Есения всю ночь ведет наш корабль к Восточным пределам, к Дандуну, но постепенно становится ясно, что Нижний мир побеждает. Небо кишит горгантавнами. Где бы мы ни пролетали, почти всюду встречаются острова, подвергшиеся нападению. Летящие нам навстречу корабли спасаются, бегут и предупреждают об опасности впереди.

Мы идем дальше по следу, оставленному Гёрнером в черных облаках, и наконец поступают первые донесения с Дандуна. Нам остается только слушать полные ужаса отчаянные крики, летящие из коммуникатора.

Гигатавн вернулся.

Мой коммуникатор связан с королевским. Дядя прибыл на Дандун всего час назад и теперь лихорадочно раздает приказы. Строит корабли в боевой порядок. Предупреждает, что отступать нельзя. Дандун не должен пасть, и держаться нужно до нашего прибытия.

Есения на струнах уже несколько часов. Предлагаю сменить ее, но она отказывается. Она – лучший штурман. Создана для полетов. И все-таки мы движемся слишком медленно. Корабли армады Атвудов не обладают нашей скоростью.

– Конрад! – кричит сидящий в кресле стрелка Громила. – СМОТРИ!

Поначалу я, сосредоточенно глядя вдаль, вижу лишь точки на фоне восхода, у самых островов по соседству с Дандуном. Но вот они превращаются в пятнадцать подвижных, текучих силуэтов длиной в сотню метров каждый.

У меня встают дыбом волосы на затылке. От этих тварей и спасались беженцы.

Корабль Мага ныряет в сторону и уносится прочь. Вот же трус. Тара кричит исследователю что-то, но он молчит в ответ. Не то чтобы Маг был полезен. Да и открытия при нем, на борту его судна, и ключ Брона мы позволили ему оставить себе.

А на нас летят пятнадцать горгантавнов. Все – шестого, если не седьмого класса. Наша армада из старых кораблей и «Гладиана» не годится для боя с такими огромными тварями. Змеи издают рев, и у меня по коже пробегают мурашки. Однако потом в рыжем свете восходящего солнца я кое-что замечаю. Вблизи становится отчетливо видно, что цвет змеиной брони какой-то не такой.

Она не серебристая.

Она красная.

– Гигатавны! – кричит в коммуникатор Брайс. – Детеныши гигатавна!

В эфире слышны удивленные вскрики Атвудов. Нельзя, чтобы эти твари разлетелись. Их цель не Дандун. Нет, они хотят уничтожать другие острова. Но и времени на битву с ними не остается, ведь к Дандуну приближается их мать. Дядя кричит, что секунду назад она уничтожила авианосец.

– Оружие, – просит Громила. – Конрад, надо использовать пушку.

– Еще выстрел – и двигателю конец, – сообщает по коммуникатору Китон. – Мы и так его чуть не спалили. Я его несколько часов латала.

– Ладно, – сдается Громила, потянув за рычаг на турели Родерика. – Сделаем все по традиции.

– Нет, Громила, – останавливает его по связи Агресс.

– Отец? – замирает Громила.

– Это наш долг перед Скайлендом. Пусть Конрад ведет свой корабль к Дандуну, а мы откроем ему коридор.

– Нет! – ревет Громила. – Мы вас не оставим.

– Лети, сын мой, – приказывает Агресс. – Спасай Скайленд. АТВУДЫ! АРМАДА! ПЛИ!

В воздухе моментально становится жарко. Ударной волной мне сдувает волосы назад. Детеныши гигатавна ревут и устремляют взгляды своих синих глаз на корабли Атвудов.

– Уходи, Конрад, – говорит мне Агресс. – УХОДИ.

Армада сворачивает в сторону, паля по змеям, отвлекая на себя их внимание.

– Не смей бросать их! – вопит мне Громила. – Конрад, не смей…

– Он должен. – Петля накрывает его руку своей. – Громила, верь своей семье.

Громила молча сдается, хоть и видно, как ему тяжело. Он ведь только-только заново обрел родню и ничем не может помочь ей.

