Нева была дома. В их с Ником доме, с солнечными зайчиками на полированном полу и запахом свежесваренного кофе. Она смеялась, бежала по коридору, заглядывая в комнаты.

— Ева, я тут! — донесся звонкий голос Ника.

Сердце радостно екнуло. Она рванула на звук, в гостиную. Но комната была пуста. Лишь занавески колыхались от сквозняка.

— Мама, ну ищи нас! — пропищал детский голосок, доносясь теперь из спальни.

Она снова побежала, распахнула дверь шкафа — пусто. Повертела головой.

— Ева, мы тут!

Снова голос, теперь из кабинета. Она влетела туда, упала на колени, заглянула под просторный письменный стол — никого. Только пыльные лучи солнца.

— Ева... Ева... — дразнили ее, и смех, как колокольчики, разносился по дому.

И вот, в дверном проеме в конце коридора, она увидела их. Ник стоял, держа на руках их маленькую дочь. Оба сияли улыбками, глаза лучились.

— Ну ты что, опять не смогла найти нас? — рассмеялся Ник.

Она побежала к ним, сердце готово было выпрыгнуть из груди. Она протянула руки, чтобы обнять их, прижать к себе, вдохнуть знакомый запах...

И в этот миг чей-то голос, чужой и настойчивый, прозвучал у нее за спиной, словно сквозь толстый слой воды:

— Ева... Ева... Нева...

Она резко обернулась. В конце коридора никого не было. Повернулась обратно — и кровь застыла в жилах. Ник и дочка все так же стояли. Но их улыбки стали неестественными, застывшими оскалами. Кожа приобрела землистый, восковой оттенок. А их глаза... глаза стали молочно-мутными, пустыми. Они медленно, с характерной шаркающей походкой, пошли на нее, вытягивая руки.

— Нет! — закричала она, отступая. — НЕТ!

Голос снаружи стал громче, настойчивее:

— Нева! Нева!

Она зажмурилась, пытаясь изгнать кошмар, и...

...резко дернулась, просыпаясь. Лоб с силой ударился о холодный пластик руля. Хамви. Она была в хамви. Дежурство. Ночь.

Но что-то было не так. Не та тишина.

Она подняла тяжелую голову и обомлела.

Стекло лобовое и боковые окна были серо-зелеными, шевелящимися. Их облепили тела. Десятки, может, сотни. Плотная стена из гнилой плоти и тряпок. Они молча, с тупым упорством, давили на броню, их пальцы царапали по стеклу и металлу, оставляли жирные, бурые следы. Сквозь эту шевелящуюся завесу не было видно ни двора, ни дома, ничего. Они были в коконе из оживших.

И снова этот голос, приглушенный толпой и броней, словно доносящийся со дна моря:

— Нева... Нева...

Она протерла глаза, пытаясь сориентироваться. Голос был реальным.

— Кайл? — хрипло прошептала она.

Она метнула взгляд наверх и увидела его в окне второго этажа. Его лицо было бледным от напряжения. Она потянулась к механизму стеклоподъемника. Окно со скрипом опустилось на пару сантиметров.

— Что там? — крикнула она в щель.

Мгновенный ответ был оглушительным и жутким. В прорезь тут же впились десятки пальцев, грязных, с ободранной кожей. Раздались хриплые вздохи, полные голода, которые стали в разы громче.

С криком ярости и отвращения она ударила по кнопке подъема. Окно поползло вверх, с силой зажимая пальцы. Раздался отвратительный хруст. Два окровавленных обрубка упали внутрь салона на сиденье. По наружной стороне стекла поползли густые, темные подтеки.

— Черт! — выругалась она, сбрасывая окровавленные пальцы с сиденья.

Ситуация была критической. Ее взгляд упал на люк в крыше. Она отстегнула замки и с силой толкнула крышку люка. Открыв его, она приподнялась во весь рост, ухватившись за турель пулемета для устойчивости.

Картина, открывшаяся ей, была апокалиптической. Весь двор, от забора до самого дома, был заполнен морем голов. Они качались, как колосья на ветру.

