Когда я, обмотав голову полотенцем, выхожу из ванной, на кровати лежит мой мобильный. Радостно подскакиваю к нему, проверяя все ли контакты на месте. И, убедившись, что все на месте и сим-карта тоже есть, радуюсь, как ребенок, получивший призовую конфету.

В чате сотни пропущенных сообщений. Когда-то давно мы с подругами создали этот чат, чтобы всегда быть в курсе событий, которые происходят в жизни каждой из нас. И теперь я жадно листаю ленту пропущенных, за дни моего заточения, переписок. Наверное, половина этих сообщений на тему «куда пропала Алиса?», и я улыбаюсь, как дурочка, радуясь, что обо мне не забыли.

«Всем привет», — пишу в чат.

«Привет, пропажа!», — тут же строчит Наташка.

«Привет, куда пропала?»

«Где пропадала?»

И дальше в том же духе куча сообщений. Вот только… что отвечать мне на это? Как объяснить, куда я пропадала на несколько дней? Ну, не рассказывать же им, что я теперь замужем, ей-Богу! Да и замужеством мое теперешнее положение трудно назвать. И, если верить Николаю, то меня тут взаперти никто не станет держать. А значит, я могу и дальше жить своей привычной жизнью, тусить с друзьями и ездить на учебу. А мои друзья и одногруппники могут даже не знать о смене моего статуса.

«Мачеха разбила мой телефон. И я все эти дни была без связи», — нагло вру в чат. Отмазка так себе, но, будем надеяться, что прокатит.

«Рада, что ты снова с нами», — пишет Наташа.

«Да, классно», — отвечаю в чат.

«Сегодня идем в клуб. Ты с нами?» — пишет мне подруга. В клуб? А почему бы нет?! Сказал же, что я могу ехать, куда мне надо. Только водителя предупредить осталось. Да и из тех платьев, что теперь висят в моем шкафу, наверняка найдется хотя бы одно подходящее.

«С вами)))».

Отключаю чат и иду к шкафу с одеждой. Не знаю, кто выбирал мне все это, но разнообразие одежды впечатляет. Можно сказать, тут есть все и на все случаи жизни. И самое странное — размер идеально подходит. Впервые за все время пребывания в этом доме я радостно копаюсь в шкафу в надежде найти подходящий для клуба наряд.

Уже через полчаса, когда поиски не увенчались успехом, я разочарованно выдыхаю. Надо же! Куча тряпья и нет ни одного короткого платья или мини-юбки. Ну, вот кто ходит в клуб в таких вот платьях, длиной до середины икры? Одежду то мне выбрали, вот только вся она по-монашески скучная. Хорошо еще, что хоть джинсы имеются. Но всего одни, зато сидят как надо. А вот сверху что?

Пересмотрев кучу рубашек, классических как на подбор, я уже было отчаялась. Но тут мой взгляд зацепился за нижнее белье. Вернее, за шелковую пижаму, состоящую из майки и коротких шорт. Меряю майку на голое тело, и она прохладным шелком мягко струится по фигуре, не обтягивая, но подчеркивая женственные изгибы. Я удовлетворенно улыбаюсь своему отражению. А еще, как ребенок радуюсь, когда на дне шкафа нахожу коробку с изящными босоножками на высоком каблуке.

Прячу обратно в шкаф свои находки до вечера. Еще не хватало, чтобы кто-то испортил мне вечер тем, что не вовремя решит, что мне не стоит сегодня куда-то выходить. И только дождавшись позднего вечера, начинаю наряжаться.

Достаю все припрятанные находки и надеваю. Удовлетворенно рассматриваю себя в зеркале. Только сумочки не хватает, но ее я нахожу в том же шкафу. Маленький красный клатч как нельзя лучше подойдет для сегодняшней вылазки.

Волосы распускаю, и они рассыпаются каскадом по плечам. Так уже лучше. Еще осталось нанести макияж, что я и делаю. Подвожу брови и выделяю глаза, делая яркий смоки. Побольше туши на ресницы, и теперь мои глаза будет видно в другом конце зала. Подкрашиваю губы прозрачным блеском и выхожу из комнаты.

