«ЖАЛОБА ДЕВУШКИ». Условное название папируса II в. до н. э., найденного в 1896 г. в египетских Фивах. Содержанием папируса является античная серенада — ночная любовная песня девушки перед запертой дверью бросившего ее возлюбленного.

В.Л.

ЖЕНЩИНЫ в древнегреческом полисном мире занимали в целом приниженное положение, поскольку вся цивилизация строилась на решительном преобладании мужского начала. Женщины не имели политических прав, прав собственности, не принимали участия почти ни в каких формах общественной жизни, не считая религиозных праздников, вели, как правило, затворнический образ жизни; на их поведение накладывались разного рода ограничения. Впрочем, эти ограничения касались в основном женщин-гражданок, законных жен и матерей семейств; например, гетерам предоставлялась значительно большая свобода. Как ни парадоксально, положение женщин ухудшалось в процессе демократизации полисов. Так, в классических Афинах, в период расцвета демократии, женщины были более бесправны, чем в том же государстве в архаический период. В Спарте, где демократия не получила значительного развития, статус и роль женщин всегда были значительно выше. В целом в древнегреческом мировосприятии женщины считались существами, у которых, в отличие от мужчин, эмоции и страсти господствуют над разумом, а не наоборот; именно с этим взглядом связан жесткий контроль над женщинами (для такого контроля в некоторых полисах даже учреждались специальные должностные лица — гинекономы). У многих древнегреческих авторов мы встречаем откровенно неприязненное, враждебное отношение к женщинам. В то же время женщины создали собственную сферу культуры; о ней мало известно из источников, в основном она освещена в произведениях писательниц-женщин (Сапфо и др.).

И.С.

ЖЕРТВОПРИНОШЕНИЕ, жертва. Приношение богам, посредством которого можно было умилостивить божество, или выразить ему благоговение или благодарность, или искупить свою вину. Главная часть религиозного культа и важнейший акт праздника. Жертвы приносились как в праздничные, так и в обычные дни, как частными лицами, так и семьями, родами, общественными организациями и сообществами. Жертвоприношения делились на 2 вида — кровавые и бескровные. К бескровным жертвоприношениям относились начатки урожая, лепешки, фигуры из теста, воска или дерева, венки, вазы, одежды, военные трофеи; жертвоприношение могло состоять в воскурении кусочков кедра, лавра, ладана, возлиянии вина, а также меда, молока, растительного масла. Для кровавых жертвоприношений использовали животных, которые специально выбирались для разных культов: так, Деметре приносились в жертву в основном свиньи, Дионису — козы, Посейдону — черные быки и лошади, Афродите — голуби, Асклепию — петухи и т. д. В зависимости от того, какому богу приносилась жертва, выбирались животные разного цвета и пола. Животные, предназначенные для жертвоприношения, должны были быть молодыми, правильного сложения, неоскверненными, в частности, работой. Иногда жертва состояла из нескольких животных, особенно по торжественным праздникам; жертва из 100 животных называлась гекатомбой. Жертвенное животное, украшенное венками, подводили к алтарю и очищали водой. В это время жрецы мыли руки в чаше (обязательный процесс для любого жертвоприношения). Затем, читая молитву, они посыпали голову животного смесью ячменя и соли и окропляли водой, бросали в пламя кусочек вырванной у него на лбу шерсти. После этого голову животного закидывали назад, если жертва приносилась небесным богам, или вниз, если подземным, перерезали ей горло, собирали кровь в специальный сосуд, резали животное и снимали с него шкуру. Затем жертву жарили, поливая вином или водой. Части задних ног, как наиболее вкусные, предлагались богам, другие части — низшим божествам, остальное распределялось среди сотрапезников. Если жертва приносилась умершим или была связана с проклятием, все мясо закапывали в землю. Принесение жертвы сопровождалось молитвами, музыкой, песнями и танцами.

