Когда кладбище осталось позади, Тим замедлил шаг. Подождал Дениса. Тот поравнялся с ним; Тим коротко кивнул:

— Привет. Расскажешь, почему ты от всех отгораживаешься? Я имею в виду — какой смысл ехать в лагерь, если ты ни в чём не участвуешь?

Прошло некоторое время, прежде чем Денис ответил:

— Может, мне просто не упёрся весь этот лагерный бред?

— Тогда зачем ты здесь? Вчера вечером ты единственный из нашего домика не пришёл. Где ты вообще был?

Денис остановился. Впервые за всё время он посмотрел Тиму прямо в глаза — жёстко, в упор.

— Не твоё собачье дело, понял?

Тим невольно отступил на полшага. Ладони сами собой сжались в кулаки, жар поднялся от шеи к ушам.

— Ну и ладно, — процедил он и быстро зашагал вперёд, не оглядываясь, пока не догнал Лену и Дженни.

В лагерь они вернулись как раз к обеду.

После еды им дали полчаса отдыха, а потом все собрались со снаряжением у тренировочных скалодромов. И произошло ровно то, что предсказывал Ральф. Весь день, час за часом — невысокие стенки, обвязки, каски, снова и снова. Страховали друг друга, менялись партнёрами, начинали сначала.

Первый час Тиму даже нравилось — всё было в новинку. Потом стало скучно даже ему.

Ральф и остальные из их компании давно ворчали. Пробовали уговорить вожатых отпустить старших, оставив у стенок малышей и тех, кому ещё не надоело. Бесполезно. Вожатые сами были слишком молоды и не решались принимать решения на свой страх и риск.

Около пяти они уныло потащились к домикам. Ральф поравнялся с Тимом.

— Ну что, классный денёк?

— Ладно, ладно. Ты был прав. Но сбегать — всё равно не лучший вариант.

— А я, пожалуй, пойду, — раздался голос Лены за спиной. — Ещё один такой день я не вынесу.

Вечером договорились: сбор завтра в пять утра, между домиками мальчишек. Оттуда — в горы. Все, кроме Дениса, подтвердили. Тим — тоже.

Может, ничего страшного и не случится, — подумал он, не слишком в это веря.

За ужином наделали бутербродов и, покидая столовую, рассовали их по карманам и под свитера. В домике вытащили из рюкзаков альпинистское снаряжение, освободив место для еды и оставшихся бутылок с колой и соком. Наполнили водой алюминиевые фляжки — подарок лагеря каждому участнику. Провианта должно было хватить: к вечеру они планировали вернуться.

Тим кивнул на обвязки и карабины, сваленные у кроватей:

— А это нам точно не понадобится?

Ральф отмахнулся:

— Чепуха. Лёгкая виа-феррата, никаких проблем. Это всё — лишний балласт. Ты ещё спасибо скажешь, что не потащил эту дрянь наверх.

Тим промолчал. Куча снаряжения на полу, пустые рюкзаки, набитые бутербродами вместо касок… Если утром кто-нибудь из вожатых заглянет — вопросов не избежать.

— Ладно, — сказал он наконец. — Раз ты так считаешь.

Он отвернулся.

Плохая идея. Очень плохая идея.

В животе тяжело ворочалось что-то холодное.

ГЛАВА 05.

Фабиан завёл будильник и поднял остальных без четверти пять. Одевались в темноте, не зажигая света, перебрасываясь едва слышным шёпотом. Шорох одежды доносился отовсюду — из каждого угла, с каждой койки.

Тим и Яник забрали рюкзаки из соседней комнаты и уже собрались выйти, но оба замерли в распахнутой двери.

На краю деревянной веранды, в тусклом свете наружного фонаря, сидел Денис. Вчерашние джинсы, кроссовки, а поверх футболки — тонкая чёрная куртка из слегка поблёскивающей ткани. Насколько Тим мог разглядеть, он неподвижно смотрел на гравийную дорожку перед собой.