— ПОДЪЕЗЖАЙ К ОКНУ! — закричал Кайл, едва перекрывая шум. — ЭД И ВИЛЛИ ЕЛЕ ДЕРЖАТ ДВЕРЬ! ОНИ СЕЙЧАС ЕЕ ВЫНЕСУТ!

Его слова повисли в воздухе, холодные и безжалостные. Она услышала, как из-за его спины донесся приглушенный, но яростный рев Эда и глухой удар — вероятно, Вилли плечом упирался в дребезжащую дверь, пытаясь сдержать натиск.

Вся ярость, страх и отчаяние сжались у нее внутри в тугой, холодный ком. Они были в ловушке. И она была их единственным шансом.

Сердце Невы бешено колотилось, сливаясь с гулом мотора. Она вдавила газ, и хамви рванулся с места, но почти сразу же его движение замедлилось, словно он увязал в густой патоке. Спереди, с боков — сплошная стена тел. Машина с трудом продавливала себе путь, перемалывая кости и мягкие ткани, но на каждое сметенное тело приходилось два новых. Волна плоти отбрасывала хамви назад, не давая продвинуться и пары метров.

Она взглянула наверх, на окно. И увидела лицо Кайла. Искаженное не криком, а тихим, леденящим душу ужасом. Он смотрел на нее, и в его взгляде читалось одно: «НЕТ. ИХ СЛИШКОМ МНОГО».

Он был прав. Таран не сработает. Они просто увязнут, и тогда всё кончится.

Мысль пронеслась ослепительной вспышкой. Пулемет. Нева резко дернула ручник, оставив машину на месте, и соскочила с сиденья, снова вынырнув через люк. Пальцы вцепились в холодные поручни турели. Она никогда не работала с этим оружием.

— КАЙЛ! — закричала она, отчаянно пытаясь понять панель управления. — КАК ЕГО ЗАДЕЙСТВОВАТЬ?!

— РЫЧАГ! СЛЕВА! — донесся его голос, едва слышный сквозь гам. — НЕТ, НЕ ЭТОТ! ТОТ, ЧТО С КРАЮ!

Ее взгляд упал на массивный рычаг. Она рванула его на себя. Раздался удовлетворяющий щелчок, и массивный ствол пулемета дрогнул, получив питание.

— ТЕПЕРЬ КНОПКА! КРУГЛАЯ, С БОКУ! — несся инструктаж с неба.

Она нащупала большую кнопку большим пальцем.

— ЭТУ?

— ДА, ДА, ЕЁ! ЖМИ!

Она вжала кнопку.

Мир взорвался.

Оглушительный, разрывающий барабанные перепонки рев наполнил собой всё. Первая очередь ударила куда-то в небо. Нева отшатнулась от неожиданной отдачи, едва не выпустив поручни. Ее плечо онемело. Воздух наполнился едким дымом и запахом раскаленного металла.

Секунду она стреляла наобум, заливая свинцом всё перед собой. Потом, стиснув зубы, прошипела сама себе, как мантру:

— Головы... Головы... Экономь патроны... Головы...

Ее движения стали увереннее. Она нажала на педаль поворота турели. Пулемет, жужжа, развернулся. Теперь она вела огонь прицельно, короткими, контрольными очередями, целясь в серые, качающиеся головы. Сначала она расчистила пространство прямо перед капотом, затем повела смертоносный веер слева направо.

Это был кошмарный урожай. Черепа взрывались, как перезрелые плоды. Тела, лишенные управления, складывались друг на друга, образуя кровавый бруствер. На мгновение она освободила пространство до самой стены дома, затем продолжила, вырезая дугу вокруг Хамви, не давая тварям снова сомкнуть кольцо.

— ОТЛИЧНО! ТЕПЕРЬ ОБРАТНО! — не своим голосом кричал Кайл.

Она бросила последний взгляд на поле боя. Расчищенный коридор был узок и хрупок, но его хватило. Отскакивая от пулемета, она снова нырнула в кабину, ударившись плечом о косяк люка. Боль пронзила тело, но руки уже сами тянулись к рулю.

Она с силой вдавила газ. На этот раз хамви тронулся легче, колеса с противным хлюпаньем цеплялись за развороченные тела, машина кренилась и подпрыгивала, словно плывя по кровавому болоту.

