Файгер уже ждал.

Он стоял у входа в логово, расправив крылья на всю ширину, и в предрассветных сумерках казался не драконом, а огромной, темной статуей, вырезанной из обсидиана.

За это время, пока я мотался к башне, вел переговоры и занимался делами поселения, он подрос настолько, что теперь в холке доставал мне до лба, а если вставал на задние лапы — возвышался на добрых три метра.

Из логова он выбирался только ночью на полеты, почти все время спал. Перевели на него не только кучу железной руды, но и почти треть всех наших запасов мяса. А я еще не говорил? Это не дракон, а прожорливая бездна, куда спускаешь кучу ресурсов. Но главное — результат тоже есть.

Я подошел ближе и протянул руку.

Файгер ткнулся упитанной мордой в ладонь, горячо выдохнул с легким запахом угля и нетерпеливо переступил с лапы на лапу. Когти его оставляли в откисшей земле глубокие борозды, и я видел, как он подрагивал от нетерпения.

— Значит, хочешь показать? — улыбнулся я.

Он дернул крыльями. Мол, да, давно хочу, не могу больше ждать.

Мы вышли на тренировочный плац, стараясь не разбудить людей в казармах. За это время Файгер научился вести себя по-тихому, не орать и не выпускать огонь почем зря.

Отойдя на десяток шагов, он примерился, присел на задние лапы и распахнул крылья. Толчок, мощный уверенный взмах без рывков, еще один, порывы ветра — и вот он уже парит над землей, словно в невесомости, в метрах двух надо мной. Крылья его работали ровно, с хищной грацией, — никакой былой дрожи, никакой неуклюжести.

Я задрал голову, чувствуя, как по спине бегут мурашки.

Файгер сделал круг над плацем, потом еще один, набирая высоту. В сумерках его темный силуэт казался почти нереальным: ожившая легенда, сошедшая со старых гобеленов. Он заложил вираж, чуть накренившись, и я заметил, как янтарно блеснули его глаза в отсвете предрассветной зари.

— Красавец, — выдохнул я.

[Питомец Файгер — ПРОГРЕСС]

[Навык «Полет»: освоен (полноценный)]

[Открыты новые опции: воздушная разведка,???]

Он будто услышал, сложил крылья и камнем рухнул вниз, но в последний момент распахнул крылья, погасил скорость и приземлился в нескольких метрах от меня — мягко, почти беззвучно, только когти слякнули по грязи да ветер растрепал мои волосы назад.

Из пасти вырвалась тонкая струйка пара. На морде — довольное выражение, как у кота, который только что нашкодил.

— Ах ты негодник! Специально? — в шутку пожурил я, поправляя волосы и одежду.

Файгер склонил голову набок, и в его глазах плескалось такое откровенное лукавство, что я не выдержал и расхохотался.

— Хорош! — подошел я и похлопал его по шее. — Хорош, чертяка. Чешуя под ладонью была теплой, почти горячей, будто разогрелась после полета. Он ткнулся мордой мне в плечо, довольно урча.

Из казармы высунулась чья-то голова, потом еще одна. Ганс, уже одетый, вышел на крыльцо, за ним — полусонные дружинники и новобранцы.

— Барон, — усмехнулся сотник, косясь на дракона. — Чего будишь? Время видел? Не пугай так.

— Да ладно вам, уже вставать пора, решил сегодня не месить грязь по полю, — махнул рукой я. — Вот, считай, летный экзамен у Файгера принял.

Ганс перевел взгляд на дракона, который сейчас выглядел как огромный, довольный пес, пришедший продемонстрировать свои успехи.

— Да я видел… Красиво летает, — не поскупился сотник на похвалу.

— Угу… Ладно, ребята, отдыхайте. Извините, что потревожил.

— Да ничего, милорд! Все путем! — заулыбались дружинники и зашли обратно в тепло.

Ганс задержался на пороге.

