Он развернулся и без колебаний начал подъём.

Тим задержался. Ещё долго стоял, задрав голову, пока мимо него друг за другом проходили Лукас и девушки. Наконец и он поставил ногу на нижнюю ступень.

Три четверти часа спустя, когда они выбрались из ущелья, на них было сухой нитки.

Морось застигла их примерно на середине пути, у выхода из скального тоннеля, и поначалу казалась пустяком. Но за последние двадцать минут она набрала силу и обернулась настоящим ливнем. Деревянные ступени и мостки превратились в скользкие блестящие горки — приходилось едва ли не ползти.

У выхода из Хёллентальклям Дженни и Юлия наотрез отказались идти дальше.

— Какой смысл сейчас поворачивать? — Ральф попытался их переубедить. — Вы всё равно уже мокрые. А впереди самая красивая часть маршрута. К тому же дождь вот-вот кончится, поверьте, я в этом разбираюсь. По облакам видно — скоро прояснится.

— Горный гуру изрёк, — бросил Денис.

Все обернулись к нему. Тим всё это время не обращал на Дениса внимания и только теперь разглядел, в каком тот состоянии. Обычно торчавшие во все стороны чёрные волосы прилипли к голове и лицу. Тонкая куртка напиталась водой и мешком висела на костлявых плечах.

Почувствовав, что на него смотрят, Денис вызывающе скрестил руки на груди.

— Чего уставились?

— Почему бы тебе не придержать свои идиотские комментарии при себе? — рявкнул Себастьян.

Голос его звучал сдавленно, точно горло перехватило, — и Тиму показалось, что тот только и ждёт повода сцепиться с Денисом.

— А почему я должен молчать? Только потому, что вы позволяете Ральфу вешать вам лапшу на уши и восхищаетесь каждым его словом? Я говорю то, что думаю. Точка.

— Тогда ты у меня…

— Я считаю, что Ральф отлично довёл нас до сюда, — перебила Себастьяна Лена и повернулась к девушкам. — Вы серьёзно хотите сдаться и тащиться назад одни? Только из-за того, что немного покапало?

Дженни и Юлия нерешительно переглянулись.

— Но тут так холодно и мерзко, — жалобно протянула Юлия. Она провела ладонью по лицу и размазала тушь — бледная кожа в обрамлении слипшихся светлых прядей сделалась от этого почти пугающей.

— Согласна, — кивнула Лена. — Именно поэтому надо двигаться — чтобы согреться. Эй, вы же не бросите меня единственной девчонкой среди всех этих парней? Ну? Идём?

Дженни и Юлия снова переглянулись. Наконец Дженни сдалась:

— Ладно. Хорошо.

— А ты? — Лена достала из кармана бумажный платок, тоже уже изрядно отсыревший, и протянула Юлии. — Вот, для глаз.

Та приняла платок, благодарно улыбнувшись.

— Спасибо. Ну ладно, идём.

Лена негромко хмыкнула и обернулась к Ральфу. Их взгляды встретились — всего на мгновение, — но Тиму хватило и этого. Он не смог бы объяснить, что именно уловил, однако что-то в этом безмолвном обмене ему решительно не понравилось.

Через полчаса, одолев крутую тропу, выложенную местами грубыми каменными ступенями, они вышли к приюту Хёлленталангер.

Было начало девятого. Зелёные ставни заколочены, терраса пуста — ни столов, ни стульев. И здесь у двери висела табличка с датой открытия.

— Что ж, оборотная сторона нашей затеи, — Ральф упёр руки в бока. — Двумя днями позже — и мы бы сейчас пили что-нибудь горячее.

— И хоть немного обсохли бы, — добавил Тим, привалившись спиной к обшитой гонтом стене.

Последний отрезок шёл круто в гору. Под мокрой одеждой тело парило от пота, и в сочетании с холодом ощущение было препаршивое.

Если честно — никуда больше не хочется.

Он скользнул взглядом в сторону Лены. Та стояла в нескольких шагах, но, перехватив его взгляд, направилась к нему.

— У тебя всё нормально?

— Вроде бы. — Тим опустил голову, разглядывая заляпанные грязью ботинки. Штанины до колен выглядели не лучше. — Просто мне уже никуда не хочется идти. Дождь, приют закрыт… Ничего не идёт по плану. Бредовая была затея.

— Но Ральф тут ни при чём.

Он поднял на неё глаза.

— Ты его защищаешь от всех и вся, да?

— Ерунда. Просто пока он справляется. А за погоду никто не в ответе. Он единственный, кто здесь ориентируется. Без него мы бы давно заблудились.

— Нет. Без него нас бы здесь вообще не было.

Лена чуть качнула головой, но промолчала. Тима раздражало, как рьяно она заступается за Ральфа, и вопрос, который он гнал от себя, всё-таки оформился в слова:

Она что — влюбилась в него?

Мысль кольнула неожиданно остро. Он стряхнул воду с рукава и отвернулся. Перед глазами всплыл прошлогодний лагерь — загорелый парень по имени Марко, громкий и уверенный. Через два дня все, включая вожатых, смотрели только на него. Тиму тогда досталось привычное место на заднем плане.

