Клинок вошёл в шею полубога ровно, под углом в сорок пять градусов, перерезая трахею, сонную артерию и шейные позвонки одним движением. Голова отделилась от тела с влажным хрустом и покатилась по каменному полу святилища, оставляя за собой широкий мазок серебристой крови. Обезглавленное тело простояло ещё две секунды, судорожно дёрнуло руками, выронило церемониальный посох и рухнуло на колени, а затем вниз, врезавшись латами в мозаичный пол с гулким железным звоном.

Зеро опустил клинок. Энергия Энигмы, пульсирующая в лезвии, выжгла кровь с металла, превратив серебристые капли в тонкие струйки едкого дыма.

Убийца стоял посреди разрушенного святилища, окружённый телами четырёх стражников, двух жрецов и их господина. Семь трупов за тридцать секунд.

Зеро посмотрел на свои руки. Левая, человеческая, в сетке старых шрамов и засохших порезов. Чёрная, правая, из плотной субстанции Энигмы, с пульсирующими демоническими рунами, излучала собственное тепло. Он сжал и разжал пальцы, проверяя подвижность. Руна на запястье вспыхнула, втягивая рассеянную энергию убитого полубога, и по телу прокатилась волна жара, а следом знакомая ломающая боль перестройки, от которой свело мышцы спины и перехватило дыхание.

Он стиснул зубы, переждал. Через минуту отпустило.

«Хорошо, — прозвучал в его голове ровный деловитый голос Энигмы. — Девятнадцатый за этот цикл. Твои каналы расширились ещё на два процента. Скоро будет достаточно».

Зеро кивнул, ни к кому не обращаясь. Он давно перестал разговаривать вслух со своим покровителем, экономя силы. Слова требовали усилий, а усилия лучше тратить на убийства.

Он вышел из святилища на скалистый уступ, нависающий над ущельем. Западная окраина Божественного континента раскинулась перед ним хаотичным лоскутным полотном из выжженных равнин, покрытых язвами от магических сражений, разрушенных крепостей и чадящих деревень. Здесь, на самом краю цивилизации, мелкие Владетели резали друг друга за каждый клочок территории, полубоги сцеплялись с полубогами, а простые смертные гибли десятками тысяч, превращаясь в расходный материал чужих амбиций.

Много целей, мало свидетелей, никакого порядка. Идеальная охотничья территория.

Зеро спустился по тропе к подножию скалы, где его ждала привязанная к дереву лошадь. Обычное животное, без магических улучшений. Сел в седло и поехал к следующей цели.

По дороге, среди мерного покачивания, он попытался вспомнить что-то из прошлого. Почему он ненавидит Дариона Торна? Ответ был рядом, за тонкой стенкой в его памяти, но стенка становилась толще с каждым месяцем. Были какие-то люди. Деревня. Огонь. Крики. Горячая ослепительная боль в груди. И потом пустота, из которой его вытащил голос Энигмы.

Детали стёрлись. Лица расплылись. Он помнил только результат: Дарион Торн предал его, бросил умирать. Этого хватало, мотивация в подробностях не нуждалась.

«Ты отвлекаешься», — заметил Энигма.

Зеро моргнул, осознав, что остановил лошадь посреди тракта и просидел в седле минут пять, уставившись в одну точку.

«Сосредоточься на задаче. Личные воспоминания тратят ресурс, который нам нужен для роста».

Зеро тронул лошадь пятками. Воспоминания послушно отступили на задний план, утекли в глубину, и он снова стал тем, чем должен был быть, клинком, направленным в нужную сторону.

Через три дня пути он прибыл в Кештар, город-крепость на перекрёстке двух торговых путей. Кештаром правил Владетель по имени Дормунд, полубог средней руки с непомерными амбициями и длинным списком врагов. Дормунд слыл вспыльчивым тираном, терроризирующим окрестные деревни налогами и облавами, но при этом обладал сильной армией и крепкими стенами. Соседи его ненавидели, подданные боялись, союзников у него было ровно ноль.

Зеро явился к воротам крепости и попросил аудиенции. Стража попыталась его обыскать, он позволил им потрогать клинок на поясе и отдёрнул чёрную руку с такой скоростью, что стражник отшатнулся и ударился спиной о каменную стену.

Дормунд принял его в тронном зале, заваленном трофеями. Засушенные лакированные головы убитых врагов украшали стены в три ряда. Полубог восседал на троне из переплавленного оружия побеждённых, здоровенный мужик с бычьей шеей и маленькими злыми глазками, утонувшими в складках жирного лица.

— Убийца, значит, — Дормунд оглядел Зеро с головы до ног, задержав взгляд на чёрной руке. — И что ты умеешь?

— Убивать, — ответил Зеро. Его голос звучал ровно, без эмоций.

— Это я вижу. А кого именно?

— Кого скажешь.

Дормунд расхохотался, откидываясь на троне, и сплавленные мечи в подлокотниках зазвенели.

— Мне нравится твоя прямота, парень. У меня есть список людей, которые мешают мне жить. Заплачу золотом за каждую голову. Интересует?

Зеро кивнул, и в тот же вечер получил первый заказ. Владетель соседнего удела, некий Грейвс, укрепился в горной крепости и перекрыл торговый маршрут, требуя пошлину за проезд. Дормунд скрежетал зубами каждый раз, когда его караваны возвращались с пустыми руками. Вот он и стал одним из приоритетных целей его списка.

