ее уверенностью, но с другой стороны, она понимала, что гораздо логичнее, до такого случая их поединок не доводить. Пусть лучше будет в бою приятный сюрприз, чем досадная оплошность, при которой жизнь ее будет зависеть от милости, весьма переменчивой в своих личных симпатиях и антипатиях, их вспыльчивой богини.

Каждая со своими мыслями, на том женщины дроу и расстались, направившись при этом в разные стороны. Вопрос по «суду Л’лос» был решен, и теперь ничего не мешало Анл’луриин смело появиться в казармах, или где-то в другом месте пересечься с Фел’линдиррой. Она прекрасно понимала, что любая из них приведет к очередным колкостям или издевательским замечаниям со стороны старшей жрицы, но только в этот раз, терпеть это всё, девушка не собиралась. Она шла по коридору в свои покои, погруженная в свои мысли, не замечая никого вокруг.

– Анл’луриин! – Голос за спиной заставил ее резко развернуться.

Фаэрил’л, как всегда великолепная и ослепительная, стояла на открытой террасе, мимо выхода на которую, молодая жрица только что прошла. Это было то самое, любимое Анл’луриин место, где не слишком часто можно было встретить кого-либо. Но зато с него открывался довольно-таки широкий обзор, позволяющий рассмотреть большую часть пола их Пещеры.

– Зайди сюда на минутку, дочь! – Поторопила ее старшая жрица.

Анл’луриин молчаливой тенью проследовала наружу, где привычно уселась на широкий, окаймляющий по периметру всю выносную площадку, каменный парапет. На самом деле, ей совершенно сейчас было не до разговоров, особенно с таким умным и проницательным собеседником, на лету ловящим малейшие нюансы в словах и мимике, особенно у слишком уж хорошо знакомой, собственной дочери.

– До меня дошли некоторые слухи, о твоих не слишком хороших взаимоотношениях с моей напарницей по Пути войны. Я не слишком хорошего мнения о самой Фел’линдирре, но как старшая жрица именно этого Пути, она более чем достойна, чтобы занимать как свою должность, так и возглавлять готовящийся Поход. Кроме всего прочего, она занимает вторую ступень во властной структуре нашего Дома, а ты, хоть и всего лишь на один ранг ее ниже, тем не менее, еще слишком молода и неопытна, чтобы хоть в чем-то сомневаться, или упаси Л’лос, с чем-то не соглашаться, или тем более перечить ей, даже в сторонних, приватных разговорах.

– Хорошо, мама, я и не собиралась этого всего делать. – Спорить, что-то рассказывать, или доказывать свою правоту, у Анл’луриин не было сейчас ни желания, ни сил.

– Я знаю, что ты у меня достаточно умная для того, чтобы не совершать подобные глупые ошибки. А если у тебя возникнет какая-то потребность в решении ваших с Фел’линдиррой вопросов, или улаживания личного недопонимания, то ты всегда можешь обратиться ко мне. Я с ней тогда поговорю уже на равных, и мы все вместе разберем все накопившиеся у вас с ней проблемы.

– Хорошо, мама! – Анл’луриин склонила голову в жесте покорности, и тихонько проскользнув мимо с подозрением взирающей на нее Фаэрил’л, быстрым шагом направилась к себе.

Лишь захлопнув за собой дверь в свои личные покои, она выдохнула и с блаженством распласталась на своем любимом кресле, вытянув ноги к решетке ярко горящего камина, дарящего ее стройным, длинным ногам приятную, мягкую, обволакивающую теплоту. Бесконечно тянущийся сегодня день, наконец-то подходил к концу, а завтрашние сутки, обещали быть еще более насыщенными на важные события.

Анл’луриин посидела еще несколько минут у огня, и лишь потом поплелась в соседнюю комнату, где с удовольствием, впервые за несколько недель, самостоятельно приняла пахнущую пряностями и хвоей ванну. А затем, не вытираясь, мокрая, она упала на кровать, и тот час провалилась в тяжелый, мрачный сон. В нем ей мерещились бесконечные заклинания, магические щиты, всполохи огненного дыхания самой Л’лос, клубы мрака и жадные, волосатые педипальпы Корел’лона, тянущиеся из мглы, к ее обнаженному, застывшему от леденящего холода прямо на жертвенном камне, юному и беззащитному телу.