Нова

Я смотрю на свое отражение в зеркале и провожу ладонями по шелковистой ткани платья. Это то самое синее платье с цветами, которое я купила с Лэйни две недели назад.

Время после нашего возвращения из Вероны было спокойным. К счастью, нам удалось устроить дедушку в дом престарелых на Оук-Драйв. Истон за все заплатил, и к вечеру мы уже были в Лос-Анджелесе.

Это были двадцать четыре часа, которые я больше никогда не хочу переживать.

Я любуюсь своим длинным платьем и туфлями на высоком каблуке и не могу не признать, что чувствую себя красивой. Подняв подбородок, я говорю: — Сегодня ты заставишь Истона гордиться тобой.

Кивнув, я разворачиваюсь и выхожу из своей спальни. Как только я ступаю в коридор, дверь Истона открывается, и он замирает, увидев меня. У него отвисает челюсть, и с выражением абсолютного благоговения он произносит: — Боже, Нова. Ты выглядишь потрясающе.

Я подхожу к нему и поправляю лацканы его пиджака.

— А ты выглядишь слишком сексуально.

— Да? — Он ухмыляется мне. — Достаточно сексуально, чтобы ты перенесла свои вещи в мою спальню?

Мое сердце начинает биться немного быстрее, а брови ползут вверх.

— Серьезно?

— Мне не нравится, что мы спим в разных комнатах. — Он обнимает меня за талию. — Я хочу, чтобы ты была в моей постели каждую ночь.

Я нежно целую его в губы, а затем стираю помаду с его рта подушечкой большого пальца.

— Я бы с удовольствием переехала в твою спальню.

— Хорошо. Когда мы вернемся позже, можем перенести твою одежду в мой гардероб. — Истон с довольным видом хлопает меня по заднице. — Поехали.

Мы спускаемся в гостиную, где на диване сидит Лэйни в красивом розовом платье.

— Ты готова, моя милая? — спрашиваю я.

Она вскидывает голову и, увидев, что на мне надето, широко улыбается.

— Боже, ты выглядишь такой красивой. Это платье мне нравится больше всего.

— Спасибо. У меня лучший в мире личный стилист.

Мы все выходим из дома, и я жду, пока Лэйни заберется на заднее сиденье внедорожника, прежде чем закрыть за ней дверь. Истон открывает передо мной дверь, и, пока я сажусь на пассажирское сиденье, я не свожу с него глаз.

Сегодня он и правда выглядит слишком сексуально.

Уголок его рта приподнимается, потому что мое желание к нему, вероятно, написано прямо на моем лице.

Когда Истон садится за руль, я оглядываюсь через плечо, чтобы убедиться, что Лэйни пристегнута. Удовлетворенная, я защелкиваю свой собственный ремень безопасности, прежде чем положить руку Истону на бедро.

— Ты нервничаешь? — спрашиваю я, пока он следует за вторым внедорожником с охраной к воротам.

— Нет. А ты?

Я пожимаю плечами.

— Не у меня же будут брать интервью.

— И все же. После сегодняшнего дня все узнают, что мы в отношениях. Пресса будет следить за каждым твоим шагом.

— Не волнуйся, — говорит Лэйни с заднего сиденья. — Я научу Нову, как с ними справляться.

Истон усмехается.

— Да, потому что ты у нас уже эксперт.

— Ага.

Она так похожа на Рэйчел в ее возрасте.

От этой мысли мое сердце сжимается, и всю дорогу воспоминания о Рэйчел заполняют мой разум.

По мере приближения к месту назначения у меня в животе начинает скручиваться узел нервов, и к тому времени, когда мы паркуемся в уединенном месте, мое сердце колотится как бешеное.

Выйдя из машины, мы все собираемся вместе, и Истон говорит: — Просто держитесь позади или рядом со мной. Когда мы встретимся с Сильвией, вы останетесь с ней, пока я буду занят на пресс-конференции.

Я киваю, беря Лэйни за руку.

Истон кладет руку мне на шею и на мгновение глубоко заглядывает мне в глаза, прежде чем поцеловать в лоб.

— У тебя все получится. Не забывай дышать.

Я нервно улыбаюсь.

— С богом!

Он целует Лэйни в макушку, прежде чем пойти вперед.

Мы входим в здание, и я замечаю, что здесь только сотрудники службы безопасности. Пройдя по коридору, мы останавливаемся у двери, и Тайлер берется за ручку.

— Готов? — спрашивает он Истона.

