Следующее утро в «Компасе» началось не с солнечного света, а с резкого луча фонаря, ударившего в лицо Кайлу.

— Подъем.

Он застонал, пытаясь укрыться от света одеялом, но Нева была неумолима. Ее голос был холодным и деловым.

— Майкл видел грузовик, в паре километров отсюда. На обочине. Пошли проверим, пока его не растащили по винтикам.

Кайл с трудом оторвал голову от подушки, в глазах стояла тяжесть недосыпа.

— Сейчас...пять минут...

— У тебя три, — отрезала Нева и вышла из комнаты, оставив дверь открытой.

Когда он, спустя обещанные три минуты, промаршировал в холл первого этажа, его ждала картина активной подготовки. Дейв, похожий на взъерошенного профессора, копошился у стола, заваленного кабелями, компактными антеннами и приборами, которые Кайл с трудом мог опознать.

— Доброе утро, — бросил Майкл, не отрываясь от чистки ствола своей винтовки. — Красавчик, не выспался?

Из-за его спины появился Джек, с насмешливым блеском в глазах. Он с преувеличенным сочувствием покачал головой.

— Ох, оставь парня. Не видишь — человек героически ночью сражался. С подушкой, наверное. Или, — он многозначительно покосился в сторону, где скрылась Нева, — может, с более... сложным противником.

— Сложным — это точно, — фыркнул первый. — Наш новичок, я смотрю, любит ходить по краю. Думаешь, она тебе за это спасибо скажет?

— Да уж, явно не «спасибо». Больше на «пристрелю» похоже. Ну ничего, если что, мы тебя в строй вернем. У нас тут для особо любопытных есть отличная вакансия — чистильщика ботинок. Работа не пыльная, главное — не отвлекать босса.

Кайл попытался парировать, но лишь сонно проворчал:

— А вы тут скучали без меня всю ночь, шутки готовили?

— Как же! Прям плакали в подушку без тебя. Беги уже, а то твоя «сложная задача» уйдет без тебя. И смотри под ноги — а то знаешь, у нас тут пол неровный, можно споткнуться. Особенно если на кого-то засматриваться.

Майкл одобрительно хлопнул Джека по плечу, и оба проводили взглядом новичка парой ехидных, но в целом добродушных усмешек.

Кайл проигнорировал их, обратившись к Дейву.

— Что это?

— Это, мой друг, — Дейв с торжествующим видом поднял блок питания, — наше счастливое будущее. Все, что нужно, чтобы подключить Пальмонт к их сети. Антенна, трансивер, стабилизатор... Арес прислала спецификации. Почти все нашел здесь на складе.

— Почти всё? — уточнил Кайл.

— Ну, кое-что придется мастерить из того, что есть в Пальмонте. Но основа — вот она.

Он с любовью погладил ящик с оборудованием.

— Проблема одна: на «Хамви» этого добра не увезти. Нужно что-то посерьезнее.

В этот момент в зал вошла Нева, уже в полной экипировке.

— Вот и обсудили. Грузовик, если он на ходу, решит все проблемы.

Она бросила оценивающий взгляд на ящики Дейва.

— Готовь свое барахло к отправке.

Майкл встал резко:

– Я с вами?

– Нет, – твердо сказала Нева, проверяя затвор своего автомата. – Готовьтесь к разведке.

Через несколько минут Нева и Кайл уже двигались по старой разбитой дороге. Воздух был холодным и промозглым, пах прелой листвой и сыростью. Ноябрьское солнце, бледное и негреющее, только поднималось над горизонтом, отбрасывая длинные расплывчатые тени от голых ветвей. Они шли молча, напряженно вслушиваясь в звенящую тишину, нарушаемую лишь хрустом обледеневших луж под ботинками и редкими порывами колючего ветра.

Нева шла впереди, ее взгляд постоянно скользил по обочинам, заброшенным зданиям, грудам ржавого металлала. Кайл следовал за ней, чувствуя, как с каждым шагом напряжение нарастает.

— Тут тихо, тише, чем я думал, — нарушил он молчание, стараясь говорить не громко.

— Тишина обманчива, — так же тихо ответила Нева, не оборачиваясь. — Они могут прятаться в любом из этих домов. Или в туннеле впереди.

— Так кто ты там была, до всего этого? — спросил он, сбивая ботинком обледеневшую банку. — Врач — это я понял. Но обычный ли врач? Пальмонт — ладно, обыкновенный госпиталь. Но эта лаборатория... Как-то не сходится. Ты знаешь больше, чем я предполагаю.

Нева шла молча еще несколько шагов, подняв воротник куртки от колючего ветра.

— Была кучка богачей, которые так любили свои деньги, что не хотели с ними расставаться, когда сдохнут. Решили себе жизнь продлить. Но всё пошло к чертям. Вирус мутировал. Да, они добились бессмертия... — она горько усмехнулась, — но только после смерти.

— Так ты что, причастна к этому? — Кайл остановился, и его дыхание застыло в воздухе белым облачком. — Принимала участие?