Я уныло смотрю, как гигатавны разворачиваются в сторону стреляющих по ним кораблей. Змеи просто огромны. А теперь еще, когда из-за облачной стены в наш мир пришли новые звери, у них будет достаточно пищи для роста.

Черт, да им и горгантавнов наверняка за глаза хватит.

Мне приходится пересиливать вбитую с детства привычку: не отступать, не бежать с поля боя. Я вспоминаю Кирси… и «Отважный». Однако дядя кричит, веля поторопиться. Флот гибнет. Его, прикрывая гигатавна, атакуют вражеские корабли и звери Гёрнера.

У меня просто нет выбора.

– ЛЕТИМ! – кричу Есении. – НА ДАНДУН!

Громила молча взирает на то, как его родня сцепляется с детенышами гигатавна. Старые корабли лавируют между тварями, облетают их, жгут молодую и тонкую броню взрывами. Ес уносит нас вниз, спускаясь настолько, что мы обязательно врезались бы в кислотные тучи, если бы те не пропали.

– Двигатель разогнан на триста процентов, – сообщает Китон. – Жми на полную, Ес.

Есения решительно давит на золотые струны. От резкого рывка меня кидает назад, и мы устремляемся в сторону битвы, которая решит судьбу Скайленда.

* * *

Облетаем плотное скопление островков близ Дандуна. Они закрывают нам вид на ужасающую битву.

– Ацидоны! – кричит Арика.

Сидевшие в засаде, внутри расселин на островках, змееобразные монстры показываются наружу. Их целый рой. Десять, если не больше.

– Вниз! – кричу я, увидев, как змеи раздувают капюшоны и плюют в нашу сторону студенистыми сгустками кислоты.

Я падаю на палубу, а Ес с криком уводит нас в крутое пике. Ветер шуршит об обшивку корабля. Стиснув зубы, я хватаю гарпуномет и цепляюсь за страховочную сетку, чтобы подтянуться и снова встать на ноги.

Ес отклоняется назад, выравнивая «Гладиан». Ацидоны увязались за нами и снова вскидывают головы. Громила и Брайс выпускают в них гарпуны из турелей. И хотя каждая из покрытых бурой чешуей особей достигает в длину пятнадцати метров, они с легкостью уходят от выстрелов.

Обнажив длинные серебристые клыки, златоглазые монстры снова плюют кислотой. Ес уводит нас в сторону, тогда как Громила и Брайс продолжают отстреливаться. Каждый сидит в кресле потрясающей автоматической турели, созданной Родериком. Ацидоны, сколь бы ни были они ловки, все же не совершенны.

– УБЛЮДКИ! – ревет Громила.

Точными выстрелами ему удается обезглавить нескольких особей. Извиваясь, брызжа кислотой во все стороны, они падают. Но вот одна из тварей плюет, и лоснящийся сгусток яда летит прямиком на корму – туда, где стоит Элла. У меня сердце чуть не выпрыгивает из горла.

– Элла!

Петля бросается к моей сестре. Обе падают на палубу, а кислота проносится над ними. Разбрызгивается о палубу и ограду. Шипит, плавя металл. Перила тают прямо на глазах, облитые едкой слизью. Элла с Петлей коротко обмениваются взглядами, а потом Петля хватает наплечную пушку и стреляет, убивая одного ацидона.

Снисходительно посмотрев на Эллу, она топает прочь.

Ес уносит нас подальше от оставшихся змей, но, когда мы пролетаем еще один островок, появляются новые твари.

– ЛЕВЫЙ БОРТ! – кричит Арика. – ОНИ ПОВСЮДУ!

Да будь они прокляты! Так мы до Дандуна не доберемся.

Дядя кричит мне в коммуникатор, торопит. Время на исходе, но нас на пути поджидают эти жуткие создания. Так нам ни за что не успеть. Змеями словно бы кто-то управляет, натравливает их на нас.

Делаю выстрел из гарпуномета. Отдача передается в плечо, а снаряд входит в горло ацидону, пронзая кислотные железы, и тварь растворяется, облившись собственным ядом.