Хотя я точно знаю, что Николай еще не возвращался, мимо его кабинета крадусь на цыпочках, словно боясь быть застигнутой врасплох. Меня никто не останавливает, и я быстро выхожу из дома. Подбегаю к машине во дворе, возле которой нахожу водителя. На мою просьбу отвезти меня в клуб он кивает, и я забираюсь на заднее сидение автомобиля.

Машина останавливается возле клуба, я бодро выпрыгиваю из салона и, обернувшись назад, вижу, как водитель паркует авто возле здания. Наверное, он будет ожидать меня здесь. Я не знаю, как отношусь к этому, ведь я не привыкла к столь пристальному вниманию. Даже когда был жив отец, в клуб я ездила незаметно для него, сбегая из дома. И, конечно, никто и никогда не подвозил меня и не ждал возле здания. И как объяснить своим друзьям все это? Ладно, потом придумаю, как незаметно сбежать. А сейчас и захожу в клуб и быстро нахожу своих друзей глазами.

— Привет всем, — говорю, стараясь перекричать музыку и докричаться до своей компании. Они оборачиваются и радостно улыбаются мне.

— Привет, пропажа, — слышу со всех сторон. Подруги подходят ко мне и по очереди обнимают и целуют в щеку.

— Смотри, кто здесь, — говорит Наташа, указывая за наш столик. Я тут же узнаю в парне, который сидит за ним, Лешу. Моего Лешу. Вот черт! А ведь я совсем о нем забыла за всеми переживаниями последних дней. Я видела на телефоне кучу пропущенных вызовов от него, но не перезвонила. Честно признаться, мне больше хотелось пойти танцевать, чем объяснять ему, где я пропадала. Да и встречи с ним притягивали самой возможностью нарушить запреты мачехи. А теперь, когда мачеха была далеко и не могла доставать меня, вся прелесть наших свиданий резко померкла.

— Привет, — шепчу себе под нос. Он, конечно, не слышит меня из-за музыки, которая гремит вокруг. Но я точно знаю, что по моим губам он верно прочитал приветствие.

— Привет, — также шепчет одними губами. Он встает и подходит ко мне, обнимая за талию. Я не сопротивляюсь, а только делаю шаг ему навстречу.

— Потанцуй со мной, — просит он, наклонившись к моему уху. А я только сейчас понимаю, что быстрая мелодия сменилась медленным танцем. Киваю ему в ответ, и он ведет меня за руку на танцпол.

Притягивает к себе за талию, наклоняясь ко мне.

— Ты не отвечала на мои звонки так долго, — говорит мне в самое ухо. — Я волновался.

— Мачеха разбила мой телефон. Прости. — Вру и не краснею. Он зарывается носом в мои волосы. Я не мешаю ему и не останавливаю. Но трепета от его прикосновений не ощущаю.

— Я соскучился, — шепчет снова. А я нет. Странно, но факт. Я совсем по нему не скучала. А ведь была уверена, что влюблена в него.

Он наклоняется к моим губам и целует, сначала нежно, потом все более настойчиво. Я не останавливаю его, отвечаю на поцелуй. Думаю только о том, что вот сейчас прежние чувства вернуться. Ну, ведь должно же так быть, правда? Я так привыкла к нему, что теперь мне непонятно, что произошло. Почему я во время поцелуя ощущаю только его слюни, которые даже раздражают немного. Мокро и противно. А раньше нравилось. Углубляю поцелуй. Но ведь должно же быть хоть что-то! Парень опускает руки и сжимает мои ягодицы сквозь плотную ткань джинсов. Я все это чувствую, его руки и губы. Но дыхание не сбивается и сердце не ускоряет ритм. Набор механических действий. И мне даже странно, что он не чувствует, насколько изменилось мое отношение к нему. Я была уверена, что мы созданы друг для друга. Но разве бывает, что двое созданных друг для друга людей совершенно друг друга не чувствуют?

