— Э-э…

— Кейс взломал машину в БНД и слил данные.

Лукас вытаращил глаза.

— Что? В БНД? Какие данные?

— Файл. Называется «Горящий человек». — Далтон снова помолчал. — Что там внутри, без понятия. Но явно что-то убойное, иначе его бы не убрали. — И после паузы добавил: — А учитывая, что было это четыре недели назад… выходит, тебя взломал БНД.

https://nnmclub.to

ЧАСТЬ IV

Лоренц и Янсен какое-то время молча разглядывали Лукаса. Наконец Лоренц нахмурился и принялся перекладывать перед собой бумаги.

— Значит, вас взломал БНД.

Лукас пожал плечами.

— Так утверждает Далтон.

— Угу. А высадку на Луну снимали в Исландии, и Всемирный торговый центр взорвало ЦРУ.

Янсен закатила глаза.

— Аналогии яркие. Может, всё же вернёмся к делу?

Лоренц приподнял стопку документов и с размаху опустил её обратно на стол.

— Как же вы меня достали, господа хорошие, с вашими теориями заговора. Чёрное и белое, а что не вписывается — то в распыл. Мир устроен чуть сложнее. Пора бы усвоить.

В сердцах он махнул рукой — и зацепил чашку Янсен. Кофе выплеснулся прямо на брюки обер-комиссарши.

Та вскрикнула и рывком отодвинула стул.

— Чёрт вас возьми, смотрите, что делаете!

— Простите. Мне очень жаль.

Что-то в лице Лоренца подсказывало Лукасу: он лжёт.

Сотрудник БНД выудил из кармана платок и потянулся было промокнуть ей брюки, но Янсен вскочила.

— Уберите руки. Я сама.

Она вышла, печатая шаг. Взгляд Лоренца тут же впился в Лукаса — так, словно пытался пробуравить ему череп.

— Считаете себя особенно умным, не так ли?

— Полагаю, я не дурак.

По лицу Лоренца скользнула многозначительная ухмылка.

— До вас так думали многие.

Он резко подался вперёд.

— А теперь — без обиняков.

Через его плечо Лукас заметил, что Янсен уже вернулась. Лоренц, похоже, этого не уловил. Вместо того чтобы подойти к столу, она остановилась у двери.

— У загадочного Далтона ведь наверняка есть и настоящее имя.

Лукас всматривался в лицо, находившееся в каком-то метре от него.

— Даже если бы знал — не выдал бы.

— Вот как?

— Он единственный, кто мне помог.

Лоренц откинулся на спинку стула.

— Вы об этом пожалеете, Франке.

— Это угроза?

Лоренц кивнул.

— Всеми доступными средствами.

За его спиной Янсен подчёркнуто громко закрыла дверь и прошла к своему месту — с таким видом, будто только что вошла. Лукас дождался, пока она сядет, и продолжил рассказ.

https://nnmclub.to

ГЛАВА 46

Компьютер Далтона издал пронзительный писк. Руки хакера застыли над клавишами.

— Ну? — выдохнул Лукас.

Далтон торжествующе ухмыльнулся.

— Он наш. Франк Йеричек. Программист, пен-тестер в «K&P Security Solutions». Каково, а?

Лукас непонимающе смотрел на него, и Далтон закатил глаза.

— Чувак. Это они пишут софт по безопасности для всех силовых ведомств ФРГ.

— Ого. А кто такой пен-тестер?

— Да ты совсем с азов, я смотрю. Ладно, по слогам: пен-тестеров нанимают, чтобы они взламывали. По итогам — делают так, чтобы у настоящих взломщиков ничего не вышло. Что-то вроде учений.

Лукас покачал головой.

— Для учений всё это как-то слишком взаправду.

Далтон нацарапал что-то на клочке бумаги и сунул его Лукасу под нос.

— Адрес.

Лукас забрал записку и положил ладонь Далтону на плечо.

— Спасибо, друг.