Вижу еще шесть чудовищ. Уклонившись от выстрелов Брайс, они готовы брызнуть кислотой.

Гарпун Арики уходит в чистое небо. Я сам лихорадочно заряжаю метатель, хотя тут больше подошла бы наплечная пушка.

Ацидоны уже вскидывают головы. Громила рычит, переключая турель на минометные стволы.

Ес выбрасывает руки вперед, но скорости не хватит. Еще немного, и «Гладиан» расплавят.

В этот миг над нами проносятся два судна. Да так низко, что меня чуть не сдувает с палубы. Я в изумлении провожаю их взглядом.

Громила издает радостный рев.

Это «Лучник» и «Анри». Подоспели мастер Коко и Мадлен де Бомон.

– Подумали, что вам не помешает помощь, – говорит через коммуникатор мастер Коко.

Два ветерана обрушивают свою ярость на ацидонов. Древние пушки «Анри» превращают в пыль целые куски островов, вскрывая гнезда монстров, и тут же «Лучник» дает залп из батареи палубных гарпунных турелей. Проклятые твари разлетаются в клочья, не успев даже покинуть укрытия.

– Лети, Конрад! – велит Мадлен. – Спасай Скайленд.

– ЕС! – реву я.

Мы проносимся мимо кораблей Мадлен и Коко, которые остаются уничтожать ацидонов, выползающих и выползающих из расселин. Зато теперь у нас есть коридор.

– ГДЕ ТЕБЯ ЧЕРТИ НОСЯТ? – орет дядя.

– Я ЗДЕСЬ!

Проносимся мимо многочисленных островков, летим прямо к битве. От ужасного зрелища у меня перехватывает дыхание. Остров Дандун. В небе близ него царит кромешный ад. Огонь, крики. Авианосцы так и сыплются с неба. Тортоны, вереща, пронзают корабли смертоносными молниями. К открытой земле падают, войдя в штопор, «воробьи».

И на фоне всего этого «Неустрашимый» преследует опаснейшее во всех небесах создание. Осыпает его красную чешую снарядами из мощных пушек.

Гигатавн явился.

Силы Скайленда кружат над чудовищем длиной в полтора километра, обстреливают его из всех орудий, забывая при этом об атакующих их самих горгантавнах. Гигатавн тем временем приготовился впиться зубами в подбрюшье острова Дандун. Нас от него отделяет еще несколько километров, и мы не можем выстрелить беспрепятственно, потому что в этот момент нас перехватывают три оркона.

Есения натягивает струны, уходя из-под таранного удара. Отто с Арикой стреляют по этим созданиям, а чуть в стороне два других оркона атакуют линейный крейсер: лбами врезаются в его корпус, и несколько матросов с криками падают за борт. Орконы тут же ловят их зубами.

Ес огибает похожих на касаток чудовищ.

Скайлендцы бьются изо всех сил. Мы с Брайс, Арикой и Эллой стреляем гарпунами. Безостановочно рвутся мины, выпущенные Громилой, а его сестра зенитным снарядом жжет глаза кружащим рядом орконам.

Внезапно к «Гладиану» стремительно подлетает сразу несколько кальмавнов. Один лепится присосками к кораблю, и сестра Громилы оказывается в клетке из щупалец. Она тычет в них гарпуном, но кальмавн неуклонно подбирается ближе, нетерпеливо щелкая клювом, хочет перекусить ее пополам.

Схватив гранату, Элла яростно встряхивает ее и кидает прямо в клюв монстру. Секунда – и студенистое создание гибнет во взрыве, обмякшие щупальца разъезжаются по палубе. На этот раз уже Элла бросает на Петлю снисходительный взгляд.

А вдалеке, на безопасном расстоянии от сражения, парит в воздухе корабль Гёрнера. Из его рубки и управляют всеми чудовищами, однако от любого выстрела он закрыт целой стаей горгантавнов.

В нашу сторону спускается крупный самец.

– СТРЕЛЯЙ ИЗ ОРУЖИЯ! – кричит дядя. – КОНРАД, ПОРА!

