Хлоя снова кинула взгляд в сторону леди Валуа. Опять, как и многие дни до этого, на общих занятиях беловласая абсолютно не обращала на неё внимания.

Не как раньше, не подчёркнуто и презрительно игнорируя. Сейчас Мэрили Валуа просто… будто не помнила о Хлое. Совершенно. Полностью. Без каких-либо подтекстов. Тот раз, когда девушка посчитала, что наследница дома Валуа подошла, чтобы помочь тем недоджентельменам над ней поиздеваться, но растоптала самих насмешников, словно лавина кавалерии слабовооруженный и неорганизованный строй лёгкой пехоты, был последним, когда они говорили.

Даже в дальнейшем, когда другие позволяли себе что-то подобное тому возмутительному случаю, леди Валуа бровью не вела. Безучастная, холодная, отстранённая, Мэрили Валуа, в первый и последний раз бросив, что Хлое стоит «отрастить зубы», удалилась, словно бы… бросив её? Странное ощущение, когда, человек, которого ты воспринимала чуть ли не «вечным врагом», просто… исчезает из твоей жизни.

Это… леди Владимир даже чувствовала какую-то иррациональную обиду. Ведь она… Сначала не знала, что и думать о «защите» со стороны леди, которую считала чуть ли не Злом во плоти. Правду ли она сказала? Верить или нет в то, что у неё какие счёты к наследнику виконства Маккени. Сумасшедшие мысли и ненормальные догадки мелькали в голове ещё не раз после того дня, но правда оказалась… разочаровывающей. Алоглазая и беловолосая больше не подходила, и даже не смотрела в сторону Хлои.

Леди Владимир не хотела в это верить… Ей ОБИДНО было осознавать, но в тот день… её, действительно, не защищали. Алоглазая Мэрили не пыталась как-то исправить всё то зло, что причиняла Хлое. Леди Валуа просто… мстила за что-то Кормику Маккенни, чью жизнь с того дня планомерно превращала в настоящий Ад! Опять же, полностью игнорируя Хлою!

Нет, леди Владимир знала, что беловласая дьяволица прекратила преследовать Пердоса. Она так же слышала, что наследница Валуа в данное время всё ближе и ближе сходилась с королевским рыцарем, новым бароном Брэйн… Тоже странным мужчиной, бывшим полностью, абсолютно непонятным (до недавнего времени) для Хлои. Холодным, отстранённым, выбивающим из колеи своим отношением!

Если после… неприятностей, постигших род Владимир, подчёркнутое пренебрежение ещё можно было как-то объяснить, но до? Хлоя просто не понимала сэра Бойла. Настолько… настолько подчёркнутое неприятие её компанией — обескураживало. Ведь она его не оскорбляла ни разу, никогда не говорила о рыцаре гадостей… Да она В ПРИНЦИПЕ НЕ ЗНАЛА О ЕГО СУЩЕСТВОВАНИИ до того вечера, когда он выступил из ниши в саду королевского дворца!

Это… так обидно… Хлоя даже…

Проклятье, какую же она глупость совершила! Проклятый перстень с фамильным гербом! Светлые Боги, что сэр Бойл о ней подумал, когда узнал в незнакомке наследницу графа Гендо Владимир? Она ведь вела себя, как настоящая ДУРА, когда «замаскировавшись» преследовала дворянина в его выходной. А ощущение, когда тот всучил ей бумаги, и ушел? Так глупо Хлоя ещё себя никогда не чувствовала. Сэр Бойл шагал, а она стояла неподвижно с листами разнообразных новостей… словно памятник ДУРЕ какой-то. Даже мальчишка простолюдин, что забирал посуду со скамьи, где сидел рыцарь, посмотрел на неё с полнейшим непониманием во взгляде. И ведь… ведь она знала, что воины Ауры прекрасно слышат и замечают всё вокруг, но глупое любопытство заставило забыть буквально о прописной истине… Поставив её в настолько нелепое положение, что Хлоя теперь буквально боялась встретиться лично с этим джентльменом.

Не из-за его странного выражения лица, когда на тебя смотрят словно глазами мёртвой рыбы, а из-за смущения!