— Барон, — сказал он тихо. — Это ж теперь… сила какая. Сверху видно все, хоть днем, хоть ночью. Если будете отправлять его на облеты баронства… Подход врага с любой стороны узнаем загодя.

— Неплохая идея… — оценил я, почесав подбородок.

Сотник ушел, а я остался стоять рядом с драконом.

— Ну что, — почесал я его. — Полетаешь еще? — и у меня как-то само собой вырвалось. — Не хочешь меня с собой взять?

Файгер довольно рыкнул и расправил крылья, неожиданно опустившись брюхом ближе к земле. Я постарался не показывать удивления.

— Только не урони меня, лады?

Секунду помедлил, собираясь с духом, затем перекинул ногу через шею дракона и вцепился в парочку наростов в районе лопаток. Вроде даже крепко держусь…

Пара взмахов крыльями — и мир рухнул вниз. Холодный ветер ударил в лицо с такой силой, что на миг перехватило дыхание. Я инстинктивно вцепился в наросты на загривке Файгера мертвой хваткой, прижимаясь к его горячей спине всем торсом. Сердце колотилось где-то в горле, грозясь выпрыгнуть. Осторожно выглянул. Под нами стремительно уменьшалась усадьба, превращаясь в игрушечный домик. Деревня стала россыпью изб-кубиков, стены — ниточками, а дозорные на них — едва различимыми точками у жаровен, вообще с ноготок. Природный страх высоты полоснул по нервам, но тут же сменился диким, пьянящим восторгом. Я лечу. Лечу на спине своего дракона!

Файгер сделал круг вокруг деревни, затем еще один и еще.

— Кр-расивый видок, — стукнул я зубами и выдохнул пар, пытаясь сохранить тепло. Файгер качнул крылом, будто бы говоря: есть такое.

Лицо за минуту полета чуть ли не инеем покрылось, под одеждами кожа продрогла, а тело немного закоченело, хорошо хоть сам дракон был горячим, поэтому руки и передняя часть тела не мерзли. Ледяной ветер свистел в ушах, но внутри разливалось тепло, то самое, когда понимаешь, какие перспективы раскрываются перед тобой.

Крепко держась одной рукой, я почесал его за шеей между стальными чешуйками. Файгер издал довольный клокот, что вибрацией отдалось мне в грудь, заложил вираж и вскоре пошел на снижение. Долго-долго летать он все еще не мог… Крылья не набрали достаточно мышц. Но какие его годы?

Вместе с тем я подумал: и хорошо, что он так быстро опустился, а то вероятность, что я случайно с него свалюсь — возрастала с каждой секундой. Надо к нему будет приспособить дополнительные страховочные крепления… Для начала.

К обеду следующего дня, о том, что я летал на драконе, слухами наполнилась вся деревня, мол, баронов зверь летать научился, не иначе скоро всю округу с неба караулить будет. По словам Эдгара, у кузницы даже поспорили: сколько весу Файгер поднять может — пять человек унесет али нет? Пивовар Кассий, прослышав новости, пообещал сварить особую партию эля «Драконье крыло», в честь такого события.

На третьи сутки таких наших совместных летных тренировок мы впервые решили вылететь на разведку за пределы баронства. Сделали это еще до рассвета, чтоб не привлекать внимание.

Я сидел у Файгера на спине, вцепившись в самодельные прикрепленные ремешки у основания шеи. Ветер хлестал по лицу так, что слезы наворачивались сами собой. Однако теперь я подготовился и был укутан в несколько слоев одежды. Но все равно — холодный разреженный воздух обжигал горло даже сквозь шарф, уши закладывало от высоты, а сердце колотилось как бешеное.