– Мы не можем! Тут кругом твари!

Тогда он приказывает всему флоту:

– Прикрывать «Гладиан». Любой ценой.

Дрожащими руками Есения поднимает корабль над пастью самца горгантавна, и мы принимаемся петлять сквозь его кольца. У нас всего один выстрел из «Схлопывателя», а потом двигатель сдохнет. Нужно подобраться еще ближе.

Громила разворачивает турель и палит в увязавшихся за нами орконов минами – монстрам отрывает челюсти, и они сталкиваются друг с другом. Брайс в это время атакует змея.

Теперь на нас идет еще и детеныш гигатавна. Его синие глаза пылают злобой.

Стреляя в него, я едва не поддаюсь отчаянию. На место каждого убитого нами монстра приходят два новых.

Ес каким-то чудом выводит нас из-под таранного удара орконов и челюстей гигатавна. Отто в это время несется к Петле и Элле. Тащит за собой большую сумку с гранатами. И вот они уже все втроем швыряют в чудовище миниатюрные бочонки со взрывной смесью. Когда те рвутся, палубу заливает золотым светом. Детеныш гигатавна ревет, но все же тянется зубами к Громиле.

Тот хохочет. И стреляет как сумасшедший.

– Уходи оттуда! – кричит ему Петля.

Однако ее брат продолжает стрелять. Одна из мин проскальзывает чудовищу в ноздрю, когда оно уже раскрыло пасть, и в этот самый миг к Громиле подскакивает Отто. Прищурившись, наш драйщик кидает гранату – прямо в пасть детенышу монстра.

Взрывом детенышу гигатавна разносит газовый мешок, и красный змей со стоном падает с неба.

Громила смотрит на Отто со смесью потрясения и восторга:

– А я в тебе ошибался, драйщик!

Наконец к нам подходит королевский корабль, с флангов выстраиваются еще с полдесятка судов Стражи, пара «Хищников» и много-много других. Вновь появляются «Лучник» с «Анри», Мадлен и мастер Коко. Коллективным ударом наш конвой разрывает в клочья нападающих на нас змеев и даже сбрасывает с неба нескольких орконов.

Внезапно снизу заходит еще один детеныш гигатавна и уже хочет проглотить «Гладиан», но линейные крейсеры Стражи испепеляют его слаженным залпом. В воздухе остается висеть лишь кровавая дымка.

Мы почти догнали гигатавна, и тут за нами увязывается покрытый ржавчиной горгантавн класса восьмого. Корабли сопровождения сразу же накрывают его огнем из всех орудий: гарпуны, пушки, минометы. Сбитый с толку, монстр трясет огромной башкой. А мы, улучив момент, проносимся через его многочисленные кольца, минуем острый, похожий на ятаган, кончик хвоста.

Наконец путь свободен. Ничто не мешает выстрелить в гигатавна.

– ПЛИ! – орет дядя. – КОНРАД, ОГОНЬ!

Гигатавн с ревом врезается своей огромной мордой в основание Дандуна. Вздрагивают песчаные дюны и купола золотого города. Рушатся здания. Здесь в закрытых библиотеках хранились результаты вековых исследований, рецепты лекарств, само наше мировоззрение… Не все можно было вывезти с острова, даже заблаговременно. Знаний там слишком много.

И все это вот-вот пропадет.

Натянув затемненные очки, я прыгаю в кресло «Схлопывателя» и жму на спуск, пока из ствола не вырывается луч света. Он такой яркий, что глаза слепит даже за непрозрачными стеклами. Луч пронзает небо и бьет прямиком в тело чудовищного создания.

Есть. Сейчас этот проклятый монстр получит!

Погодите… Я подаюсь вперед, щурясь сквозь круги перед глазами. Нет, произошла ошибка. Мой выстрел попал не туда. Что-то встало на пути луча, и я подбил не гигатавна.

Меня накрывает ужасом.