Стоило ему выйти из ресторана, как напротив завёлся мотор тёмной машины. Лукас отметил это краем сознания — и тут же забыл: ему нужно было в университет, и как можно скорее.

В кабинет Томаса он вошёл без стука — и замер на пороге.

Томас, как и следовало ожидать, сидел за столом. Но напротив него расположились Ханна и Джонни. Оба обернулись разом и уставились на Лукаса с откровенным удивлением.

Пока он пытался осмыслить увиденное, в комнате висело натянутое молчание.

— Что всё это значит? — наконец выговорил он.

Троица обменялась нервными взглядами.

Лукас шагнул через порог и прикрыл за собой дверь.

— Надо же. Жаль, Томас. Я бы с удовольствием сам познакомил тебя со своей женой.

— Только так и не собрался, — прошипела Ханна.

Лукас отмахнулся:

— Ты понятия не имеешь, что между нами произошло.

— Вот именно. Не имею. Он единственный, кто хоть немного… — Голос её сорвался.

Джонни поднялся и, разведя руки, двинулся к Лукасу.

— Может, всё-таки присядешь?

— Нет.

— Лукас… мы за тебя беспокоимся. Пойми.

Лукас прекрасно это понимал — и попятился.

— Вы, значит, решили, что я спятил.

— Мы считаем, что у тебя проблема, — попыталась объяснить Ханна.

Джонни одобрительно кивнул.

— Ты проходишь лечение. Перепады настроения, паранойя…

Лукас не верил своим ушам. Взгляд его метнулся от Ханны к Томасу.

— С какой стати вы верите этому бреду?

Джонни поднял руку — и только теперь Лукас заметил в ней бумаги.

— Мы верим твоей медицинской карте. Пять лет лечения. «Пранодан» …

— Вы втроём собираетесь у меня за спиной — и параноик я? Меня взломали, чёрт возьми!

— Мы хотим помочь, Лукас. Но как, если ты всё время замыкаешься?

Лукас пропустил слова Джонни мимо ушей и повернулся к жене.

— Ханна. Кто это затеял — ты или он?

— Они здесь, потому что не знают, как с тобой быть. Всё очень просто. — Томас швырнул на стол упаковку «Пранодана». — Держи. Скажи им сам.

Лукас посмотрел на коробку.

— Мне тогда было худо, не спорю. Но я изменился. — Взгляд его снова нашёл Ханну. — Ради нас. Я слез с этой дряни. Подвёл черту — и закрыл тему. Разве этого мало?

Взгляд Ханны изменился — так, что Лукасу стало не по себе.

— Тогда и я теперь проведу черту. Хочешь лезть в пекло — твоё дело. Но есть ещё Леон. И я не хочу, чтобы ты пока возвращался домой.

Лукас округлил глаза. — Что? Но… ты не имеешь права. Это и мой дом тоже. — Взгляд его вонзился в Томаса. — Это ты её настроил?

— Ты всегда мастерски умел искать виноватых на стороне.

Ханна поднялась, подошла к Лукасу и умоляюще заглянула ему в глаза.

— Пожалуйста. Ради Леона. Ради меня.

Лукасу почудилось, что последние опоры, ещё как-то удерживавшие его жизнь в равновесии, в эту самую минуту обрушиваются под ним.

— Благодарю за доверие.

Он отвернулся и вышел.

На улице машина с его соглядатаями как раз отъезжала. Лукас проводил её удивлённым взглядом, опустил голову и побрёл прочь. Глядя, как поочерёдно мелькают перед ним мыски ботинок, он мысленно унёсся далеко в прошлое.

Они стоят у реки, с удочками в руках, заворожённо глядя на поплавки, пляшущие на серебристой ряби воды. Ему десять, брату Томасу — шестнадцать. Вокруг — безупречная, почти осязаемая тишина.

Поплавок Лукаса вздрагивает и рывком уходит под воду.

— Клюёт! — кричит Лукас. — Смотри же, смотри — поймался!

