Нова

— Я так рада, что ты смогла прийти, — говорит Шарлотта, когда я вхожу в прихожую ее роскошного дома.

Я оглядываюсь по сторонам и вижу нежно-розовый и белый декор, создающий теплую атмосферу.

— Спасибо за приглашение. Боже, у тебя такой красивый дом.

Когда Шарлотта пригласила меня присоединиться к их комитету по сбору средств, я согласилась без колебаний. В память о Рэйчел я хочу продолжить ее дело и заниматься всем, чем она увлекалась. До сих пор моя жизнь вращалась вокруг Истона и Лэйни, и я чувствую потребность делать что-то еще, что-то значимое. Кроме того, мне нужно произвести хорошее впечатление на прессу, а что может быть лучше, чем участие в благотворительности?

— Остальные мамы уже здесь. Давай я тебя представлю, — говорит Шарлотта. Я иду за ней в просторную гостиную, где на диванах сидят три женщины. — Это Джейми Бриджес. Ее дочь, Кейси, на год младше Порши и Лэйни, — говорит Шарлотта, указывая на женщину в спортивных штанах и футболке с надписью «Отвали».

— Привет. Мне нравится твой стиль, — говорю я ей.

Джейми улыбается, но улыбка не отражается в ее глазах. Она смотрит на меня с чем-то вроде презрения.

Выше нос, Нова. Ты не обязана всем нравиться, и тебе просто придется с этим смириться.

— Это Джейн Карлсон. Ее сын, Джош, в следующем году переходит в десятый класс.

Я одариваю женщину дружелюбной улыбкой, на которую она отвечает тем же, отчего мне становится легче после надменного взгляда Джейми.

— Приятно познакомиться, — бормочу я.

— И последняя, но не менее важная — Тори Дуглас. Ее близнецы, Шайло и Тайрел, учатся в одном классе с Поршей и Лэйни.

Оооо, мама того самого мальчика, который дарил Лэйни и другим девочкам шоколадки.

На моих губах появляется усмешка.

— Привет.

— Это Нова Аллен, и она будет нашей пятой супермамой.

— Насчет супермамы не уверена, — бормочу я игривым тоном. — Но я постараюсь изо всех сил.

Мы с Шарлоттой садимся, и она указывает на кофейный столик, уставленный закусками, соками и водой с ароматизаторами.

— Угощайся.

Джейми громко вздыхает, и, когда я смотрю на нее, мне кажется, что она закатила глаза.

Решив игнорировать эту женщину, я улыбаюсь остальным мамам.

— Нам так жаль Рэйчел, — говорит Джейн, и сострадание смягчает черты ее лица. — У нее была такая светлая душа.

Я уже привыкаю к тому, что мое сердце сжимается при каждом упоминании о подруге. В каком-то смысле это утешает, потому что я не хочу ее забывать.

— Спасибо, — тихо отвечаю я.

— Так, учебный год почти закончился, — говорит Шарлотта, отвлекая внимание от меня. — Думаю, нам нужно организовать лотерею, чтобы собрать средства для детей, которые хотели бы поехать в летний лагерь, но не могут себе этого позволить.

Следующий час мы проводим, придумывая, что можно разыграть в лотерею, а затем Джейми произносит: — Знаете, что принесло бы кучу денег?

Она одаривает меня насмешливой ухмылкой, и я нутром чую, что мне не понравится то, что она сейчас скажет.

— Что? — спрашивает Шарлотта.

— Шанс выиграть свидание с Истоном.

О, черта с два.

Вместо того чтобы выйти из себя из-за того, что весь мир знает о моих отношениях с ним, я делаю успокаивающий вдох, натягиваю на лицо вежливую улыбку и говорю: — Истон ни за что бы не согласился на подобное. Лучшее, что я могу сделать, — это достать его фотографию с автографом и кое-какой мерч из его последнего фильма.

Джейми снова закатывает глаза, но, к счастью, вмешивается Шарлотта.

— Это было бы здорово, Нова. Я могу попросить у мужа памятные вещи, которые использовались на одних из его съемок. — Увидев удивление на моем лице, она поясняет: — Мой муж — продюсер, так что я знаю все о давлении в киноиндустрии.