— Ох, — девушку буквально передёрнуло от постыдных воспоминаний. Таких немало в её жизни, даже слишком много. Абсурдные глупости, заставляющие через какое-то время сомневаться в собственном здравомыслии. Постыдные, дурацкие, наивные.

Ладно, по крайней мере, сейчас ей ясна причина странного поведения рыцаря — он любил и любит дочь дома Валуа. И алоглазая, жесткая, холодная, ядовитая леди Мэрили не просто не против ухаживаний от барона, но демонстрирует полное принятие его действий. Более того, не так давно они стали парой в глазах всего Высшего Света.

Несколько печалит, что из-за чувств к леди Валуа сэр Бойл не желает общаться с Хлоей… Но она, опять же, поняла в чём причина. Та короткая беседа с наследницей Валуа, где алоглазая не пыталась больно ужалить наследницу Владимир, и недавний разговор с лордом Нэвэрмором… они помогли девушке посмотреть на ситуацию несколько под другим углом.

Разумеется, травля от беловолосой из-за того, что маркиз Лупердель дружит с Хлоей — это неправильно. Заявлять, что леди Владимир украла у леди Мэрили этого юношу — тоже в корне неверно. Хлоя никогда и ничего не воровала, тем более в адрес других людей подобное заявление и вовсе оскорбительно. У Пердоса есть разум, чувства, желания. Если он желает дружить с Хлоей — это его выбор. Девушка же лишь отвечала на хорошее отношение со стороны юноши. Они общались и дружили — ничего больше — раз, и два — Мэрили Валуа просто не имела права им что-то запрещать.

Но, как сказал её новый друг из Ночи, аристократия Эйрума, прежде всего — воины. Сила, храбрость, подвиги — вот горнило, из которого было выковано дворянство. Сильные и храбрые защищали не имеющих возможности сражаться, чем и заслужили своё положение. Хлоя сильно упрощает, но в целом: сила породила привилегии. Вместе с ними родились и традиции, одна из которых — биться в честном поединке.

В Эйруме существует огромный свод правил, определяющих честность и… саму возможность тех же дуэлей. Правила, которым неукоснительно следуют аристократы. К примеру, два воина Ауры — сражаются по одним правилам, Мастер Меча и чародей — по другим, и даже на совершенно иной арене. Не владеющий ни магией, ни аурой имеет возможность выставить вместо себя бойца, и никто его не осудит.

Так вот, отношение к ней сэра Бойла… кристально понятно. Она — наследница графства, леди Валуа — тоже. Их противостояние, какой бы ни была причина, честное, в плане «весовых категорий». Леди, как и джентльмены, бьются согласно правилам. Иногда — буквально, на дуэлях. Но и на арене Высшего Света происходят баталии. Соперничающие дома аристократов, где первые леди, как и их мужья, «звенят клинками» в словесных поединках с целью уколоть, ужалить оппонента как можно чувствительнее. Чаще всего, чтобы прилюдно втоптать в грязь, нанести удар по достоинству противника, таким образом бросив тень на всю семью врага.

И Хлоя… сражалась нечестно. Да, конечно, она терпеть не могла ругаться, девушка просто не умела ранить кого-то словом, особенно намеренно. Поэтому, обычно всего нескольких фраз хватало алоглазой, чтобы наследница рода Владимир уже едва не плакала от обиды и бессилия. Только её неумение — её проблема, её недостаток.

Для рыцаря, воина Ауры, само собой разумеющееся — становиться сильнее, работать со своими слабостями, особенно для члена королевского рыцарского ордена, куда могут попасть только лучшие из лучших. Сэр Бойл… он осуждал Хлою, считал её поведение бесчестным. Ведь она, вместо борьбы один на один с противником её уровня, постоянно пряталась за своими друзьями. Позволяла себя защищать. Защита от близких… это нормально, когда на тебя «нападает» либо несколько оппонентов, как тогда, с Кормиком Маккенни, либо когда твой враг заведомо сильнее. К примеру, если её, наследницу графства, вдруг решит задеть герцогиня.

