Дуалистическая монархия (лат. dualis – двойственный) возникла в Европе в XVIII–XIX веках как результат трансформации абсолютных монархий в ходе развития сословно-представительной монархии в части ослабления власти монарха. В научной литературе дуалистическую монархию обычно рассматривают как переходную ступень между абсолютной и парламентарной монархиями [Парфёнова 2020: 21], что представляется крайне упрощенным подходом, который изначально подразумевает нежизнеспособность либо недопустимость абсолютных монархий, а дуалистическая монархия и вовсе не воспринимается в качестве самостоятельной и полноценной формы правления, способной успешно существовать в современном мире неограниченное время. Так, И. В. Процюк пишет: «Дуалистическая монархия является проявлением компромисса между господствующей верхушкой общества и остальной его частью, в котором преобладание все же остается за монархом и его окружением. Ее можно рассматривать как переходную форму от абсолютной монархии к конституционной и парламентской. Однако разделение государственной власти при такой форме государственного правления, конечно, урезано» [Процюк 2012]. Вместе с тем в правоведческой литературе также встречается точка зрения, согласно которой в современном мире дуалистических монархий не сохранилось [Бредихин, Байкеева 2023:80].
Следует выделить характерные признаки дуалистической монархии как института, что позволит установить, какие современные монархические государства можно считать таковыми. В науке существуют три основных подхода к пониманию дуалистической монархии, в основе которых лежит определение места монарха в системе органов государственной власти.
1. Власть главы государства в несущественной степени ограничена представительным органом, в руках монарха сосредоточена вся полнота исполнительной власти. Монарх активно участвует во всех сферах государственной жизни, в том числе в деятельности парламента и формировании судебной власти. Монарх сохраняет право роспуска парламента, что теоретически делает парламент политически уязвимым в ситуации возможного политического конфликта. С другой стороны, это можно определить в качестве действенного механизма преодоления конституционных кризисов, поскольку вновь избранный парламент должен либо согласиться с монархом, либо настоять на позиции парламента предыдущего созыва. В последнем случае уже монарх должен уступить и принять соответствующее компромиссное решение. Также в такой разновидности дуалистической монархии «…глава государства пользуется правом абсолютного veto, т. е. без его утверждения они не вступают в силу. Кроме того, монарх обычно обладает полномочиями издавать чрезвычайные указы, имеющие силу законов…» [Серегин 2014].
2. Характеристика главы государства и парламента в качестве относительно равных ключевых элементов в системе органов государственной власти страны: монарх возглавляет правительство (при этом парламент имеет возможности влиять на формирование и деятельность правительства), контролирует осуществление государственного управления, а парламент независимо осуществляет законодательную власть, участвует в формировании судебной власти (в определенной степени можно провести аналогию с президентской республикой [Калинович 2008: 6]). Как подмечает Т. А. Парфёнова, «хотя и представленный в меньшинстве, этот подход претендует на истину» [Парфёнова 2020:24].
3. Глава государства ограничен парламентом в своих полномочиях, но сохраняет статус главы государства. По сути, данная разновидность дуалистической монархии в некоторой мере схожа с парламентской монархией (и в случае дальнейшего ослабления позиций монарха таковой рано или поздно станет), но существенно отличается тем, что роль монарха не сведена только к символическим и церемониальным функциям, он сохраняет реальные полномочия (в сфере исполнительной власти или в иных). Однако парламент как представительный орган играет крайне важную роль в государственной структуре, но не доминирует (как это характерно, например, для парламентской монархии).
Конечно, чистые формы встречаются редко, и Е. Л. Сигачева верно заметила, что дуалистические монархии могут быть смешанными и тяготеть как к абсолютной монархии, так и к парламентской [Сигачева 2010:19–21].
Интересна точка зрения Т. А. Парфёновой, что наряду с дуалистической монархией следует говорить и о так называемой квазиабсолютной монархии, в которой «…при всей полноте власти исполнительной, сосредоточенной в руках монарха, присутствует и парламент, принимающий акты высшей юридической силы, однако не имеющий механизма преодоления неодобрения со стороны главы государства, и оно (veto), таким образом, является абсолютным. Сам парламент при этом частично формируется монархом и в любой момент может быть им распущен. Такие монархии не должны характеризоваться как дуалистические, поскольку реального двоевластия не предполагают» [Парфёнова 2020:24].
