На улице Лукас открыл машину брелоком, сел за руль, пристегнулся, завёл двигатель. Прежде чем тронуться, бросил взгляд в зеркало заднего вида — и вздрогнул. На заднем сиденье сидела фигура с натянутым на голову капюшоном. Лукас резко обернулся.

— Ты кто? Что тебе нужно?

— Поезжай.

Это прозвучало скорее приказом, чем просьбой.

— Ты Далтон?

— Трогай, я сказал, — прошипел незнакомец, на этот раз жёстче.

Лукас помедлил. Если это и правда Далтон и если я хочу, чтобы он помог, — придётся слушаться.

Он отвернулся и тронулся с места. Пытаясь сосредоточиться на дороге, то и дело косился в зеркало. Пассажир поминутно оборачивался и сквозь заднее стекло следил за тем, что происходит позади. Он явно нервничал.

— Как ты сюда попал?

Далтон стянул капюшон.

— Было открыто. Если почту свою ты защищаешь так же, как тачку, — твоё дело дрянь. Давай номер.

— Могли бы и там поговорить.

В ответ — презрительный смешок.

— Некоторые вещи при всех не обсуждают. Я знаю Йенса. Йенса Кауфмана. Мы хактивисты, понимаешь? Хактивисты. Кауфман — взломщик высшей пробы. Никакой детской возни — всё по-взрослому. Нефть. Фарма. Целые системы, чувак. Кейс и я. Всё, что я умею, я знаю от него. Он меня, считай, породил. Кейс — из хороших.

Теперь уже Лукас невесело усмехнулся.

— Из хороших? Этот тип прямо сейчас рушит мне жизнь, а я даже не знаю за что. И что тут, чёрт возьми, хорошего?

Далтон подался вперёд и опёрся ладонями о спинки передних сидений.

— Чувак, в том-то и штука: вся эта история — не в его стиле. Он White Hat, ясно? Он не бьёт по мягким целям вроде тебя. Без обид — но это не он.

Он снова откинулся назад; в зеркале их взгляды встретились.

— Мне плевать. Я хочу одного: чтобы это прекратилось. Немедленно. Чего он от меня добивается?

— Откуда мне знать?

Далтон в очередной раз оглянулся и ткнул пальцем вперёд — на перекрёсток, к которому они подъезжали.

— Притормози. Красный.

Лукас взглянул на светофор.

— Там зелёный.

Рядом возникла рука Далтона со смартфоном.

— Нет, — бросил тот и ткнул большим пальцем в экран.

Светофор, минуя жёлтый, мгновенно переключился на красный. Лукас вдавил тормоз и едва успел остановиться у самого перекрёстка.

Далтон распахнул дверцу и одним движением выскочил наружу. Через пару секунд он уже стучал в стекло со стороны водителя. Лукас опустил окно.

— Иди к Кейсу.

Далтон наклонился и протянул скомканный листок.

— Он тебе всё объяснит. Не знаю, что у него сейчас творится, но если кто и поможет — только он.

Он выпрямился, снова натянул капюшон и быстрым шагом удалился, то и дело озираясь. Лукас провожал его взглядом, пока очертания фигуры не растворились в темноте, затем развернул записку. Три строчки, нацарапанные корявым почерком. Берлинский адрес.

https://nnmclub.to

ГЛАВА 16

Когда навигатор вывел его на почти пустую городскую магистраль, Лукас голосовой командой набрал номер Ханны.

Вряд ли она обрадуется, если её выдернут из сна. Но мне нужно с кем-то поговорить. Нет — именно с ней.

К его удивлению, Ханна сняла трубку после второго гудка.

— Ты где? — В её голосе звучал не упрёк — тревога.

— Слушай, у меня есть адрес того парня, который, похоже, за всем этим стоит. Я как раз еду к нему.

