Арабелла

Одернув юбку своего ангельского наряда, я бросаю тревожный взгляд на свою соседку по комнате.

— Тебе правда было необходимо заплести мне косички?

— Это сочетается с невинным внешним видом, — уверяет меня Лейси, все еще проверяя свой макияж, держа маленькое зеркальце в руке.

Лиф ее красного платья глубоко погружается между грудями, а юбка настолько высока, что это должно быть незаконно. На подготовку у нее ушел целый день: от неторопливого принятия ванны до прически и идеального макияжа.

— Ты просто нервничаешь. Это вечеринка года. Следующая не раньше Рождества… если оно у нас будет. Как только мы доберемся туда, ты расслабишься, — закрыв зеркало, она улыбается мне, демонстрируя свои притворные клыки. — И не жуй губу, а то съешь помаду.

Я сопротивляюсь желанию вонзить зубы в нижнюю губу.

— Я просто думаю, что это слишком.

— Я разрешила тебе носить балетки вместо белых туфель на каблуках, которые собиралась одолжить, — напоминает она мне. — У тебя свой путь.

И она согласилась на это только потому, что я не могла в них ходить. Я не ношу каблуки. Однажды, когда я примеряла пару Елены, я подвернула лодыжку.

Лейси движется к двери.

— Брэд и остальные уже должны нас ждать. Мы можем сделать наш модный выход.

Я достаю маленькую сумочку, подходящую к моему наряду, и иду за ней. Еще несколько студентов выбегают из своих комнат, готовые повеселиться.

Я снова дергаю юбку и стараюсь не думать о том, насколько сильно она обнажает бедра.

Почему я позволила ей уговорить меня купить этот костюм?

— Хватит ерзать, — ругается Лейси, когда мы выходим из здания. — Тебе нужно начать владеть собой.

Прохладный воздух окутывает меня мурашками.

— Я не привыкла носить что-то подобное. В ней видно нечто большее, чем просто в форме группы поддержки, а стринги я вообще раньше никогда не носила.

Она поворачивается ко мне лицом.

— Плечи распрями, подбородок вверх. Я не хочу видеть, как ты трогаешь свою юбку или линию груди. Хватит ныть и не подведи меня в этот вечер. Ты понимаешь?

Я киваю, сталь в ее тоне заглушает любые мои дальнейшие аргументы.

Взгляд Лейси смягчается.

— Это действительно важная ночь для меня. Мне нужно, чтобы все было идеально.

Оставшуюся часть пути до бального зала я прохожу в тишине, пока меня терзают сомнения.

Было ли хорошей идеей прийти на эту вечеринку?

Я не тусовщица. Я предпочитаю находиться в тихом месте с горсткой людей.

Чувствую себя не в своей тарелке.

Передняя часть бального зала освещена фиолетовым и зеленым светом, что придает ему жуткий эффект. 3D-проекции призраков летают по крыше здания с душераздирающими криками. Нас встречает красная дорожка, по обеим сторонам которой выстроились духи. На вечеринку уже направляется поток студентов, одетых в жуткие костюмы — от зомби до ведьм.

Лейси визжит рядом со мной.

— Это лучше, чем я себе представляла!

Несколько человек смотрят в нашу сторону, и трудно не заметить, как взгляды некоторых парней задерживаются на том, что на мне надето. Я сжимаю руки в кулаки и держу их по бокам. Лейси хватает меня за руку и тащит через дверь.

Дым висит в воздухе пеленой, затуманивая цветные огни. Люди группируются, в основном в свое привычное окружение. Брэд одет как монстр Франкенштейна и стоит вместе с другими спортсменами рядом с одним из длинных столов с напитками. Когда мы направляемся к ним, я замечаю, что Майлза нет.

Брэд целует Лейси в щеку.

— Выглядишь потрясающе.

— Спасибо, детка, — она принимает поцелуй, затем смеется.

— Где Майлз? — спрашиваю я Эвана, одетого египетской мумией.