Зеро выехал ночью. К рассвету Грейвс был мёртв, его стража перебита, крепостные ворота распахнуты настежь. Зеро вернулся в Кештар с отрубленной головой полубога, завёрнутой в его же плащ, и молча бросил свёрток к ногам Дормунда.

Владетель перестал смеяться. В его маленьких глазках мелькнул холодный огонёк понимания: инструмент в его руках оказался опаснее, чем он предполагал. И тем не менее жадность пересилила осторожность, и список продолжил сокращаться.

Второй заказ: полубожественная наёмница, державшая в страхе южные перевалы. Зеро нашёл её в походном лагере, окружённую тремя десятками бойцов, вошёл на закате, когда костры только разгорались, убил наёмницу первым ударом и вырезал охрану, которая была зла за смерть своей госпожи, за четыре минуты. Чёрная рука пожирала каждое тело, не оставляя следов.

Третий заказ — старый маг, контролирующий водные источники в засушливой долине.

Четвёртый, пятый, шестой.

Один за другим враги Дормунда исчезали. Территория Владетеля стремительно расширялась, влияние росло, золото текло рекой. Дормунд жирел от собственного успеха и всё меньше задумывался о природе своего главного оружия.

Зеро выполнял заказы на автомате, не задумываясь, зачем и почему. Получал координаты, выезжал, убивал, возвращался. Между заданиями сидел в выделенной ему комнате в крепости, скрестив ноги на полу, и слушал голос Энигмы, нашёптывающий инструкции и планы. Еда потеряла вкус. Скудный рваный сон приходил урывками, и он перестал видеть сновидения месяца три назад, хотя это его совершенно не беспокоило.

«Ты готов к следующему этапу», — сообщил Энигма однажды утром, когда Зеро точил клинок о серый брусок.

«Дормунд выполнил свою функцию. Его территория зачищена, инфраструктура готова. Настала пора занять его место».

Зеро не спросил зачем. Он давно перестал задавать подобные вопросы.

Энигма знал лучше. Энигма всегда знал лучше.

Смерть пришла к Дормунду ночью, через три часа после полуночи, когда Владетель крепко спал в своих покоях, окружённый шестью стражниками за дверью и тройным магическим барьером.

Чёрная рука коснулась барьеров, и те лопнули один за другим. Стражники умерли прежде, чем успели вытащить мечи из ножен, шесть тел осели на пол с мягким шелестом. Дормунд проснулся от того, что пальцы Зеро сомкнулись на его горле и приподняли грузное тело над кроватью.

— Ты… — прохрипел полубог, вращая обезумевшими глазами. — Я же платил тебе! Щедро платил!

Зеро молча рубанул клинком. Голова Дормунда покатилась по шёлковым простыням, заливая их серебристой кровью.

«Идеально, — одобрил Энигма. — Теперь утро».

На рассвете Зеро вышел на стены крепости. Внизу, во дворе, строилась утренняя смена гарнизона. Седой капитан стражи с рубленым лицом посмотрел вверх, заметил фигуру на парапете и нахмурился.

— Владетель приказал… — начал он.

— Владетель мёртв. Я занимаю его место. Кто против, может высказаться прямо сейчас или подчиниться.

Молчание длилось восемь секунд. Затем один из офицеров, молодой крепкий парень с нашивками лейтенанта, потянулся к мечу. Зеро прыгнул со стены, преодолев десять метров до мостовой за долю секунды, и его клинок пронзил лейтенанта насквозь прежде, чем тот успел обнажить оружие. Чёрная рука рванулась в сторону и сбила с ног двоих стражников, ломая им рёбра одним ударом. Тело лейтенанта рухнуло на камни двора, и Зеро вытащил клинок, медленно обводя взглядом застывший строй.

— Ещё желающие?

Капитан стражи молча опустился на колено. За ним последовал весь гарнизон, ряд за рядом.

Через неделю территория Кештара и все завоёванные Дормундом земли окончательно перешли под контроль Зеро. Формально он стал Владетелем. На практике крепость превратилась в пустую декорацию, а её новый хозяин выполнял приказы, звучащие внутри его головы.

«Ты хорошо справился, — голос Энигмы стал мягче. — Территория, армия, ресурсы. Всё это пригодится на следующем этапе».

Зеро стоял у окна тронного зала, глядя на закат над западными горами. Чёрная рука покоилась на подоконнике, руны на ней пульсировали мерным ритмом.

— Какой следующий этап?

«Визит к старому знакомому. К тому, кого ты тоже знаешь, хотя и с другой стороны баррикад».

— Кто?

«Феррус. Владыка Бездны. Всеотец демонов».

Зеро повернул голову, ища глазами собеседника за пределами комнаты.

«Мы с ним сотрудничали однажды. Давно, в эпоху, которую вряд ли уже кто-то помнит. Наши цели пересекались: хаос в установленном порядке, ниспровержение самодовольного Пантеона. Вместе мы могли бы изменить архитектуру мироздания. Но Феррус решил, что ему выгоднее избавиться от союзника, чем делить добычу. Он нанёс мне удар в спину в решающий момент. Это стоило мне тысячелетия в заточении».