— То есть — едешь? — На заднем плане зашуршала постель. — Ты с ума сошёл? Если ты правда знаешь, кто за этим стоит, — езжай в полицию.

— И что это даст? «Извините, хочу подать заявление против неизвестного. Какой-то придурок шлёт мне посылки и голые фотки». Думаешь, меня воспримут всерьёз? Я разберусь сам.

Он бросил взгляд в зеркало, убедился, что за ним никто не едет, — и тут же поймал себя на мысли: а не начинается ли у меня мания преследования?

— Это паршивая идея, Лукас. Ты не знаешь, что он за человек.

Об этом я и сам уже думал.

— Доверься мне. Я справлюсь. Всё, позвоню позже.

Он положил трубку, прежде чем Ханна успела возразить, и несколько раз провёл ладонью по лицу. Усталость накатила так внезапно, что держать глаза открытыми становилось всё труднее. Лукас опустил боковое стекло, склонил голову набок и понадеялся, что прохладный ночной ветер его взбодрит.

Он добрался до цели и остановился на просторной парковке. Какое-то время просто вглядывался сквозь лобовое стекло в окрестности. Тёмные фасады высоких панельных домов чёрными громадами проступали на чуть более светлом фоне ночного неба и обступали машину, будто стадо доисторических чудовищ, настигших и окруживших свою жертву.

Желание уронить лоб на руль и закрыть глаза становилось невыносимым.

Кауфман наверняка крепко спит и едва ли обрадуется, если его выдернут из постели. Да и мне не помешает чуть-чуть передохнуть.

Он откинулся на спинку сиденья и нажал кнопку сбоку; с тихим жужжанием та приняла наклонное положение. Через несколько минут Лукас уже спал.

Когда он открыл глаза, то растерянно огляделся. Потребовалось мгновение, чтобы вспомнить, где он и почему стоит на этой парковке. Было холодно. Он скрестил руки, крепко растёр ладонями плечи, затем толкнул дверцу и вышел. Мышцы ныли и слушались неохотно.

Рассвет уже переходил в день: в узкой полоске неба между унылыми панельками теплился красновато-жёлтый отсвет восходящего солнца.

Лукас собрался с духом и двинулся вперёд. Чтобы разглядеть номера, нужно было подойти к домам вплотную. Оказалось, нужная квартира — в панельке напротив.

— Ну конечно, — пробормотал он и зашагал через парковку.

До подъезда оставалось метров десять, когда дверь распахнулась и наружу со смехом высыпали трое детей. Лукас ускорил шаг и успел подхватить створку, прежде чем та захлопнулась. Коридор был мрачен и пах затхлостью. Лукас нащупал выключатель, но тот зажёг лишь одинокую тусклую лампочку где-то выше по лестнице. Согласно записке Далтона, ему нужно было на пятый этаж.

В отличие от подъезда, где жил Томас, стены здесь были сплошь испещрены надписями. На стёртых ступенях валялись окурки и прочий мусор.

На пятом этаже он свернул налево и метров через десять удивлённо остановился перед дверью. На звонке от руки были выведены буквы «JK».

Дверь казалась новой и была приоткрыта. Помедлив, Лукас толкнул её и осторожно шагнул внутрь. В квартире резко пахло свежей краской; с потолка свисали полотнища плёнки, пол был застелен полиэтиленом. Где-то тихо играла музыка.

Шурша плёнкой под ногами, Лукас двинулся вглубь — и вздрогнул, когда в проёме, ведущем в соседнюю комнату, неожиданно возник мужчина в белой рабочей одежде. Тому пришлось не легче: он издал удивлённый возглас.

— Простите, — сказал Лукас. — Я ищу Йенса Кауфмана. Он здесь живёт?

Мужчина — явно маляр — с заметным облегчением кивнул.

— А-а… Ну, ты малость опоздал.

— Почему?

— Он мёртв.

Мёртв? Лукас уставился на маляра. Этого не может быть. Не должно быть.