Додумать эту мысль я не успеваю. Какая-то сила отбрасывает меня от Леши и разворачивает на сто восемьдесят градусов. В недоумении открываю глаза и вижу перед собой широкую грудь, обтянутую черной рубашкой. Поднимаю глаза и упираюсь в светло-голубые глаза моего мужа.

Он смотрит на меня, сверху вниз, нависая надо мной и подавляя своей энергетикой. Я чувствую его раздражение, гнев и сдерживаемую ярость. Надо бы испугаться, но страха нет. Я протягиваю руку и кладу ладонь ему на грудь. Ощущаю под пальцами твердость его мышц и гулкое биение сердца.

— Эй, ты кто такой? — слышу голос Леши за своей спиной. Николай отрывает от меня взгляд и одним ударом отправляет парня в нокаут. Поворачиваю голову и вижу, как тот лежит на полу, раскинув руки.

— Ты с ума сошел! — кричу и опускаюсь на колени возле Леши.

Вроде, дышит. Не знаю, что было бы со мной, если бы он сейчас убил парня. Крепкие руки подхватывают меня под локти и придавливают к крепкому телу, поднимая на ноги. Я не сопротивляюсь, понимаю, что силы слишком не равны, и это бесполезно.

— Отпусти меня, — кричу, чуть повернув голову в его сторону. Он тут же разворачивает меня к себе и закидывает себе на плечо, словно куклу. Идет к выходу, а я луплю его, что есть силы, по спине, выкрикивая ругательства. Ну, что за человек такой? Леше наверняка нужен врач, нужно отвезти его в больницу, а ему все равно.

Мужчина доносит меня до своего внедорожника и ставит на ноги. От резкой смены положения тела в глазах все плывет и темнеет, но это быстро проходит. Он заталкивает меня на переднее сидение авто и пристегивает ремнем безопасности. Сам обходит машину и садится за руль.

— Что ты наделал?! — кричу ему. — Нужно отвезти его в больницу. А вдруг у него сотрясение? Ему нужна помощь…

— Лучше молчи! — рявкает, грозно сверкнув глазами в мою сторону. Никогда раньше я не видела его таким. Никогда раньше он не смотрел на меня так, с такой яростью. Резко замолкаю и вздрагиваю, когда машина трогается с места, взвизгнув шинами.

Мужчина достает из кармана брюк мобильный телефон.

— Уничтожьте все записи с камер наблюдения. — Командует он в трубку. — У всех посетителей проверьте телефоны и удалите все видео и фото сегодняшнего вечера.

Отключает звонок и засовывает телефон обратно в карман. Я несмело смотрю на него и замечаю, как на лице его ходят желваки и как он до скрипа сжимает руль.

— Зачем видео все удалять? — спрашиваю его почти шепотом, потому что мне кажется, что он вот-вот сорвется. — Подумаешь, клуб. Ничего такого я не сделала.

— Затем, что ты моя жена! — орет он на весь салон, и я вжимаю голову в плечи, ожидая чего угодно — удара, крика, оскорблений. Он на взводе и я, наблюдая его сейчас, не понимаю, как он сдерживается. Смотрю на пальцы, сжимающие руль. Рукава рубашки закатаны по локоть, и его мускулистые руки, обвитые сеткой вен, заставляют меня залипнуть на них взглядом. Отчего-то приходит в голову мысль, как бы эти руки смотрелись на моих бедрах. Тут же краснею и отворачиваюсь к окну.

На бешеной скорости мы очень быстро доезжаем до особняка. Едва машина тормозит во дворе, я выскакиваю из салона и бегу в дом. Надеюсь быстро сбежать в свою комнату и не слушать больше его наставлений. Не станет же он меня воспитывать? Тоже мне папочка нашелся!