Всё лежало на поверхности, как тогда — с малым гербовым перстнем, но Хлоя, как всегда, в упор не видела очевидного. А из-за репутации леди Мэрили, из-за того, что у той буквально не было сторонников, наследнице рода Владимир всё сходило с рук. Ну и да, она — кандидатка в Святые, а её защитники — герцог, будущий герцог, и искуснейший из волшебников страны. Неудивительно, что рыцарь Бойл, питающий нежные чувства к леди Валуа, смотрел на Хлою настолько… На самом деле, поведение рыцаря можно даже назвать снисходительным. Всего лишь яркое неодобрение и явная дистанция. Могло быть и хуже.

Девушка глубоко вдохнула, а потом долго, медленно выдохнула, собирая решимость. Пусть она считала поведение Мэрили Валуа грубым, её нападки — несправедливыми, пусть их односторонний конфликт остался в прошлом, но Хлоя хотела, чтобы между ними… не присутствовало… слишком яркой неприязни. Она никогда не искала конфликта с леди Валуа. Не желала вражды. Дружба… нет, скорее всего она никогда не зародиться, но можно… поговорить, «официально» оставив обиды позади. Хлоя может сделать первый шаг, ведь именно для неё это важно. Обида — тяжелый груз для души, и сбросив её девушке дышалось бы свободнее.

Она долго размышляла, осторожно наблюдая за леди Валуа. С того самого дня, когда та избавила её от тех троих «шутников». И… удивительно, но «беловолосая дьяволица» или «сука Валуа», как звали её некоторые, в глазах Хлои стала выглядеть иначе.

Молчаливая, одинокая… несчастная. Наверное, так теперь Хлоей воспринималась леди, что долгое время нападала на неё при каждом удобном случае. В душе леди Владимир родилось сочувствие к ней, но, тем не менее, кандидатка в святые всё ещё не понимала, почему алоглазая леди выбрала путь одиночества. К тому же, удивительно, но Мэрили Валуа никогда и никого без причины не выбирала… «целью». Всегда, каждый раз, так или иначе, но её «жертва» каким-то образом первая задевала аристократку с белыми волосами. И вот тогда…

Хлоя передёрнула плечами.

Наблюдать за тем, как леди Валуа снова и снова словестно «избивает» дворян, что вызвали её неудовольствие, даже в каком-то смысле жутко. И Хлое всегда казалось, что та перебарщивает. С другой стороны, обычно, после продолжительного террора со стороны Мэрили Валуа, её жертва и помыслить не могла, чтобы повторить то, что вызвало у алоглазой неудовольствие.

«Страх — такой же инструмент, как и любой другой. Поверьте хозяину отребья, леди», — говорил ей на недавнем ночном чаепитии лорд Нэвэрмор. — «Понятный, эффективный, а главное — простой. Не нужно придумывать сложные в реализации планы, достаточно — просто… быть страшным. Взгляните на меня: тьма, хаотично ползущая по моей фигуре, пугающий голос, горящие фиолетовым огнём глаза. На самом деле этого достаточно, чтобы испугать большую часть населения Эйрума. Конечно, вокруг вас много по-настоящему доблестных, храбрых людей, но в масштабах страны их лишь горстка. Да и Храбрые… они тоже бояться — достаточно найти Их личный страх».

Они говорили не о леди Мэрили, а о жизни в Ночи, но, размышляя о сказанном на том чаепитии, Хлоя поняла, что наследница Валуа, не «перегибает с местью» — она запугивает. Делает так, чтобы её жертвы банально не решались в следующий раз её задеть. Взвесив все «за» и «против», представив, насколько может усложниться жизнь, просто держались от беловласой подальше.

Что, на самом деле, не так уж и сложно. В смысле — держаться подальше. Опять же — удивительно, но после того, как леди Валуа прекратила обращать внимание на Хлою, та стала замечать, что обладательница рубиновых глаз… просто-напросто НИКОГДА не проявляет инициативу, если дело касается не вопросов по учёбе. Да и то, это относится только к преподавателям.

А так… распорядок дня леди Мэрили в Академии в какой-то степени скучен, что ли: прибытие в экипаже вместе с бессменной служанкой, посещение занятий, обед, снова занятия, в перерывах она может почитать книгу (вот, как сейчас), а после окончания учебных часов — вновь экипаж… и всё. В сравнение не идёт с насыщенной жизнью Хлои, даже после того, как Высший Свет узнал о проблемах семьи Владимир.

