Следующее утро встретило их низким свинцовым небом и колючим ветром. Но люди уже были в движении — собранные, молчаливые, подтянутые. Приказ был отдан, и теперь его выполняли.

Джип Невы стоял у ворот, двигатель работал на низких оборотах, глушитель выпускал клубы пара. Внутри, кроме самой Невы за рулем, сидели Камилла и еще две женщины — Анна и Лиза. Их лица были напряжены, руки не выпускали оружие. Грузовик с инструментами, досками и цементом для ремонта позади них уже прогревал мотор. В кабине и кузове — четверо мужчин Рона. У каждого на коленях или в руках — карабин или автомат. Не было ни паники, ни лишних слов. Каждый умел применять оружие не задумываясь.

— По контакту — короткие очереди. Экономим патроны. Главное — пройти, а не перебить всех, — голос Невы в рации прозвучал спокойно и четко. В ответ послышались короткие щелчки подтверждения.

Ворота открылись, и маленький кортеж выкатился на дорогу, ведущую в сторону Вантауна.

Первый час пути прошел в напряженной тишине. Дорога была относительно чистой, пока они не наткнулись на затор. Не на пробку из машин, а на пробку из тел. Дорогу сплошной стеной перекрыло стадо из нескольких десятков мертвецов.

Объезд был только один — по правой обочине, достаточно широкой для грузовика.

— Джек, обочиной, осторожно, — скомандовала Нева в рацию.

Грузовик медленно съехал на грунтовую обочину. Сначала все шло хорошо, но затем правое переднее колесо провалилось в скрытую травой рытвину от старого дренажа. Колеса беспомочно забуксировали, поднимая фонтан грязи, и многотонная махина с неприятным креном застряла, глухо урча.

Этот звук, как магнит, привлек оживших. Сначала несколько, потом десяток, а скоро и все остальные пошатываясь, потянулись к застрявшему грузовику.

— Черт! Застрял! — крикнул в рацию Джек, голос его был напряженным.

— Не волнуйся! Прикрываем! — отозвалась Нева. Она резко поставила свой внедорожник, бортом между грузовиком и основной массой мертвецов, создавая импровизированный барьер. — Огонь на поражение! Экономим патроны!

Из кузова грузовика Бен и Майкл уже вели огонь. Короткие, точные выстрелы раздавались над головами медленно наступающих тварей. Один, второй, третий падали, но их место сразу занимали следующие.

Нева распахнула дверь, встала на подножку, уперлась карабином в крышу и присоединилась к стрельбе. Из окон вели огонь Камилла и Лиза. Анна, присев у переднего колеса, стреляла по ногам подходивших мертвецов, пытаясь их замедлить.

— Толкайте! — закричала Нева ребятам из грузовика. — Мы прикроем!

Джек за рулём. Билл, Бен и Майкл спрыгнули на землю и, пригнувшись под прикрытием огня, ухватились за кузов и бампер. Они изо всех сил толкали многотонный грузовик, пытаясь вытолкнуть его из колеи. Колеса буксовали, разбрасывая грязь. Под колеса стали совать траву и обломки.

Вдруг одно из «мертвых» тел, лежавших неподалеку, скелетоподобное, с вывалившейся челюстью, схватило костлявыми пальцами за голень Анны, которая перезаряжалась. Девушка вскрикнула от неожиданности и ужаса.

Нева была ближе всех. Она не стала целиться — не было времени. Соскочив с подножки, схватила топор с сиденья и в два шага оказалась рядом, со всей силы всадила его по рукоять в висок существа. Хватка тут же ослабла.

— Спасибо, — выдохнула Анна, бледная как полотно.

— Держись, — коротко бросила Нева, помогая ей подняться. — Давай, назад к машине!

В этот момент грузовик с громким чмоканьем вырвался из колеи и откатился на твердое покрытие. Ребята запрыгнули в кабину и кузов, Нева и Анна — в джип.

— Вперед! Не задерживаемся! — скомандовала Нева, и кортеж, набирая скорость, рванул вперед, оставляя позади остатки толпы.

В рации на секунду воцарилась тишина, прерываемая лишь тяжелым дыханием.

— У всех всё в порядке? — спросила Нева, снова набирая скорость.

— Все целы, — послышался сдавленный голос Джека из грузовика. — Хорошо. Едем дальше.

Кортеж двинулся дальше, оставляя позади тихий, но непреложный урок: даже на коротком отрезке пути их мир мог закончиться в любую секунду. Но они были готовы. И это было главное.

Автомобили, прорвавшиеся через смертельную ловушку на трассе, наконец достиг окраины Вантауна. Дорога сменилась разбитым асфальтом, заросшим сорняками, которые пробивались сквозь трещины. По бокам тянулись заброшенные склады и обнесенные заборами промзоны. Воздух здесь был другим — густым, пропитанным запахом ржавчины, пыли и чего-то кислого, сладковато-гниющего.

Впереди, за забором, возвышалось главное здание лабораторного комплекса — некогда современный исследовательский центр, а теперь мрачная бетонная коробка с темными, словно выжженными, глазницами окон. За ним угадывались силуэты более высоких производственных цехов, а дальше, за ними, начинался сам город, темный и безмолвный, как гигантская могила.

Остановились в сотне метров от главных ворот. Они были распахнуты, одна створка висела на единственной петле, вторая — валялась на земле, будто ее вырвало взрывом. За воротами, на заросшем бурьяном и молодыми деревцами плацу перед лабораторией, медленно и бесцельно бродили фигуры. Их было немного, штук десять-пятнадцать, но каждая была немым напоминанием о том, что покой здесь — лишь иллюзия.