Он пожимает плечами.

— Он был здесь десять минут назад.

Я достаю телефон и набираю быстрое сообщение.

Я: Я с Брэдом и остальными.

По крайней мере, мне не нужно беспокоиться об Илае. Его не видели с утра, когда Брет из команды по плаванию увидел, как он уезжает на своей машине.

— Арабелла, почему ты такая тихая?

Мое внимание переключается на Джейса.

— Я в порядке.

Его волосы зачесаны назад, а черный макияж на глазах делает их более выразительными.

— Если речь идет о тебе и Майлзе, то здесь много парней с которыми можно завести отношения.

Он кокетливо ухмыляется, его клыки выглядывают из губ.

— Мы с Майлзом решаем ситуацию.

Я слежу за тобой, Джейс Блэк, и второй раз на твои уловки не попадусь.

Лейси проходит мимо нас, ее пальцы обхватывают бицепс своего парня.

— Почему они еще не включили музыку? Неужели мне придется все делать самой?

Остальные члены группы отходят в сторону комнаты, и я следую за ними. Майлза по-прежнему не видно, но я вижу Келлана возле чаши с пуншем.

Теплые пальцы сжимают мою руку, отвлекая мой взгляд. Наклонив голову, я вижу Майлза, стоящего рядом со мной. Он одет как Супермен, с большой жирной буквой «S» на груди.

— Привет. Извини. Я поговорил с Сэмом и его соседом по комнате, — его взгляд скользит по мне. — Как ты можешь выглядеть милой и невинной, но в то же время горячей?

— Ой, спасибо, — я игриво похлопываю его по груди, позволяя кончикам пальцев ласкать букву «S».

Джейс хмурится.

Майлз обнимает меня за талию и притягивает к теплу своего бока.

— Моя девушка здесь самая сексуальная.

— Значит, вы снова вместе? — Эван усмехается.

Я кладу голову Майлзу на грудь и крепко обнимаю его.

— Мы родственные души. Ничто не может разлучить нас надолго.

— Я собираюсь выпить, — Джейс обходит нас и бросается в другую сторону зала, Эван следует за ним.

Майлз наклоняется и шепчет мне на ухо.

— Он приставал к тебе?

— Нет, но я почти уверена, что он собирался это сделать.

— Не пей пунш.

Я встречаюсь с ним взглядом, слыша предупреждение.

— Почему?

Он сверкает мне своими идеальными белыми зубами в мальчишеской улыбке.

— Я думаю, Келлан подправил его состав.

— Может, нам рассказать кому-нибудь?

— Нет. Охрана разберется в этом достаточно скоро, когда люди начнут шататься. После прошлого года нам всем нужно что-то, что нас отвлечет.

Грусть в его тоне возбуждает мое любопытство.

— Что произошло в прошлом году?

Взгляд Майлза отрывается от меня.

— Зои умерла.

Мой рот открывается от шока.

— Подожди! Это было на Хэллоуин?

— Да.

— Лейси никогда не упоминала этого.

— Я думаю, что эта вечеринка — способ Лейси попытаться забыть то, что произошло.

— Я думала, они были подругами? — я не вижу ни ее, ни Брэда в растущей толпе.

— Каждый по-разному справляется с плохими воспоминаниями, — хватка Майлза на моей талии крепчает на мгновение, а затем ослабляется. — Может быть, это просто ее способ справиться со всем этим.

Музыка врывается в жизнь, прекращая дальнейший разговор. Пары нетерпеливо толпятся в центре зала, тела двигаются в такт. Схватив меня за руку, Майлз тащит меня к ним. Мои танцевальные движения нескоординированные и скованные. Кажется, он не возражает, и вскоре я смеюсь над некоторыми его хаотичными и беспорядочными движениями. Я задыхаюсь и чувствую себя более уверенно, когда мы покидаем танцпол.

