ЗАК

— Надеюсь, теперь ты счастлив. Надеюсь, это поможет тебе обрести покой.

Я уставился на её фотографию, изучая татуировку. Красную кожу под ней. Слёзы на её лице. Отчаяние в её глазах.

— Ты не выглядишь довольным.

Я снова посмотрел на татуировщика.

— Это не твоя проблема.

— Ты прав. Это не так. Я выполнил свою часть сделки. Могу ли я рассчитывать на то, что ты будешь молчать и не сдашь меня налоговой?

— Конечно, — процедил я сквозь зубы и бросил на прилавок пару стодолларовых купюр. Найти человека со слабостями, который воплотит мой план в жизнь, было не так уж сложно. Потребовалось совсем немного усилий, чтобы выяснить, что один звонок в налоговую может навлечь на этого парня серьёзные неприятности. Помогло и то, что у него не было моральных принципов. Теперь я больше всего на свете хотел покончить с ним. — Я же говорил тебе, что не буду, если ты тоже будешь молчать об этом. Мы никогда не встречались, понял?

— Конечно.

Не оглядываясь больше, я вышел из салона, желая оказаться как можно дальше от этого места.

Парень был прав, я должен был быть счастлив. Я должен был быть на гребаном седьмом небе от счастья. Это было то, чего я хотел. Увидеть, как Блэр терпит поражение, и дать ей именно то, что она заслужила. Оставить её в пылающей тьме, как и меня когда-то оставила она.

После всего этого я наконец добился своего.

Так почему же, чёрт возьми, я чувствую себя таким неудовлетворённым? После всего, что я вложил в свою месть, после каждой секунды мучений, через которые она меня заставила пройти, мне хотелось только что-нибудь сломать. Почему?

Почему, почему, почему?

— Почему?! — Я ударил кулаком по ближайшей стене, оставив на ней кровавый след.

Я должен был радоваться. Она никогда не оправится от этого. Все будут помнить её такой, какая она есть на самом деле. Это будет преследовать её, куда бы она ни пошла.

Я снова ударил по стене.

Ей придётся терпеть бесконечные унижения и оскорбления.

Я снова ударил по стене.

Ей придётся каждый день смотреть на свою татуировку и вспоминать о моей мести.

Я нанёс ещё один удар. И ещё один. И ещё один. На земле становилось всё больше крови. В глазах потемнело.

— Чёрт! — Я пнул стену и прислонился к ней, хватая себя за волосы. Я достал телефон и посмотрел на её фотографии в своей галерее, и каждая из них только усиливала мою ярость.

Насколько низко я мог пасть?

Она это заслужила. Не только за то, что она со мной сделала, но и за то, что ей удалось обвести меня вокруг пальца и почти заставить всё испортить. Я купился на её образ «хорошей девочки», хотя она всегда была гнилой шлюхой, которая заботилась только о себе. Так почему же, чёрт возьми, я так себя чувствую?

И почему, чёрт возьми, я так ревновал? Я так чертовски ревновал даже сейчас, что хотел причинить боль этому человеку за то, что он прикасался к тому, что принадлежало мне.

Она МОЯ... Ага, конечно.

Я сжал телефон в руке, борясь с желанием швырнуть его на землю.

Она никогда не была моей. И после сегодняшнего дня мне больше никогда не придётся её видеть.

При этих мыслях меня больно кольнуло, но я не обратил на это внимания. Я встал и направился к своему мотоциклу, который припарковал неподалёку. Мои окровавленные костяшки пальцев пульсировали. Мне придётся их заморозить.

Меня окружали шумные городские звуки, пока я выезжал с парковки и мчался по улицам, ведущим к дому Блэр, мой последний визит туда. Я собирался забрать свои вещи и сразу уехать. Я не собирался тратить время на то, чтобы предупредить её отца. Он всё равно не смог бы меня выследить.

Когда я вошёл, фойе с кондиционером резко контрастировало с температурой на улице. Я посмотрел наверх, затем отвёл взгляд и направился в свою комнату. Я не хотел думать о том, что сейчас может делать Блэр. Я даже не думал о том, как трахал её на этой крошечной кровати, когда собирал все свои вещи в спортивную сумку. И я, конечно, не думал о том, что никогда больше не почувствую её рядом с собой, когда выходил из своей комнаты и направлялся к входной двери.

— Том? Куда ты идёшь? — Сзади раздался голос Эмили.

Чёрт.

Я повернулся к ней.

— Я ухожу.

— Уходишь? Почему? Что-то случилось?

— Нет, ничего не случилось. Просто у меня больше нет причин здесь находиться.

Она приподняла брови, затем опустила их. Если ей и показались странными мои слова, она не подала виду.

— И ты решил просто уйти, не попрощавшись?

Я переложил свою спортивную сумку из одной руки в другую.

— Так будет лучше.

— Почему?

— Это сложно.

Она опустила взгляд.

— Я понимаю.

Я вздохнул.

— Послушай, прости. Я хотел бы рассказать тебе больше, но не могу. Просто знай, что я действительно рад, что встретил тебя. Ты сделала моё пребывание здесь более приятным.

Она улыбнулась, проведя ладонью вверх и вниз по своей руке.

— Я тоже рада, что познакомилась с тобой. Может, мы ещё как-нибудь увидимся?

Мне не понравилось, с какой надеждой она это сказала, и я покачал головой.

— Боюсь, что нет. Как я уже говорил, я не готов к отношениям. Или к случайным связям. — Я вспомнил лицо Блэр, но подавил это воспоминание.

Она кивнула.

— Конечно. Всё в порядке. Стоило попробовать.

— Береги себя, Эмили.

— Ты тоже.

Я посмотрел на её лодыжку, которая почти полностью зажила.

— И подумай о том, чтобы найти новую работу. Это место... эти люди — воплощение всего плохого, что есть в обществе. Ты заслуживаешь чего-то лучшего.

Она слегка улыбнулась мне.

— Спасибо. Я подумаю об этом.

Я улыбнулся ей в ответ и в последний раз взглянул наверх. Моя грудь расширилась от резкого вдоха, когда я представил, что там стоит Блэр. А потом я покончил с этим дерьмом.

— Прощай. — Я вышел на улицу и закрыл дверь, закрыв и эту главу своей жизни.

Я всегда представлял, что почувствую, когда наконец уйду от Блэр. Я всегда думал, что это будет очень сладко.

Но вкус был горьким, и я почувствовал, что, покидая её, я оставляю позади что-то очень ценное.