*Тора-Бора *

Это имя так знакомо

Оно звучит так близко, так древне, так сложно

Так пещерные комплексы становятся свидетелями конфликта

Между новейшими, самыми высокими, самыми смертоносными современными технологиями

И самой примитивной, отсталой, бессмысленной теологией

*Курдский поэт Камаль Миравдели *

Наконец, долгожданное время сброса бомбы BLU-82 было назначено на ранние утренние часы девятого декабря. Не было смысла сбрасывать большую бомбу ночью, когда боевики «Аль-Каиды» грелись в своих пещерах, а моджахеды проводили свое вечернее отступление, поскольку в темноте они не играли, а пресса не могла быть свидетелем взрыва.

В то утро почти все в нашем расположении встали рано, чтобы посмотреть шоу. Оперативники ЦРУ собрались тесной группой перед невысокой каменной стеной сразу за зданием школы, каждый из них был одет частично в афганскую одежду, частично в стильную одежду от компании North Face. Некоторые гордо стояли, обняв друг друга, некоторые держали в руках свои АК-47. Чтобы сделать фотографию на память, один из оперативников держал небольшой кусочек картона с надписью: «Тора Бора, передовые силы, BLU-82, 9 декабря 2001 года», нацарапанной толстыми черными буквами. ЦРУ ликовало, было уверено в себе и надеялось на поворотный момент в этой битве.

Генерал Али также появился рано утром, одетый в свою белую пижамную одежду, свою фирменную темно-коричневую кожаную куртку и коричневый паколь, чтобы защититься от утреннего холода. Хотя ЦРУ и пообещало отличные результаты от взрыва бомбы и, безусловно, выглядело довольным собой, генерал по-прежнему испытывал определенные опасения. Он схватил портативную радиостанцию и связался со своими передовыми командирами, чтобы убедиться, что все его бойцы отошли на минимальное безопасное расстояние от запланированной цели, расположенной глубоко в горах.

Огромная бомба называлась «косилка маргариток», и ее не сбрасывали со времен войны во Вьетнаме, когда она использовалась в качестве простого способа расчистки джунглей для мгновенного создания посадочной площадки для вертолетов. Естественно, ЦРУ раздуло свои возможности, и, услышав о знаменитой наработке, я также ожидал зрелищного шоу.

Над нами, на фоне ясного голубого неба, высоко над вершинами высотой 14000 футов, появилось маленькое темное пятнышко. С северо-запада курсом на юго-восток в район вошел самолет МС-130 «Комбат Тэлон», на такой большой высоте, что, казалось, он едва двигался. Любой боевик «Аль-Каиды», проснувшийся на рассвете, должно быть, с любопытством посмотрел вверх. Они уже привыкли к четырем белым инверсионным следам, оставляемым бомбардировщиками В-52, летящих на высоте 30000 футов, или к истребителям-бомбардировщикам, пролетавших ниже, но тут было нечто другое. Неуклюжий МС-130 мог выглядеть как грузовой самолет, но в его брюхе было что-то такое, с чем вражеские бойцы никогда ранее не сталкивались.

Как и следовало ожидать, после своей экстраординарной работы за последние пять дней, загруженный наблюдательный пункт с позывным «Виктор Браво Ноль Два» дал добро воздушному судну на сброс своего груза. «Боевой Коготь» освободился от него и резко отвернул от цели на запад, как будто взрыв мог дотянуться и сорвать его с небес.

— Вот она, вон она идет! — крикнул один из оперативников ЦРУ. — Берегись, «Аль-Каида»!

— Не хотелось бы мне сегодня утром стоять на посту рядом с плохими парнями, — прокомментировал другой.

Здесь я хотел бы написать о шоке и благоговении, огненных шарах и сотрясающем горы громе, чтобы описать тот взрыв, который произошел в 06:11 по местному времени. Мы ожидали мощного удара, который сотрясет здания и на мгновение приподнимет нас с ног.

