Истон

За прошедшую неделю у нас выработалась привычка: мы втроем устраиваемся в обнимку и смотрим один фильм за другим. Я знаю, что все должно измениться, и нам нужно двигаться дальше, но, черт возьми, это тяжело.

Бедная Нова не спала одна в своей постели со дня поминальной службы по Рэйчел. Мы с Лэйни ни на минуту не оставляем ее в покое, но она ни разу не пожаловалась.

Ты превращаешься в зависимого ублюдка.

Самокритика не работает, потому что я и так использую всю свою выдержку, чтобы не сделать с Новой все то, что мне хочется. Каждую ночь, когда я чувствую, как ее тело прижимается к моему, мой контроль все больше слабеет, и единственное, что удерживает меня от того, чтобы переступить черту — это то, что я не хочу ее спугнуть.

Бывают моменты, когда я уверен, что Нова заинтересована во мне, но большую часть времени она относится ко мне как к другу.

Я на сто процентов уверен, что хочу от нее большего, но если я сделаю шаг, а она видит во мне только брата, это все окончательно испортит.

Звонок телефона вырывает меня из мыслей. Я сижу за кухонным островком, а передо мной стоит забытый смузи.

Я достаю телефон из кармана и, увидев на экране имя Сильвии, отвечаю: — Привет, как ты?

— Я в порядке. Как вы там держитесь? — спрашивает она.

— Справляемся, — говорю я. — Что случилось?

— Ненавижу так с тобой поступать, но нам нужно провести пресс-конференцию. Ползут слухи, в прессе печатают кучу всяких статей.

Нова и Лэйни спускаются по лестнице, и я наблюдаю, как Нова отправляет несколько ломтиков хлеба в тостер.

— Что за слухи? — спрашиваю я. Когда Нова указывает на тостер, вопросительно глядя на меня, я киваю.

Лэйни забирается на барный стул рядом со мной, а Сильвия бормочет: — Появились фотографии, где ты держишь руки на талии Новы, так что все предполагают, что вы встречаетесь.

— Не обращай на них внимания, — говорю я ей.

— Также есть фото и видео, где ты выносишь Рэйчел из больницы, — сообщает она.

Я вздыхаю.

— Я не буду устраивать пресс-конференцию, но встречусь с одним репортером. Что ты хочешь, чтобы я сказал во время интервью?

— Тебе нужно сказать всем, что Рэйчел скончалась, и что Нова — не более чем близкий друг семьи и крестная Лэйни.

Я поднимаюсь на ноги и иду к раздвижным дверям, говоря: — Я согласен с первой частью, но не с последней. — Только оказавшись на улице, я добавляю: — Она больше, чем друг.

— Ох. — Сильвия на мгновение замолкает, а затем спрашивает: — Вы двое встречаетесь?

— Пока нет. — Я то и дело поглядываю на двери, чтобы убедиться, что я один. — Я даю Нове время привыкнуть ко мне, прежде чем начинать с ней отношения.

— Ладно… эм… тогда мы просто скажем публике то, что я предложила. Не нужно давать им лишний повод для домыслов.

— Хорошо.

— Но ты должен сообщить мне в ту же секунду, как вы начнете встречаться. Я хочу быть готовой к тому дерьму, которое выльется в новостях.

— Договорились, — соглашаюсь я. — Это все?

— Нет. Нам нужно согласовать время, когда я смогу привезти к тебе домой Марка из «Голливуд Репортер» для интервью.

Сделав глубокий вдох, я немного думаю, прежде чем ответить: — Как насчет четырех часов сегодня днем?

— Мне подходит.

— Это все? — снова спрашиваю я.

— Пока да. Бобби также передал мне кучу сценариев, чтобы ты их посмотрел. Я закину их, когда приеду на интервью.

Я тяжело вздыхаю, прежде чем сбросить на Сильвию бомбу: — Я собираюсь взять отпуск.

— Насколько? — спрашивает она.

— Я не знаю. — Я подавляю раздраженный выдох. — Я не брал перерыв с тех пор, как начал сниматься. Я нужен Лэйни и Нове.

— Я понимаю, но хотя бы просмотри сценарии. Хорошо? Может быть, через месяц или два ты передумаешь. Большинство продюсеров готовы подождать пару месяцев, если это означает, что ты сыграешь в их фильме.

— Ладно, — соглашаюсь я, потому что она права. Возможно, мне станет скучно, и я вернусь к работе раньше. Время покажет.

— Слава тебе, младенец Иисус, — бормочет она.

— Сильвия, — говорю я, направляясь обратно в дом, — спасибо за все, что ты для меня сделала. Я очень это ценю.

— Не за что. — Я уже собираюсь убрать телефон от уха, когда она говорит: — О, чуть не забыла. Я записала Лэйни к психотерапевту на послезавтра на десять утра. Ее зовут Иден Данджи, и у нее отличные рекомендации.

— Спасибо. — Я возвращаюсь в дом и направляюсь к холодильнику, где висит список номеров телефонов. — Я продиктую тебе номер. Можешь позвонить терапевту и записать Нову?