И вот — снова.

Взять хотя бы Лукаса: тот повсюду таскался за Ральфом молчаливой тенью. Вот и сейчас стоял рядом, сунув большие пальцы под лямки туго набитого рюкзака, и отрешённо глядел куда-то сквозь дождь, будто его ничего не касалось.

Тим переступил с ноги на ногу и поднял голову. Лены рядом уже не было — она стояла поодаль, с Дженни. В этот момент к ним подошёл Себастьян, что-то сказал, и все трое рассмеялись.

Ушла, а я даже не заметил.

Себастьян говорил что-то ещё — без умолку, оживлённо жестикулируя. Лена то и дело хихикала, а потом положила ему руку на плечо, другой ладонью прикрывая рот от смеха, — и Тим снова ощутил тот тянущий холодок под рёбрами.

Больше всего хочется подойти и встать между ними.

Он стиснул зубы.

Я что — ревную?

Из раздумий его вырвал — какая ирония — именно Ральф. Тот объявил с нарочитой бодростью:

— Итак, народ! Если двинемся сейчас, через полтора часа доберёмся до хижины, куда я вас веду. Там печка и достаточно дров. Разведём огонь, поедим, попьём горячего. Кстати, о «попьём» — он заговорщически подмигнул Лукасу. — У нас для вас припасён маленький сюрприз, от которого вы мигом согреетесь. Но это — только в хижине. Ну что, выступаем?

Яник ухмыльнулся.

— Кажется, догадываюсь, что за сюрприз. Давайте, чего ждём? Вперёд и вверх!

Не прошло и получаса, как им пришлось остановиться снова.

И на этот раз всё выглядело так, будто их поход окончен.

ГЛАВА 07.

Они свернули правее, перешли по узкому мостику ручей и ещё некоторое время шли по тропе вглубь долины. После затяжного поворота налево перед ними наконец открылся склон — метров сто высотой, не меньше.

Ральф остановился, ухмыляясь, упёр руки в бока и дождался, пока подойдут остальные.

— Ну вот. Наш первый подъём.

Тим окинул взглядом скалистый участок, поросший травой и пересечённый осыпями. Склон круто вздымался над ними. Ни тропы, ни уступов, за которые можно было бы уцепиться, видно не было. Повсюду темнели каменные обломки. Между ними дождь промыл узкие полосы щебня, тускло поблёскивавшие в сером свете.

— Ты же не всерьёз собираешься туда лезть?

Ральф усмехнулся и ответил достаточно громко, чтобы слышали все:

— Разумеется, собираюсь. Вы же хотели приключений — вот они и начинаются. Это называется шрофен: крутой травянисто-скальный склон. Здесь впервые придётся немного поработать руками. Ничего с вами не случится, если будете делать ровно то, что я скажу.

Тим перевёл взгляд со склона на Ральфа — медленно, недоверчиво.

— Без снаряжения? Без касок? Да оттуда посыплются камни, стоит кому-то из нас ступить на склон. Я ещё вчера специально спрашивал, не нужно ли взять хотя бы что-то.

Он сдёрнул рюкзак с плеч и с глухим стуком швырнул его на землю.

Из-за чего? Из-за того, что избалованный докторский сынок решил покрасоваться своими «горными познаниями»? Ради этого они тащились столько часов по грязи под дождём?

— Да ты только посмотри на этот уклон! Острые камни, осыпь, всё мокрое. Достаточно один раз поскользнуться — и всё, перелом.

Он слышал, что говорит всё громче, но уже не пытался себя одёрнуть.

— Я думал, ты у нас великий профессионал. Так вот — нет. Человек, который действительно разбирается в горах, не повёл бы новичков на такой участок. И уж точно — без нормальной экипировки.

— Ты закончил? — спросил Ральф, когда Тим умолк.

Его спокойствие, слишком уж демонстративное, раздражало ещё сильнее.

— Нет. Но остальное я лучше оставлю при себе.

Ральф медленно обвёл взглядом остальных, будто предлагая кому-нибудь возразить. Потом снова посмотрел на Тима.

— Ты сам только что сказал: вы — новички. Именно поэтому этот склон кажется вам куда страшнее, чем он есть на самом деле. Это нормально. Но поверьте мне: вы справитесь. Да, многие ходят сюда в касках и с железом, но, если честно, половина из вас с таким грузом сюда бы просто не дошла.

— Не знаю, — подал голос Фабиан, стоявший чуть позади Тима. — По-моему, я туда не полезу.

— И я тоже, — сказала Юлия, обошла Тима и демонстративно встала рядом с Фабианом.

По лицам остальных Тим без труда понял: карабкаться по мокрому склону никому не хочется. Это немного отрезвляло.

— Ну что ж, если вы трусите перед таким холмиком — валите обратно, — огрызнулся Ральф. — Мы пошли в горы, потому что в лагере одни детские развлечения. Больше двух часов в пути — и почти всё время по ровному. А теперь, когда перед вами первый участок, где надо чуть-чуть полазить, вы сдулись. Прекрасно.