На самом деле, в школе мы почти не ощутили под ногами никакого дрожания. Пуф, — и большая бомба взорвалась. И ради этого мы подорвались так рано? Первые сообщения, поступившие от пилотов, наблюдавших за ударом с высоты, говорили о возможной «неполной детонации». Другими словами, нельзя было сказать, что бомба совсем не взорвалась, однако она и не поразила противника, как заявлялось, с максимальной разрушительной силой.

Но все это не имело значения — генерал Али явно ожидал более яркого выступления. Он понятия не имел, взорвалась ли она должным образом, но ему не потребовалось много времени, чтобы точно выяснить, где она упала.

По радио разносились отчаянные доклады его людей, сообщавших, что бомба упала рядом с ними. Мы все внимательно слушали, как на протяжении нескольких минут безостановочно в эфире раздавались сигналы бедствия. Генерал посмотрел на парней из ЦРУ и взмахнул руками, указывая в сторону гор, продолжая передавать команды своим людям.

Али сказал, что «косилка маргариток» упала на один из хребтов далее к востоку, примерно в пятистах метрах от своей цели и взорвалась рядом с позициями одной из его групп. Мне не нужен был перевод, чтобы понять явное разочарование генерала.

Адам Хан достал свой собственный портативный спутниковый телефон и набрал код быстрого набора, чтобы связаться с Гэри Бернтсеном из ЦРУ в Кабуле. Гэри ответил так быстро, что казалось, будто он ожидал этого звонка.

— Не похоже, чтобы BLU-82 взорвалась, — спокойно сказал Адам Хан. — Генерал от этого в бешенстве и очень зол. Он говорит, она попала не в то место.

Гэри на это не купился и рявкнул в ответ:

— Передай этому сукиному сыну, что бомба попала туда, куда нужно, и взорвалась правильно!

Адам Хан не стал спорить с шефом ЦРУ.

— Ну, это был не ахти какой взрыв, — сказал он и отключил связь.

К счастью, вслед за шоу со сбросом BLU-82 через пару минут последовала пара бомбардировщиков B-52, которые уложили в районе три отдельные цепочки из многочисленных «джидамов». Первая серия умных бомб внешне выглядела как линейный удар по гребню хребта, и генерал Али в полном смятении вновь начал размахивать руками и громко кричать нам, что эти бомбы также попали в места, где скрывались его люди. По-видимому, моджахеды проигнорировал предупреждения отступить на минимальное безопасное расстояние в 4000 метров.

Вторая серия, по-видимому, стала более точным ударом и попала точно в то место, где, по словам Али, и должна была приземлиться BLU-82. Наконец-то было за что радоваться. Генерал и несколько бойцов с ним подпрыгивали от радости, скача вокруг, как дети, наблюдая за многочисленными вспышками массивных красных и оранжевых взрывов, которые сменились затем поднимающимся густым темно-серым шлейфом дыма.

— Да, да, да, — сказал Али, — Вот где «Аль-Каида!» [sic!]

Третий удар B-52 оказался гораздо менее впечатляющим, чем два предыдущих, он был нанесен дальше к западу, хотя и ближе к нам. Временная эйфория Али испарилась, и он еще раз дал нам понять, что ВВС промахнулись. Произведенные быстрые вычисления дали нам вероятность успеха как один к четырем, или только 25 процентов. Нехорошо. Бомбардировщики B-52 показали отличное шоу и были довольно точными, но главным блюдом в меню должен был стать эффектный взрыв BLU-82, предоставленный американским налогоплательщиком, и он не оправдал ожиданий.

*

В оправдание ВВС США мы можем сказать, что неудачно или нет, но та бомба приземлилась именно там, где летчикам было указано ее положить. Все, что нужно было сделать пилотам, — направить свой самолет в нужную точку сброса и позволить ей разорваться, — то они и сделали. Вся вина за неудачный бомбовый удар должна была быть возложена в другом месте.

