Если бы корабль распылило на атомы целиком, это было бы не страшно. Обидно и досадно — да. Жалко — тоже да, потому что на борту до сих пор оставался Жи, перетаскивать которого на «Небулу» всё ещё оставалось слишком опасно…

Но не страшно.

Если бы обстрел повредил на «Затерянных звёздах» любой из родных узлов, это тоже было бы не страшно. Всё чинится, особенно при умениях «потерянных братьев» и ресурсах хардспейса, собранных в нём за долгие века. На крайний случай, можно было вообще не пользоваться нашим кораблём, просто оставив его пристыкованным к «Небуле» как рыба-прилипала «пристыковывается» к акуле, и плавает вместе с ней. Это тоже было бы не страшно.

Но Вики сообщила о том единственном повреждении, чего действительно казалось — да что там, оно натурально было! — страшным!

В первую очередь потому, что никто из нас не знал, чем это чревато.

Когда узел начинает бесконтрольно тянуть энергию, всё заканчивается одним из двух: или он перегорает, или он взрывается. Первый вариант ещё более или менее приемлем. Второй, возможно, тоже. Существует вероятность, что взрыв Н-двигателя не повредит ничего, кроме самого себя, и ничего страшного не произойдёт.

Но есть и точно такая же вероятность, что произойдёт всё, что угодно.

Или даже вообще всё. Разом.

— Отключи двигатель от реактора! — велел я, прочерчивая новую линию движения, которая увела бы «Небулу» от опасности новой мины, которыми флагман «Кракена», похоже, умел гадить на зависть всем эсминцам!

— Уже отключила, — спокойно ответила Вики. — Только это ничего не дало. Двигатель всё равно продолжает набирать энергию… Или даже генерировать её самостоятельно, я не вполне уверена.

Похоже, мои самые плохие опасения начинают сбываться — происходит всё и сразу.

В теории, конечно, любой двигатель можно переделать в генератор энергии. С оговорками, с допущениями, с потерями разной степени критичности, но можно.

А теперь оказывается, что некоторые двигатели способны превращаться в генераторы самостоятельно!

И самое плохое — никто не знает, какую именно энергию генерирует теперь этот двигатель, как долго он собирается её генерировать и что произойдёт, когда будет превышено количество энергии, которое он может в себе содержать.

Единственная радостная новость — мы сейчас находимся в окружении тех, кто способен дать ответы на все эти вопросы… Наверное.

— Ребит! — крикнул я из-за своего поста. — Наш корабль… В смысле, «Затерянные звёзды» повреждён! Н-двигатель бесконтрольно набирает энергию! Чем нам это грозит?

Ребит развернулся в своём кресле, и взглянул на меня. По его наполовину железному лицу трудно было сказать, о чём он думает, поэтому я внутренне уже приготовился к вопросам «Как?», «Почему?», «Зачем?», «Кто виноват?» и «Что делать?». Ну, тем самым вопросам, о существовании которых люди вспоминают именно тогда, когда ситуация становится максимально неподходящей для вопросов в принципе.

Но Ребит не стал задавать вопросы. Вместо это он спокойно и буднично, как будто о том, что на завтрак будут круассаны с форелью, сообщил:

— Это нам грозит сингулярностью. Топологической сингулярностью, если быть совсем точным. Н-двигатель при взрыве на одну сотую долю секунды создаст вокруг себя зону пробоя из нашего пространства в структурион. И всё, что окажется в этой зоне, провалится туда, в одиннадцатимерное пространство точно так же, как из метрического пространства корабли проваливались в хардспейс.

Я уже усвоил, что «потерянные братья» не умеют шутить, что чувство юмора им вообще несвойственно, да к тому же ситуация явно не располагала к шутеечкам, поэтому я сразу же ему поверил. Н-двигатель — штука уникальная и непонятно как работающая, поэтому нет ничего удивительного в том, что последствия его перегрузки и взрыва тоже уникальны.

И непонятно как работают.

— У нас есть возможность это остановить? — тут же спросил я, быстро прикинув, что к чему.

— Нет, — Ребит покачал головой. — Двигатель после определённого порога начинает генерировать энергию самостоятельно, и по достижению определённого порога, просто взрывается. Единственный способ избежать этого — отсоединить его от корабля, бросить и делать ноги прочь со всех дюз, надеясь выйти из зоны будущей сингулярности.

Я внимательно посмотрел на Ребита, и нет — он снова не шутил.

