Все эти дни, что нам пришлось провести с гостями, мы с Эмилем почти не общались, уделяя всё своё внимание друзьям. Вечерам мы собирались за большим круглым столом, щедро накрытого различными яствами, и наперебой обсуждали последнюю битву с демонами.

— Стоило бы вас наказать, прекрасные лады, за ваше своеволие, — Вильем мельком посмотрел на нас с Фрейей, — но у вас есть мужья, пусть они разбираются с вами. Но хочу отдать вам должное, вы спасли Эмиля, а это многого стоит. Ладно, Фрейя, она опытный боец, хотя в битвах участвовала мало. Но ты, Наташа… — он недовольно покачал головой. — Эмиль, научи свою жену обороняться и драться, иначе она когда-нибудь серьёзно пострадает. И не мешало бы ей научиться слушаться тебя.

— Я сильная, Вильем, и могу, сама за себя постоять, — с апломбом заявила я.

Все засмеялись, и я непонимающе на всех посмотрела:

— Что?

— Детка, ты очень храбрая, маленькая девушка-лада, но Вильем прав, не обижайся, тебе многому ещё надо научиться, и я позже этим займусь, — обнял меня Эмиль.

— Если вы не забыли, то я оторвала голову демону, и сделала это легко, — не без гордости произнесла.

— О, да, мы помним! — кивнул Вильем и обвёл присутствующих взглядом: — Все помнят?

Лели улыбаясь, закивали.

— Помним, это была жесть! — сказал один из них, — и все рассмеялись.

— Наташа, демон был слишком напуган, вот этими сильными лелями, — Вильем рукой указал на друзей, — иначе ты бы не справилась с ним. Я даже сомневаюсь, что он вообще тебя заметил на этой сосне.

— Ну, хорошо, хорошо, — сдалась я, подняв ладони вверх, — я буду учиться, мне поможет в этом муж.

— Прекрасно, сестрёнка! Займитесь этим, после нашего отъезда, — довольный Вильем сел на своё место.

Я с теплотой в сердце вспоминала время, проведённое с Небесными и, несмотря на то, что родные и друзья уехали совсем недавно, я рада была встретиться с ними хоть сейчас. Я уже не была частью мира людей, я принадлежала другому народу — Небесным. И хотя я была всего лишь полукровкой — девушкой-ладой, я не могла уже жить обычной жизнью среди людей, я стала другой. Я умерла, как человек, но возродилась как лада! Легенда получила своё подтверждение! И это была я!

После отъезда гостей, мы целый день наводили в доме порядок, и уже под вечер, уставшие, но довольные, мы с Эмилем растянулись на кровати, это был первый вечер, который достался только нам двоим. Эмиль притянул меня к себе и страстно поцеловал в губы. Я тут же отпрянула от него, не понимая, что происходит. Он с тревогой спросил:

— Что-то не так?

Я тяжело задышала.

— Да. Но не знаю что. Что-то новое, я раньше такого не чувствовала.

Эмиль прищурил глаза и улыбнулся.

— Ты по-новому стала ощущать мои ласки, детка?

— Да, — пересохшими внезапно губами, сказала я.

— Это хорошо или плохо? — допытывался он.

— Это чудесно, Эмиль! Я не знаю, как объяснить…

— Не надо ничего объяснять, я понял, — он вновь поцеловал меня.

Каждая клеточка моего тела, отозвалась на его ласку! Я таяла в его руках, улетая, до этого не совсем мне знакомый мир острого наслаждения. Наши тела переплелись, и сквозь чуть приподнятые ресницы я видела, как светятся в полумраке наши тела, жемчужным, таинственным светом. Раньше, когда я была человеком, в моём животе порхали бабочки, и я считала это пиком наслаждения! Теперь же в моём животе взлетала стая птиц, доводя меня до полусознательного состояния. Шепча на ухо Эмилю нежные слова, я с трудом понимала, что я говорю и где нахожусь. Лишь потом, Эмиль улыбался своей белоснежной улыбкой и говорил мне:

— Милая моя, нежная девочка, я так сильно люблю тебя.

У нас с Эмилем начался второй медовый месяц!

Про себя отметила, что став ладой, я острее стала чувствовать и воспринимать всё, что окружало меня, и с чем я имела контакт. Это было необыкновенное чувство, к которому я прислушивалась, изучая всё новые ощущения.