По небу разносится эхо взрыва. Громила издает победный крик… но тут понимает, что выстрел угодил в замаскированного тортона, который вклинился между нами и гигатавном. Тортон ревет, сжимаясь внутрь самого себя, исчезая в белой воронке.

Есения рывком уводит нас прочь, чтобы и наш корабль не засосало. Врассыпную бросаются и остальные. А пока мы летим, тортон, пропав, вновь показывается – и разлетается дождем внутренностей и частей тела.

Нет. Поверить не могу. Последний выстрел – и тот потрачен на проклятого тортона. На ТОРТОНА!

– В чем дело?! – беснуется дядя. – Конрад…

Мы ошеломленно молчим, в то время как гигатавн зарывается в недра Дандуна. Грызя камень, он идет к сердцу острова. Дандуну, самое большее, остались минуты. Моя команда не знает, что и сказать. Я и сам сижу, в недоумении глядя на монстра. В двигателе еще должна оставаться энергия. Хоть капля. Вдруг ее хватит?

– Китон, – говорю я в коммуникатор. – Можем еще…

– Кристалл двигателя погас. Нам нужен новый.

– А если пальнуть?

– Не сработает. А если и выстрелишь… – Она ненадолго умолкает. – Это всех нас убьет. Корабль взорвется.

У меня покалывает кожу.

Дядя так и кричит. Его флот по-прежнему кружит надо мной, отбивая атаки чудовищ. У нас не остается выбора. И времени тоже. Взглянув на друзей, я делаю резкий вдох.

– Покинуть корабль.

– Что? – спрашивает Брайс. – Нет, Конрад, ты больше не выстрелишь из этой дуры!

– Выбора нет, – говорю. – Садитесь в шлюпку.

Еще какое-то время мои люди спорят. Отказываются уходить, но я – принц Скайленда, и в кои-то веки пользуюсь данной мне властью. Громила отвечает, что ему плевать на приказ, и тогда я прошу его как друг.

Он смотрит на меня влажными глазами.

– Конрад, нет! – кричит Элла, когда Громила хватает ее и тащит с собой. – Нет. Прошу тебя, брат. Не делай этого. Не надо.

Брайс спешит ко мне. Целует, обливаясь слезами – ее мягкие губы соленые на вкус. Я едва не перестаю дышать, а она уже отстраняется, бежит к спасательной шлюпке.

Элла все еще умоляет меня одуматься. Громила и Китон, которая только что покинула машинное отделение и присоединилась к остальным, держат ее. Арика, Петля, Есения и Отто прыгают в шлюпку. Наконец на палубе появляется Тара. В руках у нее огромная сумка, набитая книгами и бумагами. Ес и Петля помогают ученой забраться на борт.

Брайс прижимает к себе мою вырывающуюся сестренку. Глядя на них сквозь слезы, я вскидываю руку, прощаюсь с обеими.

Стоит шлюпке отойти от «Гладиана» и направиться в сторону битвы, к ближайшему судну, я делаю вдох и снова приникаю к окуляру старинного прицела. Руки онемели, зато сердце, как ни странно, бьется спокойно.

Гигатавн тем временем зарывается глубже.

Делаю вдох, прищуриваюсь, целясь в чудовище. Эта здоровенная гадина обрушила Айронсайд. Уничтожила мой родной остров. Из-за нее погиб Макгилл и многие, многие другие.

Может, дядя и отдал мне титул принца, однако сейчас пришла пора заслужить его.

Жму на спуск в надежде, что мой корабль поможет мне напоследок. Однако гашетка щелкает вхолостую. Ничего не происходит. Выругавшись, снова жму на нее.

– НУ ДАВАЙ, ТЫ, КУСОК ДЕРЬМА!

Горгантавны преследуют корабли, что прикрывают «Гладиан». Один из них оплелся вокруг линейного крейсера и крушит его рубку. Налетает еще больше орконов и тортонов. Твари обрушиваются со всех сторон. Плотным роем.

Гёрнер знает, что я затеял. Воздух гудит от адских взрывов и верещания, так что я невольно морщусь.

