Никогда не думал, что тот день, когда я разделаюсь со своим главным противником, станет худшим в моей жизни.

Мы все продумали и заранее подготовили, учли все нюансы и возможные сложности. Это была идеально спланированная операция, в которой не могло быть промаха. Я все учел, кроме того, что Стас окажется предателем.

Когда я понял, что Алисы нет, страх и отчаяние навалились на меня, разрывая душу на части. Я много раз бывал в переделках, и не один раз бывал на грани жизни и смерти. Но не разу я не чувствовал такой животный ужас от случившегося. А самое ужасное было в том, что датчик в ее кольце не работал, и я не мог установить, где она сейчас.

Всегда логичный и практичный, теперь я походил на раненного зверя, который готов крушить все вокруг, убивая каждого, кто попадет под руку.

Но, что это меняло?

Без жалости стрелял в охранников Аллигатора, которые появлялись вокруг нас, словно из-под земли. Но разве это вернет Алису? Я ненавидел их всех и презирал себя за то, что не уберег самое ценное, что у меня было.

Когда позвонил Стас, я совсем уже дошел до ручки. Его требование отдать все, что у меня есть, отписать все бизнесы и имущество не вызвало во мне страха потери. А вот страх за любимого человека стягивал внутренности тугим узлом, причиняя почти физическую боль.

— Ты все подпишешь и отдашь курьеру, — говорил самоуверенно Стас в трубку. Руки сами сжимались в кулаки, и телефон скрипнул, зажатый в руке. — Или я пришлю ее тебе по частям. — А вот это он зря сказал. Убью тварь!

— Если хоть волос упадет с ее головы, ты будешь просить о смерти, — прошипел в трубку, и Стас противно хохотнул в ответ и отключился.

Телефон снова зазвонил, но на экране высветился знакомый номер.

— Есть новости? — спросил Князев, который, конечно, был в курсе запланированной операции. Да, есть. Но тебе, Макс, совсем не понравится, что мне плевать на то, что Аллигатор мертв. Ведь империю Князя я все равно отдам, вот так глупо и всю сразу. Потому что видеть счастливый блеск голубых глаз для меня важнее всего этого.

— Понятно, — сказал он спокойно, выслушав мою тираду, щедро сдобренную трехэтажным матом. — Подпиши бумаги и забери девчонку. А дальше мы разберемся.

Я не верил своим ушам. Неужели Князев согласится все отдать? Или есть другое решение? Сейчас я не мог здраво мыслить, мозг лихорадочно метался в страхе потерять Алису.

Когда ко мне пришел курьер с документами, я все подписал. И почти сразу после этого, мне на телефон пришла смс с координатами склада, того самого, который мы такими титаническими усилиями когда-то забрали у Торонина. Мог бы и догадаться прочесать чертовы склады!

Не помню, как доехал туда, жал на газ, не сбавляя скорости. Алиса была без сознания, когда я ее нашел. Жива, и, кажется, он не причинил ей вреда. Быстро осмотрел ее, и, кроме синяков и царапин, никаких травм не нашел. Почувствовал облегчение от того, что она цела и невредима, смешанное с радостью и нежностью, как всегда, когда смотрю на нее. Такая маленькая и хрупкая, и такая моя. Моя девочка.

Поднял на руки спящую девушку и отнес в машину. Аккуратно уложил ее на заднем сидении авто и повез к Максиму, ведь мой дом теперь мне не принадлежал. Нужно было спрятать ее, убедиться, что она в безопасности. А нет места безопаснее, чем дом Князя. Это сейчас он мэр, и находится по другую сторону закона от меня. Но в прошлом это самый опасный и влиятельный криминальный авторитет города, на месте которого еще пару часов назад был я.

— Ты можешь отнести ее в комнату для гостей на втором этаже, — сказала Лена. Она стояла рядом с Максимом, и не задавала лишних вопросов. Наверняка Максим уже переговорил с ней.

Отнес Алису в спальню, аккуратно положил на кровать. Она тихо спала, похожая на спящую красавицу из сказки. Светлые волосы рассыпались по шелковым простыням, а на бледном лице хорошо видны синяки под глазами. Провел рукой по щеке, ощущая бархатистость кожи. Только теперь, когда, чуть было, не потерял ее, понял, как сильно она мне дорога. Эта девочка стало моей слабостью, уязвимым местом, а, значит, пока я рядом, она никогда не будет в безопасности. И мои враги теперь знают, как много она для меня значит.

Я смотрел на нее, и тот факт, что я потерял сегодня все, отходил на задний план, теряя свою значимость. Казалось, что только теперь я обрел свободу, которой у меня никогда не было. Вот сейчас, с этого момента, я мог начать все заново. С чистого листа. Так, словно и не было никогда всех этих банд, разборок и перестрелок. Зато рядом со мной была та, кто дороже любых денег и власти. Мы могли бы жить спокойно и счастливо, у нас была бы самая обычная семья, которых много. Этого мне хотелось больше всего. И плевать на все утраченное добро, уже не один раз омытое кровью, и не только моей.