Ни один афганец, находившийся на поле боя, не мог взглянуть на одну из наших карт или даже на одну из русских карт времен советско-афганской войны и точно сказать нам, где находились очаги обороны вражеских боевиков. На самом деле, они не могли сказать нам даже, где находятся бойцы дружественных сил. Лучшее, на что можно было надеяться, — это хорошее предположение, в зависимости от того, куда указывал со стороны моджахед.

Именно эта совершенно бесхитростная техника использовалась для обозначения цели для BLU-82. Перехват радиосигнала, когда Бен Ладен общался со своими боевиками в горах, обеспечил нам его грубое местоположение, а местные жители подтвердили, что это текущее местоположение Бен Ладена.

Примерно за день до нашего прибытия генерал Али сам уточнил цель. Он стоял у здания школы и указывал на то место, где находился главный террорист. Когда обсуждение закончилось и пришло время отправить местоположение цели военно-воздушным силам, эти координаты и были переданы.

Либо местность была прочитана неправильно, либо в отправленных координатах была опечатка, но бомба попала точно туда, куда и должна была, — однако отклонилась почти на тысячу метров. Какова бы ни была причина, это стало вопиющей ошибкой.

Это событие еще раз подчеркнуло абсолютную необходимость размещения парней из «Дельты» в этих горах для создания наблюдательных пунктов, которые могли бы обеспечить необходимое высокотехнологичное целеуказание, а не просто оценку «вот там», основанную на указании пальцем.

Бен Ладен однажды сказал, что долг всех мусульман — убивать не только американских военнослужащих, но и любого американца, который платит налоги. Если бы несколько десятков крылатых ракет «Томагавк», запущенных в 1998 году по местечку Завир-Хили недалеко от Хоста, в отместку за взрывы посольства США в Африке, не произвели на него впечатления, мы бы вскоре познакомили его с тоннами бомб, любезно предоставленными теми же американскими налогоплательщиками. И хотя шумиха затмила само представление, я уверен, что в то утро внимание Бен Ладена привлекла сама мощь «косилки маргариток».

Больше ту картонную табличку ЦРУ с фотографией я никогда не видел.

*

Через тридцать минут после сброса BLU-82 к зданию школы подкатили десять пикапов «Тойота» со снайперами и штурмовиками из «Дельты». В Джелалабаде им удалось поспать всего час или около того, прежде чем отправиться в последний этап своего путешествия. Трехчасовая поездка прошла без происшествий, за исключением нескольких остановок, чтобы подобрать дополнительных бойцов моджахедов и перекусить на придорожных привалах. Им даже удалось увидеть падение BLU-82 и последующие вспышки «джидамов», освещавшие горный склон ранним утром.

Парни все улыбались, и стало большим облегчением увидеть их снова: Кейвмен, Сталкер, Стормин, Грампи, Мёрф и Крэпшут, — вот лишь некоторые из них. Большинство из них были бородатыми, с длинными волосами, свисающими сзади и по бокам их традиционных афганских шерстяных шапок-паколей. Они отправлялись в путешествие, которое запомнят на всю оставшуюся жизнь.

Я мельком увидел, как генерал Али украдкой взглянул на этих парней из своего дверного проема. Даже он не смог устоять перед желанием взглянуть на такой потрясающую группу американских коммандос.

В то время как бомбы грохотали вдоль хребтов и долин каждые двадцать минут или около того, мы быстро ввели ребят в курс дела, чтобы сориентировать их в обстановке в этом районе. После основных событий они сложили свое снаряжение в своем временном новом доме и укрыли транспортные средства внутри стен комплекса.

Айронхед и Брайан координировали разведку позиций «Аль-Каиды» для Джима, еще одного опытного сержант-майора отряда «Дельта», который только что прибыл, и в течение часа они убыли. Было крайне важно, чтобы эти командиры внимательно изучили то, что я уже увидел накануне, чтобы проверить качество моей информации и планов. Имея всего одну машину и несколько «духов», сидящих на заднем сиденье, они проскользнули мимо прессы и без происшествий добрались до Минометного холма.