— Ты что тут делаешь? — вырвалось у Тима. Собственный голос показался ему неприлично громким в ночной тишине, и он невольно осёкся.

— А на что похоже? — Денис даже не потрудился обернуться.

Яник сделал несколько шагов и остановился рядом.

— Дай угадаю: ты сидишь. Я прав?

— Точно.

Тим поёжился, несмотря на походную куртку. Заметно похолодало. Надо было всё-таки пристегнуть подкладку. Хочется верить, что это из-за раннего часа, а к полудню потеплеет, как вчера.

— Так ты всё-таки идёшь с нами? — спросил он, тоже понизив голос, и потянул на себя дверь домика.

— Да. И что?

— У тебя нет ни еды, ни воды. А в этой обуви по горам — вообще без шансов.

Денис поднялся, шагнул вперёд и остановился в метре от Тима. Лицо — совершенно неподвижное. Только глаза, чуть прищуренные, смотрели в упор.

— Это твоя проблема?

Прежде чем Тим успел ответить, из темноты между домиками донёсся нарочито приглушённый голос Ральфа:

— Эй, что тут происходит? Вы с ума сошли? Стоите как на витрине. Если кто-то из вожатых вас заметит, можно забыть про нашу вылазку.

Он, видимо, уже поджидал их и теперь шёл к веранде. Следом плёлся Лукас. Рюкзак его был набит так туго, что лямки врезались в плечи. Неужели всё-таки взял альпинистское снаряжение — на себя и на Ральфа?

В отличие от остальных, Ральф выглядел так, будто собрался в настоящий горный поход: массивные трекинговые ботинки, штаны цвета хаки, чёрная флиска, а поверх — расстёгнутая тонкая ветровка.

Он встал перед Денисом и окинул его взглядом с головы до ног.

— Погоди, ты что — идёшь с нами? В этом? Без еды?

— Есть возражения Ральф?

На мгновение Ральф задумался, потом пожал плечами.

— Сам разбирайся, как в этих тапочках полезешь в гору и найдётся ли кто-нибудь, кто поделится с тобой водой. Из-за тебя поворачивать назад я не стану. И никто не станет.

Денис отвернулся, не удостоив его ответом.

Яник тем временем вернулся в хижину за рюкзаком. Вскоре он вышел вместе с Фабианом и Себастьяном. Почти одновременно подтянулись Дженни, Лена и Юлия. Все были в сборе.

Лена натянула тёмную вязаную шапку, из-под которой лицо проступало размытым светлым пятном — призрачный островок в полумраке. Не мешкая, она первым делом подошла к Ральфу, который возился с рюкзаком Лукаса.

Тим отвёл глаза, машинально подтянул лямку. Нормально. Она подошла к нему, потому что он единственный знает маршрут. Всё нормально.

Они перекинулись парой слов и негромко рассмеялись, прежде чем Лена наконец подошла к Тиму и Фабиану и с улыбкой поздоровалась.

— Нужно оставить записку вожатым, — сказал Фабиан, когда минут через пять все были готовы трогаться. — Чтобы знали, где мы.

— И чтобы они тут же ринулись за нами и притащили обратно? — отмахнулся Ральф. — Забудь, малыш.

— Не называй меня малышом. И разве ты не говорил, что всё это вообще не проблема? С чего бы им тогда трудиться нас догонять?

Ральф замешкался на секунду, и Фабиан этим воспользовался:

— Ладно, я иду внутрь и пишу записку.

Он уже повернулся к двери, но Ральф сдался:

— Стой. Что ты им напишешь? Ты даже не знаешь, куда мы идём. Ладно, я сам напишу, раз тебе так неймётся.

Фабиан обернулся.

— Мне не страшно. У меня просто есть мозги.

Тим опустил голову, пряча широкую ухмылку. Фабиан нравится мне всё больше.

