В гости к Ленке Поливановой, от широты душевной ставшей Фроловой, выдвинулись все вместе – Лара и Светка с выводком, включая мужа и двоих неугомонных детей, Аду и Геру. Пока ехали в метро, а потом на электричке, Ларе заранее было неудобно перед Леной. Ей казалось, что они занимают слишком много места и производят слишком много шума. Но когда приехали на дачу, оказалось, что их банда ничтожно мала, чтобы заполнить пространство этого памятника русскому капитализму. Дача напоминала дворец культуры не самого мелкого подмосковного городка.

Десант гостей моментально рассредоточился, осваивая новые возможности. Сергей, Светкин муж, окопался в бильярдной. Дети устроили шторм в бассейне. Девушки грелись около растопленного камина, на манер кошек, урчащих от удовольствия. И только Димка хлопотал в зоне барбекю. Сергей, конечно, спросил: «Тебе помощь не нужна?» Но всем своим видом он надеялся на отрицательный ответ. И получил его.

Всем было хорошо. Сергей выигрывал сам у себя с разгромным счетом, дети наслаждались ролью бешеных акул, подруги потягивали винцо и тонули в благодати. Димка на правах хозяина раздувал мангал, периодически чертыхаясь. Все проживали этот час жизни как награду за хлопотливую неделю.

Лара попыталась заикнуться о помощи в рубке салатов, но, оказывается, все давно порублено, заправлено, украшено и дожидается своего часа в огромном холодильнике, напоминающем габаритами платяной шкаф. Этим заранее занялись специально обученные люди. Они и шашлыки бы пожарили, но Дима решил, что сделает это сам. Ему хотелось вспомнить молодость.

Наконец-то аромат мяса обозначил победу Димы над злым мангалом. К этому моменту все проголодались настолько, что сбежались по первому зову. Даже дети вынырнули со дна, откуда на спор пытались отодрать плитку, напоминающую о затонувших сокровищах.

– Ну что? Пора? – сильно обрадовался Сергей.

– Садимся! – внося груду шашлыков, скомандовал Димка. – Семеро одного не ждут!

Лара посчитала, их было действительно семеро. Вопрос – кто тот один, кого они не ждут.

– Макар должен подъехать, – как будто подслушав ее мысли, пояснила Лена. – Помощник Димин по бизнесу. Он все на себе тащит, пока мой оболтус по барам и по баням с нужными людьми встречается.

Сказано это было беззаботно, как говорят все молодые жены, самоуверенно не видящие на первых порах опасности ни в барах, ни в банях.

Все сели, налили, выпили, заработали вилками, снова налили, снова выпили и снова ударили по вилкам. Повторять это хотелось до бесконечности. Чередование рюмки и вилки – единственный вид цикличности, который ведет к развитию. Через полчаса все были уже особенно веселы и добры друг к другу.

– Всех приветствую!

На пороге гостиной возник мужчина. Он как будто примеривался к незнакомой компании.

– Макар, дружище! – закричал Димка. – Проходи!

Димка вскочил и стал выдвигать стул между Ларой и Сергеем. Лара чуточку удивилась, ведь за Сергеем были свободные места. Отец чудесных ангелочков, Ады и Геры, предусмотрительно сел с краю, подальше от детей. Но Дима упорно усаживал Макара рядом с Ларой. Маневр был шит белыми нитками, и Лара немного смутилась.

Макар изображал непринужденность, но видно было, что он не в восторге от такого напора. Да, он недавно развелся, но это не повод сватать его у всех на глазах.

Низенького роста, полноватый, Макар был из той породы людей, у которых столько достоинств, что вместе они становятся одним сплошным недостатком. Он был слишком правильным. До одури. Жена сбежала, устав видеть по утрам, как он трет морковку, предварительно выпив стакан теплой воды. Он не курил, не пил, не изменял, не транжирил, не тусил, и жене пришлось все это делать за двоих.

Ради нового гостя Димка начал всех представлять:

– Ленку мою ты знаешь, а вот остальных сейчас обрисую. Светка – любимка нашего класса, связной во всех смыслах этого слова. Сергей – ее муж. А это их дети, Ада и Гера. Имена прикольные, потому что они не пальцем деланные. – Димка заржал.

– А это Лара, наша одноклассница, кандидат каких-то наук и вообще пипец какая умная.

– Лара – это Лариса? – вежливо уточнил Макар.

Лара кивнула, а Димка поправил:

– Ну нет. Лариса – это когда Михалков рядом, когда мохнатый шмель на душистый хмель, и все дела. А у нас просто Лара.

– А каких наук, можно узнать? – опять проявил внимание Макар.

– Социологических, – пискнула Лара. Она стеснялась, когда становилась центром внимания.

– Ага, прикинь, есть такая имитация науки, – снова заржал Димка, и все поняли, что он быстро пьянеет.

– Ну почему же, – деликатно начал Макар, – опросы общественного мнения очень нужны обществу. Это, так сказать, зеркало, в которое мы смотримся.