И тут ее взгляд поймал движение в зеркале заднего вида. Новая волна. Свежие, невредимые твари уже переступали через груды трупов, спотыкались, поднимались и снова шли. Их было не меньше. Наверное, больше.

Она не стала смотреть больше. Она просто давила на газ, ведя окровавленный хамви по проложенному ею же коридору из плоти, в сторону стены дома, оставляя позади грохот, вой и кровавую дорогу.

Кайл, не раздумывая, прыгнул, почти падая, его ботинки громко шлепнулись о крышу хамви. Он тут же отскочил к люку, распахнул его и исчез внутри, прокричав:

— Вилли, теперь ты!

Массивный Вилли последовал за ним, его посадка была тяжелее. Он тоже нырнул в темный проем. Едва Вилли исчез в люке, на хамви, со всех сторон обрушилась новая волна тел. Хамви содрогнулся, будто под землетрясением.

— Эд! Быстрее! — Кайл, уже изнутри, высунулся по пояс обратно, его глаза расширились от ужаса.

Эд, оставшись последним, оттолкнулся от дверного косяка, который уже трещал под напором. Он сделал шаг назад, и в этот момент дверь с грохотом вылетела из петль. Целая стена тел, как гнилая плотина, хлынула в комнату, заполняя ее хрипящим, шевелящимся кошмаром.

— ЭД, ИДИОТ, ГДЕ ЖЕ ТЫ! — проревела Нева, ее пальцы побелели на руле.

Эд оттолкнулся изо всех сил, его тело описало короткую неуклюжую дугу. Прыжок был слишком коротким. Он не долетел до центра крыши, его грудная клетка с оглушительным стуком ударилась о ее острый край. Воздух вырвался из его легких свистящим выдохом. Ноги беспомощно повисли над землей, где десятки костлявых, грязных рук уже тянулись к его болтающимся сапогам, цепляясь за шнуровку, пытаясь ухватить за голенища.

— ДЕРЖУ! — прохрипел Кайл, впиваясь пальцами в ремни разгрузки Эда. Его собственное тело натянулось, как струна. Вилли, стоя сзади в тесном салоне, обхватил Кайла за туловище, упираясь ногами в сиденье, создавая живой, дрожащий от напряжения якорь.

Эд почувствовал, как острые, как щепки, ногти впиваются в его сапоги. Он извивался, отчаянно пытаясь отбрыкаться, его ноги скользили по склизкому, залитому буро-черной кровью боку хамви. А снизу набирала силу новая, еще более многочисленная волна. Воздух гудел от их хриплого дыхания.

— НЕВА, ГАЗ! ГАЗУЙ! — закричал Кайл, чувствуя, как его самого неумолимо начинает тянуть через люк наружу. Суставы его пальцев хрустели.

Нева вдавила педаль газа в пол. Хамви ответил яростным ревом, но лишь дернулся на месте, его колеса с противным чавкающим звуком буксовали в кровавой каше из тел и грязи. Машину плотно облепила, словно ракушками, шевелящаяся масса, не давая сдвинуться ни на сантиметр.

— ДАВАЙ, ЭД, ШЕВЕЛИСЬ! — с усилием, сквозь стиснутые зубы, прошипел Кайл, таща его из последних сил. Мускулы на его руках и плечах вздулись, словно готовые порваться. Капли пота застилали ему взгляд.

И вдруг Эд, отчаянно перебирая ногами, почувствовал, что его правый ботинок нащупал твердую опору. Он собрал остатки сил и отчаянно оттолкнулся. Кайл с оглушительным, почти звериным рыком сделал последнее, судорожное движение на себя. Эда, как тряпичную куклу, выдернуло на крышу. Он грузно рухнул на холодный, липкий металл, едва не скатившись обратно, но успел судорожно ухватиться обеими руками за поручень, впиваясь в него пальцами до боли.

— ДЕРЖИСЬ! — крикнул Кайл, отскакивая от него, и развернулся к турели пулемета.