— Напишу у вас в хижине — у нас там ещё спят, — сказал Ральф. — Там же и оставлю. Найдут не раньше завтрака, когда хватятся. К тому времени мы уйдём достаточно далеко.

Он помолчал.

— Если им вообще придёт в голову идти за нами.

Никто не возразил. Ральф кивнул Лукасу, и оба скрылись в хижине.

Вернулись минуты через три. Ральф объявил:

— Готово, двигаем. С этой минуты — ни слова, ни звука, пока не выберемся из лагеря.

— Уж если нам потом влетит, — добавил Себастьян, — я хочу хотя бы успеть повеселиться.

Как и накануне, во время прогулки, Денис замыкал шествие. Похоже, никого это не заботило.

На последнем повороте гравийной дорожки Ральф резко остановился и поднял руку. Впереди лежала подъездная площадка, залитая режущим светом мощного прожектора. Перед опущенным шлагбаумом стоял фургон с работающим двигателем. Водитель возился у пульта, пока шлагбаум бесшумно не пополз вверх.

— Чёрт, прячьтесь! — прошипел Ральф, отчаянно замахав руками.

Справа, в нескольких метрах от дорожки, темнел хозяйственный сарай. Несколько быстрых прыжков — и все оказались за ним. Тим выглянул из-за угла: машина тронулась с места.

Когда фургон поравнялся с сараем, на дверце проступила крупная наклейка — логотип пекарни из Гармиш-Партенкирхена.

— Свежую булочку бы сейчас… — пробормотал Яник, провожая взглядом удаляющиеся красные огни.

— Ты вообще думаешь о чём-нибудь, кроме еды? — изумился Себастьян.

Выждав немного, они быстрым шагом покинули укрытие. Шлагбаум уже опустился, но сбоку, мимо стойки ресепшен, шла узкая пешеходная тропинка — открытая в любое время.

Они взяли правее и пересекли площадку перед входом. Когда лагерь скрылся из виду и стих за спинами, Ральф задержался в круге фонарного света, дожидаясь, пока Денис догонит группу.

— Ну что, все готовы? Готовы к большому приключению?

В ответ — невнятное бормотание.

— Может, расскажешь наконец, куда мы идём? — сказал Тим. — До сих пор речь шла только про какой-то горный поход к какой-то хижине где-то на Цугшпитце.

— Если мы вообще когда-нибудь тронемся, — послышалось сзади.

Все обернулись. Денис выдержал их взгляды, не шевельнув ни единым мускулом.

— Ты конкретно достал своими комментариями, — бросил Себастьян. — Не нравится — вали обратно. В таком виде далеко всё равно не уйдёшь.

— Пошёл ты.

Себастьян шагнул к нему.

— Что ты сказал?

— Со слухом проблемы, приятель?

— Хватит! — вмешалась Дженни. Она стояла ближе всех к Денису. — Я думала, этот поход — для удовольствия. Если вы уже сейчас начинаете грызться, идите дальше по отдельности.

— А я тогда разворачиваюсь, — поддержала Юлия.

Взгляд Себастьяна скользнул от них к Лене. Он смотрел на неё долгую секунду, потом повернулся к Денису.

— Ладно. Но завязывай ныть.

— Можно уже идти? — Ральф перетянул внимание на себя. — Сначала двинем к ущелью Хёллентальклям. До входа доберёмся примерно за час. Через само ущелье — минут тридцать, если не будем тормозить. Там сделаем первый привал.

— А что это за… ущелье? — спросил Лукас.

Кажется, это первая фраза, которую я от него слышу с момента знакомства.

— Каньон. Вам понравится. Будем идти через тоннели, по мосткам, по ступеням, вырубленным в скале. Зрелище — отпад.

— А дальше? — спросил Тим. При мысли о том, что ждёт их по возвращении в лагерь, энтузиазм как-то не прибывал. — Оттуда пойдём обратно?

