Ева отвела Джину в сторону. Глаза сканировали помещение.

— Сколько стволов? – спросила она тихо, но резко. Никаких прелюдий.

Джина сглотнула, понизив голос:

— Два. Ружье, что у меня было… и мой личный пистолет. Патронов… мало. Для ружья – три картриджа дробовика, для пистолета – одна обойма. Она нервно мотнула головой в сторону своих вещей у стены.

Ева кивнула, мозг уже просчитывал.

— Ладно. Нам светит поездка. В полицейский участок на Мейн-стрит. Там заперлись люди. Балт и еще 11 душ.

Она увидела, как Джина широко открыла глаза.

— Вытащим их оттуда. Стены тут крепче, чем в участке.

— А на чем? – прошептала Джина, оглядываясь на забитый людьми и баррикадами приемный покой. — У нас только ноги…

— Мы приехали на джипе. Стоит у хирургии, в кузове – припасы.

Ева ткнула пальцем в сторону окон, за которыми маячили тени бродящих мертвецов.

— Но к нему сейчас не подойти. План – действовать быстро и жестко. Ты готова?

Взгляд Евы буравил Джину, оценивая не только слова, но и тень страха в глазах, дрожь в руках.

Джина выпрямилась, в ее взгляде мелькнула знакомая Еве решимость – та самая, что позволила ей пройти ад улиц, чтобы спасти Ника.

— Более-менее. Пришлось… пришлось крошить оживших, пока шла за Ником. Рука помнит.

Она сжала кулак.

— Хорошо. Значит, рука натренированная. — Одобрение прозвучало сухо, но для Джины оно значило многое. — Сейчас – чистим подход к джипу. Потом – в участок. Пошли.

Они подошли к Сету. Шарлот, сосредоточенно нахмурив брови, заканчивала перевязку его плеча.

— Как ты? – спросила Ева, глядя в глаза Сета.

Шарлот, не отрываясь от работы, буркнула:

— Жить будет. Кость цела, просто ушиб.

Она завязала узел.

— Сможешь махать своим тесаком? – уточнила Ева, имея в виду топор.

Сет провернул плечо, скривившись от боли, но кивнул.

— Конечно, Ева. Отрублю любому мертвяку голову, если полезет.

— Хорошо. Ева указала на Джину:

— Втроем – в участок. Это Джина, главная по выживанию тут. Это Сет, наш таран.

Они кивнули друг другу – Джина смущенно, Сет с оценивающим взглядом.

Он вдруг хмыкнул, слабая улыбка тронула его губы.

— Знаешь, Джина, я тогда, в дверях… испугался за тебя больше, чем за себя, — он кивнул на Еву. — Когда ты наставила на нее ствол… подумал, она тебя сейчас на куски порвёт.

Он тихо засмеялся, глухим, усталым смехом.

Джина покраснела, бросив быстрый, виноватый взгляд на Еву.

Та лишь подняла бровь, ее голос был ровным:

— Сет, она защищала своих. Так и надо делать. Сейчас, и всегда. — Она подчеркнула каждое слово. — Только свои сейчас – в приоритете. Запомните все.

Ее взгляд скользнул через комнату, остановившись на Нике. Он ставил коробку у двери, поймал ее взгляд и улыбнулся – тепло, облегченно, помахав рукой. Ева почувствовала, как что-то сжатое и ледяное внутри нее на мгновение ослабло. Уголки ее губ дрогнули в ответ – не улыбка, а тень, мимолетный сброс напряжения. Он рядом. Это давало силу. Но расслабляться было смерти подобно.

— Значит так, – ее голос снова стал командирским, привлек внимание всех. — План «Сирена». Сет, Джина, Шарлот – со мной. Остальные – не подходить к окнам, не шуметь, держать оборону здесь.

Она подошла к окну, через которое, недавно попала в госпиталь, осторожно раздвинула занавеску. Внизу, метрах в пятнадцати, стоял полицейский «Чарджер». Вокруг него, как мухи на падали, медленно кружило пару десятков мертвецов. Они били кулаками по стеклам, по металлу капота, скребли когтями. Джип был виден частично, припаркованный ближе к углу здания, но подход к нему тоже перекрывали несколько десятков фигур.

— Видите седан? – Ева указала на автомобиль на котором приехала. — Нам нужно добраться до него. Включить сирену. Громко. На всю катушку.

Она увидела, как Шарлот побледнела.