— И ты хочешь отомстить?

«Месть расточительна в текущий момент. Я хочу сотрудничать снова. Феррус строит плацдармы на Божественном континенте, собирает души, готовит вторжение. Его ресурсы полезны для моих целей. А мои способности полезны для его».

Зеро нахмурился. Где-то на самом дне его сознания, в том уголке, куда Энигма ещё не добрался до конца, слабо шевельнулось сомнение. Союз с Владыкой демонов звучал как прогулка по краю обрыва с завязанными глазами.

«Не беспокойся. В этот раз я подготовлюсь. Феррус получит ровно столько, сколько я решу ему дать. Ни каплей больше. У меня были тысячи лет на то, чтобы продумать каждый ход в этой партии».

Зеро кивнул. Сомнение погасло, задавленное привычной покорностью. Он посмотрел на человеческую левую руку и чудовищную чёрную правую, и уже не видел между ними разницы. Обе принадлежали Энигме.

* * *

Рассвет пробился сквозь распахнутые двери дворца мутным рыжеватым светом, и запах благовоний перестал маскировать застарелую серную гниль, пропитавшую фундамент резиденции.

Я шагнул через порог, и двенадцать замаскированных демонов из эскорта двинулись за нами, сжимая кольцо.

Высокие потолки приёмного зала, тяжёлые портьеры на окнах и полированный тёмный камень пола, в котором отражались колонны и светильники. По обеим сторонам зала стояли парадные доспехи на подставках, декоративные щиты на стенах и знамёна с гербом Владетеля. Всё красиво, дорого и абсолютно мёртво в энергетическом плане.

Офицер эскорта вошёл следом и остановился у нас за спиной. Двери закрылись, и глухой стук тяжёлых створок разнёсся по залу.

Я насчитал двадцать восемь демонических сигнатур в радиусе тридцати метров. Двенадцать из эскорта, плюс шестнадцать, притаившихся за колоннами, в боковых коридорах и на галерее второго этажа. Засада выстроена грамотно: перекрёстный огонь с трёх направлений, блокировка отхода, давление с флангов.

— Добро пожаловать в резиденцию Владетеля, — торжественно произнёс офицер эскорта за моей спиной, и металлическая нотка в его голосе перестала прятаться за вежливостью. — Господин просил передать, что ваш визит будет… незабываемым.

— Не сомневаюсь, — я повернулся к нему вполоборота, позволив правой руке скользнуть к рукояти Клятвопреступника. — Мне тоже есть, что показать хозяину дома.

Офицер сбросил маскировку. Иллюзия человеческого лица отслоилась, обнажив серую бугристую демоническую морду с вертикальными зрачками и раздвоенной верхней губой. Броня лопнула по швам от роста тела, когти пропороли перчатки.

Остальные одиннадцать последовали его примеру. Зал наполнился треском рвущейся одежды, лязгом сбрасываемых доспехов и хриплым рычанием, от которого задрожали подвески на люстрах. Из-за колонн и боковых проходов высыпали остальные шестнадцать, их истинные формы варьировались от тощих, вёртких тварей, размером с крупного пса, до массивных бронированных громил, превосходящих человека вдвое.

Двадцать восемь демонов окружили нас плотным кольцом, оскалив клыки и выпустив когти. Воздух загустел от концентрированной демонической энергии.

— СДАВАЙТЕСЬ! — проревел бывший офицер, раздувая ноздри. — Господин Карвас желает побеседовать с вами. Живыми… по возможности.

— Мне почему-то казалось, что приглашение на завтрак подразумевает еду, — я вытащил Клятвопреступника из ножен, и чёрный клинок загудел в ладони, почуяв демоническую энергию. — А тут какое-то недоразумение с обслуживанием. Я напишу жалобу вашему хозяину.

— КЕБАБ ЧУВСТВУЕТ СЕРУ! — обрадовался ифрит из вторых ножен, и голубое пламя полыхнуло на полметра. — ПАХНЕТ КАК ДОМА! ТОЛЬКО ХУЖЕ! МОЖНО Я ИХ ПОДОГРЕЮ, ГОСПОДИН? СДЕЛАЮ ХРУСТЯЩИМИ!

— Работай, — бросил я.

Офицер прыгнул первым. Крупная быстрая тварь метнулась ко мне с вытянутыми когтями, целя в горло. Я качнулся влево, пропуская его мимо себя, и Клятвопреступник описал короткую горизонтальную дугу.

Лезвие рассекло демону грудную клетку от подмышки до подмышки, разрубив рёбра и оба лёгких. Чёрная кровь веером ударила по стене, тварь пролетела ещё два метра по инерции и рухнула, взрывая когтями каменный пол в предсмертных судорогах.

Остальные атаковали одновременно, со всех сторон, и зал превратился в котёл.

Я перешел в Стойку Серебряного Ветра, выпуская внутреннюю энергию на полную мощность. Тело перешло в боевой режим, рефлексы обострились до предела, и окружающий мир замедлился. Каждый демон читался открытой книгой: траектория прыжка, угол атаки, уязвимые точки, скорость реакции. Слишком просто.