Томас откладывает свою удочку.

— Держи крепче.

Вдвоём они подсекают и вытаскивают на поверхность увесистую, отчаянно бьющуюся рыбину.

— Так, — командует Томас, указывая на катушку. — Подматывай медленно. Никаких рывков.

Лукас послушно выполняет всё до последнего слова и едва удерживается, чтобы не запрыгать от восторга.

Когда рыба оказывается у самого берега, Томас хватает подсак и вытягивает её на сушу. Гордо пихает брата кулаком в плечо:

— Улов дня. Следи, чтоб не сорвалась обратно. Я за ведром.

Он разворачивается и бежит к началу мостков.

Стоит Лукасу снова опустить взгляд на рыбу — с ним происходит что-то странное. Голова идёт кругом, в висках начинает пульсировать, всё настойчивее, всё сильнее…

Это всё она. Эта проклятая рыба.

В метре от себя Лукас замечает на земле камень — и тянется за ним.

Первое, что он осознаёт потом, — искажённое ужасом лицо Томаса у себя над головой. Лукас лежит на спине и непонимающе смотрит на брата, а тот орёт, чтобы он немедленно прекратил.

Лукас часто моргает, с трудом приподнимается. Колени и ноги ощущаются как-то странно. Тепло. Влажно. Он опускает взгляд — и из горла вырывается пронзительный крик.

Рядом — разорванные в клочья останки рыбы. Внутренности повсюду: на штанах, на футболке, на земле. К горлу подкатывает тошнота. А потом взгляд падает на собственную руку, судорожно стиснувшую окровавленный камень, — и его выворачивает наизнанку.

https://nnmclub.to

ГЛАВА 47

Войдя в оперативный штаб ОСГ, Янсен направилась прямиком к Зиберту. Тот стоял у стола одной из сотрудниц и о чём-то с ней вполголоса переговаривался.

— Ну что? Выяснили, кто слил?

Зиберт обернулся и поправил очки.

— Из пресс-службы — никто.

— Ага. Значит, журналисты сами всё это сочинили.

По его лицу было видно, до чего ему не по себе, и Янсен, сама не зная почему, испытала от этого тёмное, едва объяснимое удовлетворение.

— Откуда мне знать? — буркнул он.

Она упёрла руки в бока.

— Вот и выясни. ОСГ — это тебе не панк-группа, а «Особая следственная группа».

Сбоку подошла Дилара Доган и протянула ей папку.

— Сводка по «Антиподу».

Янсен приняла скоросшиватель, взвесила на ладони.

— Тонковато.

— Они к тому же давно неактивны, — кивнула Доган.

— Тогда почему Лукас Франке разгуливает по городу с их символикой? Из ностальгии?

— Не знаем. Связи между Франке и «Антиподом» установить не удалось.

Зиберт придвинулся ближе, навис над Доган и процедил с нескрываемым высокомерием:

— «Не удалось» …

На Доган его начальственные замашки не произвели ни малейшего впечатления.

— Они давно не поддерживают друг с другом никаких контактов.

— Кроме Арандт и Франке, — самодовольно ввернул Зиберт.

Янсен покачала головой.

— Не сходится. По сути, это были безобидные люди: останавливали поезда, приковывали себя к ветрякам. Чёткая повестка, конкретные цели. В сущности, хорошие ребята. — Она выдержала паузу; Зиберт и Доган переглянулись. — А вот Арандт и Франке к «хорошим» как раз не относятся.

Янсен развернулась и вышла в сторону столовой. В животе урчало, и она не могла разобрать — от голода или от злости.

Полчаса спустя, возвращаясь обратно, она удивлённо остановилась: навстречу по коридору шёл Блашко, один из двух молодых сотрудников, приставленных к Франке.

— Кто сейчас ведёт Франке?

Блашко посмотрел на неё так, словно она сделала ему непристойное предложение.

— Никто. Наблюдение же не продлили.