— Этот вой соберет ВСЕХ ублюдков в радиусе слышимости. Они отвалят от джипа и от дверей, потянутся к сирене, как мотыльки на адский огонь.

Ева щелкнула языком, глядя на рой у седана.

— Стрельба – последний гвоздь в гроб. Патроны бережём.

Она окинула взгляд помещение.

— Шум нужен. Но точечный. Шарлот, Джина – берите что тяжелое. Стучим по подоконнику. Громко, ритмично. Как барабан дураков.

Джина метнулась к шкафу, схватила тяжелую металлическую кастрюлю. Шарлот – чугунный пресс для бумаг. Сет уперся ладонями в каменный подоконник, готовясь к бою. Нож Евы уже лежал на готове.

— Заводи, — скомандовала Ева.

БАМ! БАМ-БАМ! БАМ!

Чугун и металл забили дробь по бетону. Звук был глухим, но несущимся в тишине апокалипсиса. Эффект – мгновенный. Головы у седана дернулись. Пустые глаза уставились вверх. Рык сменился любопытствующим воем. Они поползли к стене, тянули руки к источнику звука. Скоро под окном закипело – десяток гнилых ртов, шипя и булькая, ломились к стене.

— Работает, — процедила Ева. — Теперь – крошим тихо. Головы – приоритет. Сет, левый фланг – твой. Джина, справа. Я – центр.

Джина выхватила из-за пояса ножище – длинный, с широким клинком, явно из госпитальной кухни.

— Для разделки туш… пригодится, — буркнула она, бледнея, но сжимая роговую рукоять.

— Идеально, — Ева усмехнулась криво. — Покажи им, где раки зимуют.

Началось.

Сет работал топором как мясник: мощные рубящие удары сверху вниз. Чмок-хруст! Череп старика разлетелся. Чек! Рука с крюком вместо кисти отлетела. Он бил неистово, заливая подоконник черной жижей.

Ева работала ножом – коротко, смертоносно. Как скальпелем: тычок в глазницу – бульк. Горизонтальный удар по шее – голова катится. Она била без промаха, лицо каменное.

Джина, поначалу неуклюже махавшая ножом, быстро входила в раж.

— Ах ты тварь! – шипела она, вгоняя длинный клинок под челюсть подростку-зомби. Вывернула – черный фонтан. — Получай! – рубанула по ключице женщины в халате. Кость хрустнула, тварь осела. Ее нож резал гнилую плоть как масло.

Это была мокрая, тихая бойня. Без выстрелов. Только стук железа по бетону, хруст костей, чавканье клинков в плоти, шипение умирающих тварей. Воздух наполнился смрадом разложения и свежей бойни. Под окном росла пирамида из тел – безголовых, с развороченными черепами, с отрубленными конечностями. Через пятнадцать минут движение прекратилось. Последний зомби, с ножом Джины в глазнице, булькнул и затих.

— Чисто, — Ева вытерла клинок о штаны. — Безмозглые твари клюнули.

Она повернулась к Сету и Джине, их лица и одежда были в черно-бурой жиже.

— Вы – к выходу в приемную. Тихо, как мыши. Ждете вой сирены. Услышали, берите остальных. Сет – бежишь к ДЖИПУ. Садишься, заводишь, давишь газ. Подгоняешь его ко входу, максимально близко. Выгружаете ВСЁ из кузова джипа. Патроны, воду, еду – все, что там есть. Потом – грузитесь с Джиной. Я вас буду ждать, в том переулке. — и махнула рукой, показывая точку сбора.

Сет кивнул, тяжело дыша. Джина выдернула нож из черепа, брезгливо стряхнув слизь.

— Поняли.

— Я – к седану, — Ева перекинула автомат за спину. — Включу музыку на всю катушку. Шарлот – она ткнула пальцем в девушку, — как только я прыгну – захлопываешь это окно на щеколду. Чтобы ни одна сволочь не пролезла. Потом – к выходу, помогать разгружать.

Ева вытерла ладонь о бедро, счищая запекшуюся слизь, и вытащила рацию. Кнопка нажалась с характерным щелчком.

— Балт, приём. Ева Беннет.

Ответ пришел почти мгновенно, голос Балта хриплый от надежды:

— Слава богу! Мы думали… думали, вы нас кинули.

Ева фыркнула, коротко и цинично.

— Люди – ценный ресурс, Балт. Не пыжься раньше времени.

Ее голос был как наждак.