Добежать до своей комнаты не успеваю. Сильные руки хватают меня за локти и разворачивают. Я упираюсь носом в его грудь. А он хватает мои запястья и придавливает к стене за моей спиной, наваливаясь на меня своим телом. Мелькает мысль, что мне нравится ощущать тяжесть его тела на себе. В то же мгновение он склоняется к моим губам и впивается в них поцелуем.

Его поцелуй наглый, жадный. Он тут же раздвигает мои губы языком и пронимает им в рот, проводит им по небу, захватывает мой язык, жадно посасывая, сминает мои губы и больно кусает нижнюю. Чувствую вкус крови во рту и напряжение во всем теле. Это так грязно, пошло и дико заводит. Сердце барабанит громкими ударами, словно разбиваясь о грудную клетку и желая выпрыгнуть. Мне не хватает воздуха, я задыхаюсь от непривычных ощущений и недостатка кислорода.

— Ты этого хотела? — спрашивает хрипло, оторвавшись от моих губ. Одной рукой он продолжает сжимать мои запястья над головой, а вторую опускает мне на талию и сжимает ее пальцами. Я громко всхлипываю, а он просовывает руку мне под майку и с силой сжимает грудь. Инстинктивно подаюсь ему навстречу, прижимаясь к нему бедрами, и тут же слышу его хриплый стон мне в лицо.

Распахиваю глаза и смотрю на его лицо. Он тяжело дышит, нависая надо мной, рукой сминает полушарие груди, снова вырывая стон из моего горла. Его потемневший взгляд впивается в меня, считывает каждый вдох, каждый стон.

— Зачем ты поехала туда, дурочка? — шипит неестественно хрипло. — За этим?

Он ловко расстегивает мои джинсы. Просовывает руку мне в трусики, надавливая на клитор. Я выгибаюсь ему навстречу и громко вскрикиваю в губы. Мужчина снова жадно впивается в мой рот поцелуем, выбивая воздух из легких. Сминает плоть пальцами. Надавливает, раздвигая половые губы. Размазывает влагу, я чувствую как ее много. Вскрикиваю, когда он пальцем проникает в мое лоно, упираясь в преграду. И тут же замирает и медленно высовывает из меня палец. Неохотно отлипает от моих губ, прижимается лбом к моему лбу, нервно дышит мне в лицо.

Какое-то время мы стоим молча, не двигаясь, жадно дышим друг другу в лицо. Он первым приходит в себя, отстраняется от меня и разжимает руку, которая все еще сжимает мои запястья у меня над головой. Поворачивается ко мне спиной и уходит вниз по лестнице.

Я смотрю ему вслед, рвано дышу и не понимаю, что это было. И только, когда слышу, как захлопнулась за ним дверь кабинета, отрываюсь от стены, на которую все это время облокачивалась, и медленно поднимаюсь по лестнице на второй этаж. На трясущихся ногах я дохожу до своей комнаты и закрываюсь ключом изнутри. Знаю, что этот замок ему не помеха, но мне так спокойнее.

Быстро смываю с себя сегодняшний вечер в душе. Струи воды стекают по телу, вызывая мурашки на коже, которая стала непривычно чувствительной. Стараюсь не думать об этом и не анализировать. Знаю, что это он сделал это со мной, но лучше не думать о нем. Вытираюсь, растирая кожу до красноты, надеваю пижаму и забираюсь в постель.

Мне снится чудесный сон. Я лежу на залитой солнцем поляне. Вокруг меня цветут диковинные цветы, раньше я никогда такие не видела, с интересом рассматриваю каждый цветок. Втягиваю носом воздух, чтобы ощутить их аромат. Но вместо ожидаемого цветочного я ощущаю терпкий запах, смешанный с запахом кофе. Запах моего мужа, который тут же заполняет легкие, вызывает напряжение во всем теле, стягивая желание тугим узлом, сосредоточенным внизу живота.

— Ты тоже придешь, — слышу знакомый голос, который разносится над головой.

— Никогда! — кричу в ответ. Я чувствую решимость. А еще власть над ним. Усмехаюсь своим мыслям и удовлетворенно зажмуриваю глаза.