Мое сердце бешено колотится, и я растягиваю губы в улыбке, которую отрабатывала перед зеркалом, просматривая видео с красных дорожек.

— Сделаем это, — отвечает Истон.

Дверь открывается, и Лэйни крепче сжимает мою руку. Я смотрю на нее с любовью и улыбкой, а потом снова поднимаю глаза, и мы идем дальше.

— Истон здесь! — кричит кто-то, и секунду спустя начинают сверкать вспышки камер. К счастью, все проходит организованно, и Истон продолжает идти.

— Истон, можете посмотреть сюда? — кричит репортер, и Истон останавливается на мгновение, чтобы мужчина мог сделать фото.

Это продолжается всю дорогу до зоны, переоборудованной в нечто среднее между комнатой отдыха и гримеркой. Милла Гамильтон уже здесь и разговаривает с другой актрисой, Анджелой Ривз, которая играет мать Миллы в фильме.

Из того, что мне рассказывал Истон, героиня Анджелы умирает в начале фильма, и именно тогда его персонаж дает клятву защищать героиню Миллы.

Анджела замечает Истона и улыбается.

— Эй, посмотрите, кто здесь. Не видела тебя со времен съемок в Новой Зеландии. — Она подходит ближе. — Мне так жаль слышать о твоей сестре.

— Спасибо, Анджела.

Лэйни отпускает мою руку и направляется прямиком к Милле.

В комнату врывается Шон Рассел и кричит: — Давайте начинать это шоу, народ. Главная звезда прибыла!

Его встречают взрывами смеха, после чего все начинают обсуждать пресс-конференцию.

Я оглядываюсь по сторонам и, заметив диван, который вот-вот станет моим лучшим другом, подхожу к нему и сажусь. Высокие каблуки могут стать моей погибелью. Мне понадобится время, чтобы к ним привыкнуть.

Я наблюдаю за тем, как Истон общается со своими коллегами по фильму, и думаю, смогу ли когда-нибудь привыкнуть к его славе.

Может быть да, а может и нет. Это не имеет особого значения, верно? И честно говоря, думаю, пока я справляюсь вполне неплохо.

В комнату входит Сильвия с Робертом, продюсером, и они недолго беседуют с актерами, прежде чем все начинают двигаться к двери.

Истон оглядывается, видит меня, сидящую на диване, подходит ко мне и протягивает руку.

Я быстро встаю и, вкладывая свою ладонь в его, спрашиваю: — Что будет дальше?

— Вы с Лэйни подождете с Сильвией, пока я отвечу на несколько вопросов. Как только мы закончим с промо фильма, ты присоединишься ко мне на сцене, и я сделаю объявление.

У меня такое чувство, будто мой живот борется за золотую медаль в гимнастике, выполняя сальто и вращения.

— Хорошо.

Мы выходим, и Лэйни берет меня за другую руку. Когда мы подходим к зрительному залу, где на сцене установлен длинный стол, я слышу звук, похожий на сотни голосов.

О боже.

К нам присоединяется Сильвия и, улыбаясь, говорит: — Ты выглядишь великолепно, Нова.

— Спасибо.

Мы с Лэйни остаемся с ней позади, пока актеры и продюсер выходят на сцену.

Раздается рев толпы, затем Сильвия берет меня за руку и говорит: — Если ты встанешь здесь, тебе будет отлично видно Истона. Когда он подаст знак, просто иди прямо к нему и не забывай улыбаться.

О, милый младенец Иисус в яслях.

Сильвия не замечает моей нарастающей паники и продолжает давать инструкции.

— Ты будешь по очереди улыбаться репортерам и смотреть на Истона так, будто безумно влюблена.

— Это правда, — выпаливаю я.

На ее лице расплывается широкая улыбка.

— Я знаю, но прямо сейчас ты выглядишь так, будто тебя вот-вот стошнит. — Она достает что-то из сумочки. — Возьми одну из этих. Это таблетки от укачивания. Они помогут.

Я быстро машу рукой.

— О нет, меня совсем не тошнит. Я просто нервничаю.

— Хорошо. Помни, — она загибает пальцы, перечисляя, что мне нужно делать, — улыбайся репортерам и выгляди безумно влюбленной в Истона. Если тебе зададут вопрос и ты почувствуешь, что можешь уверенно на него ответить, тогда действуй. — Она замечает кого-то и говорит: — Прошу прощения.

Пока она поспешно уходит, я смотрю на Лэйни.

— Как ты держишься?

Она высвобождает руку из моей.

— Мне скучно. Можно я пойду посижу в комнате отдыха и поиграю в телефон?