— Скверная история. Во всех газетах писали. С балкона сиганул. Горящим.

— Когда? — Голос Лукаса звучал глухо.

— Четыре недели назад.

Это же невозможно…

— Четыре недели назад?

Лукас вышел на балкон и посмотрел вниз.

Было чертовски высоко.

https://nnmclub.to

ГЛАВА 17

Веро оторвалась от экрана и взглянула на Ханну. Та сидела перед большим альбомом, склонившись над эскизом.

— Ну ничего себе. И как она вообще выглядит? Наверняка ведь есть причина снимать одни сиськи. Знаешь что? Давай её погуглим.

— Не надо, Веро.

Веро только отмахнулась и уже стучала по клавиатуре.

— Сиськи Юли, — бормотала она себе под нос.

Ханна покачала головой и снова склонилась над листом.

— Вуаля! — Веро развернула монитор. — Смотри, сколько их, сисястых Юль… Ой-ой. Ну, если это была ОНА, можешь сворачивать удочки.

Ханна покосилась на экран, где красовалась пышная блондинка с гигантской силиконовой грудью, и невольно прыснула.

— Да уж, пожалуй…

Звонок мобильного заставил её осечься. «Лукас», — высветилось на дисплее. Она торопливо схватила трубку.

— Привет. У тебя всё в порядке?

— Да, я в машине. Тот тип там больше не живёт. Сейчас заскочу домой за компьютером — и двинем в полицию.

— Хорошо… У меня через полчаса встреча с клиентом во «Фрайшвиммере». Заедешь за мной?

— Договорились. До скорого. Люблю тебя.

— И я тебя.

Ханна опустила телефон и вопросительно посмотрела на Веро. Та снисходительно улыбалась.

— Да-да, тётя Веро отменяет своё интернет-свидание. Кому нужен секс, когда можно в десятый раз пересмотреть «Тачки-2»?

Через двадцать минут Ханна переступила порог «Фрайшвиммера» — модного ресторана неподалёку от её офиса. Зал был набит битком, но Марка Весслинга она отыскала глазами сразу. Он сидел за столиком у окна, поглощённый телефоном.

Весслинг был её заказчиком — и, приходилось признать, на редкость привлекательным мужчиной. Ровная трёхдневная щетина, аккуратно подбритая по контуру, водянисто-голубые глаза, любопытно оттенявшие чёрные волосы до плеч и загорелую кожу.

После тёплого приветствия Ханна устроилась напротив и раскрыла принесённую папку с техническими эскизами и буклетом от Wizzy.

Пока Марк неспешно перебирал листы, она заказала у замотанной официантки латте макиато.

— К какому сроку управишься? — Он вложил последний лист обратно в папку.

Ханна качнула головой.

— Если по-честному — за неделю.

Марк удивлённо вскинул брови.

— Хм. А я рассчитывал скорее на послезавтра.

— М-м… — Ханна лихорадочно соображала. Упускать заказ она не собиралась ни за что. — Эскизы к послезавтра у меня точно будут. Просто пока в черновом виде.

Марк широко улыбнулся и развёл руками.

— Звучит отлично. Меня устроит.

«Пиньк» телефона отвлёк её. MMS — Веро, развалившаяся на стуле в откровенной позе. Под снимком подпись: «Show him!» (Покажи ему).

Ханна усмехнулась и убрала телефон в сумочку. Узнаю подругу…

— Счёт, будьте добры! — окликнул Марк официантку и снова повернулся к Ханне. — Подвезти тебя куда-нибудь?

— Нет, спасибо, за мной сейчас заедут.

— Тогда, может, позволишь угостить, пока ждёшь?

Улыбка у него была не просто дружелюбной — от неё шло тепло, и это тепло невольно трогало. И всё же Ханна покачала головой.

— Это мило, спасибо. Но тебе совсем не обязательно сидеть тут из-за меня.