В небе висел бомбардировщик, поэтому «Аль-Каида» затаилась и позволила им полюбоваться окрестностями и сориентироваться на своих картах, но когда двадцать минут спустя самолет покинул воздушное пространство, проснулись минометы, и несколько мин упало в пятидесяти метрах от них. К этому моменту они увидели уже достаточно, и, не имея необходимости более испытывать судьбу, трое самых опытных спецназовцев на поле боя вернулись в здание школы.

Я собрал командиров групп, чтобы проинформировать их об изменениях в концепции нашей работы, возникших с тех пор, как мы покинули промежуточную базу сосредоточения несколькими днями ранее. У нас не хватало терпения сидеть сложа руки или надеяться, что нам повезет с «золотым самородком» разведки. Вместо этого, при полной поддержке наших друзей из ЦРУ, мы были полны решимости ловить у себя в «Дельте» собственную удачу, форсировав события, добившись успеха и поднажав на генерала Али, чтобы усилить давление на Усаму бен Ладена. Ожидал ли американский народ чего-то меньшего?

Наша первая задача состояла в том, чтобы разделить группу «Кило» с тем, чтобы удвоить пару уже выставленных наблюдательных пунктов. НП 25-А, занятый «зелеными беретами» группы «Кобра-25» в течение последних двух дней, находился в восточных предгорьях в нескольких километрах от линии соприкосновения и в непосредственной близости от долины Агам. Остальные «зеленые береты» только что присоединились ко второму наблюдательному пункту, НП 25-B, который прикрывал западную часть поля боя, недалеко от долины Вазир.

Эти два наблюдательных пункта были либо неизвестны Бен Ладену и его боевикам, либо «Аль-Каида», по крайней мере, решила с ними ничего не делать. Оба разведоргана проделали невероятную работу до нашего прибытия, но находились в четырех милях от линии фронта и не могли заглянуть за дальние хребты, где атаковали моджахеды. Мы планировали выйти за рамки обеих текущих наблюдательных пунктов и создать новые и гибкие передовые позиции, чтобы принять на себя их обязанности.

Хотя «зеленые береты» оказались на наблюдательных пунктах первыми, нам тоже нужно было направить туда людей «Дельты», потому что наши ребята были знакомы с текущим планом игры, нашей тактикой и способами ведения боя, имели совместимые радиостанции и понимали замысел командования. Чтобы сохранить единство управления, нам требовалось принять тактический контроль над позициями, чтобы улучшить взаимодействие во время боевых действий. Последнее, чего мы хотели или в чем нуждались, — так это еще один инцидент с дружественным огнем, наподобие недавней трагедии в Кандагаре 5 декабря, когда чтобы помешать талибам пересечь мост, был нанесен бомбовый удар. Заблудший «джидам» попал не в то место, убил трех «зеленых беретов» и ранил полдюжины других американцев летящими осколками и камнями.

Как и ожидалось, наше требование передать управление стало источником значительных трений с командирами «зеленых беретов» в вышестоящих штабах, но, как это часто бывает, когда два элитных подразделения оказываются на одном и том же участке поля боя, ребята на местах в конечном итоге разобрались во всем ради общего блага.

Мы задействовали снайперов из группы «Кило», Джестера и Дагана, чтобы они первыми вышли на поле боя и подготовились к выводу на НП 25-А в тот же день, девятого декабря. Как только они соединятся с 5-й группой «зеленых беретов» и получат возможность ознакомиться с местностью, они должны были продвинуться дальше и разведать места в глубине, где мы могли бы создать новые НП и срезать углы, получив возможность тем самым вести наблюдение за высокими хребтами.

Нам отчаянно нужны были глаза и уши на обратных склонах этих хребтов, чтобы проводить то, что военные называют «операциями по конечному наведению» или ТГО — причудливый способ направлять бомбы на намеченные цели, либо с помощью лазерного целеуказателя, либо путем предоставления координат GPS.