— О, вау. — Уголок моего рта приподнимается. — Я этого не знала.

— Нам нужно обсудить стоимость лотерейных билетов, — замечает Тори, привлекая наше внимание.

Джейми помалкивает, пока Тори и Джейн в основном ведут разговор, и у меня начинает появляться надежда, что она больше не скажет ничего, чтобы попытаться меня расстроить.

Но, когда мы наконец заканчиваем и наслаждаемся закусками, Джейми вопросительно вскидывает бровь, глядя на меня, и я внутренне стону.

— Каково это — быть девушкой Истона Роу? — спрашивает она тоном, сочащимся презрением, как будто ей трудно поверить, что Истон мог заинтересоваться кем-то вроде меня.

До приезда в Лос-Анджелес ее поведение заставило бы меня почувствовать себя ничтожеством, но после двух месяцев жизни с Истоном моя уверенность в себе взлетела до небес.

— Помолчи, Джейми, — бормочет Шарлотта, хмуря лоб. — Я бы хотела, чтобы Нова еще когда-нибудь к нам вернулась.

— Что? Это вопрос, ответ на который хочет услышать каждая женщина, — защищается она. — Истон никогда ни с кем не встречался, как бы сильно каждая мать-одиночка в школе ни пыталась привлечь его внимание.

— Все в порядке, Шарлотта, — говорю я. С вежливой улыбкой я отвечаю: — Очевидно, это мечта, ставшая реальностью. Истон — потрясающий мужчина. Он действительно умеет делать так, чтобы я чувствовала себя любимой и защищенной.

Джейми выглядит так, будто проглотила лимон, в то время как остальные женщины практически млеют, и я принимаю это как знак того, что выиграла этот раунд.

Джейн немного подается вперед, ловя каждое мое слово.

— И?

— И все. Больше я ничем не поделюсь, — отвечаю я со смешком. — Мы хотели бы сохранить нашу личную жизнь максимально приватной.

Шарлотта переводит разговор на то, что происходит в жизни детей, и я облегченно выдыхаю.

Да уж, я начинаю осваиваться с ролью мамочки из Беверли-Хиллз и представлять Истона в светском обществе.

Рэйчел бы так мной гордилась.

ИСТОН

Когда мы входим в ресторан, Нова спрашивает: — Почему здесь никого нет?

— Я забронировал для нас все заведение целиком, чтобы нас не отвлекали каждые пять секунд, — бормочу я.

Менеджер ресторана улыбается нам, а затем говорит: — Мистер Роу, для нас большая честь принимать вас здесь. Пожалуйста, присаживайтесь. Ваш официант скоро подойдет.

— Спасибо, — бормочу я, провожая Нову к нашему столику.

На моей женщине потрясающий кремовый брючный костюм, так что я рад, что вокруг нет других мужчин, потому что ее декольте — это что-то с чем-то.

Постепенно ее стиль меняется, и она все увереннее заявляет о своей сексуальности.

Наблюдать за тем, как Нова превращается в сексапильную сирену — это чертовски заводит, но мне по-прежнему удается заставлять ее краснеть в постели, и я надеюсь, что это никогда не изменится.

Когда мы подходим к столику, я с удовлетворением отмечаю, что он украшен красными розами и свечами. Я отодвигаю стул для любви всей моей жизни, и как только она садится, я придвигаю свой стул немного ближе к ее, прежде чем сесть.

Мой взгляд скользит по ее красивому лицу, и я признаюсь: — Я самый везучий мужчина на этой планете. — Я беру ее за руку и сжимаю в своей. — Сегодня вечером ты выглядишь просто сногсшибательно.

Ее губы изгибаются в улыбке.

— Тебе, должно быть, очень нравится этот наряд, потому что ты делаешь мне комплимент уже в четвертый раз.

Я наклоняюсь к ней и провожу костяшками пальцев по ее декольте.

— Разве ты можешь меня винить?

— Идет официант, — предупреждает она меня, и я нехотя отстраняюсь.