Он нажал на гашетку. Короткая, разрывающая уши очередь прочертила огненную линию прямо перед капотом, отшвырнув и буквально разорвав первых тварей. Но расчищенный коридор был похож на мираж — его края тут же смыкались, новые тела заполняли пустоту, напирая с еще большей силой.

— ВНУТРЬ! СЕЙЧАС ЖЕ! — заорал Кайл, отскакивая от пулемета и исчезая в темном проеме люка.

Эд, не выпуская спасительного поручня, скатился вслед за ним, тяжело рухнув на металлический пол салона. Он лежал, задыхаясь, его грудь пылала огнем от удара, а ноги пронзала острая боль.

— Я... ВСЕ! — сумел выдохнуть он, захлебываясь кашлем.

И тут же, как немой ответ на его слова, раздался яростный, победный рев мотора. Нева вдавила газ до самого упора. Хамви, наконец-то сорвавшись с места с шипом пробуксовывающих колес, рванул вперед, как разъяренный бык, пробиваясь сквозь хлипкую, но бесконечную стену из тел. Снаружи доносился отвратительный хруст и шлепки, а они мчались вперед, оставляя позади море протянутых рук и оглушительный грохот, который медленно тонул в свисте ветра.

Хамви с гулким ревом вырвался из кольца окружения, отъехав на несколько миль по разбитой дороге. Нева резко затормозила, не заглушая мотор. Воздух в салоне был густым и тяжелым — его наполняли запахи пота, крови, пороха и раскаленного металла.

Нева приставая со своего сиденья, резко развернулась вполоборота, наклонившись к задним сиденьям. Ее взгляд, острый и пронзительный, даже в полумраке салона, упал на Эда, который все еще лежал, тяжело дыша.

— Эд. Эд, ты цел? — ее голос был хриплым, но твердым. — Тебя не укусили? Говори.

Эд с трудом приподнялся на локоть, потерев ушибленную грудь.

— Вроде... нет.

Он сделал паузу, мысленно проверяя ощущения в теле, и более уверенно кивнул.

— Да. Цел.

В этот момент Вилли, не отрывавший взгляда от заднего стекла, крикнул, нарушая кратковременное затишье:

— Нева! Они не отстают! Приближаются!

Нева села на свое место, бросила взгляд в зеркало заднего вида и увидела ту самую шевелящуюся стену, которая медленно, но неумолимо ползла за ними по дороге. Но в тот же миг ее взгляд встретился с глазами Кайла. В его усталом, грязном лице и во взгляде, полном немого вопроса, она прочитала яснее слов: «А меня спросить не хочешь?»

Нева, не отводя от него взгляда, холодно и четко произнесла, глядя прямо на него:

— Если с Эдом что случится, Ливия точно устроит нам войну. Со всем своим оружием из «Элиона» она сотрет Пальмонт с лица земли, не подавившись.

Она на секунду замолчала, а затем резко повернулась к лобовому стеклу и с силой нажала на газ.

— Нам этот конфликт не нужен.

Хамви снова рванул вперед, набирая скорость. Эд, уже сидя на сиденье, обернулся и через маленькое оконце в броне увидел, как темная масса позади них медпенно уменьшалась, превращаясь в далекую, почти призрачную тень на фоне темнеющего неба.

— Похоже, мы потревожили не просто стаю, а целое осиное гнездо, — мрачно констатировал он, опускаясь на сиденье и снимая разгрузку, чтобы осмотреть свои ушибы.

Вилли хмыкнул. В его голосе прозвучала редкая, горьковатая усмешка:

— Осиное гнезо — это полбеды. Главное, что там на кухне остались контейнеры с рагу от Риты. Вот за них она нам точно головы свернет, если мы их не вернем. Ливия — это цветочки по сравнению с разгневанной Ритой.

Нева, всматриваясь в дорогу, бросила через плечо, не оборачиваясь:

— Кайл, хватит пялиться. Доставай карту. Смотри, куда нам дальше ехать.

Ее тон был привычно командным, но в салоне, пахнущем страхом и кровью, он звучал как единственный якорь в этом море хаоса. Они уцелели. Но до цели было еще далеко, а оставшийся путь обещал быть долгим и тревожным.