Он шумно втянул воздух и продолжил:

— Ладно, тогда проваливайте и слушайте в лагере проповедь. Вам и рассказать потом будет не о чем — потому что вы ничего не пережили. А я, когда вернусь вечером, пусть даже мокрый и уставший, буду знать, что не поджал хвост при первой же трудности. И мне будет что вспомнить.

— Я иду с тобой, — поспешно сказал Лукас.

Ну конечно, — подумал Тим. Этот и в пропасть за ним бы шагнул.

Повисла тишина. Кто-то переглядывался, кто-то смотрел себе под ноги, кто-то носком ботинка перекатывал по тропе мелкие камни.

— Ты сам себя обманываешь.

Это сказал Денис. Он сидел в нескольких метрах от остальных на невысоком скальном выступе и в мокрой одежде казался особенно щуплым. Все обернулись к нему, но он даже не поднял головы — сосредоточенно счищал грязь с камня, зажатого в ладони.

Тим невольно отметил, что Денис и на этот раз точно выразил то, что вертелось у него в голове.

Он покосился на Себастьяна, но даже тот, похоже, не горел желанием карабкаться на этот «холмик» и потому благоразумно молчал.

Похоже, на этом их самовольный поход и закончится.

И Тим был бы этому только рад.

Но всё изменил тот, от кого он меньше всего этого ожидал, — самый младший из них, Фабиан. Он посмотрел прямо на Тима:

— Ну, раз уж мы сюда дошли… может, я бы и попробовал. Ты пойдёшь со мной, если я полезу? Если станет слишком опасно, всегда можно повернуть назад.

Тим уставился на него.

— Повернуть назад? Это тебе мало поможет, если сверху прилетит камень. Нет, извини. Без снаряжения я туда не полезу. Это безумие.

— Если даже Фабиан готов попробовать, я тоже в деле, — сказал Яник.

После этого и Себастьян, явно не желая оставаться в стороне, кивнул в знак согласия.

Фабиан смотрел на Тима выжидающе, будто надеялся, что тот уступит ради него. Это только сильнее его разозлило.

— Прекрасно. Желаю удачи. Кто возвращается со мной?

— Я! — тотчас откликнулась Юлия и для убедительности подняла руку.

— И я.

Голос донёсся сзади — это была Дженни. Тим даже не обернулся: рядом с ней стояла Лена, а смотреть на Лену ему сейчас хотелось меньше всего.

Ещё не хватало, чтобы это выглядело так, будто он уговаривает её пойти за ним.

И всё же он надеялся, что она решит вернуться. Не потому, что этим выберет его сторону, а не сторону Ральфа. Просто ему не хотелось, чтобы она полезла на мокрый осыпной склон и покалечилась.

Но Лена молчала.

Надо было что-то делать.

И тут ему на плечо легла чья-то ладонь.

— Отойдёшь со мной на минуту?

Это была Лена. Она подошла почти вплотную и кивнула в сторону. Тим быстро взглянул на остальных — разумеется, все до одного смотрели на него.

— Да, конечно, — ответил он как можно небрежнее и пошёл за ней.

Что ей нужно?

Сейчас начнёт убеждать его довериться великому проводнику Ральфу? Своему герою?

Нет. Это не сработает. Тим симпатизировал Лене с первой минуты, но позволить ей втянуть себя в это безрассудство он не собирался. Особенно если она делает это ради Ральфа.

Они отошли по извилистой тропе назад, пока не скрылись из виду и не удалились настолько, что остальные уже не могли их слышать. Когда Лена остановилась и повернулась к нему, у Тима сбилось дыхание.

Её длинные тёмные волосы промокли, как у всех, но не висели неопрятными прядями, а мягко обрамляли лицо. На коже блестели капли дождя. Она выглядела продрогшей, уставшей — и всё равно удивительно красивой.

Лена улыбнулась, и Тим почувствовал, как внутри разливается тепло. Когда она заговорила, он вдруг поймал себя на том, что смотрит только на её губы.

— Тим?

— А? — Он моргнул и ощутил, как к щекам приливает жар. — Прости. Что ты сказала?

— Я сказала: ты бы очень меня выручил, если бы пошёл с нами.

Словно его окатили ледяной водой. Всё мгновенно встало на место.

Ну конечно. Она хочет, чтобы он пошёл из-за Ральфа.

Тим невольно напрягся.

— Нет. Я по-прежнему считаю, что это безрассудно. То, что Ральф уговаривает людей лезть туда в такую погоду, меня не удивляет. Он вообразил себя большим специалистом и не понимает, что отвечает не только за себя. Но то, что ты ему в этом помогаешь… Честно говоря, от тебя я такого не ожидал.

К его изумлению, Лена взяла его за руку и крепко сжала пальцы.

— Дело не в Ральфе. Дело во мне. Мои родители всегда ездят только на море, а я полюбила горы после одной поездки в Австрию. В этом году мне впервые разрешили поехать куда-то одной, и я полгода ждала этот лагерь. Я очень хочу подняться туда. Но Ральфу я не доверяю. Я… хочу, чтобы рядом был ты.