— Ох, ладно… — пробормотала девушка себе под нос, всё же направившись к месту в аудитории, где леди Валуа предавалась чтению.

Беловолосая уже заметила пристальное внимание к своей персоне, и пару раз бросала на Хлою удивлённо-холодный взгляд.

Сейчас, по мере приближения к леди Мэрили, та, без спешки, спокойно, заложила закладку в книгу, закрыла её, и стала следить за Хлоей. В рубиновых глазах не было ни гнева, ни опаски. Вопрос, едва заметная неприязнь. Кандидатке в Святые показалось это хорошим знаком. Как и неподвижное лицо, не искривлённое в ядовитой усмешке, которая обязательно предвещала неприятности, заставляя Хлою чувствовать мурашки, бегущие по спине.

— Леди Валуа, доброго дня, — дочь рода Владимир попыталась доброжелательно улыбнуться, но даже не видя себя в зеркало, поняла, что улыбка на её лице натянутая и нервная.

— Доброго дня, леди Владимир, — с довольно ярким удивлением в голосе поздоровалась в ответ Мэрили Валуа. Беловолосая даже не пыталась показать улыбку, разглядывая Хлою, словно внезапно заговорившую кошку.

Неловкое молчание. Впрочем, недолгое.

— Леди, я бы хотела с вами поговорить… — поняв, что со стороны леди Валуа не последует затравки для светского разговора ни о чём, кандидатка в Святые решила перейти сразу к главной теме будущей беседы.

— Не могу сказать, что разделяю ваше желание, — ровный голос, холодный взгляд, и едва заметная заинтересованность. — Но, если это нужно, давайте побеседуем.

— Благодарю, — у Хлои были двойственные чувства. С одной стороны, Мэрили Валуа откровенно призналась в нежелании разговаривать, с другой, агрессии не было. Довольно грубо, но… приемлемо. Ждать от «зла во плоти» доброжелательности и расположения было бы слишком наивно.

И Хлоя принялась говорить. Увы, стройная речь из воображения в реальности получилась косноязычной, путаной и изобилующей неловкими паузами. Благо, вышло недолго, поэтому леди Владимир не успела полностью пасть духом и удариться в панику.

… поэтому, я бы хотела перед вами извини… — но закончить девушка не смогла.

— Прекратите, — леди Валуа раздраженно дёрнула щекой и подняла ладонь в останавливающем жесте. — Леди Владимир… вы позволите мне говорить откровенно? Может получится даже грубо, но, раз уж вы решили… пообщаться без купюр, внести полную ясность, то я бы желала тоже осветить некоторые моменты.

— Да, конечно, — после короткой паузы кивнула Хлоя.

— Замечательно, тогда, предлагаю вам присесть, — Мэрили Валуа указала ладонью на свободный стул рядом с собой. Вообще, аудитория была практически пуста — учащиеся разбрелись по академии, так что свободных мест предостаточно, да и любопытных глаз — минимум.

— Благодарю.

— Итак, — дождавшись, пока кандидатка в Святые присядет, леди Мэрили достала из канцелярского пенала, лежащего на столе, небольшую пластину, в которой Хлоя практически сразу узнала артефакт для приватных переговоров. — Чтобы некоторые не напрягали слух, пытаясь подслушать нашу беседу, — пояснила девушка, на этот раз продемонстрировав улыбку — едва заметную, но полную презрительной насмешки.

Хлоя сдержала вздох облегчения. Если говорить откровенно, то «честный и грубый» разговор с леди Валуа её слегка… м-м-м… пугал, наверное. Да, девушка крайне плохо относилась к лукавству, и, как бы не было неприятно признавать, побаивалась беловолосую.

— Начнём с того, что вам не стоит приносить каких-либо извинений, — дождавшись пока один из некрупных драгоценных камней не начал едва светиться, сигнализируя о начале работы магического предмета, заговорила леди Мэрили. — Просто не нужно. Как я говорила, хочу быть с вами честной: если бы не защита ваших… — дворянка на миг замолчала, пристально посмотрев на Хлою, после чего тихо вздохнула и покачала головой. — Если бы не ваши друзья, то о каком-либо, как вы говорите, честном противостоянии, не могло быть и речи. Вы бы банально проводили все дни в слезах и депрессии. Не подумайте, я не хвалюсь, и даже… сожалею о некоторых своих поступках. Но тоже не буду приносить извинения.