Хамви замер на обочине, его капот уже успел покрыться тонким слоем пыли, смешанной с утренней росой. Было около десяти утра, но ноябрьское солнце, бледное и холодное, почти не грело, отбрасывая длинные, расплывчатые тени.

Кайл, разложив потрепанную карту на капоте, с досадой провел пальцем.

— Нам надо было выехать из того поселения направо, а мы поехали в другую сторону. Вот она, старая дорога, вдоль леса. Тут обозначен какой-то водоем... Будем надеяться, мост там цел.

Через пару часов, пробираясь по узкой, заросшей колее, они уперлись в то, что на карте было обозначено как «водоем». Машина остановилась. Они вылезли, и холодный утренний воздух ударил в лица, пахнувший не свежестью, а стоячей гнилью и влажной прелью.

— Это не водоем, — мрачно констатировала Нева, всматриваясь в бескрайнее, покрытое чахлым, побуревшим камышом и коричневой, маслянистой водой пространство. — Это болото. Черт. Кайл, что там с объездом?

Кайл снова склонился над картой.

— Дальний объезд — несколько лишних часов. Может, больше.

В этот момент Эд, стоявший чуть поодаль с биноклем, произнес:

— Подождите... Там что-то есть... Мост. Или что-то похожее на мост. И еще... — он прищурился, вглядываясь в даль, подчеркнутую низким утренним солнцем.

Они подошли ближе, и картина открылась во всей своей жуткой, неестественной ясности. Проселочная дорога терялась в болотистой жиже. Но через трясину, уходя в туманную дымку, тянулась старая гать — узкая дамба из скрипящих, почерневших бревен, местами прогнивших насквозь и уходящих под воду. Болото, полузамерзшее в ноябре, не проглотило оживших, а законсервировало их. Десятки тел, мужчин, женщин, застряли в вязкой жиже по пояс, грудь или шею. Бледный солнечный свет беспощадно выхватывал каждую ужасную деталь: почерневшие от грязи лица, пустые глазницы, руки, бессмысленно цепляющиеся за воздух. Из открытых ртов вырывались тихие, хриплые, похожие на шелест камыша «шепоты» — жуткий, сводящий с ума хор, плывущий над болотом.

— Выбора нет, — тихо, но твердо сказала Нева, ее тень легла на сырую землю.

Они подогнали хамви к самому началу зыбкой переправы. И тут же увидели нечто, от чего кровь стыла в жилах даже в этот безразличный час дня. Слева от гати, почти полностью поглощенный трясиной, торчал зад старого седана. Его ржавый багажник и заднее стекло были видны, а внутри, за грязным, потрескавшимся стеклом, метались две маленькие фигурки. Дети. Их личики, прижатые к стеклу, были искажены вечной, немой мукой, а крошечные бледные ладошки беспомощно царапали по нему изнутри, оставляя мутные разводы. Они не могли выбраться. Они не могли умереть. Они просто были. Застрявшие навечно в металлическом гробу, в самом сердце этого болотного ада, освещенные беспощадным светом хмурого утра.

Воздух словно сгустился. Даже Вилли невольно отвел взгляд. Кайл сглотнул ком в горле. Тихий, непрекращающийся шепот сотен глоток, смешанный с приглушенным, словно издалека, стуком маленьких ладоней о стекло, был невыносим в этой утренней тишине.

— Боже правый... — прошептал Эд, опуская бинокль.

Решение было рискованным, но единственно верным. Под тяжелым взглядом всех Эд молча занял место водителя. Остальные приготовились идти пешком по краю зыбкой гати.

— Кайл, ты впереди, — распорядилась Нева. — Глаза в пол. Ищешь самый надежный путь. Мы с Вилли — сзади. Прикрываем тыл и следим, чтобы с флангов не подобрались.

Кайл кивнул, его лицо стало еще более сосредоточенным. Он вышел на гать первым, его взгляд пристально сканировал почерневшие бревна, выискивая трещины и гниль. Нева и Вилли заняли позиции позади хамви, отойдя на несколько шагов, чтобы иметь обзор и по сторонам, и сзади.

Хамви, теперь значительно облегченный, с глухим урчанием медленно тронулся по шаткой гати. Эд вел его с предельной осторожностью, ориентируясь теперь на указания Кайла.