Уголок рта Ральфа дрогнул в плутовской усмешке.

— Оттуда всё только начинается. Поднимемся до приюта Хёлленталангер, а оттуда — на Кеттерштайг. Виа-феррата: стальные тросы, скобы, тропа прямо в отвесной скале.

Виа-феррата… Тим примерно представлял, что это, но не настолько, чтобы чувствовать себя спокойно. Раз никто больше не переспрашивал, он решил промолчать. Увижу на месте.

— А потом ещё час — чуть покруче вверх. Хижина, куда я хочу вас привести, стоит в стороне от известных маршрутов. Придётся пройти по осыпи и взять несколько склонов.

— И для этого не нужно снаряжение? — недоверчиво спросила Лена.

— Ерунда. Я там был кучу раз с отцом. Он перестраховщик, таскал с собой всё подряд, но это барахло ни разу не пригодилось. Вы бы сами проклинали всё на свете, если бы пришлось переть такой груз наверх.

— Ты ведь понимаешь, что все здесь, кроме тебя, — новички? — напомнил Тим. — Допустим, для тебя это пустяк. Но ты уверен, что мы справимся без страховки?

Ральф театрально закатил глаза.

— В десятый раз: да. Доверьтесь мне. Пока я рядом, с вами ничего не случится.

Он обвёл взглядом каждого и помолчал, выдержав паузу.

— Двинули.

Развернулся и зашагал вперёд. Остальные потянулись за ним. Лена шла рядом с Дженни и Юлией; Тим держался чуть позади этой тройки.

Через несколько шагов за спиной послышался голос Дениса — негромкий, ровный:

— Этот хвастун себя переоценивает.

Именно этого я и боюсь.

Тим покосился в сторону. Громады гор темнели на фоне первой, едва различимой полоски рассвета.

Хочется верить, что мы оба ошибаемся.

ГЛАВА 06.

До ущелья Хёллентальклям они добрались чуть больше чем за час. К тому времени окончательно рассвело, и небо затянуло так плотно, что казалось — тучи легли прямо на вершины. Дождь был вопросом не «если», а «когда».

У входа в ущелье стояла небольшая сторожка — запертая. Табличка у двери сообщала, что доступ открывается лишь с пятнадцатого мая. До этой даты оставалось два дня.

— Хорошо, что Ральф тут всё знает, — проворчал Денис, ткнув пальцем в табличку.

— Ещё бы! — тот рассмеялся. — Я прекрасно в курсе, что ущелье открывают в середине мая. И это лучшее, что могло с нами случиться. Не нужно платить за вход, внутри — ни души. Мостки и лестницы перед сезоном всегда готовят заранее, так было каждый год. И разумеется, я знаю, как пробраться внутрь. Все за мной.

Они двинулись следом — перемахнули через ограждение, пересекли маленькую террасу и сразу за ней обнаружили крутую лестницу, уходившую вверх вдоль отвесной скальной стены. Натянутый стальной трос заменял перила. Со стороны обрыва несколькими метрами ниже ревел Хаммерсбах, с силой протискиваясь между каменными глыбами.

У подножия лестницы ненадолго остановились — сделать по глотку воды.

— Похоже, будет дождь, — сказал Тим, обращаясь к Ральфу.

Тот как раз приложился к фляге. Вытер рот рукавом, запрокинул голову, вглядываясь в небо мимо нависающих скальных козырьков.

— Может, и будет. Но мы, слава богу, не из сахара.

Яник подошёл ближе.

— Я слышал, внезапная перемена погоды в горах — штука опасная.

— Только не надо мне тут дилетантских познаний! — отрезал Ральф. — Я знаю здесь каждый камень. Пережил всевозможные капризы погоды и говорю вам: вот это… — он ткнул указательным пальцем в небо, — вообще не проблема. Может, слегка намокнем. А скорее всего, и того не будет. Так что хватит трястись.