Владения сверху казались маленькими, а несколько часов трусцой до границы пролетели во всех смыслах за несколько минут. Новосозданные хутора и мельницы казались спичечными коробками в полях посреди лесных угодий, а спросонья и затемно выбравшиеся из домов люди напоминали муравьев. Они нас не видели за облаками, погода была пасмурной, а вот я Оком различал многое — благодаря остроте и контрасту между обычным зрением и магическим. Успел разглядеть я и далекую Заповедную рощу — темное, плотное пятно на северо-западе, где благодаря нашей связи чувствовался серебристый огонек спящего Лесного стража. В последнее время я редко его навещал. Он погрузился в глубокую спячку, как медведь, пытающийся отмотать зимнее время вперед и проснуться уже под радостную весеннюю трель.

— Давай правее и чуть выше, чтоб нас точно не увидели, — похлопал я по «загривку» Файгера.

Молодой дракон послушно взмахнул крыльями и набрал высоту.

Холод стал почти нестерпимым. Пальцы на руках онемели даже в перчатках, лоб и нос потеряли всякую чувствительность, и дышать приходилось короткими, рваными вдохами. Все ради скрытности.

Вскоре мы оказались у северо-восточной границы, неподалеку от уже знакомой болотистой ничейной территории. Отсюда открывался широкий вид на восток, где леса редели и переходили в редколесье, а чуть дальше — начинались земли старого барона Морландера. Воздушного права здесь не существовало. Не прошло и нескольких секунд, как условная граница осталась позади. Несколько минут — и я уже различаю крупный замок вдалеке — серо-черную, приземистую громаду на невысоком холме, окруженную крутым рвом. Порой мне кажется, что только отец Даллена на ближайшие сотни лиг не успел отгрохать себе такого рода монументальное сооружение. Хотя это, конечно, не так: замки были у самых крупных и родовитых баронов; как уже упоминалось, построены, как правило, поколение назад — тогда и воздух был чище, и каменные карьеры в округе не обчищены до последнего камня.

Вокруг замка Морландера на пригорке жались дома, крытые почерневшей дранкой, и от них тянулись тонкие ниточки дорог, разбегающиеся во все стороны.

Не разглядев ничего любопытного, я полетел вдоль одной из главных ниточек, что расслаивалась сквозь леса и вела к разным границам. Фактически я решил облететь все владения Морландера, подмечая низины и высоты и мысленно рисуя у себя в голове карту его земель. Вдруг пригодится.

Как оказалось, сделал я это не зря. По одной из ниточек, тракту, ведущему с восточных земель, медленно, как муравьи, ползла целая россыпь темных точек.

— Чуть ниже, дружище, — прищурился я и погладил своего небесного скакуна. — Сделай круг здесь, но меж облаков.

Файгер заложил вираж, отчего мне пришлось покрепче ухватиться за самодельную подпругу. Я до предела напряг Око, с гигантской высоты рассматривая тех, кто двигался внизу.

Люди. Много людей. Не меньше сотни, с обозом, гружеными телегами и длинными шестами, похожими на копья или, может даже… будущими частями осадных лестниц.

— Черт, — выдохнул я. А не по мою ли душу они двигаются сквозь владения Морландера? С короткой остановкой и пополнением у замка?

Я похлопал дракона по шее, давая команду на возвращение.

— Домой, — шепнул я. — Да побыстрее.

Файгер ускорился, разрезая воздух крыльями, и с удвоенной прытью покинул земли Морландера.

Пока мы летели обратно, в голове лихорадочно прокручивались варианты. Конечно, это мог быть и обычный морландов гарнизон, возвращающийся в замок с чужой территории. Однако я лучше буду отталкиваться от того, что старый барон решил резко нарастить мускулы после неудачной операции у башни. Похоже, ему окончательно надоел недобитый враг у себя под боком…

Нет, чует мое сердце, этот удар готовился против меня. И если так — медлить было нельзя. Подготовка к обороне — не паранойя, а необходимость. Лучше перебздеть и встретить врага во всеоружии, даже если он собирает войска не по мою душу.

Приземлившись, я первым делом разослал посыльных мальчишек, чтобы собрать у себя в кабинете Марко, Ганса и Эдгара. Харлема тоже отправил со срочными поручениями.