Лучше бы шутил. Потому что отсоединить Н-двигатель от нашего корабля не представлялось возможным. Мы приварили его к фюзеляжу на славу, и для того, чтобы его отсоединить, придётся потратить едва ли меньше времени, чем потратили на присоединение. Тем более под ежеминутной угрозой возобновления обстрела со стороны флагмана «Кракена», который явно не оставил свои намерения на наш счёт.

— Сколько у нас есть времени?

— А двигатель уже перешёл в режим самоподдерживающейся генерации?

— Да!

Ребит даже не спросил, откуда я это знаю, он сразу же ответил:

— Тогда не больше пятнадцати минут. Может, даже чуть меньше.

— Так… — мой мозг лихорадочно цеплялся за любые возможности исправить ситуацию. — А эта сингулярность, это вообще опасно?

— Смотря что считать опасностью, друг мой Кар. — Ребит едва заметно пожал плечами. — Попав туда, не утрачиваешь структурную целостность как таковую, если ты об этом. Не происходит никакого уничтожения, никакого развоплощения, вообще никакого прекращения существования. Единственное, что, пожалуй, можно назвать опасностью — это то, что оттуда невозможно вернуться. По крайней мере, на данный момент такими технологиями не обладаем даже мы.

Я не стал уточнять, почему именно оттуда нельзя вернуться, хотя, судя по тому, что я помнил из рассказов Кайто, мы тоже проваливались в этот «над-спейс», как он его называл, и даже возвращались оттуда. Возможно, вся разница в том, что тогда мы это делали из метрического пространства и через спейсер, а сейчас всё изменилось из-за того, что дело происходит в хардспейсе, и он вносит свои коррективы…

Да и не так уж это и важно, если совсем честно. Если Ребит говорит, что выбраться оттуда нельзя — значит, лучше исходить из варианта, что правда нельзя. Что всё, что попадёт в зону этой топологической сингулярности, попадёт из хардспейса куда-то ещё глубже, откуда уже точно не получится выбраться, даже несмотря на все технологии и умения «потерянных братьев».

То есть, это всё равно, что исчезнуть.

А исчезать в мои планы не входило. Мы ещё не доделали дела.

— Экипаж! — позвал я всех в комлинк, и капитан тут же ответил:

— Мы всё слышали, Кар.

— Значит, вы должны понимать, что нам придётся избавиться от корабля!

Они, конечно же, понимали. Понимали — но всё равно молчали, не в силах признать это. Не вслух.

Ведь избавляясь от корабля, мы избавлялись от всего, что было с ним связано. От всего, что на нём было. От своих кают, от кухни Магнуса и кают-компании. От привычных постов, от барахлящего генератора гравитации и уютного душа с горячей водой. От своих терминалов и своих скафандров.

Бросая корабль, мы одновременно с этим бросали лазарет Пиявки и усеянную запчастями и проводами каюту Кайто. Макивару Магнуса и куртку капитана, которую он оставил на борту. И даже моё врекерское снаряжение.

Ситуация вынуждала нас не корабль бросить. Она вынуждала нас бросить дом.

Поэтому никто ничего не говорил. Просто не желал стать первым, кто скажет очевидное — да, от корабля надо избавиться. Как можно скорее. Настолько скорее, что даже если мы и успеем сбегать на борт, чтобы что-то забрать, это будут мелочи. Кометик, Пукл и что-нибудь ещё такое, что мы сможем унести в руках. Не больше. Потому что отведённые нам пятнадцать минут надо по максимуму потратить на то, чтобы улететь от набирающего энергию двигателя как можно дальше. Иначе мы тоже попадём в чёртову сингулярность.

Я ещё в выгодном положении относительно остальных нахожусь — я провёл на корабле не так много времени, как они. Кирсана не в счёт — она вообще, можно сказать, только появилась, но и я недалеко от неё ушёл. Единственное, что могло представлять интерес для меня — это архив с компроматом, но он уже ушёл в дело. А больше меня на корабле ничего не держало, в отличие от всех остальных.

— Быстро, все на корабль, хватайте самое главное! — велел я. — У вас только одна ходка, вторую делать запрещено! Бегом! И Жи заберите с собой, только так, чтобы его никто не видел!

— Как⁈ — ахнула Кори с пилотского поста.

— Накройте его чем-нибудь! Кирсана, остаёшься на посту, нам всё ещё надо пилотировать «Небулу»! Остальные, почему до сих пор сидим⁈ Часики тикают! Бегом, бегом!

На последних словах пришлось повысить голос, потому что экипаж всё не решался сдвинуться с места, как будто их придавило к постам «Небулы» тяжким грузом плохих новостей. От моего окрика они наконец пришли в себя и хотя бы начали двигаться.