— Оставайся здесь. Мне нужно в туалет, — Майлз целует меня в щеку. — Я скоро вернусь.

Он проталкивается через переполненный бальный зал мимо охранников, которые рыщут вокруг, разъединяя тех, кто целуется.

Музыка меняется на что-то более быстрое. Она проходит сквозь мое тело и попадает в барабанные перепонки.

Проходят минуты, а Майлз не возвращается. Обеспокоенная, я отправляю ему сообщение.

Я: Эй, ты где?

Я осматриваю толпу. Лейси и Брэд танцуют в окружении нескольких спортсменов, но Майлза не видно.

Я проверяю свои сообщения, и мое беспокойство возрастает, когда через десять минут я все еще не получаю ответа.

Я: Ты в порядке?

Воздух в переполненном помещении горячий и липкий, и мое прежнее беспокойство возвращается, становясь сильнее с каждой секундой.

Я не могу дышать.

Меня охватывает клаустрофобия.

Мне нужен воздух.

Начало панической атаки происходит быстро и неожиданно. Я мчусь сквозь тела, заполняющие зал, стремясь к выходу.

Я выбегаю через главную дверь и наполняю легкие, полные свежего воздуха. Не могу избавиться от ощущения, что нахожусь в клетке. Ноги двигаются, и я не останавливаюсь, пока не прохожу половину кампуса.

Мое сердце замедляется, но затянувшиеся щупальца волнения продолжают цепляться за меня.

Мне нужно очистить голову.

Меня манит свет фонарей из тыкв, обозначающих вход на тропу призраков через кладбище. Шоу на ней не должно начинаться еще в течение часа. Я направляюсь к деревьям и останавливаюсь в месте, где их свет заливает все вокруг золотым оттенком.

Я не была в лесу после несчастного случая. Обхватив руками талию, я смотрю на освещенную тропу, фонари прокладывают путь по обеим сторонам.

Я делаю медленный шаг вперед. Потом еще и еще, пока я не иду сквозь деревья. Я окутана тревогой, но здесь испытываю странное чувство комфорта. Тишина. Место, где я смогу оставить мир позади, и моя жизнь не станет тем беспорядком, в который она превратилась.

Достигнув знакомой скамейки, я останавливаюсь и смотрю на вход на кладбище.

Здесь умерла Зои.

Когда пришла сюда, чтобы выполнить задание.

Какой она была? Испугалась ли она здесь, в темноте? Что с ней на самом деле случилось?

Мое сердце болит за девушку, погибшую среди могил.

Действительно ли ей кинули вызов? Узнает ли кто-нибудь, что с ней случилось?

Волосы на моей шее предупреждающе покалывают. Я переминаюсь с ноги на ногу и бросаю взгляд на освещенную дорожку.

— Кто здесь? Майлз?

Тишина.

Меня охватывает беспокойство.

— Если это ты, Джейс, то это не смешно.

Я жду секунду или две, но никто не выходит вперед, и я больше ничего не слышу. Но мой комфорт был разрушен, поэтому я разворачиваюсь и иду обратно в сторону школы.

Илай

В утро Хэллоуина воздух освежающий и прохладный, но сухой. Я плохо спал с тех пор, как посетил могилу Зои, и пропустил завтрак, предпочитая оставаться в постели. Я не хочу быть среди людей. Я чувствую себя на грани. Как будто я жду, что что-то произойдет.

Келлан, с другой стороны, чертовски гиперактивен. Я знаю, что это его способ пережить сегодняшний день. Он не может быть чем-то другим, кроме как чрезмерным. Но я пока не готов с этим справиться. Сначала мне нужно разобраться с головой, иначе может случиться еще одно убийство, и в этом году на моих руках действительно будет кровь.

Наконец я вытаскиваю свою задницу из постели, когда звонит будильник в девять тридцать, быстро принимаю душ, одеваюсь и хватаю ключи от машины. Я покатаюсь, постараюсь очистить голову и избежать всего того чертового безумия, которое происходит сегодня в кампусе.