В древнейший период истории существовал обычай человеческих жертвоприношений, которые впоследствии были заменены приношением в жертву животных. Отзвуками человеческих жертвоприношений являются мифы о принесении в жертву Ифигении, Фрикса, Гесионы, Андромеды и др. В тех областях Греции, где сохранялся ритуальный обычай человеческих жертвоприношений, жертвами обычно являлись преступники, обреченные на смерть: так, в ежегодном человеческом жертвоприношении Аполлону в Левкаде преступника сбрасывали со скалы. Отголоском человеческих жертв Артемиде являлся обряд бичевания до крови спартанских мальчиков у алтаря Артемиды. В праздник Агрионий, праздновавшийся в Орхомене, Фивах и в Аргосе, жрец Диониса, преследовавший с мечом в руках девушку из рода мифического царя Миния, если настигал ее, имел право убить. В поздние времена избегали убийства, однако один такой случай зафиксирован еще у Плутарха.

В.Л.

ЖИВОПИСЦЫ, как и представители большинства других искусств, в античной Греции не пользовались высоким социальным престижем. Так, вазописцы вообще принадлежали к самым низшим слоям общества; некоторые из них даже являлись рабами негреческого происхождения. Мастера монументальной живописи стояли выше в глазах общественного мнения; среди них могли быть даже аристократы (напр., Полигнот), хотя такие случаи представляют собой скорее редкие исключения. В целом живописцев воспринимали не как творческих личностей, а как высококвалифицированных ремесленников, исполняющих свою работу по заказу за плату.

И.С.

ЖИВОПИСЬ. Памятники живописи Древней Греции дошли до наших дней в крайне незначительном количестве. При этом среди сохранившихся нет ни одного произведения, созданного рукой кого-либо из прославленных в древности мастеров, если не считать роспись царской гробницы в Бергине, которая предположительно приписывается Филоксену из Эретрии (2-я пол. IV в. до н. э.). Поэтому современные представления об истории древнегреческой живописи основаны прежде всего на косвенных данных (сообщения письменных источников, девнеримские живописные копии, варианты) и аналогиях (прежде всего вазопись).

Греческая живопись прошла в древности многоэтапный эволюционный цикл: от архаического схематизма и условности первых шагов искусства через апогей реалистического изображения идеальных человеческих типов к схематизму и условности поздней, отмеченной спиритуализмом эпохи, — ив этом отношении она разделила судьбу, общую для всего изобразительного искусства Древней Греции. Однако история греческой живописи отмечена и рядом особенностей, обусловленных ее специфическими проблемами, такими как рисунок, светотень, цвет, манера письма и техника. Первые из известных памятников (роспись керамических метоп храма Аполлона в Ферме, ок. 625 до н. э.; доска из Тиринфа со сценой жертвоприношения, VI в. до н. э.) показывают, что на раннем этапе единственным средством, которым художники передавали форму изображаемых предметов, был рисунок-контур; соответственно, тело и его отдельные части, а также отдельные предметы проецировались на поле изображения так, чтобы их главные опознавательные признаки выступали отчетливым силуэтом (к примеру, на метопе в Ферме, голова и ноги Гермеса повернуты в профиль, а плечевой пояс — анфас). Со временем, однако, изображение все более приближается к симультанному визуальному образу (так, на доске из Тиринфа в профиль изображены и головы, и плечи персонажей). На рубеже VI и V вв. до н. э. живопись осваивает изображения фигур в трехчетвертных поворотах и различных ракурсах; обычно, на основании сообщения Плиния Старшего (XXXV, 56), это новшество связывается с именем Кимона из Клеон. Классический этап в истории греческой живописи открывается творчеством Полигнота и Микона (2-я четв. V в. до н. э.), создателей монументальных изображений (больших картин или росписей — неясно) строгого стиля, которым свойственны контурный рисунок и тетрахроматизм в колорите, но также смелые ракурсы, передача мимических движений, а заодно первые попытки передать глубину пространства посредством постановки фигур на разных уровнях. Сюжеты композиций — исторические и мифологические, героического характера, особенно часто — батальные. Однако в рамках тех произведений, которые были посвящены событиям недавней истории, вероятно, проходил стадию становления портретный жанр (ср. замечание Плиния Старшего — XXXV, 57, — что в «Битве при Марафоне» Панен написал «иконические» изображения греческих и персидских военачальников).