— Конечно.

— Ее зовут Реджина Дэвис. — Я быстро диктую номер.

— Записала. Я сообщу, когда будет прием. Увидимся в четыре.

Я завершаю звонок и снова сажусь рядом с Лэйни. Она вонзает зубы в сливочный сыр, намазанный на кусок тоста.

— С чем тебе сделать тост? — спрашивает Нова.

— С тем же, что и у Лэйни, пожалуйста. — Мне безумно нравится светло-желтое платье, которое на ней надето. — Сильвия запишет тебя на прием к Реджине Дэвис.

По ее лицу проскальзывает нервное выражение.

— Спасибо.

Я жду, пока Нова поставит тарелки на островок, и когда она садится, говорю: — В четыре часа приедет репортер, чтобы взять интервью. Мне нужно сделать заявление о Рэйчел.

— Ох. — Она смотрит на меня, затем спрашивает: — Ты справишься с интервью о ней?

— Ненавижу репортеров, — бормочет Лэйни, и ее подбородок дрожит.

Я поглаживаю ее по спине, чтобы утешить.

— Я тоже, милая, но чем скорее я с этим покончу, тем лучше. — Взглянув на Нову, я добавляю: — Кроме того, ходят слухи, которые мне нужно развеять.

— О нет, — восклицает Нова, и на ее красивом лице появляется обеспокоенное выражение. — Какие слухи?

Не буду врать. Как бы ни были отвратительны обстоятельства, мне нравится, как сильно она за меня переживает.

— Все думают, что вы с дядей Истоном встречаетесь, — бормочет Лэйни. — Я читала об этом в интернете, и ребята из школы пишут мне, спрашивают, правда ли это.

— О боже мой! — Глаза Новы расширяются, и она выглядит явно выбитой из колеи. — Мне так жаль, Лэйни.

— Выключи пока телефон, — говорю я племяннице. — Не хочу, чтобы тебя сейчас еще что-то расстраивало.

Лэйни кивает, опускает голову и судорожно выдыхает, прежде чем по ее щекам катятся слезы.

Я крепко обнимаю ее, и только когда кажется, что ей стало немного лучше, отстраняюсь.

— Репортер будет здесь в четыре. Я хочу, чтобы вы остались наверху, чтобы они не сфотографировали ни одну из вас.

— Хорошо, — соглашается Лэйни.

— Боже, мне так жаль из-за всей этой неразберихи, — шепчет Нова, все еще пытаясь прийти в себя от слов Лэйни. — Может, ты скажешь им, что я твоя двоюродная сестра или вроде того?

— Блядь, нет, — бормочу я, не успев отфильтровать речь.

— Дядя Истон! — восклицает Лэйни, а затем разражается смехом. — Мама дала бы тебе подзатыльник.

Как только эти слова слетают с ее губ, ее выражение лица становится грустным, и в следующую секунду из нее снова вырывается всхлип. Она бросает тост на тарелку, и прежде чем она успевает слезть со стула, я хватаю ее и усаживаю к себе на колени.

Обнимая племянницу, я укачиваю ее, приговаривая: — Все хорошо, милая.

Мои глаза встречаются с глазами Новы: она обходит островок, чтобы погладить Лэйни по спине.

— Думаю, вам с ней стоит погулять сегодня днем. Вам пойдет на пользу немного выбраться из дома.

— Я не хочу гулять, — хнычет Лэйни сквозь всхлипы. — Я хочу остаться дома с тобой и Новой.

— Хорошо, — соглашаюсь я. Когда она успокаивается, я наклоняю голову, чтобы заглянуть ей в лицо. — Тебе лучше?

Она кивает, затем спрашивает: — Можно пригласить Поршу?

— Конечно. — Я смотрю на Нову. — Можешь позвонить Шарлотте и спросить, не против ли она, если Порша придет в гости?

Нова кивает.

— Я позвоню ей прямо сейчас.

Когда она направляется к лестнице за телефоном, который, вероятно, остался в ее спальне, я снова переключаю внимание на Лэйни и говорю: — Иди переодень пижаму.

— Ладно. — Она слезает с моих коленей, а я остаюсь смотреть на кусок тоста на своей тарелке, размышляя о реакции Лэйни и Новы на слухи о наших отношениях.

Я не уверен, как Лэйни отнеслась бы к тому, что я встречаюсь с Новой. Блядь, я даже не уверен, как к этому отнеслась бы сама Нова. Никто еще не сбивал меня с толку так сильно, как она. Ей противна сама мысль о том, чтобы встречаться со мной, или она боялась, что я расстроюсь из-за слухов?

Я вздыхаю, беру тост и откусываю кусочек.

Помимо всего прочего, с чем нам приходится справляться, Нова все еще восстанавливается после своего жестокого бывшего. Мне просто нужно набраться терпения.