Другая половина группы «Кило» должна была быть готовой к переезду на следующее утро, чтобы усилить другой пункт, НП 25-B.

Оставшаяся часть разведывательного отряда должна была подготовиться к предполагаемому выводу в течение двадцати четырех часов, при этом военнослужащие штурмовых групп должны были находиться в режиме ожидания как в качестве сил экстренного штурма, если мы получим оперативную информацию о местонахождении Бен Ладена, так и в качестве сил быстрого реагирования, если наблюдательные пункты 25-А и 25-Б попадут в беду.

Разведывательный отряд был «накачан». Увидев выражение глаз оперативников, я понял, что этих парней будет трудно удержать. Я молился о том, чтобы мы засекли Бен Ладена.

*

Вернувшись со своей разведки на передовой, сержант-майор отряда Джим повел одного из парней из ЦРУ вокруг здания школы, чтобы осмотреть горы. Он посмотрел на самую высокую точку, которую мог разглядеть невооруженным глазом, сверился со своей картой, снова поднял глаза и приложил палец к отметке этой вершины на карте. Легенда на карте подтверждала, что он смотрел на высоту 3212, которая располагалась посреди нескольких других, немного более низких вершин. Джим взял компас и мысленно отметил магнитный азимут в 172 градуса.

Парень из ЦРУ провел пальцем по краю своей собственной карты и начал объяснять, на что они смотрят. Потом указал влево.

— Половина разведгруппы №572 находится вон там, на том участке возвышенности. Это НП 25-А, — заявил сотрудник ЦРУ.

Джим кивнул.

— Хорошо, теперь покажи другой НП.

— Ммм, вон там. Это НП 25-Б, — сообщил парень из ЦРУ, указывая на юго-запад. — Видите вот те три горные вершины, которые довольно пологие? Вот та самая высокая — это высота 3212, самая высокая в этом районе, и она находится прямо на границе с Пакистаном.

Джим на мгновение замер, а затем повернулся и посмотрел на агента ЦРУ. Ты, должно быть, шутишь. Нет, он не шутил. Человек из ЦРУ неправильно определил самую высокую вершину в пределах видимости из здания школы.

— Дай мне свою карту, приятель, — спокойно сказал ему Джим. — Это определенно не высота 3212, это высота 2685. Высота 3212 находится примерно в двух тысячах метров далее на юго-восток. — И он провел пальцем по карте, прежде чем вернуть ее.

— Хм? Ты уверен? — застенчиво спросил агент Управления, внимательно изучая свою карту. — Черт возьми, может быть, так оно и есть.

Джим приподнял бровь и пошел прочь. Неудивительно, что бомбы иногда доставлялись не по тому адресу.

Он с трудом переносил всякую туфту, и я сам много раз получал этот молчаливый выговор в виде изогнутой брови на протяжении более чем трех лет, которые мы с Джимом провели вместе в качестве командира отряда и сержант-майора.

Джим был шести футов ростом, обычно носил бейсболку и щеголял темной густой козлиной бородкой, которую сбривал только раз в год, для своей обязательной ежегодной фотографии для управления кадров Министерства обороны. Я считал его одним из лучших операторов в «Дельте» и воином XXI века, который был сопоставим с французским командиром XVII века Жаном Мартинé, чье имя вошло в историю как синоним слов «строгий» и «упрямый». Временами Джим мог быть почти деспотичным надсмотрщиком, но разница заключалась в том, что его уважал каждый человек в нашем здании.

По службе он вырос в 3-м батальоне рейнджеров и перешел в элитный разведывательный отряд 75-го полка, прежде чем внял призыву «Дельты». Вскоре после возвращения из Панамы он оказался в горах на северо-востоке Соединенных Штатов на отборочных испытаниях в отряд, которые для него оказались почти формальностью, так как Джим был словно предназначен для «Дельты». Физическая часть испытания оказалась почти смехотворно легкой для мускулистого, но удивительно гибкого и быстрого рейнджера. Он был не так быстр, как некоторые другие, но никто не мог по-настоящему обогнать его. Джим стоял бы рядом с вами до конца, пока вы не уволитесь или один из вас не отключится.