Эмиль от счастья, что я так же, как и он стала бессмертна, и навсегда останусь молодой, не переставал говорить мне:

— Детка, мы объедем с тобой весь мир! Теперь у нас много времени впереди, и сколько бы мы время не провели вместе, для меня это будет всегда как в первый раз! Я, так счастлив, любимая!

Мы не могли оторваться друг от друга, проводя каждую минуту вместе, за неимением ночей, когда я спала. Увы, сон мне нужен был, как и раньше, в этом я не преуспела. Укладывая меня спать, Эмиль каждый раз напевал мне мелодию Фрэнка Дюваля — «Фантастика. Гармония музыки и природы».

В один из дней, я очень рано проснулась. Меня что-то беспокоило, но что, я понять не могла. Со мной было что-то не так, внутри меня произошли какие-то изменения, и я не могла понять что. На меня нахлынуло, до сих пор неизведанное чувство. Я невольно положила руку на живот, прислушиваясь к своему внутреннему состоянию. Такое может быть только у лад, земные женщины узнают об этом намного позже. Я счастливо улыбнулась и задержала дыхание, чтобы ещё раз услышать этот сигнал, который подавало моё тело. Все мои мысли и чувства говорили о том, что внутри меня зародилась новая жизнь, да не одна, а целых две! Тихо вздохнув, прильнула к Эмилю, на моих глазах навернулись слёзы счастья.

— Милая, что с тобой? Тебе плохо? — испуганно спросил муж.

Я тихонько засмеялась и обняла его.

— Нет, Эмиль, мне хорошо. У меня для тебя есть хорошая новость!

Он взял моё лицо в руки и, не понимая о чём речь, спросил:

— Какая новость, родная?

— Эмиль, я беременна! — на одном дыхание произнесла я.

Его глаза расширились, а брови поползли вверх.

— Ты это чувствуешь?! Ты чувствуешь, как и все лады?! Это, правда?! — почти шёпотом произнёс он.

— Да, Эмиль, я это чувствую. Можешь сам убедиться, — я приподняла кофточку. — Приложи руку, ты сам всё узнаешь.

Эмиль осторожно положил руку мне на живот и замер.

— Детка, это, правда! У нас будет два малыша! Это прекрасно! — он прильнул ко мне, целуя мой живот. — Я буду любить их больше жизни! Спасибо тебе, родная, за столь чудесный подарок! — Эмиль прижался ко мне, в его глазах стояли слёзы.

— Нам теперь не обязательно ехать в Лондон, ведь так, Эмиль? — спустя время спросила я.

— Но нам всё равно придётся покинуть эти края, причину ты знаешь, — он нежно погладил меня по руке.

— Я поеду туда, куда ты меня повезёшь, милый. Но Фрейя с Авророй очень просили приехать к ним на Урал. Ты как смотришь на это?

— Отчего не поехать? Можно и к ним, теперь это разницы не имеет, поедем, куда захочешь, детка, — весело ответил он.

— Решено, едем на Урал! Хотя, мне очень жаль покидать родные края, — с тоской произнесла я.

— Милая, это временно! Мы всё равно вернёмся в наш дом и привезём сюда наших детей, — Эмиль привлёк меня к себе. — Я всё сделаю, чтобы ты и наши дети были счастливы и ни в чём не нуждались. Я буду беречь вас и защищать. Ты веришь мне, родная?

— Да, Эмиль, я верю тебе, — и слёзы радости навернулись у меня на глазах.

На Урал мы решили ехать через неделю. Мы были свободны в своём выборе и не думали, что будет завтра, впереди была вечность. Узнав, что я не желаю больше продолжать обучение на пластического хирурга, Эмиль обрадовался:

— Правильно, зачем это тебе. Твоя профессия требует много время для её освоения, а это значит, нам предстояла бы оседлая жизнь, а нам это не очень подходит.

— Эмиль, но ты сам работал хирургом, неужели ты не был привязан к своей профессии?

— О, дорогая! Мне почти триста лет! За это время я освоил не одну профессию! К тому же у меня не было семьи, мне просто нечем было заняться. Но теперь всё в прошлом, теперь у меня прибавится забот, очень приятных забот, — Эмиль наклонился и поцеловал мне живот. — Теперь всё моё внимание будет приковано к тебе любимая и нашим детям.