Нарисованная в воображении картина нашей совместной жизни, в которой нет всей этой грязи, постоянно окружавшей меня, давала ощущение душевного тепла и умиротворения. Я решил, что ничего не стану возвращать, просто потому, что самое главное я уже обрел. С этими мыслями я вышел из комнаты и спустился по лестнице.

Максима нашел в кабинете. Он поднял на меня глаза и, казалось, все понял по моему ответному взгляду. Я зашел в кабинет и устало опустился в кресло напротив большого дубового стола, за которым сидел Макс. Не говоря ни слова, он встал и подошел к мини-бару, наполнил два бокала янтарной жидкостью, протянул один мне. Сделал глоток и алкоголь обжег внутренности. А я ведь и забыл, что не ел уже почти сутки.

— Я понимаю тебя, — сказал тихо друг. Он не один раз спасал меня от смерти в те времена, когда мы выгрызали свое место под солнцем. А теперь он понимает почему я хочу уйти, отдать все?

Максим замолчал, а я устало прикрыл глаза, вспоминая все наши победы былых лет, от которых тогда кружилась голова, и которые казались такими незначительными теперь, на фоне страха потерять Алису.

— Ты не можешь уйти, — прозвучал в тишине голос Максима. — Твоих ребят не пощадят, если ты сейчас все бросишь. — Его слова звучали как приговор, как жирная точка в красивой сказке моей счастливой семейной жизни. Но я знал, что он, блть, прав. Когда-то я взял на себя ответственность за жизни людей в своей команде. И сейчас бегство капитана корабля означало неминуемую гибель команды. — Ты должен все вернуть.

Да, должен. Я должен тем людям, которые не раз рисковали своей жизнью во имя моих целей. У этого города будет свой Князь криминала, но только от моего решения сейчас зависит, буду это я или кто-то другой. А предать своих людей я не мог. Точно так же, как не мог дать Алисе спокойную жизнь, если она останется со мной.

— Что ты предлагаешь? — спросил, устало глядя Максу в глаза.

— Мои люди уже нашли Стаса. Как я и думал, он действовал не один.

Мои брови удивленно поползли вверх. Как я сразу не догадался, что Стас, с его-то куриными мозгами, не придумает один всю эту аферу. Конечно, он был не один. Но кто посмел?

— Торонин, — ответил Макс на мой немой вопрос.

Вот гнида! Убью падаль!

— Не спеши, — сказал Макс примирительно, читая мои мысли, как в открытой книге. — Есть идея получше.

* * *

Найти Валерию Лукьянову оказалось просто, она открыла двери своей квартиры, думая, что пришел курьер. Мы с парнями удобно расположились у нее дома, ожидая, пока Торонин примчится спасать ее, аки рыцарь, и он не заставил себя долго ждать. До того момента, пока я не приставил пистолет к голове Лукьяновой, даже не понимал, как она дорога ему. Но тогда, глядя в его глаза, я увидел отражение своих страхов касаемо Алисы. Тот самый человек, который вертел миллионами, ловко составляя финансовые схемы и лихо манипулируя законами, когда ему это было нужно, теперь выглядел, как испуганный мальчишка, у которого вот-вот отберут его любимую игрушку.

Торонин даже не пытался торговаться, он без разговоров отдал мне недавно подписанные мною бумаги, которые я тут же сжег. Пока я ждал его, хотел убить, как только его нога ступит на порог квартиры. А, когда увидел, как он смотрит на девушку, злость ушла. Мы были заклятыми врагами, каждому из которых было что терять. И теперь каждый из нас понимал это. Кивнул ему и вышел из квартиры, сделав знак своим ребятам уходить.

Стаса мы нашли быстро. Этот урод ударился в бега, как только понял, что Торонин отвернулся от него. А без влиятельного покровителя этот слабак был ни на что не способен и хорошо это понимал. И я знал, что ему не жить с того момента, как мы начали поиски. Не потому, что я пристрелю его, а потому что мои ребята, те, которые еще вчера считали его соратником, и которые презирали предателей, разберутся с ним сами. Так и случилось.

Валера, который стал моим помощником вместо Стаса, коротко сообщил о том, что Стас был найден мертвым, и я понимал, кто с ним расправился. Смерть от рук вчерашних товарищей по оружию считалась самой постыдной в криминальном мире, но именно ее он заслужил.

Бесконечно длинный день подошел к концу. А меня ждал самый сложный разговор в моей жизни.

По пустым ночным улицам я очень быстро добрался до особняка Князева, и мне тут же приветливо открыли ворота. Вошел в дом и стал подниматься по лестнице. Каждый шаг, как приговор, приближал меня к тому, что я скоро потеряю Алису навсегда.