Он был одаренным стрелком со своим собственным уникальным стилем стрельбы из пистолета .45-го калибра, который был незаметен невооруженному глазу, но если бы он немного замедлил темп стрельбы и позволил бы вам хорошо ее рассмотреть, то вы бы не поверили своим глазам. Было поразительно, насколько быстрее он мог извлечь пистолет из кобуры и уложить две пули в круг величиной с десятицентовик на лбу мишени, используя свой запатентованный необычный стиль. Мы вместе отстреляли на стрельбище тонны гильз, и все равно я обычно все еще искал свой прицел, когда Джим уже проверял свою стреляную латунь.

Каким бы эффективным я ни стал в качестве оператора, это было прямым отражением выдающихся навыков Джима в обучении, его терпения и его искренней дружбы. Я считаю, что с этим мне чертовски повезло.

*

Около полудня в нашу скромную угловую комнату пришел с визитом наш друг полковник Эл. Он принес весть о том, что первоначальные сообщения о том, что бомба BLU-82 была неисправна, не соответствовали действительности. Я предполагаю, что после всей навязчивой рекламы почти все ожидали взрыва потрясающей мощи. И что было еще лучше, это то, что Эл сказал, что в Пентагоне и в Лэнгли, штат Вирджиния, в штаб-квартире ЦРУ, удар «косилки маргариток» расценивался как впечатляющий успех.

Однако все мы, наблюдавшие за ее воздействием, согласились с тем, что, даже если у бомбы и не было механических отказов, то она стала психологической ошибкой по отношению к нашим союзникам. Люди из ЦРУ, которые отвечали за «продажу» возможностей бомбы генералу Али, знали, что фейерверк оказался настолько неудачным, что поколебал уверенность генерала в американских технологиях. Я не уверен в том, что именно Али надеялся увидеть, но BLU-82, очевидно, оказалась совсем не тем, что он ожидал.

Фактически, в то утро он вызвал своих подчиненных командиров на импровизированный военный совет. Первоначально он планировал использовать ожидаемые результаты воздействия «косилки маргариток» в наземной атаке на гору сразу же, как только перестанут падать осколки и осядет пыль. Этот амбициозный план теперь был снят с повестки дня.

Кроме того, Али сообщил своим людям, что они больше не могут полагаться на гигантские американские бомбы, чтобы выполнить свою работу, и что им нужно справиться с текущей ситуацией и найти способы спасти хоть что-то из запланированной на сегодня атаки. Он приказал нескольким танкам выдвинуться вперед и пообещал им поддержку 82-мм минометов.

Афганский боец ворвался в дверной проем, держа в воздухе свою маленькую рацию. Он сообщил генералу, что их бойцы на фронте снова умоляли его не допустить, чтобы на них падали бомбы. Еще один из командиров Али нервно заерзал, язык его тела ясно сигнализировал о его желании уйти с совещания. Должно быть, это его люди оказались под огнем.

Вряд ли это было неожиданностью. Люди Али были одеты как враги. Черт возьми, мы сами оделись как враги! Никто не мог сказать нам на карте, где кто находится, все выглядели одинаково, так как же можно было обвинять пилотов бомбардировщиков и истребителей в какой-либо путанице? Они делали все возможное, используя ту информацию, которой располагали. Итак, это сражение с ведением огня по своим, или, как его называют, с дружественным огнем, — оно было просто туманом войны. И это был не последний инцидент. К сожалению, Америка теряла лицо перед своими союзниками каждый раз, когда это случалось.

В таком опасном деле, как вызов и корректировка этих авиаударов, была необходима точность, так что чем скорее мы соберем наших людей, тем лучше.