Мэрили Валуа замолчала, начав пристально разглядывать ногти на своей левой руке. Несколько секунд между ними стояла тишина, после чего беловолосая подняла на Хлою спокойный взгляд.

— Вы мне не нравитесь, леди Владимир. С самого начала не нравились. И глобально моё отношение к вам не изменилось, несмотря ни на что. Да, у вас есть черты, что вызывают симпатию — ваша честность, к примеру. Или, что я уверенна в том, что наш разговор останется между нами. Но раздражающего для меня в вас намного больше. Начиная с просто невероятной наивности, граничащей с глупостью, беспомощности, несамостоятельности и заканчивая приторной жизнерадостностью и стремлением для всех быть хорошей. Не казаться, а именно БЫТЬ. Столько сил тратить на чуть ли не детское «давай мириться и дружить»… Мне это чуждо. Хотя бы потому, что я никогда не стала бы пытаться извиниться перед той, что старалась сделать меня несчастной. Ненавидеть, презирать, может даже желать смерти — да, но не искать свои ошибки не в первопричинах, а в процессе конфликта, и найдя… откровенную мелочь, потом испытывать муки совести за, якобы, собственное неверное поведение.

В голосе Мэрили Валуа слышалось сдерживаемое неодобрение.

— Хотя, всё же я должна извиниться, но только за эти мои слова. Простите меня, леди Владимир, сейчас я не желаю вас задеть. Возможно — объяснить, ведь, насколько я поняла, для вас это важно. Хочу подчеркнуть, что не считаю вас плохим человеком. Просто вы мне не симпатичны. А ещё я вам завидую.

Хлоя в удивлении задрала брови, на что на красивом, бледном лице появилась чуть кривая улыбка.

— Удивительная недогадливость, — в этот раз в голосе леди Валуа чувствовалась небольшая порция яда. — Вы — счастливая девушка, что прожила счастливое детство. У вас есть любящие родственники, отец… мать. Вы — зеленоглазая и златовласая блондинка, так ещё и с проявившимся даром священной магии. Вашего расположения, расположения кандидатки в Святые, расположения любимой и единственной дочери графа Владимир ищут многие. По крайней мере те, у кого в черепах присутствует мозг. А теперь посмотрите на меня: белые волосы, красные глаза. Дитя Скорби, своим рождением убившее мать… Вот только не надо этих жалостливых взглядов, я не пытаюсь добиться от вас сочувствия, а хочу, чтобы вы просто поняли, ПОЧЕМУ, даже если бы между нами не было конфликта, я никогда не стала бы с вами любезничать. Мы — абсолютно разные. Поэтому, прошу вас, ради вашего и моего душевного равновесия, продолжайте свои игрища с друзьями, и забудьте обо мне. Сама же я готова пообещать, что пока вы не пытаетесь затащить меня и моего… кавалера в кружок фанатиков вашей добродетели, Мэрили Валуа не станет даже коситься в вашу сторону.

— Они не фанатики! Они — мои друзья! — оскорблённо воскликнула Хлоя.

— Вы даже не представляете, как эти мужчины разочарованы быть просто друзьями, — тихо, на удивление не обидно, а как-то горько засмеялась леди Валуа. — Но, в любом случае, фанатики, друзья, поклонники — как пожелаете, так и называйте. Это ваше дело. Я всё равно останусь при своём мнении. Может они нашли в вас что-то, что я не разглядела, а может, то, что я считаю недостатками, для них выглядит крайне мило и привлекательно. Это уже их дело, но факт остаётся фактом — два благородных джентльмена и колдунишка Бэдэ души в вас не чают.

— Мы относимся друг к другу с уважением. К тому же Хозяин Магической Башни тоже приравнен к дворянскому сословию.

— Ох, а я и позабыла, — в наигранном шоке прикрыла леди Мэрили ротик ладошкой. — Но вы правы — приравнен, а не является дворянином.