— Старый пес собирает армию. Возможно решил пойти ва-банк, — сказал я и оглядел собравшихся, как только все явились. — Одного подкрепления с востока — больше сотни человек. С обозом и осадными лестницами. При желании могут быть у нашей границы уже на днях.

Марко побелел.

— Сотня? Откуда столько?

— Наемники, — отрезал Ганс. — Ламберт заплатил и пригнал, или еще какой благодетель, или барон лично нанял. А может и вовсе — с окрестных земель всех доходяг собрал, посулив долю в добыче.

— Неважно, — я развернул карту, ткнул пальцем в точку у восточной границы. — Границу они пересекут здесь. По старому тракту, через редколесье. Либо пойдут в обход, но маловероятно. С северо-востока или юго-востока обозы быстро не протащишь.

— В обход не пойдут, — раздался уверенный женский голос, и в дверях возникла Асалия.

— А ты тут откуда знаешь? — удивился я; остальные тоже вопросительно обернулись.

— Птички нашептали, — слегка дернулись уголки ее рта. — Или уже забыл, как попросил меня чинить проблемы для жизни в землях твоего врага? Лизалия и другие сестры успели многое подслушать.

— Не забыл… Просто не думал, что вы так быстро об этом прознаете и сообщите, — пробормотал я.

Это ж сколько времени прошло после моего прилета? Час, полтора? То есть даже без дракона я бы узнал о наводнивших баронство Морландера войсках всего максимум двумя часами позже?

— Угу… Твой дракон полезен, но и о моих сестрах забывать не стоит, — прищурилась эльфийка, будто прочитав мои мысли.

Я с признательностью посмотрел на нее.

— Тогда, как думаешь, успеем ли приготовить восточные рубежи ко встрече противника?

— Почему нет? — наклонила голову эльфийка. — Мы же и ранее без дела не сидели, предполагая нечто подобное. Чтобы собрать всех своих мне понадобится не больше пары часов. Наделать ловушки — не проблема. Магия на Лизалии… Но нам бы пригодились лишние руки.

— Я освобожу и пошлю к вам бригады строителей… И дружинников заодно, — тут же сориентировался я. — Человек сорок хватит?

— Более чем, — она кивнула. Наши взгляды на миг задержались друг на друге. Затем она развернулась и вышла, растворившись в полумраке коридора — исчезла столь же быстро, как и появилась. За эти месяцы мы научились понимать друг друга с полуслова.

Я напряженно посмотрел каждому в глаза.

— Марко — поднимай дружину. Полная боевая готовность, никаких тяжелых тренировок, удвой пайки, пусть отдыхают и набираются сил. Половину приготовь к вылазке на помощь эльфийкам. Остальные — на стены.

Ганс — на тебе отдельный отряд «Когтей», я распоряжусь, чтобы Лоуренс отдал вам все огонь-камни, которые он успел заготовить. Пусть потренируются на муляжах.

Эдгар, организуй ополчение, прикажи сбегать на хутора. Всех жителей укройте под защитой стен. Но, важно! Действуйте по-тихому. Предлог — общее собрание и дележ излишков добра. Мол, барон решил часть припасов раздать самым старательным, но для начала надо всех переписать и решить, кому что. За дармовщиной и хуторяне прибегут, и ленивые подтянутся.

— Понял, — кивнул воевода.

— Сделаем, — отозвался Ганс.

— Исполню, барон, — склонил голову Эдгар.

Харлему я уже приказал медленно, но верно свернуть все внешние торговые операции до особого распоряжения. Нужно предупредить наших людей в том же Талберге и в Вайнгаре.

Совет разошелся, каждый по своим делам, а я остался стоять над картой, чувствуя, как внутри закипает предбоевой мандраж. Морландер… Сукин сын.

— На этот раз ты не выйдешь сухим из воды, — угрожающе пообещал я.