— Эмиль, что я скажу родителям? Почему я стала такой? — я смотрела ему в глаза, в надежде, что муж что-нибудь придумает.

— Мы к ним пока не поедем. Я позвоню твоему отцу и скажу, что мы уезжаем на Урал, срочно.

— Эмиль, но мама будет задавать вопросы, к примеру: почему мы не приехали попрощаться с ними? Нам придётся врать им, а так не хочется этого делать, — наморщила я нос.

— Другого выхода пока нет, детка. Они не должны узнать правду, как бы печально это не было. Я скажу, что мы на Урале нашли хорошую клинику для твоей практики и нас срочно вызвали туда. Прости, мне тоже неприятно врать, но что делать? Ты первая девушка-лада, которая не погибла от рук демонов. У тебя есть родные люди, которым мы должны как-то объяснить, почему ты изменилась. Небесным легче, мы родились такими, и не должны никому объяснять, почему мы выглядим иначе, чем люди, — он потёр лоб, чувствовалось его напряжение.

— Эмиль, дело в том, что я не знаю, как объяснить родителям и друзьям такое явление, произошедшее со мной. Ну ладно волосы, скажу, что осветлила и отрастила. А глаза, а голос, а я сама?

— А что глаза? Очень даже красивые, — Эмиль, целуя их, обнял меня.

— Я не шучу, Эмиль! Что говорить-то?

Он усадил меня в кресло.

— Ну, во-первых надо успокоиться и не паниковать. Во-вторых, мы можем купить тебе линзы под цвет твоих глаз, какие у тебя были раньше.

— Ладно, — махнула я рукой, — по ходу дела видно будет, что говорить. Эмиль, я хочу перед отъездом проститься с друзьями. Я не знаю, что я буду им говорить, но уехать, не повидавшись с ними, я не могу.

— Сами поедем в деревню или пригласим их к себе? Заодно и прощальный ужин устроим, — предложил он.

— Лучше конечно чтобы они к нам. Я позвоню Татьяне, спрошу, как им удобней будет.

Вечером я позвонила подруге.

— Кто это? — не узнала она моего голоса.

— Тань, это я — Наташа.

В телефоне воцарилось молчание.

— Тань, — позвала я её.

— Это точно ты, Наталья? Что у тебя с голосом? — недоверчиво произнесла она.

Я не стала доказывать ей свою личность, а сразу перешла к делу:

— Мы с Эмилем уезжаем скоро. Вы не хотели бы приехать к нам, попрощаться?

— Уезжаете? Куда? — она уже забыла про мой голос.

— На Урал, к Фрейи и Авроре. Ну что, приедете к нам? Если да, то пригласи Костю с Володей, от моего имени, а то боюсь они, как и ты, не узнают меня.

— Хорошо, Наталья. Если ты не против, мы приедем послезавтра. Не поздно будет?

— Нет, Тань, в самый раз, мы ждём вас.

С большим волнением я ждала приезда друзей, не представляя даже, как они отреагируют на мой внешний вид. Эмиль съездил в город и накупил продуктов из ресторана, а потом весь день успокаивал меня:

— Они привыкнут к тебе, детка, вот увидишь. Я попытаюсь им всё объяснить, как можно правдивей.

Я стояла на крыльце, когда приехали ребята. Эмиль открыл им ворота и показал, куда можно припарковать автомобиль.

— Наталья, привет! — помахала мне подруга рукой, выходя из машины. Но подойдя ближе, остановилась, внимательно меня разглядывая: — Наташа, это ты?!

Подошли Саня, Костя и Володя, и тоже встали, как вкопанные, таращась на меня во все глаза.

— Ну, здравствуйте, друзья, — неуверенно произнесла я.

— А, м-м-м, — Костя хотел что-то сказать, но видать мой внешний вид его так поразил, что он не нашёл слов.

Подошёл Эмиль и, обведя всех взглядом, сказал:

— Ну, что стоим? Проходите в дом.

Друзья прошли вслед за Эмилем в дом, недоуменно глядя на меня. Все молча уселись за стол, наступила неловкая пауза и я решила разрядить обстановку.

— Ещё раз здравствуйте. Я очень рада, что вы согласились приехать к нам, я не могла уехать, не увидевшись.

Первым не выдержал Костя:

— Наташа, что с тобой? Ты какая-то другая стала.

— Но вы всё-таки узнали меня? — спросила я и поправила волосы.