Клятвопреступник описывал широкие сверкающие дуги, оставляя в воздухе серебристые следы остаточной энергии. Первый удар рассёк надвое тощего демона, метнувшегося справа. Второй отсёк голову бронированному громиле, чей панцирь треснул под лезвием. Третий пронзил насквозь двух тварей, стоявших друг за другом, нанизав их на клинок.

Тень ворвался в бой чёрным молчаливым вихрем. Трёхголовый пёс прыгнул на ближайшего демона, повалил его на спину и вцепился тремя пастями одновременно: центральная перехватила горло, боковые впились в плечевые суставы. Рывок, хруст, демон распался на три части, заливая мраморный пол потоками дымящейся чёрной жижи. Тень перекатился, оттолкнулся задними лапами и врезался в следующего, сбивая его с ног грудью.

Леон действовал у левого фланга, прикрывая наш тыл. Парень вытащил Ледяное Жало, и катана засияла бледно-голубым светом. Он встретил атаку трёх демонов одновременно, и я краем глаза отметил, насколько изменилась его техника за последние месяцы.

Первую тварь Леон встретил восходящим разрезом, вспоров ей живот снизу вверх, от паха до ключицы. Вторую заморозил в движении, выбросив из свободной ладони направленный поток ледяной энергии, мороз мгновенно сковал демону ноги и торс, а следующий удар катаной раскрошил промёрзшую плоть вместе с внутренностями. Третьего Леон остановил ледяной стеной, которая выросла из пола за полсекунды, а когда демон попытался обойти преграду, парень уже ждал его с другой стороны и снёс голову коротким горизонтальным ударом.

— Слева! — крикнул я, заметив группу из пяти тварей, пытавшихся зайти ему в тыл через боковой коридор.

Леон развернулся и вытянул руку. Ледяная энергия хлынула по полу, покрывая камень белой коркой инея. Демоны поскользнулись, потеряли координацию, и Леон воспользовался секундной заминкой. Из пола выросли четыре ледяных копья, пронзая тварей насквозь, пригвождая их к месту.

Пятый демон успел увернуться и прыгнул на Леона сверху, но Тень перехватил его в воздухе, сбив мощным ударом центральной головы, и приземлился на упавшую тварь всеми четырьмя лапами, вдавив её в пол. Хруст рёбер заглушил рычание.

Я продолжал работать. Клятвопреступник срезал конечности, дробил панцири, рассекал тела пополам. Мои удары несли в себе концентрированную внутреннюю энергию, и каждое попадание сопровождалось короткой вспышкой серебристого света, от которой демоническая плоть вспыхивала и рассыпалась чёрным пеплом.

Два бронированных громилы попытались атаковать меня в лоб, прикрываясь массивными щитами из сращённой кости. Я не стал тратить время на обходные манёвры и обрушил Клятвопреступника на первый щит сверху вниз, вложив в удар полную мощь Стойки Падающей Горы. Щит лопнул с оглушительным треском, кость разлетелась осколками, и лезвие продолжило движение сквозь голову демона, рассекая череп от макушки до челюсти.

Второй громила замахнулся шипастой дубиной, но я шагнул внутрь его замаха, прошёл под рукой и полоснул клинком по незащищённому брюху. Кишки вывалились на пол мокрой грудой, демон споткнулся о собственные внутренности и рухнул лицом в лужу своей крови.

Через две минуты в приёмном зале не осталось ни одного живого демона. Двадцать восемь куч дымящейся плоти и рассыпающегося пепла покрывали пол от стены до стены. Воздух пропитался запахом серы и горелой органики.

— МАЛОВАТО! — разочарованно прогудел Кебаб, чьё голубое пламя облизывало ножны. — ТОЛЬКО РАЗОГРЕЛСЯ!

Я молча двинулся вглубь резиденции. Коридоры дворца тянулись один за другим, освещённые масляными лампами в бронзовых держателях. За каждым поворотом ждали новые противники.

Первая группа: шесть демонов в тяжёлых доспехах перегородила проход, выставив пики. Я ускорился, проскользнул между наконечниками копий серебристым размытием и оказался в центре строя. Клятвопреступник описал полный круг, и шесть голов покатились по каменному полу одновременно, стуча о стены.

Вторая группа встретила нас в просторном холле перед лестницей на верхние этажи. Десяток демонов, крупнее и сильнее предыдущих, с тяжёлыми двуручными мечами и собственной магией. Они ударили залпом, выпустив сгустки демонической энергии, которые рванули плитку пола и оплавили каменные перила лестницы.

Я отклонил два заряда Клятвопреступником, отбив их обратно. Сгустки врезались в строй демонов, разметав троих. Леон создал ледяной купол, прикрывший нас от второго залпа, и пока заряды бесполезно расплёскивались по ледяной поверхности, я обошёл укрытие сбоку и атаковал.

Три удара: горизонтальный, вертикальный, диагональный. Три демона рухнули, разрубленные прежде, чем успели поднять мечи. Тень работал параллельно, выхватывая отставших и раненых, дотягиваясь тремя пастями до тех, кто пытался отступить.

Леон добивал оставшихся. Парень двигался уверенно, экономя каждый грамм энергии. Его Ледяное Жало с хрустом входило в демоническую плоть, оставляя после себя белые ледяные кристаллы, расползающиеся по ране и замораживающие тело изнутри.