— Держись левее! — кричал Кайл, не оборачиваясь, поднимая руку. — Прямо по моему следу! Тут плотнее!

Он шел, постоянно меняя направление, обходя подозрительные участки. Его спина была напряжена, каждым нервом он чувствовал ту шевелящуюся стену по обе стороны от гати.

Нева и Вилли шли сзади. Автомат Вилли был направлен в сторону болота, его взгляд, холодный и неумолимый, скользил по бесконечным рядам тянущихся рук и хрипящих ртов.

Нева, держа пистолет наготове, следила за другим флангом. Коллективный шепот сотен глоток теперь обрушился на них с новой силой. Идя сзади, они видели, как фигуры медленно поворачивают головы, провожая их пустыми глазницами, а их руки тянутся вдогонку.

— Правое заднее колесо, осторожно! — вдруг предупредила Нева, заметив, как бревно под ним неестественно прогнулось. — Эд, левее на полметра!

Эд послушно подрулил, избегая опасного участка.

Но удача не могла длиться вечно.

Под передним правым колесом, на которое как раз наводил Кайл, раздался хруст. Кайл лишь успел отпрыгнуть в сторону, как бревно поддалось.

Хамви с жалобным скрипом резко накренился. Колесо провалилось по ступицу в черную жижу.

— СТОП! — крикнул Кайл, подбегая к месту провала уже сбоку.

— Заглуши двигатель! — скомандовала Нева, останавливаясь позади машины и разворачиваясь для прикрытия тыла.

Эд заглушил мотор. В салоне повисла тягостная тишина, нарушаемая лишь шепотом и тяжелым дыханием.

Вилли, осматривая провал, ткнул сапогом в край ямы.

— Повезло, что грунт чуть схватило морозцем, — мрачно бросил он. — Иначе колесо ушло бы глубже. Сейчас есть за что зацепиться. Нужно создать опору.

— Ломайте камыши! Все, что найдете! — сказала Нева, не отрывая взгляда от болота.

Кайл и Вилли ринулись к зарослям чахлого камыша. Они ломали его голыми руками, собирая охапки скользких стеблей.

— Подсовывай под колесо! Глубже! — командовал Вилли, вминая охапку камыша в жижу.

Но хамви даже не шелохнулся.

— Недостаточно! Нужно что-то твердое! — выдохнул Кайл, оглядываясь.

Его взгляд упал на заднюю дверь хамви. Он распахнул ее и вытащил один из тяжелых деревянных ящиков с патронами.

— Помоги! — крикнул он Вилли.

Кайл поставил ящик на землю и одним резким движением стянул с себя куртку. Он застегнул ее на молнию, превратив в подобие короткого, но вместительного мешка. Держа этот импровизированный контейнер, он приподнял крышку ящика.

— Сыпь сюда! Быстро!

Вилли, не теряя ни секунды, схватил горсти патронов и начал пересыпать их в куртку, растянутую в руках Кайла. Металлические цилиндры с глухим стуком падали на ткань. Через несколько минут ящик был пуст, а куртка Кайла отяжелела. Они бросили бросил ценный груз на пассажирское сиденье.

Теперь в их распоряжении был пустой деревянный ящик. Кайл с силой ударил по ящику каблуком своего тяжелого ботинка. Дерево глухо стукнуло, но не поддалось. Второй удар, более резкий и злой, — и доски с треском начали расходиться. Третий удар, уже почти в прыжке, и ящик разломился на несколько крупных досок.

Кайл, тяжело дыша, схватил самую большую доску. Вилли, не говоря ни слова, подобрал другие.

Они подбежали к увязшему колесу и с силой начали засовывать обломки ящика под него, поверх скомканного камыша. Дерево с хрустом вгрызалось в грязь, создавая подобие твердой платформы. Теперь это был не ящик с боеприпасами, а просто кусок дерева, исполняющий свою последнюю, но жизненно важную миссию.

— Пробуй! Медленно! Назад! — скомандовала Нева.

Эд завел двигатель, включил заднюю передачу и плавно тронул с места. Двигатель взревел. Колесо провернулось, уперлось в доски... и с мощным чавканьем хамви пополз назад. Крен выровнялся.