– Ага, смотримся и думаем: «Упс! Вот рожа», – не унимался Дима.

– Строго говоря, опросы общественного мнения – это особая индустрия, это не совсем социология, – не смогла смолчать Лара.

– А в чем отличие? – спросил Макар.

Тут Гера так громко вздохнул, что все поняли: пора сворачивать с этой темы на столбовую дорогу веселого застолья.

– Анекдот хотите? – спросил Дима. – Но предупреждаю, матерный. Зато смешной.

Все хотели. Даже дети.

– Не стоит, тут же дамы и дети, – подрубил всех под корень Макар.

Дамы сделали вид, что он выразил их мнение. Дети посмотрели на Макара с явным презрением.

– Тогда выпьем! – скомандовал Димка.

Он разлил остатки вина и хотел по гусарской традиции убрать пустую бутылку на пол, но ее перехватил Макар.

– О! Хороший год для этого вина. Лето было слегка засушливым, и уровень танинов повысился, что благотворно сказалось на букете. Вообще виноград должен страдать, чтобы вино получилось особенно насыщенным. Тогда корни пробиваются на рекордную глубину и получают доступ к минералам…

– Так выпьем за это! – оборвал лекцию Димка.

Все выпили, Макар слегка пригубил.

– Чего не пьешь? – Такие вещи Димка замечал в любом состоянии.

– Решил опробовать кетодиету, а она несовместима с алкоголем, – с достоинством ответил Макар.

– Как интересно, – пискнула Лена. – А можно поподробнее?

Лена вечно сидела на каких-то диетах, что заменяло ей хобби.

Макар оживился: он любил делиться знаниями и личным опытом. Коротенько, минут за сорок, он вознамерился рассказать про эту чудо-диету, когда ешь все самое жирное, даже кофе пьешь с кокосовым маслом, и при этом худеешь.

Все ерзали, не зная, как закончить эту лекцию. На помощь пришли бестактные дети.

– Гера, как ты думаешь, у меня в тарелке достаточно клетчатки? – как бы невзначай спросила Ада, подсаживая на вилку симпатичный, отливающий нежным блеском маринованный гриб.

– Во всех растениях много клетчатки, даже в грибах, – ответил брат, вложив в короткую фразу все, что он вынес из школьного курса биологии.

– Но грибы не относятся к царству растений. – Макар не мог вынести такой безграмотности. – Грибы образуют отдельную группу. Существует четыре царства живой природы – растения, животные, бактерии и грибы. Есть еще вирусы, но это неклеточная форма жизни.

– Дебил ты, Герка, таких простых вещей не знаешь. – Ада пнула брата под столом.

– Сама такая! Кто тут у нас доказывал, что «рожок» и «мороженое» родственные слова? – отомстил Гера.

Все засмеялись, даже Макар. Но все испортила Света.

– Мороженого захотелось, – мечтательно протянула она.

– Не советую. – Серьезности Макара не было предела. – Можно есть жирное, но важно не совмещать жирное со сладким.

Светка стыдливо замолчала.

– А я эклеры люблю. – Лара не ожидала от себя такого смелого заявления. – И обязательно на ночь. Я сплю потом лучше.

Макар посмотрел на Лару, как крот на Дюймовочку. Вроде бы приличная партия, за день съедает всего ползернышка. Но за год набегает, увы, прилично. Так и Лара. Казалось бы, кандидат наук, неплохой вариант, тем более пора подумать о детях, что накладывает особую ответственность в выборе хорошего генофонда. Но эклеры на ночь!.. От пищевого плебейства до сексуальной распущенности – один шаг. Он видел это на примере бывшей жены. Наступать снова на те же грабли Макар не желал, поэтому он быстро потерял интерес к Ларе.

– Приятного аппетита, – язвительно сказал он. И добавил: – И спокойной ночи!

– С кем? С покойной? – заржал Димка.

Все помнили эту шутку со школы. Миллионы, нажитые Димой, мало отразились на нем. Он оставался пацаном, который шутил с последней парты. Наверное, поэтому Лена его и выбрала. Рядом с ним она вновь чувствовала себя девочкой с третьей парты у окна, которая милостиво позволяла складывать к своим ногам плоские шутки и раненое сердце влюбленного балагура.

После признания в любви к эклерам Макар перестал замечать Лару. Искра интереса к ней погасла безвозвратно. А Лара даже не заметила. С некоторых пор она перестала вилять хвостиком перед каждым встречным в надежде, что ее подберут. Перестала улыбаться всем, кто проходил мимо.

Она ела, пила, много смеялась и думала, что жизнь удалась. Да, она одна. Но это же сплошное везенье по сравнению с тем, что кому-то выпадает жить с таким вот Макаром. Она бы умерла с этими кетодиетами, царствами грибов и разделением жирного и сладкого. А еще она часто путает слова «надеть» и «одеть». Она представила, как задергается глаз Макара от такой безграмотности, и неприлично громко засмеялась. Громко и искренне.