Нева заглушила двигатель. Тишина, наступившая после рева моторов, оказалась оглушительной. Давящей. Слышен был лишь свист ветра в разбитых фонарях и тихий, навязчивый скрежет — это одна из фигур за воротами терлась о ржавую раму ворот, бесконечно повторяя один и тот же бессмысленный жест.

Нева взяла рацию. Голос ее был тихим, почти безэмоциональным, но каждое слово падало как свинцовая гиря.

—Вижу семь… нет, восемь на открытом пространстве. Еще несколько в тени, у западного крыла. Оружие не применять. Выстрелы соберут всех от сюда до центра города. Очищаем двор тихо. Холодным. Билл, раздай «удочки».

Из кузова грузовика Билл, молчаливый и широкоплечий кузнец из Пальмонта, стал подавать длинные, грубые на вид инструменты. Это были его детища — полутораметровые отрезки арматуры, к которым он на совесть приварил отточенные клинки от старых охотничьих ножей и кухонных тесаков. Получились импровизированные алебарды — смертоносные и эффективные, позволявшие держать тварей на расстоянии вытянутой руки.

Нева вытащила из кабины пожарный топор. Массивный, с узким обухом и длинным лезвием, на деревянной рукояти которого была выжжена личная метка Сета — стилизованная молния. Она на мгновение замерла, вспомнив его слова, сказанные у ворот Пальмонта, его хриплый смех: «На время, капитан. И обещай вернуть. Лично в руки. Он мне как брат родной». Она пообещала. И теперь вес этого топора в руке чувствовался как вес доверия всего поселения.

Она повернулась к своей группе. Люди уже построились, держа в руках самодельные копья. Лица были бледны, но решительны. В их глазах читалась та же смесь страха и ярости, что клокотала и в ней самой.

— За мной. Молча. Без паники. Целимся в голову или ломаем ноги. Работаем парами, прикрываем спины, — ее шепот был слышен даже сквозь ветер. — Это наш порог. Наше будущее. Мы переступим через него, убрав эту нечисть. Вперед.

Плащ Невы, длинный и потертый, взметнулся на порыве ветра, когда она первой шагнула к распахнутым воротам. В руке — топор Сета, в полумраке двора бредущие тени.

Первая «встреча» произошла сразу за воротами. Мертвец в лохмотьях лабораторного халата, с вывалившейся на грудь челюстью, повернулся на скрип гравия под сапогами Невы. Он не зарычал. Он просто потянулся к ней, издавая булькающий, влажный звук.

Нева не стала дожидаться. Она сделала молниеносный выпад, не подходя близко, и обухом топора с размаху ударила ему по колену. Раздался сухой, отчетливый хруст. Существо рухнуло на землю, потеряв опору, но продолжая ползти, цепляясь одной рукой. В тот же миг Билл, шедший справа от нее, точным уколом своего копья вонзил клинок в ухо поверженной твари. Движения прекратились.

Группа влилась во двор, рассыпавшись цепью. Картина была сюрреалистичной и жуткой: молчаливые люди, сжимающие в руках кустарное оружие, против безмолвных, медлительных теней, бредущих навстречу своей второй смерти.

Анна и Лиза, работая в паре, справились с двумя «бродягами». Лиза, присев, ударила копьем по ногам первого, а когда тот упал, Анна добила его, наступив сапогом на спину и вогнав лезвие в основание черепа. Второго они взяли одновременно, вонзив копья с двух сторон.

Майкл и Джек столкнулись с более крепким экземпляром — когда-то это был крупный мужчина, охранник. Его не свалишь ударом по ногам. Джек отвлек его, тычком копья в грудь, а Майкл в это время зашел сбоку и нанес мощный рубящий удар обухом своего копья по голове. Череп с треском подался.

Нева шла в центре, ее топор работал без промаха. Она не рубила с размаху — она била точно, экономно, как молоток: короткий взмах — и оглушающий удар в висок; отступающий шаг — и резкий тычок обухом в коленную чашечку. Она была ядром, вокруг которого кипела эта странная, почти бесшумная битва.

Внезапно из-за угла, из-за груды ящиков, вывалилась еще одна фигура. Она рванулась к Камилле, которая на мгновение задержалась, вытирая рукавом кровь с лица.

Нева среагировала мгновенно. Она не крикнула — крик мог привлечь других. Она просто рванулась вперед, на полтора шага опережая тварь, и нанесла удар топором не по голове, а по спине, в область позвоночника. Удар был страшной силы, рубяще-разрубающий. Существо сложилось пополам, но все еще пыталось ползти, хватая Камиллу за ногу. Нева, не раздумывая, всадила лезвие топора в затылок, положив конец этому движению.

Она посмотрела на Камиллу. Та кивнула, тяжело дыша. Слова были излишни.

Через десять минут все было кончено. Тела лежали во дворе, и тишина снова воцарилась над этим местом, но теперь она была другой — заслуженной, выстраданной.

Нева, опираясь на окровавленный топор, окинула взглядом очищенный плац. Ее грудь тяжело вздымалась, на лбу и висках выступили капли пота, смешанного с пылью и брызгами крови.

— Двор чист. Загоняем машины. Первый этаж — первоочередная задача. Джек, Билл, организуйте укрепление ворот тем, что есть. Остальные — за мной.

Она посмотрела на топор в своей руке, на выжженную молнию. «Я сдержала первое обещание, Сет», — подумала она. — «Мы на пороге. Теперь главное — удержаться».

И, перекинув топор через плечо, она первой направилась к темным, зияющим дверям лаборатории.