Мы поднялись на второй этаж, затем на третий. Коридоры сужались, потолки становились ниже, а демонов встречалось всё меньше. Карвас стягивал оставшиеся силы к себе, формируя последнюю линию обороны.

У тяжёлых дубовых дверей тронного зала нас встретили четверо. Эти крупные, закованные в чёрную зубчатую броню демоны фонили силой на порядок выше всех предыдущих, а их оружие тускло мерцало собственной магией. Личная охрана лорда-демона, его элита.

— ХОЗЯИН КАРВАС ПРИКАЗАЛ ЗАДЕРЖАТЬ ВАС, — проревел первый из них, опуская забрало шлема, из-под которого полыхнули красные угольки глаз. — ЖИВЫМИ ИЛИ МЁРТВЫМИ, НА ВАШЕ УСМОТРЕНИЕ.

— Мёртвыми будет сложно беседовать, — ответил я, поднимая Клятвопреступника. — Но я оценил вежливость.

Они атаковали слаженно, парами. Первые двое ударили с флангов, синхронизировав удары так, чтобы блокировка одного открывала для второго. Грамотная координация.

Я перехватил оба удара одновременно, подставив клинок под один и отклонив второй импульсом внутренней энергии. Ударная волна от столкновения трёх клинков выбила каменную крошку из стен коридора.

Я толкнул первого демона навстречу второму, сбив их лбами, и пока они расцеплялись, провёл серию из четырёх ударов: отсёк первому руку с мечом, рассёк нагрудник второму от плеча до бедра, пробил первому горло обратным ходом клинка и добил второго ударом ноги в развороченную грудную клетку, вбив осколки рёбер в сердце.

Третий и четвёртый оказались умнее. Они ударили магией крови и теней, направив в меня два потока концентрированной демонической энергии, переплетённых в спиральную косу, которая буравила воздух с воем циркулярной пилы.

Я рассёк эту конструкцию одним вертикальным ударом, разделив поток пополам. Половинки отлетели в стены, оплавив камень и оставив в нём глубокие борозды. Третий демон попятился, но я уже был рядом. Клятвопреступник вошёл ему в грудь по самую гарду, пронзив нагрудник, рёбра и позвоночник. Я провернул клинок и выдернул обратно, отбрасывая тело пинком.

Четвёртый бросил оружие и попытался бежать, чем даже слегка удивил меня. Тень перехватил его в три прыжка, повалив на пол, и пока демон визжал и отбивался когтями, пёс вырвал ему горло центральной головой.

Я подошёл к дверям тронного зала и ударил ногой. Дубовые створки слетели с петель, влетев внутрь и расколовшись о колонны.

Просторный полукруглый зал с высокими стрельчатыми окнами, забранными витражами из цветного стекла. В центре стоял массивный трон из тёмного дерева и кованого железа, а на троне восседал сам хозяин.

Тварь, носившая лицо Эймонда, сидела в расслабленной позе, закинув ногу на ногу. Длинные пальцы задумчиво скребли подбородок, привычка, скорее всего, перенятая у убитого оригинала.

— Впечатляюще, — произнёс Карвас голосом Эймонда, мягким баритоном, идеально подходящим для государственных речей. — Ты перебил мою охрану за четверть часа. Признаться, я рассчитывал на более продолжительное развлечение.

— Нанял бы лучших, — я вошёл в зал, Клятвопреступник в правой руке, Кебаб покоился в ножнах, ожидая своей очереди. — Или хотя бы побольше.

— У тебя неплохое чувство юмора для ходячего трупа, Дарион Торн, — Карвас поднялся с трона, и его движения изменились, будто изнутри проступал иной хозяин тела. — Да, я знаю, кто ты. Ты шёл к нам по следу, выжигая каждую точку сбора на своём пути. Всеотец предупреждал, что Хранитель Ориата рано или поздно доберётся до Божественного континента. Я надеялся, что это произойдёт позже.

— Планы имеют свойство рушиться, — ответил я, отмечая расстояние между нами. — Особенно, чужие.

Леон встал у меня за правым плечом, катана, покрывшись льдом, была наготове. Тень занял позицию левее, перекрывая путь к боковому выходу. Мы заблокировали все направления отступления.

Карвас улыбнулся. Улыбка Эймонда треснула, расползаясь шире человеческих пропорций, и кожа на скулах лопнула, обнажив серую демоническую плоть. Трансформация пошла лавиной: тело выросло на полметра, плечи раздались вширь, из-под разорванной одежды проступил чёрный хитиновый панцирь, изо лба вытолкнулись два витых рога, загибающихся назад, пальцы удлинились, превращаясь в когти длиной с кинжал. Глаза Эймонда потухли, а на их месте зажглись две багровые щели, рассекающие серое лицо демона поперёк.

Истинный облик лорда-демона второго поколения. Три метра роста, панцирь из спрессованной демонической материи, мощь, копившаяся на жирных душах мирного города.

— Ну вот, — Карвас расправил плечи, и от его движения по залу прошла ударная волна, сорвавшая витражи с окон. Цветные стёкла разлетелись веером, впустив утренний свет. — Давно хотел размяться.

Я оценил его силу. Мощнее суккубов Кайлана, плотнее демонов на островах. Поглощение душ накачало его энергией до предела, и эта энергия гудела внутри тела этого демона.