Янсен медленно кивнула, а мысли уже неслись вскачь.

— Ясно, — тихо сказала она и, оставив Блашко посреди коридора, зашагала дальше.

— Зиберт?! — крикнула она, едва переступив порог штаба, и замерла, гневно обводя комнату взглядом. Со всех сторон на неё смотрели вопрошающие лица. Ни одно из них не принадлежало Зиберту.

— Его, к сожалению, нет на месте, — пояснила Доган, даже не пытаясь скрыть иронии.

https://nnmclub.to

ГЛАВА 48

Лукас остановился перед старым домом, внимательно огляделся по сторонам и только потом запрокинул голову, окидывая взглядом фасад. Деревянные рамы с облезшей краской, островки осыпавшейся штукатурки с рваными краями, сквозь которые проступала красноватая кирпичная кладка…

Один из тех обшарпанных берлинских доходных домов, каких в городе хоть отбавляй.

Он подошёл к подъезду, пробежал взглядом по табличкам у звонков и быстро нашёл нужную фамилию — Йеричек. Помедлив мгновение, толкнул дверь.

На лестничной клетке первое впечатление получило безупречное продолжение. Унылый ряд серых, побитых почтовых ящиков; многие вскрыты. Жестяные крышки свисали, точно языки повешенных. Из прорезей торчали потрёпанные рекламные буклеты. По грязным каменным плитам пола плясали обрывки бумаги: в распахнутую входную дверь задувал сквозняк.

К лестнице Лукасу пришлось протискиваться мимо детской коляски, в которой стоял пустой ящик из-под пива.

Дверь с табличкой «Йеричек» отыскалась на четвёртом этаже.

Он прижал палец к кнопке звонка и затаил дыхание, услышав за дверью шаги. Створка распахнулась — и вот он, перед ним. Тот самый человек со шрамом на лбу. Тот самый посыльный, назвавшийся Кауфманом и присвоивший имя мертвеца.

Йеричек улыбнулся.

— Лукас! Ну наконец-то. Я тебя целую вечность жду.

Лукас тоже растянул губы в широкой улыбке — и в следующий миг со всей силы впечатал кулак ему в лицо. Йеричек, пошатнувшись, отлетел в глубь квартиры; Лукас бросился следом. Как одержимый, он молотил лежащего на полу человека, а тот лишь пытался закрывать лицо руками.

— Ты грёбаный, проклятый подонок! — ревел Лукас. — Я тебя убью!

Весь страх, вся ярость, копившаяся эти дни, выплёскивались с каждым ударом — на того, кто был во всём повинен.

— Клянусь, убью! — повторял он, и каждое слово било вместе с кулаком.

— Стой! Стоп, прошу!.. — прохрипел Йеричек и опустил руки.

И Лукас действительно остановился.

— Ладно. Убей — но сначала выслушай. Одну минуту.

Тяжело дыша, Лукас откинулся назад, вытер предплечьем пот со лба и посмотрел на разбитую губу Йеричека, на кровь, стекавшую у того из носа.

— Хорошо. Но предупреждаю: что сказал — то и сделаю.

Оба, задыхаясь, поднялись. Йеричек жестом пригласил его войти и указал на единственное кресло в тесной гостиной — судя по виду, подобранное на помойке.

— Садись.

Опускаясь на продавленную обивку, Лукас огляделся. Комната походила на помесь свалки и магазина радиодеталей.

Он снова перевёл взгляд на Йеричека — тот как раз пристраивался на столешнице шаткого письменного стола, возле компьютера. Как ни странно, стол выдержал.

— Что тебе от меня нужно? — Лукас всё ещё кипел, готовый в любую секунду снова броситься на него.

— Ты — часть великого исторического момента, — напыщенно начал Йеричек. — Мы с напарником доказали миру: достаточно переписать персональные данные, которые все мы каждый день оставляем в цифровом пространстве, — и любого человека можно дискредитировать. Перекроить в государственного преступника.