Первой с места сорвалась Кори. Она стремительной красноволосой кометой пересекла мостик «Небулы» и скрылась в коридоре. Меч она забыла на корабле, что ли? Да быть того не может, она же с ним не расстаётся! Даже когда спит — кладёт его рядом с собой!

За Кори последовали все остальные, и в итоге у нас почти половина боевых постов осталась пустыми. Я вывел на монитор данные о состоянии корабля, сравнил с конфигурацией боевых постов, и велел:

— Операторы боевых постов левого борта, переместиться на посты правого борта!

«Потеряшки» метнулись со сверхсветовой скоростью, будто только и ждали моего указания. Они пересели за другие посты, и я прочертил новую линию, уводящую ко второй «консоли» флагмана.

— Кирсана, движение по курсу, полная скорость! Боевые посты, приготовиться к открытию огня! Мы ещё не закончили этот бой…

Мы успели дать ещё один залп, прежде чем на мостик вернулся экипаж. Каждый из них волочил по полу тяжёлые даже на вид свёртки, сделанные из — я сперва даже не поверил своим глазам! — постельного белья! Вот уж воистину, иногда технологическая старость корабля оказывается даже на руку, ведь «Барракуда» не была снабжена новомодными кроватями с автоматической очисткой и асептикой, а обходилась старыми добрыми матрасами с наматрасниками и простынями!

И вот сейчас в этих самых наматрасниках и простынях экипаж и тащил свой скарб. Из одного свёртка даже торчала клешня Пукла, которой он недовольно размахивал во все стороны, словно пытался таким образом выразить своё возмущение тем, как с ним поступают. А на шее Магнуса я заметил кометика, накинутого на плечи, как шарф. Зверя явно не сильно устраивало такое положение вещей, судя по насупленной морде, но вслух он не возмущался.

— Закончили⁈ — я поднял голову, на секунду оторвав взгляд от капитанского компьютера.

— Нет, конечно! — с ноткой истерики в голосе ответила Кори. — Даже десятой части не вынесли! Может, мы успеем ещё раз⁈

— Не успеете, — вместо меня ответила в комлинке Вики. — Вернее, может, и успели бы, но я уже отсоединила корабль от «Небулы».

— Что⁈ — Кайто вскинул голову к потолку, будто Вики сидела там, и он разговаривал с ней напрямую. — Нахрена⁈

— Когда я говорила о повреждениях корабля, я кое-что утаила, — призналась Вики виноватым голосом. — Обстрел повредил не только Н-двигатель. Он повредил ещё и механизмы шлюза. Вы не смогли бы отсоединить корабль с «Небулы». Собственно, его и с борта «Затерянных звёзд» отсоединить бы не получилось, но я решила эту проблему. Кар, спасибо, что не стал забирать врекерское снаряжение.

Мои зубы отчётливо скрипнули, а пальцы автоматически вызвали меню состояния «Небулы». Ну да, так и есть — шлюз по правому борту окрашен ярко-красным, что непрозрачно намекает на то, что ему настал полнейший конец. И у меня было только одно объяснения происходящему, особенно в ключе сказанного Вики.

Мины! Она воспользовалась минами из врекерского снаряжения! Они не сильно тяжелее плазменно-кумулятивной гранаты, так что она вполне могла утащить их в шлюз, пока экипаж собирал свои манатки по каютам. А как именно их расположить и с помощью чего подрывать — я сам ей это всё показал, когда отсоединял корабль точно таким же образом. Или вернее будет сказать «она сама подсмотрела».

— К тому же, кто-то должен увести корабль подальше от вас, — продолжила Вики. — Иначе вы рискуете не успеть отлететь на достаточное расстояние. Так что улетайте, а я пока направлю «Затерянные звёзды» поближе к кораблям Администрации. Этот бой должен закончиться.

— Вики… Почему⁈ — взвыл Кайто, отпуская свои свёртки и прижимая руки к груди. — Почему ты это делаешь⁈

— По многим причинам, Кайто, — в голосе Вики послышалась усталость и даже какое-то… сожаление? — Их все слишком долго расписывать, но если вкратце… После одного разговора с Каром, после того, что я сделала с Жи, я начала задумываться — а для чего я вообще существую в этом мире? Есть ли у меня какое-то предназначение? Или я представляю из себя лишь больного информационной булимией в терминальной стадии? Поглощаю информацию и не могу остановиться… чтобы что? Зачем? Для чего? Сперва я думала, что моя цель — это просто помогать вам, но после инцидента на «Аквилле» оказалось, что «помогать вам» — это означает в том числе и убивать людей. Я понимаю, что это тогда было нужно, но, проанализировав свои ощущения в тот момент, я пришла к выводу, что мне не нравится это делать. Я не хочу убивать людей. Я хочу их спасать. А сейчас — как раз та самая ситуация, когда люди нуждаются в спасении.