Нам приносят меню, и, просмотрев выбор блюд, Нова спрашивает: — Чего бы тебе хотелось?

— Тебя, но поскольку этого нет в меню, я соглашусь на тако с говядиной вагю и суши. — Я смотрю на нее. — Что будешь ты?

— Хмм… Я тоже возьму тако с вагю и димсамы со шпинатом и сливочным сыром.

Я жестом подзываю официанта, делаю заказ и прошу принести бутылку вина.

Когда мы снова остаемся одни, я переключаю внимание на Нову и говорю: — Съемки скоро закончатся, потом нам нужно будет посетить премьеру и несколько пресс-конференций.

Она делает глоток воды.

— У тебя будет немного свободного времени после этого?

Я качаю головой.

— Сразу после премьеры «Ликвидатора» я начну работу над следующим фильмом.

— Как он называется? — спрашивает Нова.

— «Одержимый гневом».

Официант приносит наше вино, наливает немного в бокалы, после чего снова оставляет нас одних.

Брови Новы сходятся на переносице с обеспокоенным выражением.

— Когда у тебя снова будет свободное время?

— В декабре и январе, но на эти месяцы у меня запланировано кое-что важное.

Кое-что, что я планировал последние пару недель.

Ее плечи опускаются.

— Черт, у тебя хотя бы получится провести с нами рождественскую неделю?

Я усмехаюсь.

— Конечно.

Когда приносят заказ, мы обсуждаем предстоящий летний лагерь Лэйни, наслаждаясь вкусной едой.

После того как наши тарелки убирают со стола, я говорю: — Есть еще одно место, куда я хочу тебя отвезти.

Нова кивает и делает последний глоток воды, прежде чем встать.

По пути к выходу я благодарю официанта и менеджера. К счастью, я уже обсудил свои планы с Изаком, так что мне не нужно говорить ему, куда ехать.

Мы садимся на заднее сиденье внедорожника, и Нова бросает на меня вопросительный взгляд.

— Куда мы направляемся?

— Сама увидишь.

Проходит двадцать минут пути, прежде чем Изак привозит нас к воротам студии.

Чтобы еще немного подержать Нову в неведении, я говорю: — Мне просто нужно кое-что забрать из трейлера.

— Без проблем.

Изак останавливается возле павильона, где мы сейчас снимаем, и когда мы выходим из внедорожника, он уезжает, потому что ночь мы проведем в моем трейлере.

— Куда поехал Изак? — спрашивает Нова.

— Он вернется, — туманно отвечаю я, увлекая ее в переулок между двумя зданиями, где нас уже ждет Джейсон.

— Привет. Спасибо, что согласился.

— Без проблем, чувак. Давайте наденем на вас снаряжение.

— Снаряжение? — спрашивает Нова, и на ее лице читается полное непонимание.

Я киваю и указываю на ее высокие каблуки.

— Снимай их.

Хотя она понятия не имеет, что я задумал, она делает то, что ей говорят.

В ту секунду, когда Джейсон протягивает нам страховочную систему, ее глаза расширяются.

— Я не буду прыгать со здания.

— Будешь, — отвечаю я со смешком. — Со мной.

Выглядя очень неуверенной, она позволяет мне помочь ей надеть страховку, и пока я надеваю свою, она смотрит на крышу.

— Истон, я не уверена, что это безопасно.

— Это безопасно, — заверяю я ее.

Джейсон дважды проверяет надежность наших креплений, прежде чем подойти к панели управления.

— Покажешь большой палец, когда будешь готов, Истон.

Я обхватываю Нову за талию и крепко прижимаю к своему телу.

— Будешь моей главной героиней на сегодняшний вечер?

Она смеется.

— Буду.

Я подаю Джейсону сигнал, и в следующую секунду нас поднимает в воздух.

— О боже, — Нова нервно хихикает, обвивая руками мою шею.

Оказавшись наверху, я помогаю ей встать на крышу и говорю: — Стой прямо здесь. Я побегу к тебе. Не отходи никуда.