— Конечно, узнали! — подтвердил он, а все остальные закивали в знак согласия.

Я понимала, что они ждут от меня объяснений, но что я могла им сказать? Меня выручил Эмиль.

— Друзья! Наташа, некоторое время, была больна. Не спрашивайте, что случилось. Но ей пришлось принимать лекарство, от которого её внешний вид, а в том числе и голос, изменились. Простите, но большего я вам сказать не могу. Единственное, о чём я вас попрошу, это не рассказывать никому об этом. Наташа доверяет вам, поэтому мы вас и пригласили.

Все понимающе закивали, а Костя спросил:

— Эмиль, сейчас Наташа вполне здорова?

— Она здорова, Костя. И ей сейчас даже лучше, чем когда она была чел… — Эмиль осёкся, поняв, что чуть не сказал лишнее. — В общем, беспокойств никаких нет по этому поводу.

— Эмиль, всё останется между нами, никто, ни о чём не узнает, — заверил его Володя и спросил: — Это какое-то новое экспериментальное лекарство, я так понял?

— Можно и так сказать — «экспериментальное», — этот разговор давался Эмилю с трудом и он, желая сменить обстановку, предложил: — Ну, что мы сидим, как на поминках, я что, зря всё это вёз с ресторана? Налетай! — улыбнулся он, указывая на стол.

Напряжение спало, и хоть ребята не получили полноценного ответа на свой вопрос, всё равно были довольны, даже не полному объяснению Эмиля.

Друзья стали расспрашивать нас о планах на будущее, щедро делясь и своими. Костя открыл бутылку шампанского.

— Предлагаю выпить за встречу! — и игристое вино, полилось в бокалы.

— Ой, мне немножко, — предупредила его Таня.

— Спасибо, Костя, мне не надо, — я отодвинула в сторону свой бокал.

— Как это, не надо? Наташа, за встречу, бокал всего лишь! Когда ещё увидимся! — подмигнул он мне.

— Хм, — кашлянул Эмиль, — Наташа, скажи им сама, — он заговорщически мне улыбнулся.

— О чём это вы? — вертя головой, спросил Володя.

— Мне нельзя, — тихо сказала я, и краска залила моё лицо.

— Почему? Это из-за лекарств, которое ты принимала? — спросил Костя.

— Нет, не из-за лекарств, — я вздохнула полной грудью, приготовившись сказать правду. — Мы с Эмилем ждём малышей.

Ребята захлопали глазами, до конца не понимая, о чём я. Татьяна, взвизгнув, бросилась мне на шею.

— Наташка, поздравляю, я так рада за вас!

Наконец дошло и до парней и они, заулыбавшись, принялись поздравлять нас с Эмилем.

— Наташа, ты сказала «малышей», у вас что, двойня будет? — подруга подсела ко мне поближе.

— Ну да, двойня, — подтвердила я.

— Ты ездила в больницу? Тебе делали УЗИ? Какой у тебя срок? — засыпала она меня вопросами.

— Тань, я ещё не ездила в больницу, но поверь мне на слово, я знаю, что у нас будет двойня.

«Опять вопросы! Ну, и как мне на них отвечать?» — подумала я.

— За это надо выпить! Желаю вам счастья и долгой, совместной жизни! — Костя залпом осушил бокал.

Стало весело и шумно. Моя подруга отвлеклась от расспросов. Все вели себя непринуждённо, но я замечала на себе частые взгляды моих друзей, как будто я была какой-то диковинкой. Эмиль, беседуя с Костей и Володей, часто улыбался, посматривая в мою сторону.

«Ну, и чему ты улыбаешься, Эмиль? Что происходит, милый?» — подумала я про себя, и тут же в моей голове прозвучал от него ответ.

«Потом расскажу, когда уедут ребята».

Я быстро на него посмотрела: «Ты слышал, о чём я подумала?»

Эмиль улыбнулся мне: «Конечно, дорогая, ты же обращалась ко мне. Тем более, ты слишком открыта для этого».

Мы, молча, с ним разговаривали, о чём мои друзья даже не догадывались.

— Наташ, — толкнула меня Татьяна.

— А? — повернулась я к ней.

— Ты что задумалась? Я тебе говорю, а ты не слышишь.

— Так о чём ты? — сосредоточилась на подруге.

— Я говорю, пойдём, прогуляемся по саду, а то в доме душно, — она встала из-за стола, указывая мне на дверь.