— Вы нам еще пригодитесь. Глянь в окно. Где меньше этих ходячих овощей? Куда можно подъехать вплотную, чтоб не бежать полкилометра под обстрелом гнили?

На той стороне пауза, слышно, как Балт что-то кричит другим, потом:

— Задний двор! Там въезд для машин. Машин почти нет, и тварей – штук пять, не больше.

— Ладно, копи это в башке, – отчеканила Ева. — Выдвигаемся через несколько минут. Будьте на старте. Шума наделаем – на него сбежится вся окрестная падаль. На погрузку – секунды. Кто будет тупить – останется в участке гнить до скончания века. Всем понятно?

Она не ждала ответа, продолжая жестко:

— Все стволы, все патроны, приготовьте, соберите всё и в руках держите, броню – надеть! Конец связи.

Она щелкнула тумблером, отрезая возможные вопросы. В этот момент в комнату вошел Ник. Уголки губ дернулись в подобии улыбки.

Ник подошел, взял ее за руку и отвел в сторону, подальше от суеты у окна, где Сет и Джина готовились к вылазке.

— Ты… уходишь? – спросил он тихо, в его глазах – тревога, не скрываемая больше.

— Ага, – коротко кивнула Ева, не отводя взгляда. — В участке на Мейн-стрит. Люди. Без воды, без жрачки. Сидят в мышеловке. Мы им нужны.

— Ева, это… ад на улицах. Кишит ими… – голос Ника дрогнул.

— Ник, – она перебила его, ее голос был тихим, но стальным. — Я потеряла этот чертов страх где-то по дороге из Лос-Анджелеса. Иначе бы, мы с Томом и Алексом давно стали удобрением.

Ник вздохнул, его пальцы сжали ее руку крепче.

— Я заметил. Ты… изменилась. Стальная. На вокзале, когда мы прощались… ты говорила о побеге. О том, чтобы спрятаться ото всех. А теперь… ты ведешь людей в бой.

— Не стальная, – поправила его Ева резко. — Прагматичная. И не бесстрашная. Боялась. Боялась, что не увижу тебя. Что не дойду.

Она посмотрела ему прямо в глаза.

— Именно потому, что ты здесь, я должна рисковать. Мы должны быть сильнее. Нас должно быть больше. Чтобы выжить. Чтобы у нас было будущее. Не просто дыра в стене.

Ник потянул ее к себе, обнял, прижавшись щекой к ее грязным, пахнущим порохом и смертью волосам.

— Просто… вернись, ладно? – прошептал он.

Ева на мгновение расслабилась в его объятиях, потом резко вырвалась, отступив на шаг. На лице – уже знакомая ему кривая усмешка.

— Я вернулась к тебе чёрт знает откуда. Уж с Мейн-стрит-то вернусь точно.

Она ткнула пальцем ему в грудь.

— Не дождёшься другого исхода.

И развернулась, шагая обратно к окну, к ожидавшим ее Сету и Джине.

— Шарлот! – бросила она через плечо, не сбавляя шага. — Как только мы свалим – берёшь всех баб в помощь и на кухню. Готовишь ужин на ВСЕХ. Люди там голодные как волки. Поняла?

— Д-да, Ева! – Шарлот закивала.

В это время мимо них, сгибаясь под тяжестью ящика, прошел Альберт – коренастый санитар.

— Альберт! – остановила его Ева. — Вода есть в бочках?

Альберт поставил ящик, вытер лоб.

— Полные, миссис Беннет. Хватит надолго.

— Хорошо, – кивнула Ева, ее взгляд уже сканировал выход. — Шарлот, добавь в список – поставьте самые большие кастрюли с водой на плиты. Чтобы к нашему возвращению была горячей.

Она провела рукой по своему лицу, смазывая засохшую грязь.

— Эту вонь надо будет смыть до костей. Всё! По местам!

Ее последние слова, как плеть, подстегнули всех. Началась суета – не паническая, а целеустремленная.

Ева перекинула ногу через подоконник. Взгляд – последняя проверка парковки. Пусто.

— Помните: сирена – сигнал. Бегом, без соплей. Выживем – оторвемся по полной.

Ключи от седана жгли карман. Ключи от спасения для чужих людей. Цена – ее шкура. Красная Королева шла одна ставить на кон свою жизнь. Следующая минута покажет, отыграется ли она, или банк сорвут мертвецы.