Карвас ударил первым. Его когтистая рука рассекла воздух с такой скоростью, что за ней потянулся чёрный шлейф из сгущённой тьмы. Магия теней сплелась с магией крови, формируя лезвие из чистой разрушительной энергии, нацеленное мне в грудь.

Я отбил удар Клятвопреступником, и столкновение энергий высекло сноп белых искр. Отдача неприятно прошла по руке до плеча, и я отступил на шаг, гася инерцию. Демон давил: его сила была грубой, тяжёлой, он рассчитывал задавить меня массой и плотностью энергии. Тут стоит признать — он был вполне неплох как противник.

Я перешёл в Стойку Изгиба Реки, уводя его удары мимо себя, перенаправляя импульс вбок, заставляя демона проваливаться в пустоту. Карвас рычал от злости, его когти крошили каменный пол там, где я стоял мгновение назад, его магия теней обрушивалась на место, которое я уже покинул. Ведь подставляться я не собирался, несмотря на все его усилия достать меня.

— Стой на месте! — проревел он, обрушив на меня каскад теневых лезвий, целую стену из чёрных клинков, летящих с трёх сторон.

— Попроси вежливее, — я нырнул под нижний ряд лезвий, перекатился и атаковал из положения лёжа, полоснув Клятвопреступником по его правому колену.

Хитиновый панцирь треснул, из раны брызнула чёрная кровь. Карвас заревел, и его кулак обрушился на то место, где я только что лежал, пробив каменный пол на полметра вглубь.

Леон ударил с фланга. Ледяное Жало описало горизонтальную дугу, оставляя за собой шлейф кристаллизованного воздуха, и катана впилась Карвасу в бок, между пластинами панциря, туда, где хитин расходился при движении. Мороз мгновенно проник в рану, замораживая ткани вокруг, и демон отмахнулся от Леона ударом тыльной стороны руки.

Парень отлетел на пять метров, врезавшись спиной в колонну, но перегруппировался в полёте, приземлился на ноги и тут же атаковал снова, направив поток ледяной энергии в повреждённый участок панциря.

Тень работал по ногам, кусая и отвлекая. Пёс метался вокруг демона, уворачиваясь от ударов когтей с гибкостью, невозможной для его размера, и каждый раз, когда Карвас отвлекался на него, я наносил удар в открывшуюся брешь.

Клятвопреступник рассёк ему левое предплечье до кости. Тень сорвал кусок хитина с бедра. Леон заморозил правый локтевой сустав, обездвижив руку на три секунды. Карвас орудовал магией крови, выпуская из ран потоки чёрной жидкости, формирующиеся в щупальца, хлеставшие по залу во всех направлениях.

Одно из щупалец зацепило меня по плечу, рассекая ткань рубахи и кожу. Рваная рана вспыхнула жгучей болью, и я почувствовал, как демоническая энергия пытается проникнуть в повреждённые ткани, разъедая их изнутри. Я сжёг заразу импульсом внутренней энергии и продолжил атаку, игнорируя кровь, текущую по руке.

Второе щупальце полоснуло по рёбрам, оставив глубокий порез на левом боку. Больно, терпимо. Я перехватил третье Клятвопреступником и рассёк его одним ударом.

Карвас начал замедляться. Накопленная энергия расходовалась быстрее, чем он мог восполнить, а множественные раны, каждая из которых несла в себе заряд моей внутренней силы или ледяной магии Леона, подтачивали его регенерацию. Хитиновый панцирь покрылся сетью трещин, из которых сочилась чёрная кровь, замерзая на воздухе грязными сосульками.

Я вложил всю концентрацию в один удар. Стойка Падающей Горы, максимальная мощь, направленная в одну точку. Клятвопреступник обрушился на правую руку Карваса, туда, где локтевой сустав уже был повреждён Леоном.

Хитин, не выдержав, лопнул. Кость хрустнула. Рука отделилась от тела чуть выше локтя и упала на пол, всё ещё сжимая когти. Карвас взвыл, запрокинув рогатую голову, и с потолка посыпалась штукатурка.

Я сместился, уходя от отчаянного удара его оставшейся руки, и провёл серию: два укола в корпус, пробивших панцирь, косой разрез по горлу, который вскрыл хитин, и финальный удар ногой в повреждённое колено. Карвас рухнул, подломившись, ударился культёй об пол и опрокинулся на спину.

Я наступил ему на грудь и приставил остриё Клятвопреступника к горлу, туда, где из-под разорванного хитина проглядывала серая пульсирующая плоть.

— Беседа, — произнёс я ровно. — Ты упомянул, что хотел побеседовать. Самое время.

Карвас хрипел, его багровые глаза метались из стороны в сторону, из культи толчками выплёскивалась чёрная кровь. Он попытался сформировать теневое лезвие уцелевшей рукой, и я надавил клинком чуть сильнее, прорезав кожу.

— Следующее движение будет последним. Для тебя.

Демон замер. Ярость в его глазах угасла, сменившись холодным расчётом, прикидкой шансов на выживание.

— Что ты хочешь знать? — прорычал он, и голос Эймонда окончательно исчез из его тембра, уступив место демоническому скрежету. Впрочем, подобное режет слух только в первые годы, после первого десятка даже к такому привыкаешь.