Коридор возле моей комнаты полон людей. Некоторые уже одеты и бегают, издавая нелепые звуки или шаркая ногами, как зомби. Я натягиваю капюшон, включаю музыку в ушах и заглушаю их, пока иду.

К счастью, никто не пытается меня остановить, и я выхожу из здания в рекордно короткие сроки. Я направляюсь прямо к машине, бросаю наушники и сотовый телефон на пассажирское сиденье и завожу двигатель.

Я мчусь по дороге и вылетаю через ворота, окно опущено, и из стереосистемы ревет «XanaX» «Бэдфловер». Я знаю, что люди меня видят, потому что возле ворот стоит кучка студентов. Мне кажется, я заметил некоторых спортсменов, но я не обращаю на это достаточно внимания, чтобы знать наверняка.

У меня нет конечного пункта назначения, но простое монотонное движение по дороге и случайные повороты делают свое дело, и мое тело и разум постепенно начинают расслабляться. Добравшись до Кейп-Мэй, я припарковываю машину и вылезаю из нее, вдыхая морской воздух.

Моя мама любила море, и всякий раз, когда в детстве я чувствовал себя расстроенным, она приводила меня именно туда. Не на этот конкретный пляж, но расположение не имеет значения. Достаточно запахов и звуков. Даже не знаю, почему я сегодня так взволнован, но нервы у меня натянуты. Я уверен, что отчасти это связано с Зои и тем, что случилось с ней год назад.

Снимая кроссовки, я беру их и иду по песку, позволяя ветру и пению чаек успокаивать мои нервы. К тому времени, когда я возвращаюсь к машине, я чувствую себя лучше, более расслабленным и менее напряженным. Я прислоняюсь к борту машины, чтобы стряхнуть песок с ног, прежде чем зашнуровать кроссовки, а затем перекусываю в одном из прибрежных кафе. Я предпочитаю сесть за один из столиков снаружи, выпить кофе и съесть сливочный сыр и бублик с ветчиной. Мой телефон вибрирует у ноги. Я подумываю проигнорировать это, но, скорее всего, это Келлан, поэтому вытаскиваю его.

Конечно же, это мой лучший друг. Я тихо смеюсь в свою кружку. Мой единственный друг.

Келлан: Куда ты пошел?

Я: Проехался, чтобы очистить голову. Вернусь через час, плюс-минус.

Келлан: Час? Где ты?

Я: Кейп-Мэй.

Келлан: Пляж. Должен был догадаться. Возьми с собой немного алкоголя.

Я: Какие предпочтения?

Келлан: Что-то, что не изменит цвет пунша.

Он присылает подмигивающий смайлик.

* * *

Ближе к вечеру я наконец возвращаюсь к Академии. Люди слоняются вокруг, и у меня есть пара промахов, когда они не успевают уйти с подъездной дороги, ведущей к парковке, достаточно быстро. Ладно, возможно, я пару раз нажал на газ. Мне было бы не грустно представить половину из них перед моей машиной.

Я вылезаю из машины и тянусь за пакетами с алкоголем, когда чья-то рука сжимает мой рукав.

— Где ты был? Мне нужно, чтобы ты поставил фреску на место! — тон Лейси резок от раздражения.

Я медленно поворачиваюсь, глядя на ее пальцы на моей руке.

— Во-первых, убери от меня руку. Во-вторых, прикоснись ко мне еще раз без разрешения, и я сломаю тебе пальцы. И в-третьих, попроси одного из своих приспешников сделать это.

— Ради бога, Илай, нельзя ли нам провести хотя бы один день, когда ты не будешь вести себя как гребаный монстр?

Монстр. Маскирую вздрагивание при этом слове. Сколько раз меня так называли за эти годы? Уже должен к этому привыкнуть. И, по большей части, я. Но в такие дни, как сегодня, когда я уже чувствую себя разбитым, это бьет сильнее, чем следовало бы.