— Принимала, — холодно отрезала Нева, не замедляя шаг. — В некоторой мере. Но лишь на этапе испытаний. Клинические наблюдения, анализ данных. Мы все были винтиками.

— И что, вирус придумали, а как же вакцину? — не отставал он, снова догоняя ее.

— Не успели, — резко оборвала она. Глаза ее потемнели. — Вирус оказался настолько коварным, что не дал ученым времени. Он обогнал любые их попытки. Сначала — несколько городов за неделю. Потом — за дни. Потом счёт пошёл на часы.

Она резко обернулась к нему, и в ее взгляде читалась давняя, незаживающая язва.

— Но некоторые до сих пор надеются найти вакцину. Цепляются за эту надежду, как утопающий за соломинку.

Она повернулась и пошла дальше, ее силуэт чётко вырисовывался на фоне бледного ноябрьского неба.

Впереди показался силуэт грузовика. Разговор был окончен. Стена снова опустилась, но теперь Кайл видел в ней трещины, за которыми скрывалась бездонная глубина боли и ответственности.

— Вон он, красавец, — Кайл указал вперед.

За поворотом, на обочине, замер грузовик, словно исполинское насекомое, застывшее в последнем порыве к движению. Его кабина была чиркнута о бок легковушки, но в целом он выглядел на удивление целым.

Приблизившись, они увидели мрачную картину. Неподалеку от грузовика валялись несколько разложившихся скелетов в лохмотьях одежды — жертвы, которых удалось забрать с собой. Кайл жестом указал на кабину.

За рулем, пристегнутый ремнем, сидел еще один скелет. Кости пальцев все еще сжимали пистолет - кольт, засунутый в открытый рот черепа. Пуля вышла через темя, оставив аккуратное отверстие в крыше кабины. Форма водителя почти истлела, но на груди еще угадывалась нашивка с именем «Фрэнк».

— Сначала отбивался, а потом... понял, что это конец, — тихо произнес Кайл, глядя на пустые глазницы водителя.

Нева молча кивнула, ее лицо было каменным. Затем она жестом велела Кайлу проверить кабину.

Осторожно открыв дверь, Кайл отшатнулся от запаха тлена и пыли. Он обыскал салон, карманы скелета, бардачок, пол под сиденьями.

— Черт...Водитель тут, а ключи как сквозь землю провалились. Нигде нет.

— Много времени прошло, — холодно заметила Нева, окидывая взглядом местность. — Кто-то мог их забрать. Или он сам выбросил перед тем, как... Или они просто завалились куда-то в щель и проржавели.

Она подошла к самому грузовику, внимательно осмотрела замки зажигания.

— Подключим питание напрямую. Главное — он цел и, судя по всему, был на ходу.

Она посмотрела на Кайла.

— Нам повезло. Этот «Фрэнк» сохранил для нас неплохой подарок.

Кайл кивнул, но его взгляд упал на пистолет, все еще зажатый в костлявых пальцах водителя. Он осторожно разжал окостеневшие фаланги, забрал кольт и проверил обойму.

— И один подарочек персонально для меня, — усмехнулся он, заткнув оружие за пояс.

Затем принялся за дело. Кайл потянул за пряжку ремня — та с громким, сухим щелчком расстегнулась, высвобождая костяной остов. Скелет, лишенный поддержки, неестественно клюнул головой вперед, словно делая последний поклон.

Кайл, морщась от отвращения, ухватил его за лямки и воротник формы и потащил на себя. Кости неприятно поскрипывали и цеплялись за кресло. При падении на землю череп с глухим стуком отскочил от порога и покатился под колеса, оставив на песке тленную ухмылку. Он вытащил его остальную часть и отшвырнул в сторону.

Потом вскрыл панель под рулем, вытащил пучок проводов. Пальцы, быстро отыскали нужные жилы.

— Так, питание... зажигание... стартер...

Он скрутил оголенные концы, искры брызнули в полумрак кабины. Двигатель хрипло кашлянул, дернулся и замолк.

— Черт! — Кайл ударил кулаком по панели. — Аккумулятор почти севший, и бензин, похоже, в баке два года отстаивался.

Он направился к легковушке. Она стояла, вросшая в землю по ступицы, с открытыми дверями, внутри салона давно истлела обивка. Стеклянная пыль хрустела под сапогами.

Он дернул ручку багажника — та с пронзительным скрипом поддалась, обнажая пустоту, пахнущую пылью и разложением. И тут его взгляд упал на жестяную канистру в углу, а рядом — свернутый резиновый шланг. Удача. Проверив канистру на дыры и убедившись, что шланг еще не рассыпался в труху, Кайл вернулся к баку.

Сдернул с легковушки крышку крышку бензобака — та с протестующим скрипом поддалась, пахнув из горловины затхлым, сладковатым маревом старого бензина. В горле запершило. Ловким движением заправил один конец шланга в бак, на другой — глубоко втянул в себя воздух. Горьковатый, химический вкус бензина тут же ударил в глотку, заставив закашляться и выплюнуть слюну.