— Всё. Структура операции на континенте. Количество точек. Имена. Расположение.

— Зачем мне говорить?

— Потому что смерть бывает быстрой и медленной. Я предоставляю тебе выбор. И если твой папаша не сподобился рассказать, кто вырезал первую партию его отпрысков, то я могу. В ярких подробностях.

Карвас молчал три секунды, изучая моё лицо. Искал блеф. Я дал ему увидеть, что блефа нет ни капли, и лорд-демон заговорил.

— Я одна точка из шести, — его голос скрипел. — Узел Стальных Ветров — мой участок. Феррус расставил нас по всему южному и восточному секторам континента.

— Имена и территории.

— Лорд Сайрус, Серебряные Топи, западнее отсюда на четыре дня пути. Лорд-демон Гретч управляет Вольным Портом Теймар, это побережье, южный сектор. Демоница Веспер внедрена в администрацию города Хальмир, на востоке. Есть ещё двое, но я знаю только позывные: «Кость» работает в северных горных крепостях, а «Молчаливый» курирует сеть вербовщиков в центральных землях, передвигается постоянно, фиксированной базы у него нет.

— Схема подчинения?

— Прямая линия к Феррусу. Каждый отчитывается лично, через ментальный канал. Мы не координируем действия между собой — страховка от провала. Если одного берут, он не может сдать остальных.

— И тем не менее ты знаешь пятерых.

— Мой город был центральным узлом логистики просто потому, что так было удобнее всего. Через меня шли ресурсы для Сайруса и Гретча. Все души, собранные на юге, переправлялись через мои подземелья. Я знал больше, чем рядовому оператору положено.

— Цель всей операции?

— Плацдарм. Феррус готовит вторжение, но мир здесь слишком плотный, боги отреагируют на прямой прорыв. Поэтому собираем ресурсы изнутри: души, завербованных агентов, подготовленные пространственные якоря. Когда придёт время, барьер между мирами лопнет одновременно в шести точках, и армии Бездны хлынут прямо в сердце континента, минуя пограничные укрепления богов.

Леон стоял рядом, слушал. Каждое слово ложилось на его лицо тяжёлой тенью. Масштаб угрозы превращал отдельные зачистки демонов в пластырь на огнестрельной ране.

— Сколько времени до готовности? — спросил я.

— Годы. Может, десятилетие. Феррус терпелив. Он учёл ошибки прошлых вторжений и строит эту операцию с нуля, без спешки.

Я запомнил каждое имя и координаты. Шесть точек, шесть демонических гнёзд, каждое из которых высасывало жизнь из процветающего региона, подкармливая Бездну.

Мой взгляд зацепил выпуклость под остатками одежды Карваса, на правом бедре. Я нагнулся, дёрнул ткань и обнаружил пристёгнутый ремешками кожаный футляр. Внутри лежала деревянная печать размером с кулак из чёрного дерева, покрытая мелкими багровыми рунами. Артефакт фонил демонической энергией так густо, что от прикосновения к нему закололо пальцы.

— Что это?

Карвас дёрнулся, когда увидел печать в моих руках, и в его глазах мелькнуло отчаяние.

— Экстренная эвакуация. Стоит сломать, откроется проход в Бездну, прямой, без промежуточных узлов. Я планировал использовать его, если ситуация выйдет из-под контроля.

— Планировал, — повторил я, убирая печать во внутренний карман. — Прошедшее время.

— Я рассказал всё! — Карвас заёрзал под моей ногой, его уцелевшая рука скребла когтями по полу. — Дай мне уйти. Я исчезну с континента, Феррус никогда не узнает…

— Феррус узнает, — перебил я. — Ты сам сказал: ментальный канал. Он считает эмоции через связь. Ты уже фонишь паникой на всю Бездну.

Карвас осёкся, оскалился и прорычал:

— Тогда зачем я говорил все это⁈

— Потому что быстрая смерть лучше медленной. Я держу слово.

Клятвопреступник опустился. Один удар через горло и позвоночник. Голова Карваса откатилась от тела, багровые глаза потухли. Тело начало дымиться, распадаясь на составляющие, и через минуту от Карваса осталась лишь кучка чёрного пепла на полу тронного зала.

Я убрал Клятвопреступника в ножны и осмотрел плечо. Глубокая рваная рана, демоническая энергия прижгла края, замедляя заживление. Бок тоже требовал внимания, порез кровоточил, пропитывая рубаху. Терпимо, заживёт за пару дней, внутренняя энергия сделает своё дело.

— Как ты? — спросил я Леона.

Парень прислонился к колонне, переводя дыхание. На скуле набухал синяк от удара Карваса, порванный правый рукав обнажал ссадину, но серьёзных ран я не заметил.

— Цел, — ответил он коротко, убирая катану в ножны. — Здоровая тварь была. Сильнее суккубов Кайлана.

— Сидел на жирном пастбище. Конечно сильнее, — усмехнулся я.

Тень обошёл тронный зал, деловито обнюхивая углы, все три головы крутились по сторонам, проверяя помещение на предмет спрятавшихся врагов. Убедившись, что зал чист, пёс вернулся к нам и сел, вывалив языки из трёх пастей. Выглядел он до безобразия довольным.