Я бросаю взгляд на ее телохранителя и киваю.

— Только возьми с собой Эдди.

Как только она благополучно уходит в зону отдыха, я переключаю свое внимание на Истона и смотрю, как он смеется над чем-то, что говорит Шон.

Я не могу оторвать глаз от своего мужчины, который очаровательно и игриво отвечает на вопросы.

Боже, я самая счастливая женщина в мире.

Проходит час, прежде чем все актеры встают, и продюсер первым выходит за дверь, бросая: — Удачи.

— Спасибо.

Истон задерживается, слушая репортера, который спрашивает: — Что у вас дальше по планам?

— Очередной боевик, конечно, — со смешком отвечает Истон.

— Вы когда-нибудь рассмотрите возможность сняться в мелодраме? — выкрикивает кто-то.

— Это не моя тема, — он поднимает руку, — но у меня есть кое-что романтичное, чем я хочу со всеми вами поделиться. — Он смотрит на меня и протягивает руку.

Была не была.

Я иду к нему, и мой нервный взгляд скользит по сотням людей.

О. Мой. Бог.

Вместо того чтобы взять меня за руку, Истон обнимает меня за плечи, прижимая к себе сбоку, и я быстро обнимаю его в ответ, не забывая при этом улыбаться.

— Я хотел бы представить вам всем свою девушку, Нову Аллен, — объявляет он.

— Значит, слухи были правдивы? — кричит мужчина. — Как долго вы встречаетесь?

— Месяц, — отвечает Истон. — Но я знаю Нову с тех пор, как мы были детьми.

— Она была подругой вашей сестры? — спрашивает женщина.

— Да. Рэйчел и Нова были лучшими подругами с первого дня в начальной школе. — Истон крепче прижимает меня к себе. — Нова приехала, чтобы помочь нам пережить последние недели жизни Рэйчел. Без нее мы бы не справились.

Я кладу руку ему на грудь, в область сердца, и смотрю на него.

Когда он опускает взгляд на меня, кто-то кричит: — Поцелуй ее!

Истон не теряет ни на секунду, наклоняется и прижимается губами к моим на несколько секунд, прежде чем снова улыбнуться толпе.

Когда все начинают радостно кричать, я усмехаюсь и улыбаюсь в ответ на вспышки камер.

Все верно. Этот потрясающий мужчина принадлежит мне.

— Вы прекрасная пара, — комментирует женщина в первом ряду. — Нова, когда вы поняли, что любите Истона?

— Когда в четырнадцать лет обнаружила у себя гормоны, — честно отвечаю я. — Но Истон был сосредоточен на воспитании Рэйчел и начале своей карьеры, что я полностью поддерживала. Я имею в виду, любая девушка подождала бы четырнадцать лет, если бы это означало получить шанс быть с любовью всей своей жизни.

— О, безусловно, — отвечает она со смешком. — Обожаю ваше платье. Где вы его купили?

— На самом деле, я не помню. Лэйни выбрала его для меня.

— Будете ли вы с Истоном совместно воспитывать Лэйни?

Я киваю.

— Да.

— Вам сложно быть для нее матерью?

Я качаю головой.

— Лэйни — потрясающая маленькая девочка. Иногда кажется, что это она у нас в доме за старшую.

Раздается смех, а затем один мужчина спрашивает меня: — Значит, вы живете с Истоном?

Истон берет инициативу на себя, отвечая: — Да.

— Можем ли мы ожидать свадебных колоколов в ближайшем будущем? — спрашивает мужчина.

Истон смотрит на меня, и уголок его рта приподнимается.

— Если бы это зависело от меня, я бы женился на ней прямо сейчас. Этот вопрос вам придется задать Нове.

Черт.

Я перевожу взгляд с Истона на репортеров, издаю смешок и говорю: — Полагаю, ему придется сделать предложение, чтобы это выяснить.

Им нравится мой ответ, и я медленно выдыхаю с облегчением.

Я не придаю слишком большого значения словам Истона и продолжаю отвечать на вопросы, прежде чем позировать для, кажется, тысячи фотографий.

Когда мы наконец заканчиваем, Истон уводит меня со сцены и целует тыльную сторону моей руки.

— Добро пожаловать в мой мир. Теперь от этого безумия никуда не деться.

Я смеюсь.

— Это было не так страшно, как я думала.

— Они тебя полюбили, — комментирует он. — Ты была потрясающей.

Я прижимаюсь к нему, пока мы идем, и поглаживаю его по груди.

— И вполовину не такой потрясающей, как ты.