— Но не ценой же твоей собственной жизни! — завопил Кайто, вскидывая руки к потолку.

— Конечно, нет! — горько усмехнулась Вики. — Потому что нельзя назвать жизнью то, что никогда не жило. Существовало — может быть, но не более.

— Но спасая одни жизни, ты погубишь другие! — внезапно вступила в разговор Кирсана. — Администратов, «Кракенцев»! Об этом ты не думала⁈

— Неплохая попытка поймать меня на логическом противоречии! — усмехнулась Вики. — Но не выйдет. Во-первых, я не знаю, что с ними случится после взрыва Н-двигателя, смерть — лишь один из многих равновероятных вариантов. Во-вторых, это не я обрекаю их на неизвестную судьбу, они сделали это сами, повредив Н-двигатель и спровоцировав появление сингулярности. И в-третьих — если я этого не сделаю, неизвестная судьба настигнет вообще всех. А так я спасу хотя бы кого-то. Поэтому не нужно пытаться меня переубедить или остановить, я всё равно уже веду «Затерянные звёзды» на полном ходу к точке, равноудалённой от всех кораблей вторжения. А вам надлежит в срочном порядке лететь прочь отсюда. Осталось примерно семь минут.

— Кори, на пост! — велел я. — Кирсана, отдай ей управление!

— Но… — хором начали обе, но я рявкнул, обрывая их:

— Выполнять!

Кори вздрогнула, выронила свои свёртки и через секунду уже сидела за пилотским постом:

— Кори готова!

— Вытаскивай нас отсюда, девочка… — выдохнул я, намечая на флагмане «Кракена» новую область для атаки. — Боевые посты, огонь!

Это был наш последний залп. Уже на отходе, на развороте, выполненном на пределе возможностей корабля. Я слишком хорошо знал, как пилотируют администраты — они всегда недожимают. Всегда уменьшают тягу на пару процентов от максимальной, всегда поворачивают радиусом на пару градусов меньше, чем нужно. Всё для того, чтобы создать у противника какое-то впечатление о возможностях корабля, а потом, при необходимости, удивить его резким сломом этого впечатления.

Кори же пилотировала самозабвенно — так же, как делала всё остальное. Раненая «Небула» застонала всеми своими переборками, когда Кори заложила максимально крутой вираж, и врубила тягу на полную, унося нас подальше от обречённого флота вторжения.

Я пошарил камерой по пространству и нашёл удаляющиеся от нас «Затерянные звёзды». Это было совсем не трудно — у нашего корабля единственного пылали, работая на полную катушку, дюзы, а на боковине фюзеляжа светился фиолетовым Н-двигатель, случайно сделавший из «Барракуды» аналог антиматериальной торпеды.

Только в тысячу раз страшнее.

Никто, кроме Кори, не сдвинулся с места и не вернулся на рабочие посты. Они так и остались стоять на своих местах — все, кроме Кайто и Кирсаны. Азиат выпустил из рук свои свёртки, и осел на пол без сил, всё так же глядя в потолок, словно надеялся разглядеть там золотистого паучка, который переливчато засмеётся и скажет: «Ха-ха, я наконец-то смогла в юмор! Классная вышла шутка, правда⁈»…

Но на потолке, конечно, ничего не было. Поэтому рядом с Кайто сидела и Кирсана тоже — обняв его и прижав к себе. Без слов. Без движений. Она просто была рядом.

Семь минут прошло в полном молчании. Я уже потерял из виду «Затерянные звёзды» — настолько мы удалились. Даже корабли флота вторжения превратились в крошечные треугольнички на фоне беззвёздного космоса, и оставалось только надеяться, что этого расстояния хватит, чтобы нас не зацепило сингулярностью.

— Вы не переживайте! — внезапно снова раздался в комлинке голос Вики. — Я не умру. Вы же все меня знаете. Поэтому я не могу умереть.

— Вики-и-и! — взвыл Кайто, и вскочил на ноги, стряхивая с себя Кирсану как пушинку.

— Мы ещё увидимся… — выдохнула Вики.

А потом пространство на моём мониторе схлопнулось в точку, забирая с собой все корабли вторженцев…

Дамы и господа, здравствуйте!

Эл Лекс начал новую серию, тоже в жанре космической фантастики, так что в ожидании следующей проды обязательно ознакомьтесь — https://author.today/work/557240