— Постараюсь, — говорит она с напряженным лицом. Когда она опускает взгляд вниз, я беру ее за подбородок и качаю головой. — И смотри на меня.

Нова выполняет указание, пока я иду к стартовой точке.

— Готова? — кричу я.

— Нет, но давай сделаем это.

— Вот это моя девочка. — Я срываюсь на бег, и, поравнявшись с ней, хватаю ее в охапку и прыгаю с крыши.

Нова пронзительно кричит, ее руки мгновенно обвивают мою шею с такой силой, что она рискует меня задушить.

Я разворачиваю нас в воздухе прямо перед тем, как моя спина врезается в страховочную сетку.

Пока мы подпрыгиваем на сетке, я переворачиваю ее и целую до потери пульса. Через несколько минут я поднимаю голову и смотрю в ее сияющие глаза.

— Ты будешь моей главной героиней до конца жизни?

Нова кивает, и ясно, что она не понимает, о чем я спрашиваю.

— Будешь матерью моих детей?

Ее улыбка становится нежной, и она снова кивает.

Я беру ее лицо в ладони.

— Нова, ты выйдешь за меня замуж?

Наконец до нее доходит, ее глаза расширяются от удивления, губы приоткрываются, а лицо застывает в недоумении.

— Истон.

Я склоняю голову, и мой тон звучит гораздо интимнее, когда я повторяю вопрос: — Окажешь ли ты мне честь стать моей женой?

Она начинает кивать, на ее лице мелькают эмоции, и я чувствую, как от нее исходит волна счастья.

— Да, да, да!

Я прижимаюсь к ее губам и долго наслаждаюсь ее ответом, прежде чем прервать поцелуй, чтобы мы могли слезть с страховочной сетки. Мне требуется несколько минут, чтобы отстегнуть ремни, а потом я подхватываю свою женщину на руки и несу в трейлер.

Когда я ставлю Нову и открываю дверь, то с радостью вижу, что Сильвия успела развесить все гирлянды. В гостиной стоит подиум, накрытый струящимся красным шелком, а посередине покоится коробочка.

Я подхожу к подиуму, беру коробочку и, повернувшись к Нове, опускаюсь на одно колено.

НОВА

Мое сердце не в силах вместить все, что я чувствую, и, когда Истон опускается на колено, из меня вырывается рыдание.

Я прикрываю рот дрожащей рукой, не сводя с него глаз, когда он говорит: — Нова Аллен, я выбираю тебя. Я буду выбирать тебя каждый божий день нашей жизни, потому что с тобой никто не сравнится. Твоя улыбка освещает мой мир, твоя самоотверженность не дает мне загордиться, а твоя любовь придает мне сил. Пожалуйста, позволь мне любить тебя всю оставшуюся жизнь, потому что до встречи с тобой я только и делал, что играл роли. Но с тобой я могу быть настоящим собой.

Я киваю, как сумасшедшая, и изо всех сил пытаюсь обуздать свои хаотичные эмоции, чтобы ответить.

— Я выбрала тебя четырнадцать лет назад, и буду продолжать выбирать тебя вечно. Я буду для тебя безопасной гаванью, где ты сможешь быть уязвимым, и я всегда буду делать все возможное, чтобы ты чувствовал себя любимым. — Когда я подхожу к Истону ближе, он поднимается на ноги. Я смотрю ему в глаза и шепчу: — Я никогда никого не буду любить так, как люблю тебя.

Он открывает коробочку, и я лишаюсь дара речи при виде кольца с бриллиантом. Я могу только глупо моргать, глядя на огромный сверкающий камень.

Истон вынимает кольцо и берет меня за левую руку. Когда он надевает кольцо с бриллиантом мне на палец, у меня вырывается еще один всхлип.

— Мечты действительно сбываются, — шепчу я, поднимая голову, чтобы посмотреть на мужчину, которого я любила всю свою жизнь. — Ты мой.

— Всегда, — бормочет он, обнимая меня за талию, — и навечно.

Истон прижимает меня к своей груди, и прямо перед тем, как его губы касаются моих, он хрипло произносит: — Каждый прекрасный сантиметр тебя принадлежит мне.