*

Тем не менее, генерал Али на удивление сохранял оптимизм и в присутствии своих командиров на совещании выглядел очень мотивированным. Джордж, старший сотрудник ЦРУ на месте событий, был заметно расстроен фиаско с BLU-82, а после стал еще более удручен новым инцидентом с дружественным огнем, но Али сказал ему, чтобы он стер со своего лица унылое выражение, и пообещал, что его войско в этот день победит.

В течение двух дней Джордж и сотрудники его Управления рекламировали это падение бомбы как исключительное событие новой кампании, возможно, даже как решающий момент, который расчистит Али путь для массового продвижения и свержения «Аль-Каиды». Теперь, несмотря на то, что Вашингтон расценивал это как успех, местный шеф ЦРУ был вполне логично обеспокоен доверием Управления к Али. С моей точки зрения, у Джорджа все еще оставались на руках все карты. Бомба BLU-82 была одним незначительным событием в одном незначительном сражении, и прежде, чем в Тора-Бора завершатся бои, произойдет еще много взлетов и падений. Я чувствовал, что Али тоже это понимает.

*

Наше специальное оборудование радиоперехвата, установленное в комнате, отделявшей спальню Али от нашей комнаты, круглосуточно прослушивало все передачи «Аль-Каиды», так что постепенно мы узнали, что удар BLU-82 оказался намного эффективнее, чем первоначально предполагалось. Было слышно, как враги неоднократно кричали в отчаянии, рыдали, явно испытывали сильную боль и просили помощи у других, находившихся в ближайшей или соседней долине от места удара. Отчаянные вызовы одного бойца за пределами эпицентра взрыва своему брату, а затем другому брату оставались без ответа. Даже если она попала не в то место, большая бомба нанесла боевикам «Аль-Каиды» крупный ущерб, оставив их окровавленными, ослабленными и передав им редкое чувство уязвимости. Определенно пришло время закрепить успех полномасштабной атакой.

*

Джестер, Даган и четыре моджахеда отправились в путь на НП 25-A в 15.00 дня. Оба оперативника «Дельты» были закадычными друзьями, во многих отношениях вылепленными из одного и того же теста, однако в определенных чертах являли собой полную противоположность.

Джестер был известен тем, что продвигал стандарты уж очень непринужденного внешнего вида, которые использовались в Подразделении, и постоянно получал критику от некоторых менее гибких начальников. Он с гордостью отрастил густые светлые усики а-ля Фу Манчу, — прическу на лице, которая придавала ему вид порнозвезды 1970-х годов.[91] Но он обладал незаурядным интеллектом, который заставлял человека по-настоящему собираться с мыслями, прежде чем вступать с ним в дискуссию практически на любую тему. Но лучше всего было то, что снайперские навыки Джестера не имели себе равных. Он мог рассказывать вам о баллистических характеристиках каждого патрона из книги, читать ветер с завязанными глазами и управлять ноутбуком со знанием дела, как настоящий «гик».[92]

Даган, бывший чемпион штата Джорджия по борьбе среди колледжей, в этой невероятной паре был мускулами. Я думаю, что он родился в кимоно для джиу-джитсу, с винтовкой с оптическим прицелом в одной руке, и с индейкой в другой. Часто во время охотничьего сезона дома он пропускал завтрак с нами, предпочитая бродить за пределами комплекса на одной из тренировочных площадок, подзывая индеек и выслеживая оленей. Он никогда не пропускал ни одного дня в тренажерном зале, в результате чего у него было тело идеальной формы, бицепсы размером с пушечные ядра и грудь, похожая на электростанцию.

Их путь начался с получасовой поездки на пикапе до места встречи, где они встретились с двумя подростками и парой потрепанных ослов, выполнявшими роль носильщиков на время долгого подъема в горы. Снайперы привязали свои тяжелые рюкзаки к одному из животных, а на другое погрузили пару ящиков с пищевыми рационами и канистры с водой, чтобы пополнить запасы «зеленых беретов», уже находившихся на операции.

Наши снайперы следовали за ослами и молодыми проводниками и с отвращением наблюдали, как один из мальчиков постоянно шлепал осла по заду большим хлыстом. С каждым ударом осёл злился все больше. Примерно на полпути к наблюдательному пункту они остановились на короткий привал.