— Вы…

— Я, конечно я, — леди Валуа хмыкнула. — Но прежде чем вы продолжите защищать Хозяина Башни… Вы знаете, кого из леди я уважаю больше всего?

— Эм… — от смены темы Хлоя удивлённо захлопала глазами. — Её Величество?

— О, ну это без сомнения, но оставим семью монарха. Уважение к правящей династии — само собой разумеющееся, а та, кого я имею в виду, из рода попроще. Если честно, то именно её происхождение — совершенно не аристократическое. Я говорю о леди Скарлет Бисмарк, приёмной дочери маркиза Отто. О простолюдинке по рождению, сироте из приюта, которую взял в семью аристократ Эйрума. О третьем Мастере Меча нашей державы. О капитане рыцарей Его Величества. Видите ли, леди Владимир, у Хозяина Башни и леди Скарлет есть кое-что общее — они оба не были рождены аристократами и оба достигли высот. Но моё уважение к капитану рыцарей Короля безгранично, а Хозяин Башни для меня — колдунишка. Знаете, почему?

— Потому что у вас плохие отношения? — предположила Хлоя. Она говорила неуверенно, потому что примерно уже знала, что имеет в виду алоглазая.

— Ну нет, можно враждовать, но с уважением. С герцогом Кронштейном у нас тоже не лучшие отношения, но я же упомянула его, как достойного дворянина, верно? Всё дело в поведении Первого Волшебника. Манеры… нет, я говорю не совсем о них, хотя они тоже присутствуют, конечно… Но поведение да, отношение к окружающему миру, понимаете? Безобразное настолько же, как безобразна его похвальба своими достижениями. Бэдэ подчёркивает, что его ЗНАЧИМОСТЬ — не происходит из статуса, полученного при рождении. Он — маг седьмого круга, оттуда уважение в его отношении. Только вот… Леди Скарлет тоже не может похвастать происхождением. Она тоже добилась невероятных высот. Талант Повелителя Ауры, талант магии, священной, чёрной или обыкновенной — всё это дары Богов. Но их необходимо развивать! Я не буду умалять достижений вашего друга: седьмой круг — это достойно уважения. Только вот стать Мастером Меча — тоже. Получить во владение Магическую Башню — восхитительное достижение! Только вот, занять должность капитана королевских рыцарей — достижение не меньшее. Так почему тогда леди Скарлет всегда держит себя безукоризненно настолько, что рядом с ней некоторые дворяне смотрятся сиволапыми крестьянами, а Великий Волшебник Бэдэ ведёт себя, как хабалистый мещанин?

Леди Мэрили, сжав губы в тонкую линию, с возмущением и гневом смотрела на Хлою. Которая, честно говоря, не знала, что ответить. Её друг, действительно, временами бывал излишне горячим, резким…

— Ох… — беловолосая, прикрыв глаза помассировала переносицу, после чего взглянула на собеседницу уже полностью спокойно. — Видите ли, леди Владимир, с вами Бэдэ наверняка ведёт себя прилично. Ведь вы его… друг. Да и дружба — она подразумевает под собой поддержку своего товарища. Это нормально, это правильно — быть на стороне друга. Только знаете, я — Валуа. Дочь самой богатой семьи этого королевства. И понимаю, как НАДО себя вести в обществе. Сейчас я говорю не столько про себя лично, не про Бэдэ, а вообще. Моя семья обрела своё состояние не только потому что у предков был нюх на прибыль, не только благодаря деловому таланту моего отца. Среди всех факторов успеха немалое место занимает компетенция наших работников. Эксклюзивные договоры, заключённые с племенами Великой Степи и полисами Архипелага. Как думаете, почему? Всё потому, что наши доверенные лица УМЕЮТ вести себя среди других культур. Демонстрировать уважение к чужому укладу.

В этот раз улыбка на лице леди Валуа выглядела просто весёлой, задорной. Словно она параллельно вспомнила о чём-то смешном.

— Представьте себе, «цивилизованный» эйрумец приходит в дом к «дикарю», и ведёт себя согласно «дикарским правилам». Потому что это ПРАВИЛЬНО. Это — демонстрация уважения. Ваш же Бэдэ, находясь среди соотечественников, не потрудился научиться уважать других, при этом требуя уважения к себе. Именно поэтому для меня он — колдунишка. Хам с рыночной площади, что пока имеет в руках что-то, что позволяет ему вести себя, словно… — леди Валуа, которая снова начала распаляться, прервала себя, переведя взгляд на входную дверь аудитории. — О, обратите внимание, вас спешат от меня спасти.