– СТРЕЛЯЙ, ЧЕРТ ВОЗЬМИ! – велю «Схлопывателю».

Я жму и жму на спуск, пока наконец «Гладиан» вдруг не начинает дрожать. Чувствую тряску через кресло, через подошвы ботинок. И смеюсь. РАБОТАЕТ! РАБОТАЕТ! «Гладиан» отдает мне последние капельки жизни. Из ствола пушки неожиданно вырывается горизонтальный столп света. И я смеюсь, глядя, как он пронзает небо.

Луч входит в огромные красные пластины чешуи гигатавна.

Однако я захлебываюсь собственным смехом, потому что корабль уже зверски трясет. «Гладиан» сейчас развалится. Но я не умру, если есть шанс. Отстегнув ремни и отключив магниты в ботинках, бегу по палубе к оружейной платформе.

Это мой единственный шанс покинуть корабль и спастись. Я оставил нужные вещи на платформе, на всякий случай. Заранее ведь не знаешь…

«Гладиан» снова вздрагивает. Остались считаные секунды.

Я отчаянно шарю по платформе руками. Куда же я положил эти пушки, черт подери? Роюсь среди гарпунов, мин, гарпунометов. И наконец-то нахожу одну – среди гранат.

О, это просто сумасшествие, но я вытворял вещи безумнее.

Раздается взрыв, от которого закладывает уши и пробирает до костей. Я падаю на колени. Под басовитое рычание у «Гладиана» откалывается корма, и корабль заваливается на нос.

Поднимается ветер, а у меня желудок подскакивает к горлу. Обхватив одной рукой перила платформы, спешно цепляю на другую мой последний шанс на спасение – мини-когтепушку.

Вдруг «Родерик» спасет меня еще раз.

Включаю магниты в ботинках и встаю, бегу к носу корабля. Палуба вздыбливается от взрывов. Пламя пожирает целые секции «Гладиана», но я мчусь вперед, против ветра. Против всего.

Откуда-то из памяти, из глубины прошлого доносится голос Громилы, когда он кричал мне: «Лети, сволочь ты паршивая, лети!» И я «солдатиком» прыгаю за борт.

В небе царит сущий хаос. Кругом гарпуны, взрывы, сражающиеся корабли, ревущие монстры и сполохи зенитных зарядов. Ветер треплет полы куртки, пока я падаю вниз, через горнило сражения, в ничто, навстречу пустынной земле. Рядом нет ни одного корабля, да меня, скорее всего, и не видно с бортов. Щелкаю по камню коммуникатора, вызывая на связь экипажи, но вряд ли мои слова будет слышно из-за воющих вихрей.

Падаю все ниже и ниже. Ветром прижимает очки к лицу. К горлу подкатывает желчь, но тут до меня долетает рокотание. Бросив взгляд влево, я… ВОТ ЖЕ ДЕРЬМО!

Вижу свирепые синие глаза и надвигающуюся распахнутую пасть самой смерти. Детеныш гигатавна сейчас всосет меня в свою кислотную утробу.

Я по сравнению с ним просто жук, но смеюсь так громко, что меня чуть не тошнит. Вот уж не собирался проделывать старый трюк снова.

Я с трудом, борясь с порывами ветра, поднимаю правую руку, к которой прикреплен «Родерик». Целюсь в подбрюшье одного из колец, в место за челюстями. Выстрел должен быть чертовски точным, или я сам себя направлю с ускорением прямиком в пасть монстра.

Сделав вдох, жму на спуск. Крюк на цепи летит в сторону гигатавна. Хоть бы чешуя оказалась тонкой, иначе мне крышка.

И в тот момент, когда клешня с крюком взмывает в небо и впивается в красную пластинку брони, когда меня резко дергает и тащит наверх, к детенышу, весь мир словно взрывается от вопля его матери.

Тело взрослого гигатавна складывается внутрь себя, затянутое воронкой «Схлопывателя». ПОЛУЧИЛОСЬ! Мы убили эту чертову здоровенную зверюгу!

Я бы ликовал, но меня несет прямиком в пасть к ее отпрыску.