Подросток с хлыстом стоял примерно в пяти футах позади того же осла, которого он хлестал, когда животное внезапно высоко подняло хвост, и его зад взорвался потоком самой ужасной зеленой жижей, которую только можно себе представить. Вонючее жидкое дерьмо окатило мальчишку от пояса до кончиков босых ног. Оба снайпера «Дельты» пытались сдержать смех, чтобы не смутить погонщика, но это было невозможно, и совершенно униженный ребенок начал сильно избивать животное, прежде чем Джестер и Даган вмешались, чтобы его успокоить. Ребятам из «Дельты» был нужен этот бедный ослик, но в любом случае, они думали, что животное поступило правильно.

Час спустя снайперы прибыли на НП 25-А и встретились с группой, которая там находилась, — отрядом «A» спецназа, усиленным авианаводчиком, всего примерно полудюжиной человек во главе с уоррент-офицером Дейвом. В течение последних двух дней группа выполняла большинство задач по оказанию непосредственной авиационной поддержки.

Нет сомнений в том, что «зеленые береты» тоже хотели сразиться с боевиками «Аль-Каиды», но им было запрещено приближаться к полю боя ближе, и уходить со своей позиции, находившейся в четырех милях от мест боев. Этот решительный приказ поступил к ним непосредственно от их командира, полковника Малхолланда. Им было запрещено двигаться вперед, но кто-то должен был это сделать.

Теперь, когда в город прибыла «Дельта», «зеленые береты» знали, какая надпись была прописана на стене: они больше не будут руководить шоу, хотя официальное распоряжение о передаче управления до них еще не дошло. Понятно, что этим профессионалам было нелегко проглотить эту горькую пилюлю, несмотря на то, что это было всего лишь колесо войны, которое катилось вперед.

Два снайпера «Дельты» сразу же оценили эффект своего прибытия в это пустынное маленькое место, но шла война, и элитным «зеленым беретам» пришлось выдержать серьезный удар по своей гордости. Некоторые справлялись с этим хорошо, например, боевой авианаводчик ВВС, который работал с «Дельтой» в ряде предыдущих операций. На самом деле ему было все равно, кто здесь главный. Командир группы на наблюдательном посту, Дейв, и еще один «зеленый берет» окажут впоследствии неоценимую помощь. Другие были готовы просто назвать это войной и оставались в тылу наблюдательного поста, дурачились и ворчали, подобно всем хорошим солдатам, и просто ждали эвакуации. Прикованные штабом к одному месту, не имеющие возможности вступить в бой с врагом, они имели веские основания для недовольства, и я не мог их по-настоящему винить.

К концу дня Джестер и Даган приняли на себя общее руководство наблюдательным пунктом.

*

На юге величественные горы поднимались до облаков, а глубокие долины, разделенные крутыми хребтами, змеились к югу, прежде чем сойтись вместе на вершинах гор. Когда солнце начало садиться, оттенки зеленого, песочного и коричневого цветов начали медленно сменяться различным оттенкам серого.

В течение следующих тринадцати часов снайперы, боевой авианаводчик и «зеленые береты» наводили несколько самолетов AC-130, B-52, B-1 и беспилотные аппараты «Хищник», которые атаковали позиции «Аль-Каиды».

*

В здании школы мы слышали радиовызовы, когда они управляли военными самолетами, и мы могли видеть вспышки ярких оранжево-красных огненных шаров, которые освещали темные склоны гор. Тем временем мы продолжали готовить спасательный отряд из сотрудников «Дельты». Если наблюдательному посту понадобится экстренная помощь, мы хотели, чтобы американцы были готовы к ней. Сотрудники штурмовой группы подготовили свое снаряжение и транспортные средства, а Джим определил необходимый порядок работы и отдыха.

«Дельта» наконец-то вступила в игру, и сейчас все начнет быстро меняться.