2-я пол. V в. до н. э. стала временем изживания контурной манеры и окончательного определения места живописи в ряду других искусств, которое было достигнуто в результате выработки и освоения таких живописных приемов, как светотень (Аполлодор), перспектива (Агатарх) и цветовые градации. В новую, законченную систему живописной репрезентации эти приемы были соединены Зевксидом и Паррасием. Оба мастера особенно славились умением придавать изображениям предметов обманчивое правдоподобие; источники также специально подчеркивают их способность выражать разнообразие типов и характеров, эмоциональные и физические состояния. При жизни Зевксида и Паррасия и, пожалуй, благодаря их славе репутация профессии живописца достигла своего апогея, превзойдя престиж профессии скульптора.

Однако связь с полигнотовской традицией все еще оставалась тогда живой; вероятно, особенно сильно она давала о себе знать в отмечаемом источниками особом умении Паррасия передавать объем фигур посредством одного только точно найденного контура, которое было выше его же умения моделировать поверхности светотенью. Господствующими жанрами являются в это время исторический (включая сцены из мифов) и аллегория, но развиваются также портрет, а возможно, и сатирический жанр, в частности карикатура (Павсон), иногда пишутся комические (Тиманф) и эротические (Паррасий) сценки, практикуются живописные кунштюки (Павсон).

В 1-й пол. и сер. IV в. до н. э. желание художников привлечь к своим картинам внимание зрителя, уже привыкшего к разнообразию и мастерству, побудило их не только усиливать драматизм в сюжете и эмоциях персонажей, в броских контрастах света и тьмы, но и наращивать эффект присутствия средствами гибкой светотеневой моделировки объемов и правдоподобного воспроизведения поверхностей. Прежде всего это относится к мастерам фиванской школы живописи. В русле ее традиций наряду с историческим развивается и легкий жанр (Павсий), формируются приемы быстрого письма (Никомах). Одновременно возникает классицизирующее направление, поставившее целью систематизировать достижения предшествующего столетия и, соединив их с новыми приемами, положить в основу живописи. Это направление было представлено сикионской школой живописи, основатели которой создали т. н. сикионскую академию, где процесс обучения искусству был теоретически мотивирован, строго упорядочен и — вероятно, впервые — отделен от работы мастерской.

Крупнейшими живописцами кон. IV в. до н. э. были Протоген и Апеллес, соединивший в своем творчестве светотень и фактурные эффекты фиванской школы с основательным рисунком школы сикионской и превзошедшие славой всех живописцев древности. В этот период продолжают развиваться историко-мифологический и портретный жанры; появляются идеализирующие парадные портреты монархов. Развивается и сатирический жанр, в частности карикатура; разновидность последней — гриллы, — состоящая в соединении характерных черт людей с чертами разных животных, была создана Антифилом. Им, а также Филоксеном из Эретрии практиковалась манера скорописи, придававшая картинам эффект легкости и спонтанности, тогда как манере Протогена была свойственна особая тщательность.

В живописи эпохи эллинизма разнообразие стилей и жанров возросло еще более. Здесь — и строгий классицизм Тимомаха, и натурализм, и барочная патетика. Широко распространяется идиллический и бытовой жанры, практикуется натюрморт (Сое и Пиреик) и пародия (Ктесилох). Скорее всего, те же черты были свойственны и греческой живописи первых двух столетий римского времени; впрочем, данные источников не позволяют судить о ее тогдашнем состоянии с уверенностью. С III в. н. э. в ней усиливаются черты условности и схематизма; начинается спиритуализация и дематериализация живописного образа, — процессы, подготавливающие средневековое искусство Византии.