— Ой, — действительно, Хлоя увидела стремительно приближающегося к ним Пердоса, на лице которого хорошо было видно беспокойство.

— Вам, наверное, уже пора, — Мэрили Валуа чуть насмешливо улыбнулась. — Надеюсь, вас теперь ничего не тяготит.

— Да… то есть, нет! Спасибо за беседу.

— Пожалуйста, — наследница Валуа раскрыла книгу, опустив глаза на текст, но через секунду подняла взгляд на Хлою. — Кстати, леди Владимир, вы читаете книги леди Джирайя?

— Ам… ну… — замешкалась кандидатка в Святые, засмущавшись.

— О, по румянцу вижу, что вы знакомы с её книгами, — хмыкнула леди Мэрили.

Хлоя ничего не ответила. Врать она не любила, а признаваться было как-то…

— Вы умеете держать секреты? — улыбка леди Валуа стала шире и… какой-то зловещей, что ли.

— Если этот секрет не причинит никому вреда, — твёрдо произнесла девушка, чувствуя, как разгорается любопытство.

— Он абсолютно безобиден.

— Тогда обещаю, что сохраню его в тайне.

— Замечательно, — леди Валуа кинула быстрый взгляд на уже поднимающегося к ним по ступеням Пердоса, и прикрыла губы ладошкой. — У меня есть черновик следующего тома «Ордена, скрытого в листве».

— Ч-что?!

— И я его уже прочла, — рубиновые глаза не просто смеялись, глядя в глаза Хлое, они хохотали. Злорадно, удовлетворённо.

— Но как?!

— А это… секрет, — леди Валуа прижала бледный указательный пальчик к алым губам на лучащемся довольством лице.

***

— Мелинда, ну как тебе? — Мэрили с пляшущими искрами смеха в глазах смотрела вслед удаляющейся парочке. Артефакт приватности ещё работал, поэтому она не переживала, что лишние уши услышат её беседу со служанкой.

— Очень по-злодейски, моя Госпожа, — горничная едва сдерживала широкую улыбку.

— О, да, — наследница Валуа прикрыла губы ладонью. — Это было… весело! Кстати, Мелинда, что у тебя с глазами? Не спала всю ночь?

— Ну… мы с Витой немножко зачитались… а когда опомнились было уже очень поздно, и я боялась проспать…

— Понятно всё с тобой, — Мэрили фыркнула.

Она не осуждала служанку, ведь сама залпом проглотила полученный от своего кавалера черновик. О-хо, прекрасное чувство, когда ты держишь в своих руках то, что другие с таким нетерпением ждут. Отдельно шло довольно… пикантное осознание, что откровенные сцены в произведении писал… м-м-м… твой мужчина.

Это… кхм… волновало. И придавало этим частям сюжета некое… будоражащее послевкусие, что ли?

Мэрили почувствовала, как к щекам снова прилила кровь и опустила глаза к книге, непроизвольно слегка прикусив губу.

Да, все, буквально все книги «леди» Джирайя вышли из-под руки Бойла. Получается, все те сцены, что заставляли быстрее биться сердце, тяжелее дышать, придумал тоже он. Значит…

— Проказник, — прошептала девушка, облизнув губы. После того, как они с рыцарем наконец попробовали друга друга на вкус, фантазия Мэрили разыгралась ещё больше. Постыдные мыслишки приходили в голову слишком часто, а сны…

Леди Мэрили Валуа тряхнула головой, выгоняя из головы воспоминание о том, что ей снилось этой ночью. Скоро начнётся занятие, и ёрзать на стуле, краснея, она не хотела. Так что надо сосредоточиться на мыслях поспокойнее…

Например, о том, что уже совсем скоро у неё встреча с дочерью Бойла и знакомство с «дорогими ему людьми».

— Ох, ну что ж такое… — досадливо прошептала девушка, поняв, что начала нервничать.

***

От Автора:

Эпилог выйдет завтра, в это же время.