Первая, темная, порция полилась на землю, разъедая ржавый песок. Подставив канистру, Кайл наблюдал, как мутная, желтоватая жидкость, густая, как сироп, медленно наполняет емкость. Капля упала ему на руку, оставив жирный, едкий след. Он стер ее о бедро штанов.

С полной канистрой вернулся к грузовику. Бензин в горловину его бака полился густо, тяжело, с хлюпающим звуком. Пахло уже не просто старым топливом, а тоской и тленом, концентрированной безысходностью этих двух лет, что оно здесь томилось.

Закончив, он сел за руль, сцепил провода. «Ну, выдохни, ржавое корыто», — прошептал он.

И продолжил заводить. Пока он возился, Нева подошла к кузову.

Край брезента оттопыривался. Нева дернула за угол, и плотная ткань со скрипом отъехала, подняв облако пыли, пахнувшую затхлостью и окислившимся металлом. Под ней, аккуратно уставленные в углу кузова, стояли несколько картонных коробок, поблекших от времени и сырости. Они были перевязаны когда-то нарядными лентами, которые теперь истлели и порвались. На одной из коробок, самой большой, было криво выведено синим маркером: «Мэри, с днём рождения!»

Нева провела рукой по шершавой упаковке, и под ее пальцами картон продавился, обнажив содержимое. Внутри, в стружке, лежали почерневшие, сморщенные шарики — когда-то это были апельсины и яблоки. Теперь они больше походили на каменный уголь. Рядом виднелась груда рассыпчатого трухлявого торта, а из другой коробки доносился сладковато-гнилостный запах сгнивших конфет. Вся эта жалкая роскошь, предназначавшаяся для праздника два года назад, так и не нашла своих гостей.

— Это уже никому не пригодится, — тихо сказала она, глядя на эти жалкие остатки чьей-то прерванной жизни.

Она попыталась отодвинуть брезент дальше, но тот намертво зацепился за что-то в глубине. Нева встала на носочки, сильнее потянула на себя, и вдруг из-под грубой ткани, из того самого темного угла, резко метнулась вперед и схватила ее за запястье костлявая рука! Кожа на ней была серой и склизкой, пальцы — цепкими и сильными. От неожиданности Нева вскрикнула.

Кайл, услышав крик, мгновенно подбежал, и кольт был уже наготове. Но Нева, уже отдернув руку, с отвращением обтирала запачканный рукав.

— Тварь... Испачкал, — сказала она и указала кивком головы на кузов.

Там, под отодвинутым брезентом, тянулись к ним пара рук и почти полностью сгнившее тело. Оно было в такой же форме, как и на Фрэнке, но ткань проросла сквозь разложившуюся плоть. Существо не могло двигаться — кости ног были неестественно вывернуты и, видимо, сломаны, а верхняя часть туловища представляла собой полужидкую массу. Наверное, птицы или звери добрались до него, но под брезентом так и не смогли достать окончательно. Оно просто лежало, шевеля костлявыми пальцами и беззвучно щелкая челюстью в их сторону.

Из кустов на крик Невы, ломая сухие ветки, вышли еще две фигуры. Такие же медленные, такие же облезлые. Кайл мгновенно навел на них кольт, но Нева резко опустила ему руку.

— Не стреляй! Соберешь всю округу. Они поужинают нами быстрее, чем ты заведешь это корыто. Иди, заводи. Я уведу.

Не дожидаясь ответа, она шагнула навстречу мертвецам, отступая назад. И запела. Тихий, дребезжащий мотив старой колыбельной повис в звенящей тишине. Фигуры замедлились, их стеклянные взглялы потянулись к ней, и они, покачиваясь, побрели за звуком, как за нитью.

Нева вела их, ее голос был единственным якорем в этом мире тишины и смерти. Она почти допела, когда за спиной с хриплым кашлем, а затем и победным ревом взорвался двигатель.

— Не зря я на тебя поставила, — сказала она себе и усмехнулась. — Ты, растяпа, оказался полезным.

Один из «оживших», словно почуяв неладное, оглянулся и поплел обратно, к грузовику. Но прямо на него, поднимая тучи пыли, уже надвигался Кайл за рулем. Раздался глухой удар, и фигура исчезла под колесами с хрустом ломающихся костей.

Грузовик с визгом тормозов остановился рядом с Невой. Кайл распахнул дверь, крикнул с вызовом:

— Мадам, вас подвезти?

Она ловко прыгнула на подножку.

— Если, только, на какие-нибудь экзотические острова позагорать.

— Без проблем. Пристегнись, взлетаем.

Но тут из пыли возник второй мертвец. Он тянул к ней руки. Нева, не раздумывая, со всей силы пнула его тяжелым сапогом в грудь. Тот отлетел, грузно шлепнулся о землю, но сразу же начал подниматься, неестественно выворачивая конечности.

— Прекрати его мучения, — сухо сказал Кайл, протягивая ей кольт.

Нева взяла оружие, прицелилась между безумных глаз и один раз, без колебаний, нажала на курок. Выстрел громко хлопнул, эхом раскатившись по пустоши. Тело дёрнулось и замерло.

Она села, захлопнула дверь, и грузовик рванул с места, оставляя позади клубы пыли и два неподвижных тела.