Виднейшим из дошедших до нас памятников греческой живописи является роспись купола гробницы в Казанлыке. Другие известные памятники, кроме упомянутых выше метоп из Фермоса и доски из Тиринфа, — мозаики Делоса и Пеллы. Техника древнегреческой живописи — это прежде всего темпера и энкаустика (техника фрески не применялась); к ним позднее (с IV в. до н. э.) добавилась мозаика (Сое, Диоскорид Самосский). Первые мозаики делались из цветной гальки (Пелла, Делос), затем из кусочков камня, к которому для оживления поверхности добавляли блестящие кусочки смальты (разновидность непрозрачного стекла). На рубеже античности и средних веков смальта стала главным мозаичным материалом. Разновидностью живописи была, строго говоря, также и греческая вазопись, но в силу чрезвычайно большого количества сохранившихся расписных ваз ее принято рассматривать отдельно.

Л. Т

ЖИВОТНЫЕ ДОМАШНИЕ занимали значительное место в быту древних греков. Наряду с домашним скотом, выращивание которого было элементом сельского хозяйства (крупный рогатый скот, овцы, козы, свиньи, ослы, птица), держали и животных, не имевших непосредственного экономического значения. Лошади использовались исключительно в военных или спортивных целях, собаки — в охотничьих. Для ловли мышей использовали ласок (кошки были заимствованы из Египта лишь в эпоху эллинизма).

И.С.

«ЖИЗНЕОПИСАНИЕ ЭЗОПА». Биография баснописца Эзопа, созданная в римское время. «Жизнеописание Эзопа» представляет его невольником из Фригии, рабом Ксанфа с Самоса. Как сообщается в «Жизнеописании Эзопа», после освобождения Эзоп стал самосским советником, позднее служил у лидийского царя Креза, умер же в Дельфах, где поссорился со жрецами Аполлона, который ему отомстил, но затем наградил посмертной славой. «Жизнеописание Эзопа» в силу позднего происхождения не считается достоверным историческим источником.

В.Л.

ЖРЕЧЕСТВО в условиях древнегреческой полисной религии не было замкнутым сословием или кастой, оторванной от общества и государства. Стать жрецом мог в принципе любой гражданин, обладавший определенными необходимыми качествами (отсутствие физических недостатков, незапятнанная репутация и т. п.). Многие жреческие должности были выборными (использовались голосование или жребий); впрочем, в ряде древних культов сохранялись наследственные жречества, находившиеся в руках отдельных аристократических родов (напр., в культе Деметры в Элевсине верховными жрецами — иерофантами — могли быть только представители рода Евмолпидов). Чаще всего жреческие обязанности в культах мужских божеств исполняли мужчины, а в культах женских — женщины; однако из этого правила были важные исключения (напр., пифия — жрица Аполлона в Дельфах). Жрецы являлись должностными лицами полиса; нередко отдельные жреческие функции лежали и на гражданских должностных лицах (в т. ч. на архонтах в Афинах). Жрецы обычно состояли при храмах; в круг их обязанностей входили совершение молитв храмовому божеству, руководство жертвоприношениями и процессиями в дни религиозных праздников, надзор за благоустройством храмов, поддержанием в них порядка, сохранностью храмовых имуществ, в т. ч. посвященных богам предметов. Всё это требовало от жреца знания сакральных предписаний и норм, обрядового календаря. Совершение священнодействий не было исключительной прерогативой жрецов; в частности, отправление домашнего, внехрамового культа, в принципе, не предполагало обязательного участия жречества и совершалось отцом семейства; впрочем, при необходимости последний мог обратиться за консультацией или помощью к профессиональному жрецу. Жрецы пользовались определенными почестями и привилегиями (напр., почетными местами в театре). Признаком жреческого статуса обычно был венок или повязка на голове; специальные жреческие одеяния и прически получили широкое распространение лишь в эпоху эллинизма. Близкими к жрецам представителями культового персонала были прорицатели (особенно часто присутствовавшие при жертвоприношениях для предсказаний по внутренностям жертвенных животных), экзегеты — толкователи воли богов и др., а также низшие храмовые служители, в т. ч. иеродулы — храмовые рабы и рабыни.

И. С.