— Есть! Стоп! — крикнул Кайл.

Машина снова стояла на всех четырех колесах. Эд вытер пот со лба.

— Объезжай, — показал Кайл, прокладывая новый путь в обход провала. — Здесь, видишь, более плотно.

Осторожно, следуя за Кайлом, Эд объехал опасный участок. Когда колеса хамви наконец-то выкатились на твердую дорогу, а Кайл, обернувшись, показал большой палец вверх, они все почувствовали, как с плеч свалилась тонна груза.

Эд заглушил двигатель и вышел. Он молча обернулся к болоту. Нева, Кайл и Вилли подошли к машине. Все они, особенно Кайл, были забрызганы грязью с ног до головы.

— Надеюсь, у них в этой чертовой гостинице есть душ, — произнесла Нева, смотря на их плачевное состояние.

— Главное — выбрались. Все живы, — подвел черту Вилли, опираясь на капот.

Они смотрели на болото, над которым все так же стоял тот тихий, жуткий шепот. Они преодолели его. Ценой потерь и невероятного напряжения. Но они сделали это, действуя как команда, где у каждого была своя роль. И это придавало им сил перед новой битвой, что ждала впереди.

Они уже почти закончили с очисткой, когда Вилли, все еще внимательно наблюдавший за болотом, резко указал рукой в сторону леса, откуда они приехали.

— Смотрите!

Из-под темных, оголенных деревьев на опушку вышла пара оживших. Они двигались медленно, неуверенно, их движения были лишены какой-либо цели. Словно слепые щенки, они побрели прямо в сторону болота.

Все замерли, наблюдая за этим жутким зрелищем. Фигуры, не замедляя шага, ступили с твердой земли в коричневую жижу. Сначала они шли ровно, не проваливаясь, будто по невидимой тропе. Но сделав несколько шагов, их ноги начали погружаться все глубже. Еще пара неуверенных, шаркающих движений — и они застыли на месте, увязнув по колено. Их руки беспомощно зашевелились, а беззвучные рты открылись в немом шепоте, сливающемся с общим хором болота.

Эд смотрел на это, и на его лице отразилось недоумение, смешанное с брезгливостью.

— И как они... оказываются везде? Даже на середине? Ведь дальше пары метров в эту трясину не пройти.

Кайл, все еще вытирая грязь с рукава, хмыкнул.

— А кто сказал, что они пришли с края?

Он кивнул в сторону бескрайнего болота.

— Наверное, внутри их тьма. Они постоянно движутся, толкают друг друга, кто-то уходит под воду, а кого-то выталкивает вперед, прямо с центра этой каши. Как в котле.

Нева, закончив с чисткой затвора своего пистолета, подняла голову. В ее глазах мелькнула не улыбка, а что-то холодное и расчетливое.

— Отличная идея для ловушки, — произнесла она задумчиво. — Никаких стен, никаких заборов. Просто... география.

Вилли, внимательно слушавший, кивнул, вспомнив что-то.

— Билл, в Вантауне, вроде бы что-то похожее сооружал. Глубокий ров.

— Да, — подтвердила Нева. — Только они у него просто падают в яму и ходят там по кругу, пока не сгниют окончательно.

Она замолчала, ее взгляд скользнул по сотням застывших фигур, и вдруг ее лицо исказила странная ухмылка.

— А вдруг их коллективный разум эволюционирует, хоп-хоп, и они все разом... выпрыгнут из нашей ловушки как цирковые акробаты? Неожиданно.

В воздухе повисла короткая, напряженная пауза. Эта абсурдная, мрачно-шутливая картина на мгновение показалась такой же нереальной, как и все, что их сейчас окружало. Даже Вилли фыркнул — короткий, похожий на выдох звук.

— Боюсь, от этой компании мы цирка не дождемся, — сухо парировал Кайл. — Только суп. Густой, вонючий и бесконечный.

Он был прав. Болото было не цирком, а братской могилой, могилой, которая, казалось, не имела дна. И им нужно было убираться отсюда, пока оно не решило пополнить свои запасы.