— Напротив — окажешь услугу. Мне нужен весомый повод не мчаться сразу обратно в офис.

https://nnmclub.to

ГЛАВА 18

У дома Лукас буквально вывалился из машины и бросился к двери. Он был выжат досуха и всё никак не мог уложить в голове услышанное. Йенс Кауфман мёртв. Четыре недели назад выбросился из окна, объятый пламенем.

Лукас озадаченно замер. Входная дверь была лишь прикрыта. Он осторожно толкнул её, заглянул в прихожую и шагнул внутрь.

С кухни доносились шорохи. Этого не могло быть — он только что говорил с Ханной, она в офисе. Взгляд скользнул к подставке для зонтов у двери: из неё торчала детская бейсбольная бита Леона. Лукас выхватил её и, стараясь ступать бесшумно, двинулся к кухне. Половица предательски скрипнула — он застыл и, затаив дыхание, прислушался. На кухне стало тихо. Пульс загрохотал в ушах.

Медленно подняв биту над головой, он двинулся дальше — словно в замедленной съёмке, нога за ногой. У кухонной двери глубоко вдохнул, одним прыжком перескочил порог — и опешил.

Посреди кухни стоял мужчина лет тридцати пяти в тёмно-коричневом старомодном костюме. Очки, коротко подстриженная бородка на совершенно заурядном лице, каштановые волосы — тоже коротко.

Лукас не смог бы объяснить почему, но понял сразу: перед ним полицейский.

— Будьте любезны, опустите биту, — холодно произнёс мужчина и, подкрепляя слова жестом, указал на его поднятые руки.

Лукас покачал головой.

— Сначала я хочу знать, кто вы такой.

— Зиберт. Уголовная полиция. А теперь — биту вниз.

— Что вы делаете в моём доме, какого…

И только тут Лукас заметил женщину у распахнутого окна — она затягивалась сигаретой. Старше Зиберта; пожалуй, чуть за сорок.

— Эй. В этом доме не курят.

Не моргнув и глазом, она затушила окурок о наружную сторону подоконника, закрыла окно и так же сдержанно указала на биту.

— Сандра Янсен. Опустите уже эту штуку.

Лукас нехотя опустил руки, не сводя с неё глаз. В отличие от коллеги, эта держалась жёстко и — в своей суровой манере — была по-своему привлекательна.

— Вот, — коротко обронил Зиберт, шлёпнул на стол лист бумаги и постучал по нему пальцем. — Ордер на обыск.

Лукас бегло взглянул на документ.

— Что? Ордер? У меня дома? Это что ещё такое? На каком основании?

— Не кипятитесь. Коллеги всего лишь немного осмотрелись. Может, всё же присядете?

Лукас в сердцах швырнул биту в угол.

— Нет. Не хочу я садиться. Послушайте, мне что-то подбрасывают. Вот уже несколько дней меня кто-то взламывает, и я понятия не имею кто. Я как раз собирался подавать заявление.

Раздалось шипение. Янсен подошла и встала рядом с Зибертом. В руке у неё был небольшой ингалятор — он тут же скрылся в кармане.

— Как удобно. А мы как раз у вас.

https://nnmclub.to

ГЛАВА 19

Лукас сидел в пустой комнате: стол с четырьмя стульями, настольная лампа, закрытый ноутбук — вот и вся обстановка. Стены до пояса были выкрашены матово-серым, выше — белым.

На столе перед ним стояла вскрытая коробка с электронными компонентами. Усталость давно переросла в полное изнеможение, и всё же мысли неслись вскачь.

Когда телефон в кармане завибрировал, Янсен и Зиберт синхронно вскинули на него глаза — без слов давая понять, что к трубке лучше не прикасаться.

— Меня ждёт жена, — пояснил он.

— Господин Франке, вы — Антипод? — бесстрастно спросил Зиберт, разглядывая его, словно подопытную крысу.