Я натягиваю улыбку.

— Это Хэллоуин, Лейси. Зачем мне притворяться тем, кем я не являюсь, если это единственный день в году, когда монстр популярен?

Ее пальцы опускаются, и она дуется. Я стараюсь не закатывать глаза.

— Пожалуйста, Илай? Пожалуйста? — она прикасается пальцем к губам. — Я сделала то, что ты хотел, как хорошая девочка, — ее тело приближается к моему, грудь прижимается к моей руке. — Я могла бы снова стать для тебя хорошей девочкой, — ее голос падает до шепота.

— Я в порядке, спасибо, — я беру сумки с заднего сиденья и закрываю машину. — Я отнесу это в свою комнату, а затем принесу фреску.

Она визжит и обнимает меня за шею, покрывая мою щеку поцелуями. Я собираюсь оттолкнуть ее от себя, когда вижу движение и оглядываюсь вокруг, чтобы обнаружить, что Джейс смотрит на нас. Я улыбаюсь ему и удерживаю его взгляд, одновременно опуская руки, чтобы прикрыть задницу Лейси и сжать ее, притягивая к себе.

Я знаю, что он пойдет прямо к Брэду и расскажет о том, что увидел. И, конечно же, он хмурится и поворачивается, чтобы вернуться тем же путем, которым пришел. Я хлопаю Лейси по заднице и отталкиваю ее.

— Если ты не отпустишь меня, не получишь свою фреску.

— Ты уверен, что я не могу… — ее глаза падают на мой пах.

— Мы уже это обсуждали. Иди и найди своего парня, чтобы он тебя удовлетворил, — я обхожу ее, не дожидаясь, скажет ли она еще что-нибудь.

Когда я прихожу, Келлана нет в нашей комнате, поэтому я бросаю бутылки на его кровать, а затем иду и устанавливаю фрагменты фрески, как и обещал. Бальный зал оформлен в стиле дома с привидениями. Центральным элементом каждого стола являются гробики, из которых торчат руки. Они милые, я думаю. Чтобы все принести, требуется три подхода, и я устанавливаю ее у стены, которую Лейси выбрала, когда я впервые приступил к работе. Как только фреска оказывается на месте, я отступаю назад, чтобы еще раз осмотреть ее.

— Выглядит великолепно, — говорит Келлан позади меня.

Я киваю, не глядя на него.

— Я спрятал в ней несколько маленьких пасхальных яиц. Посмотрим, сможешь ли ты их найти. Ты принес напитки?

— Да, я спрятал их в туалете на потом, когда люди отвлекутся, — он встал рядом со мной. — Все еще думаешь не приходить сегодня вечером?

Я качаю головой, прежде чем он закончил спрашивать.

— Мне приходится проводить весь день с этими людьми. Какого черта я решу проводить с ними свое свободное время? Я поработаю над своей скульптурой, а затем вернусь в нашу комнату. У меня нет настроения веселиться.

Он похлопывает меня по плечу. Келлан знает, почему я не хочу веселиться, как и я знаю, почему он хочет. Это наши способы у обоих справиться с тем, что произошло год назад. Я делаю шаг назад.

— Ладно, я ухожу отсюда.

Я провожу вечер взаперти со своим арт-проектом. Я слышу музыку вечеринки, смех и крики людей, пугающих друг друга. Я даже отдаленно не испытываю искушения присоединиться к ним. Ощущение отстраненности, которое было раньше, вернулось, и я даже не могу сбежать покататься. Главные ворота заперты, и студентов не выпускают за территорию после захода солнца. Но мне трудно сосредоточиться, и я не хочу испортить мраморную деталь, над которой работаю, поэтому я хватаю толстовку, бутылку водки и выхожу на улицу.

Я прогуляюсь. В лесу по-прежнему должно быть тихо, если не считать проложенной главной тропы. Если я буду оставаться в тени, меня оставят в покое.