ереписать текст самостоятельно? Даже не учитывая затраты на пергамент или бумагу, это для большинства людей была совершенно нереальная задача. Я уже не раз говорила, что не каждый умеющий читать человек мог написать что-то кроме своего имени, а уж искусство каллиграфии или хотя бы способность писать разборчиво и без ошибок было очень ценным умением, не зря переписчики получали за свою работу большие деньги.
Ну и, наконец, переписывание книг – дело очень долгое. Попробуйте переписать вручную хотя бы «Евгения Онегина», желательно пером и чернилами без клякс. Томик Пушкина наверняка есть у вас в домашней библиотеке, я уж не говорю про то, что сейчас все можно найти в интернете. А в Средние века все было иначе: чтобы переписать книгу, ее надо было сначала где-то взять, а это само по себе непростое задание. Каждый экземпляр был личный, кому-то принадлежал и стоил больших денег. Просто так его никому не давали, а уж тем более на несколько недель, нужных для переписывания. Могли дать в обмен на какую-то другую книгу – такое практиковалось между знатными персонами и крупными библиотеками. Иногда в университетских или епископских библиотеках книги выдавались на руки, но за деньги и под залог, и каждый день стоил достаточно дорого.
Не зря активным копированием рукописей на заказ, на продажу и на обмен занимались в основном монастыри. Потому что у них были все ресурсы и возможности – собственные библиотеки и определенное количество грамотных и специально обученных монахов, чьим главным послушанием (то есть работой) было именно переписывание книг. Некоторые крупные монастыри переписывали по несколько тысяч рукописей в год. И очень хорошо на этом зарабатывали.
В университетских городах при желании была возможность заполучить рукопись того самого эконом-класса. В Болонье, например, существовала отработанная система переписывания рукописей по частям, можно сказать, поставленная на поток. Если говорить совсем кратко, то писцы брали у специальных людей куски учебных рукописей и переписывали их, а потом соединяли в одну.
Если чуть подробнее, то при большинстве университетов работали так называемые стационарии – люди, у которых хранились образцы необходимых для учебы рукописей. Эти образцы назывались экземплярами. Их давали желающим переписать напрокат, за деньги. Но чтобы качественно и красиво переписать один экземпляр, требовался целый год. А год проката целого экземпляра стоил дорого. Поэтому умные болонцы придумали не переплетать экземпляры в книгу, а оставлять в виде набора тетрадок (четыре-восемь страниц) – так называемых «пеций». И для копирования желающие брали пеции напрокат по очереди. Это было и дешевле, и удобнее, потому что так один трактат могли одновременно переписывать хоть сто писцов – каждый брал по одной пеции, через неделю ее сдавал, брал другую. Главное было – порядок не перепутать.
Но у дешевых копий и качество было соответствующее. Переписчики спешили, делали ошибки, в том числе и очень серьезные, а кроме того, они часто совершенно не разбирались в предмете, которому была посвящена рукопись, не понимали терминов и могли в некоторых случаях выдавать просто бессвязный набор слов, заменяя непонятные им термины на какие-то похожие по написанию слова. Франк Сутермер в статье «Exemplar и pecia. Производство юридических рукописей в Болонье в XIII–XIV вв.» пишет, что такие дешевые и скоростные переписчики «вносили свою лепту в дальнейшее искажение текста. Учившийся в Болонье и преподававший в Париже канонист Энрике Сузанский Остиец (Hostiensis) (ум. в 1271 г.) писал в «Сумме» на Liber Extra, что «продажные и необразованные переписчики портят и искажают тексты». Кроме этого, стационарии и писцы считались людьми очень ненадежными. Болонский легист Одофредо (Odofredus) (ум. в 1265 г.) называл их «плутами и мошенниками»; столетие спустя с ним соглашался Альбериго да Розате (Albericus de Rosate) (ум. в 1360 г.): «по большей части они мошенники и не держат данного слова». Их поведение настолько раздражало болонских юристов, что в начале XIII века они даже разработали правовое обоснование для мер, касающихся переписчиков, которые не выполняют обязательств по договорам. По единодушному мнению юристов, в случае, если копиист просрочивал сдачу работы, его следовало заключить в долговую тюрьму Malpaga (букв. «плохой плательщик»), где он должен был на хлебе и воде продолжать свою работу вплоть до завершения. Такая же практика существовала во Франции и в Испании»[104].
Также он отмечает, что переписчики, работавшие в университетских городах, по большей части были профессиональными писцами. Только в последние десятилетия XIV века переписчиками стали работать бедные студенты, которые таким способом зарабатывали себе на жизнь и обучение, а также студенты, отчисленные из университета.
Но повторюсь: это специфика именно университетских городов, и получить так, по частям, для переписывания можно было только те книги, по которым велось обучение в данном университете.
Так что, возвращаясь к вопросу о том, почему научно-популярные труды чаще всего писались в стихах, я повторю, что пусть это и странно на современный взгляд, но чаще всего куда проще было выучить всю нужную информацию наизусть. И авторы книг это прекрасно знали. Поэтому стихотворные научно-популярные трактаты составляли немалую долю в средневековой литературе.