Каждая монархия, в том числе и дуалистическая, имеет свои особенности и характерные черты, а также социальные регуляторы, в том числе правовое регулирование, на основании изучения которых можно отнести ту или иную монархию к соответствующему подвиду.
В начале XX века Н. М. Коркунов дал следующее описание дуалистической монархии: «В дуалистической монархии власть парламента охватывает собою только законодательную и финансовую функции. Собственно управление остается исключительной функцией монарха. Оно осуществляется при посредстве министров, свободно им выбираемых, хотя и ответственных перед парламентом. Монарх и парламент при таких условиях являются двумя самостоятельными, различными властями, из которых каждая имеет свою сферу действия» [Коркунов 1909:136].
При этом законы, принятые представительным органом, подписывает монарх, у которого есть право вето (равно как и президент в республике). Однако оно, как правило, не является абсолютным и может быть преодолено парламентом в одностороннем порядке либо с помощью согласительных процедур.
Так, В. Е. Чиркин в общих чертах описывает дуалистическую монархию, как форму правления, при которой «…законы принимает только парламент, а управляет страной монарх через назначаемое им и ответственное только перед ним правительство… Полномочия монарха были очень сильными: хотя он не мог издавать законы, он мог своими указами (декретами и др.) регулировать многие сферы жизни общества, такие указы не нуждались в одобрении парламента. Кроме того, король имел право вето (правда, отлагательного) по отношению к законам парламента (оно могло быть последним преодолено), право роспуска парламента» [Чиркин 2000:143–144].
В зарубежной и российской науке порой проводят параллель между дуалистической монархией и президентской республикой. При этом если в зарубежной науке дуалистическая (полуконституционная) монархия преимущественно рассматривается как недемократический режим, переходный этап к парламентской монархии, а само существование подобных режимов обосновывается небольшими размерами (а не объективными историко-культурными и иными процессами) [Anckar 2021], то в российской науке можно встретить более взвешенный подход, заключающийся в понимании роли монарха в дуалистической монархии как главы государства, возглавляющего исполнительную власть (как и президент в президентской республике), взаимодействующего с иными органам государственной власти для общего блага (см. [Парфёнова 2020:24; Григонис 2017:6–7]).
Представляется, что реальное разделение государственной власти на две составляющие в относительно равных пропорциях в условиях дуалистического монархического государства при соблюдении утвержденных конституционных процедур и традиций обеспечивает реализацию подлинно демократических (народных) начал организации государственной власти, учет прав и законных интересов подданных, что в совокупности способствует миру и согласию, развитию государственных и общественных институтов.
Как бы то ни было, категориальная квалификация той или иной современной монархии, плавно дрейфующей, например, от классической дуалистической к парламентской форме, может представлять собой весьма нетривиальную задачу.
Итак, следует выделить три варианта дуалистической монархии:
1) дуалистическая монархия с ключевой ролью монарха в вопросах государственного устройства и управления;
2) дуалистическая монархия с ключевой ролью парламента в вопросах государственного устройства и управления;
3) дуалистическая монархия с относительно равными полномочиями монарха и парламента в вопросах государственного устройства и управления (классическая дуалистическая монархия).
Таким образом, дуалистическая монархия в общем смысле представляет собой форму правления, где государственная власть разделена между главой государства – монархом, осуществляющим исполнительную власть, – и парламентом, выступающим как орган законодательной власти. При этом баланс распределения властных полномочий между монархом и парламентом, существенно влияя на вопросы государственного устройства и управления, позволяет относить конкретную монархию к одному из трех подвидов дуалистической монархии, что, как представляется, более верно отражает правовую и политическую реальность, нежели определение такой монархии через характеристики абсолютной или парламентской, которые имеют иной набор отличительных признаков.