На мгновение Ева зависла в воздухе, силуэтом на фоне гаснущего неба, а затем рухнула вниз. Цель – зловонная куча тел, недавно «второй раз умерших» зомби, сваленных под окном после последней стычки. Приземление было жестким, с хрустом ломающихся под ней костей и отвратительным хлюпаньем. Она покатилась по скользкой массе, едва удерживая равновесие, но мгновенно вскочила на ноги, отряхиваясь с брезгливой гримасой. И процедила сквозь зубы, глядя на кучу под ногами:

— Ну хоть польза какая-то. Мягче, чем асфальт. Спасибо за услугу, мешки с костями.

Игнорируя боль в ушибленной руке и липкую гадость на одежде, она рванула к припаркованному неподалеку полицейскому седану. Ключи – в кармане. Дверь распахнута, она в кресле водителя. Палец резко вонзился в кнопку сирены. Пронзительный, леденящий душу вой разорвал тишину, немедленно став магнитом для всего мертвого в округе.

— Обед подан! Спешите, места ограничены… точнее, не ограничены, но поторопитесь!

Услышав сирену из госпиталя выскочил Сет, подбежал к своему джипу и резко подогнал его вплотную ко входу. Все действовали синхронно, без лишних слов – ящики с водой, коробки с едой полетели из джипа на землю у дверей госпиталя. Работали быстро, почти молча, под аккомпанемент сирены и нарастающего шарканья, хрипов. Первые серые фигуры уже выползали из-за углов здания, их стеклянные взгляды прикованы к седану. Толпа росла с каждой секундой, привлеченная воем со всех ближайших улиц.

Ева включила рацию и сказала Сету.

— Шевелись, герой! Они не просто идут, они уже составляют меню! Надеюсь, ты не в главном блюде?

Как только передние ряды оживших подошли к седану на пару десятков шагов, Ева плавно тронула с места. Она вела машину медленно, педаль газа едва нажата, держа скорость чуть выше шагающей орды. Сирена продолжала выть, уводя за собой всю накопившуюся массу мертвых подальше от госпиталя.

Ева посмотрела в зеркало на тянущуюся за ней толпу:

— Ну что, прогулка начинается, красавчики? Свежий воздух вам явно на пользу. Особенно тем, у кого его в легких нет.

Ее задача была ясна: отвести эту смертоносную массу на безопасное расстояние. Когда они вернутся обратно в госпиталь с новыми людьми, эта толпа не должна была их встретить у ворот. Она уводила угрозу, обеспечивая чистый коридор для возвращения.

— Вот и разминулись… — Ева посмотрела в зеркало заднего вида, оценивая расстояние до госпиталя. — Надеюсь, обратно вернемся без таких милых провожатых. Хотя для новеньких – экскурсия по местным достопримечательностям.

Убедившись, что госпиталь скрылся из виду, а толпа растянулась достаточно далеко и продолжала прирастать новыми «желающими» со стороны, Ева резко выключила сирену. Глухая тишина после воя оглушила. Она заглушила двигатель и выпрыгнула из седана. Теперь – быстрым бегом к условленному переулку. Путь не был пустым. Несколько особо шустрых или просто оказавшихся на пути оживших преградили дорогу.

Ева вскинула пистолет к первому ожившему:

— Без очереди? Грубиян!

Выстрел. Тело падает.

Ева добивала второго, пытающегося схватить ее за рукав:

— Нет, милый, я не для тебя. Иди к своим.

Еще выстрел.

— Эх, испортил асфальт… Хотя тут и так не фонтан. — перепрыгивала Ева через третьего, которого тоже пристрелила.

Рев мотора, скрежет тормозов – из переулка вынырнул джип Сета. Он не остановился полностью. Ева на ходу схватилась за борт кузова, мощным рывком втянула себя внутрь.

— Тормозил как в последний раз? Хорошо, что у меня страховка от опозданий… в виде пары пуль. — Сказала Ева, грузясь в кузов, запыхавшись и швырнула пустую обойму на пол кузова.

Джип рванул с места, оставляя растерянную толпу позади.

Ева оглянусь на удаляющихся оживших, крикнула Сету в кабину:

— Гони! Наш персональный фан-клуб обидится, если мы их совсем потеряем… но пусть обижаются. Следующая остановка – участок. Там нас ждут люди, которые, надеюсь, бегают быстрее этих овощей!

Джип набрал скорость, направляясь к полицейскому участку, оставляя позади уведенную от госпиталя угрозу и вонь смерти, смешанную с пороховой гарью.