Я прошёлся по резиденции, заглядывая в комнаты и кабинеты. Людей в здании не было. Карвас зачистил дворец перед нашим визитом, убрав всех свидетелей. Грамотный ход, если бы он планировал нас убить и списать на несчастный случай. Глупый ход, учитывая, что мы превратили его самого в горстку пепла.

В подвале обнаружились ожидаемые вещи: ритуальный зал с малым пространственным якорем, выжженные руны на полу, остатки механизма для извлечения душ. Оборудование работало, можно сказать, на автоматике и, судя по остаточным следам энергии, перенаправило в Бездну несколько тысяч душ за время правления Карваса. Я разрубил якорь Клятвопреступником, и конструкция рассыпалась осколками зачарованного камня, выпустив облако едкого серного дыма.

Мы покинули резиденцию через парадный вход. Утреннее солнце залило внутренний двор, и подстриженные кусты вдоль аллеи покрылись росой, блестевшей на листьях мелкими каплями. Город за стенами дворца продолжал жить обычной жизнью, понятия не имея, что его правитель только что прекратил существование.

Узнают завтра, или послезавтра, когда кто-нибудь решится войти в резиденцию и обнаружит пустые коридоры, разрушенный тронный зал и кучу пепла на полу.

Мы вернулись в «Три Пера» пешком, через торговый квартал, мимо лавок и мастерских, среди прохожих, занятых утренними покупками. Никто не обратил на нас внимания: двое мужчин и собака в городе наёмников и торговцев ничем не выделялись, разве что размером собаки, но Тень привычно уменьшился до габаритов крупной овчарки.

В комнате, которую мы снова заняли, несмотря на утренний расчет — попробовал бы мне кто возразить, я скинул перевязь мечей, стянул через голову испорченную рубаху и осмотрел раны при дневном свете. Плечо выглядело хуже, чем ощущалось: рваные края, тёмная сетка прожилок от демонической энергии. Бок кровоточил, но неглубоко.

Леон молча достал из мешка аптечку, протянул мне бинт и антисептик. Я промыл раны, перевязал, двигаясь на автомате, и параллельно перебирал полученную информацию.

Шесть точек, пять оставшихся. Названия, имена, примерные координаты. Каждая точка — город с мирным населением, прикрывающим демоническое гнездо. Каждая зачистка потребует разведки, планирования, точечного удара. Недели работы на каждую, если не месяцы.

Я достал из кармана деревянную печать Карваса, положил её на стол и разглядывал при свете масляной лампы. Руны пульсировали слабым багровым светом, и от артефакта шёл едва ощутимый жар. Ключ в мир демонов, прямой проход в Бездну, без посредников и промежуточных узлов.

— Это важная штука? — спросил Леон, кивнув на печать.

— Очень. Это прямой маршрут к конечной цели. Когда придёт время.

— Но сейчас не время.

— Сейчас пять демонических гнёзд продолжают работать, перекачивая души в Бездну. Каждый день промедления усиливает Ферруса и ослабляет этот мир. Но бежать очертя голову от точки к точке, неделями оставаясь без связи, тоже глупо.

Я затянул последний узел на бинте и потянулся за чистой рубахой из дорожного мешка.

— Мы возвращаемся домой.

Леон поднял бровь и переспросил:

— В Ориат?

— В Ориат. Нужно проверить, что там творится. Кайден, Хлоя, Зара, Ария — все они работают над своими задачами. Плюс мне нужны ресурсы, карты, свежая информация о континенте. И дать парочке ран зажить без беготни по болотам и трактирам.

Мы собрали вещи за десять минут. Мешки, оружие, остатки провизии, деньги. Я расплатился с трактирщиком, оставив щедрые чаевые за беспокойство, которые тот принял с поклоном и выражением лица человека, решившего никогда больше не сдавать эту комнату подозрительным типам с трёхголовыми собаками.

Вышли из города через западные ворота, прошли по тракту до рощи в полукилометре от стен. Здесь, скрытые от посторонних глаз густым подлеском, мы остановились.

Я вытащил Клятвопреступника. Чёрный клинок загудел в ладони, откликаясь на мою волю. Внутренняя энергия потекла по лезвию, концентрируясь на кончике, и я провёл мечом вертикальную линию в воздухе перед собой.

Пространство дрогнуло. Реальность разошлась вдоль разреза, и в образовавшемся проёме засиял бледно-серебристый свет. За порталом проглядывались знакомые очертания: потолок моего кабинета в особняке «Последнего Предела», стеллажи с книгами, угол письменного стола.

— Дом, — сказал Леон, и в его голосе проскользнуло то, что парень никогда бы вслух не назвал облегчением.

Тень рванул к порталу первым, все три морды вытянуты вперёд, хвост мотался из стороны в сторону с такой скоростью, что сливался в размытую дугу. Пёс нырнул в серебристый свет и исчез на той стороне. Через секунду оттуда донёсся оглушительный лай, шум падающих книг и чей-то вопль, подозрительно похожий на голос Кайдена.

— Предупреждал же, не оставлять печенье на столе, — пробормотал я, шагнув в портал.

Леон вошёл следом, и проём за его спиной сомкнулся, стирая последний след нашего пребывания на Божественном континенте.

Пора посмотреть, как идут дела дома.