В саду было прохладно, мы уселись на скамейку, под яблоню.

— Так что, мне тоже не расскажешь правду, что с тобой произошло? — срывая яблоко, спросила Таня.

— Нет, подруга, не расскажу. В рассказе Эмиля, восемьдесят процентов была правда, так что он практически не врал вам, просто не всё рассказал.

Татьяна подвинулась ко мне ближе и зашептала на ухо:

— Я так и знала, Наталья, что Кейны не простые люди! Если они вообще люди!

— Тань, они люди, — сказала я и покраснела.

— А вот тут ты врёшь, подруга! Ты всегда краснеешь, когда тебе приходится врать! Я тебя знаю, а значит я права!

— Танька…

— Всё, всё, не буду больше расспрашивать, тема закрыта, — поспешила она успокоить меня. — Ты, Наталья, стала выглядеть как они. Как будто ты из их породы. Надеюсь, что когда мы будем старыми, ты расскажешь мне всю правду о себе, и я унесу в могилу твою тайну, — театрально произнесла она.

Я не знала, что ей ответить и просто промолчала.

Уже поздно вечером, проводив гостей, я спросила у Эмиля:

— Ну и чему ты всё время улыбался за столом, дорогой?

— Ты разве не поняла? Детка, ребята опять влюбились в тебя по уши! Да и как не влюбиться в такую красавицу? — обнял он меня, целуя в губы.

— Влюбились?! Опять?! — удивлённо переспросила я.

— Ага, — кивнул муж.

— А ты откуда знаешь, что влюбились? И почему опять? — нахмурила я брови, так как Эмиль не имел права читать их мысли.

— Милая, не сердись. Наша безопасность превыше всего! Я должен быть уверен, что они искренни с нами. Да и эмоции у них так зашкаливали, что услышать, о чём они думают, не сложно было.

— Это плохо, — закусила я губу, — они теперь мучиться будут от этого.

— Не беспокойся, эта любовь на эмоциях, она быстро проходит, поверь мне, — Эмиль взял меня за подбородок, смотря мне в глаза. — Пойдём лучше, прогуляемся по лесу, перед отъездом. Можно даже к деревне сходить, уже темно, нас никто не увидит, а то когда ещё придётся побывать в этих краях, — предложил он, и мне его идея понравилась.

Я хорошо видела в темноте, поэтому гулять в тёмном лесу, мне даже нравилось. Погуляв вокруг деревни и даже посетив бабушкин дом, мы направились к нашей с Эмилем скале. Подойдя к ней ближе, я подняла голову вверх, определяя расстояние от земли до вершины.

— Тебя поднять на неё, или сама попробуешь? — сказал Эмиль глядя наверх.

— Сама, — ответила я и, подпрыгнув, полетела вверх. Эмиль устремился за мной.

— Ух, здорово! — смеясь, сказала я, оказавшись на вершине.

Эмиль обнял меня за плечи.

— Теперь я не так боюсь за тебя, детка, как тогда, когда ты была слабым человеком.

Мы долго сидели, обнявшись, смотря вдаль, и вспоминая, как мы первый раз поцеловались на этой скале и признались друг другу в любви. Мне казалось, что это было вчера, но прошло уже шесть лет, за это время я изменилась не только внешне, но и внутренне. Я сделала свои «сто шагов к вечности» и это были не совсем лёгкие времена. Я боролась за своё счастье, и в этой битве я одержала победу! Рядом со мной сидел Эмиль, которого я любила больше жизни, и к которому моя любовь никогда не угаснет. Внутри меня зародились два маленьких Небесных, и от этого, счастье переполняло меня. Мы покидали Карелию с чувством печали, но мы знали — мы вернёмся сюда обязательно. Я выбрала для себя другую жизнь, в этом мне помогла амброзия. Люди веками ищут её, но эта тайна не принадлежит им.

Мы с Эмилем возвращались домой, когда начало светать. Муж шёл впереди по узкой тропинке, держа меня за руку. Внезапно подул лёгкий ветерок. И там и тут, стали появляться светящиеся огоньки, переливаясь нежно-голубым светом. Я остановилась, заворожённо наблюдая за необычным явлением.

— Эмиль, что это?

Он обернулся.

— Ты видишь это, детка?

— Да, и это прекрасно!

Зацвёл папоротник!