Когда Нова возвращается на кухню, я наблюдаю, как она сверяется со списком номеров, затем вводит один из них в телефон и нажимает на вызов. Мгновение спустя она говорит: — Здравствуй, это Шарлотта? — Она нервно поглядывает на меня, затем продолжает: — Я Нова Аллен, крестная Лэйни. Лэйни хотела узнать, может ли Порша прийти в гости сегодня днем. Возможно, она могла бы остаться на ночь? — Она какое-то время слушает, ее лицо становится грустным, затем она бормочет: — Спасибо. Я передам Истону. Увидимся в два. — Она завершает звонок и говорит: — Шарлотта передает свои соболезнования и сказала, что завезет Поршу.

Я киваю и указываю на ее тост.

— Иди ешь.

Когда Нова садится напротив меня, я говорю: — Из-за всего случившегося мы почти не говорили о тебе. Как ты держишься после… — Я пытаюсь подобрать правильные слова, но в итоге бормочу: — …того, как порвала с тем жестоким ублюдком?

Она выглядит пораженной моим вопросом, но вскоре ее щеки розовеют от смущения.

— Я в порядке. У меня почти не было времени думать об этой части своей жизни. Я иду к психотерапевту только потому, что дала обещание Рэйчел.

— Ты что-нибудь слышала об этом придурке с тех пор, как уехала из Вероны?

Нова кивает, и я уже готов разозлиться, когда она говорит: — Было всего несколько сообщений, и один раз он звонил, но после этого я о нем ничего не слышала.

— Хорошо, — бормочу я. — Если он свяжется с тобой, дай мне знать. — Она снова кивает, просто держа тост в руке, что заставляет меня напомнить ей: — Ешь, Нова.

Мы доедаем завтрак в тишине, и когда я встаю, чтобы собрать тарелки, то говорю: — Хоть Фрэнсис и не требует особого контроля, не могла бы ты взять ее на себя? Рэйчел всегда занималась персоналом.

— Конечно.

— Просто говори ей, что готовить на обед и ужин, и если у нас что-то закончится, дай ей знать, чтобы она сходила за покупками, — упоминаю я.

— А садовники? — спрашивает она.

— Они сами спросят, если им что-то понадобится.

— Понятно.

Вспомнив о пикапе Новы, который стоит сбоку от дома, я спрашиваю: — Что ты думаешь о том, чтобы продать свой пикап?

Она задумывается на мгновение.

— Я не пользовалась им с тех пор, как приехала сюда, но скоро он мне понадобится. — Она прикусывает нижнюю губу. — Я давно его не заводила. Это будет проблемой.

— Зачем он тебе? — спрашиваю я. — Ты можешь пользоваться внедорожником и услугами Изака.

На ее лице появляется неловкое выражение.

— Как бы мне не было приятно жить здесь, мы оба знаем, что в какой-то момент мне придется обзавестись собственным жильем.

Мне не нравится, к чему клонится этот разговор, поэтому я хмурюсь и снова ставлю тарелки на стол.

— Тебе незачем переезжать.

Она опускает взгляд на мраморную столешницу и начинает стирать невидимую пыль с поверхности.

— Однажды ты можешь встретить кого-нибудь и решить жениться, и ей не понравится, что я путаюсь под ногами.

Мое сердцебиение ускоряется, когда в голове проносится мысль о том, что Нова может выйти замуж за другого мужчину.

— Этого не случится, — рявкаю я слишком резким тоном.

Ее взгляд устремляется на меня, и лицо искажается от страха.

— Я не хотела тебя расстроить. — Ненавижу то, как ее плечи подаются вперед, будто она пытается защититься.

Блядь.

Я делаю шаг ближе и заключаю ее в объятия. Чувствуя, как она дрожит, я говорю мягким голосом: — Прости, что сорвался. — Я целую ее в макушку. — Не бойся меня.

Нова кивает, уткнувшись мне в грудь.

— Я не хочу говорить о том, что женюсь на какой-то случайной женщине, или о том, что ты съедешь. Твое место здесь, с Лэйни и мной, — говорю я, чтобы между нами не было недопониманий.

— Хорошо. — Она обнимает меня за талию. — Прости.

Я снова целую ее и крепче прижимаю к себе.

— Тебе не за что извиняться.

— Я просто не хочу усложнять тебе жизнь, — признается она слишком тихим голосом.

— Ты и не усложняешь. Ты была потрясающей, и нам повезло, что ты у нас есть, Нова.

Она трется щекой о мою грудь, затем отстраняется, и у меня нет выбора, кроме как отпустить ее.

Избегая моего взгляда, она бормочет: — Спасибо, что так добр ко мне.

Прежде чем я успеваю ответить, по лестнице спускается Лэйни и говорит: — Порша сказала, что ты звонила ее маме, и она может прийти.

Я снова сажусь за островок и, пока Нова убирает тарелки, продолжаю украдкой поглядывать на нее.

Надеюсь, терапия поможет ей исцелиться, и она снова будет готова к отношениям.

В противном случае мне конец.

Как мне жить в одном доме с женщиной, в которую я влюбляюсь, и притворяться, что мы просто друзья?