Долина Покаяния располагалась в одном из горных ущелий. Вокруг простирались глухие земли, солнце и луна были гостями нечастыми, зато стояла особая погода. Зимой не шел снег, весной и осенью не дули ветры, а по всей долине росли вечнозеленые леса.

Эр Шэн провела здесь почти неделю, прежде чем поняла, что наказание от Почтенного бессмертного и впрямь было очень легким. Если отбросить отсутствие собеседников, дни здесь не сильно отличались от того, как она жила раньше. Это, конечно, было еще и результатом ее искреннего совершенствования. Зная, что в животе живет «свинья», она старательно медитировала каждый день, сосредоточившись на концентрации духовной силы и планируя покинуть долину через три месяца без злого духа внутри. Насекомых девочка есть любила, а вот «сырую свинину» – нет.

В рассказе о ее жизни в долине нельзя не упомянуть змееныша, оказавшегося здесь вместе с ней. Когда Эр Шэн медитировала, черный змей медитировал вместе с ней. Когда Эр Шэн наскучивало одиночество и хотелось играть, змей по-прежнему совершенствовался.

Очевидно, змей был непростым. Эр Шэн опасалась, что, хоть тот и был родственником Чан Юаня, нет никакой гарантии, что однажды он не решит ей поживиться. В этой долине они со змеем коротали дни вдвоем, и, если девочка тут умрет, мало кто будет об этом знать. Так что требовалось оставаться начеку.

Именно поэтому Эр Шэн, когда хотела играть, не позволяла змею совершенствоваться. Взяв палку, она ударила его по хвосту, на что тот ответил очередным беспомощным взглядом. Удовлетворенная Эр Шэн отбросила палку и приказала:

– Поиграй со мной.

Змееныш вновь глянул на нее, на сей раз уязвленно. Эр Шэн взяла свой меч и подобрала палочку для змея, чтобы тот обхватил ее своим хвостом и сразился с ней. Сама она задумывала показать черному змею разницу в их силе, чтобы тот не осмелился ее тронуть, однако после двух ударов меч неожиданно оказался выбит палочкой в хвосте змееныша и приземлился на порядочном расстоянии от места боя.

Эр Шэн на мгновение остолбенела и вдруг заметила ослепительную улыбку в змеиных глазках. Совершенно уязвленная, она в ярости сосредоточила энергию в ладони и ударила ею по змеенышу. Чешуйчатый двинул хвостом, и деревянная палка вылетела под странным углом, угодив девочке в лодыжку. Эр Шэн ощутила легкое онемение, ноги ее тут же обмякли, и она упала лицом в грязь.

Черный змей так и лежал на прежнем месте, гордо покачивая хвостом, но, разглядев, что девочка долго не поднимается, он подумал, что не рассчитал силы и навредил ей, потому потихоньку подполз к голове Эр Шэн.

– Ах… Какой стыд. Я так долго учусь магии, но не могу победить даже змею.

Змееныш же подумал: «Ты учишься совсем немного, это нормально, что не можешь меня одолеть. Если бы ты это сделала, то стыдно было бы мне».

Эр Шэн, накрыв голову, продолжила плакаться самой себе:

– И как я тогда спасу Чан Юаня?!

Сердце змея потеплело, он долго смотрел на макушку девочки, а потом высунул мордочку и коснулся ее кожи. Эр Шэн удрученно подняла голову, и черный змееныш снова потерся о лоб Эр Шэн, будто пытаясь успокоить и самую чуточку кокетничая.

– Что ты делаешь? – Эр Шэн оттолкнула змеиную голову.

Но тот не обратила внимания на грубое поведение девочки и, повернувшись, продолжил пристально смотреть на нее. В чистых глазах Эр Шэн не было и намека на испорченность окружающим миром. Змей дернул хвостом, будто не мог справиться с искушением, и внезапно укусил ее за губу.

Застигнутая врасплох Эр Шэн широко распахнула глаза, и лишь после громко выругалась. Схватив змея, она оттащила его подальше от лица. Тот сперва не хотел отпускать, но в конце концов невольно отстранился из-за страха, что в самом деле навредит девочке.

Эр Шэн дотронулась до кровоточащих губ и перевела взгляд на змееныша, но чешуйчатый застенчиво посмотрел на нее и быстро отвернулся. Не выдержав, однако, он вновь обратил взгляд к Эр Шэн. Девочка была так зла, что бросила его на землю и разразилась гневной тирадой:

– Черныш! Ты плохая и коварная змея! Так и знала, что хочешь съесть меня!

Черныш покачал головой в попытке отстоять свою невиновность. Эр Шэн сердито продолжила:

– Не думай, будто из-за твоего молчания я не знаю, что у тебя в голове!

В ответ на резкость Эр Шэн Черныш еще больше захотел прояснить ситуацию, но, если уж та решила, что змееныш оказался коварным, к себе она его больше не подпустит. Девочка отступила подальше с криком:

– Не подходи! Не подходи ко мне!

Черныш вновь подполз к Эр Шэн, но, увидев, что девочка его избегает, грустно склонил голову. «Она ведь тогда сказала нечто вроде “Ты можешь кусать того, кто тебе нравится”. Точно говорила это…»

Просто он ей больше не нравится?

Эр Шэн настороженно наблюдала за неподвижным Чернышом, спрятавшись за камень, и, поразмыслив, взяла еще и булыжник.

– Если посмеешь укусить меня снова, я тебя побью! Уходи!

Черныш с поникшей головой медленно уполз, шурша в кустах, и больше не возвращался.

После этого Эр Шэн не видела Черныша. За прошедшие месяцы она не раз думала о том, не перегнула ли палку. В конце концов, змей приходился родственником Чан Юаню… Но жизнь у девочки была только одна, и она не могла рисковать ею. Лучше уж перегнуть.

Она мирно провела в одиночестве все отведенное наказание в долине Покаяния. Цзи Лин даже удивилась, когда пришла забрать Эр Шэн: во-первых, ее быстро растущей духовной силе, а во-вторых, душевному состоянию девочки…

– Старшая соученица! – Эр Шэн бросилась к ней. – Ты пришла забрать меня домой?

Слово «домой» резануло Цзи Лин по ушам. Она слегка нахмурилась и равнодушно ответила:

– После трех месяцев размышлений ты не проявляешь никакого раскаяния.

– Я изменилась. Поняла, что нельзя убивать свиней и терять управление мечом. Старшая соученица, пойдем домой!

Складка меж бровями Цзи Лин углубилась, но девушка не могла найти, к чему придраться. Поправив рукава, она ответила ледяным голосом:

– Лети на мече сама.

Трех месяцев было явно недостаточно, чтобы овладеть техникой полета на мече, и Цзи Лин хотелось увидеть, как Эр Шэн опозорится, а после, бедная и несчастная, придет просить ее помощи. Но внезапно девочка с радостью согласилась и забралась на Защитный меч.

Хоть и далеко не изящно, она очень уверенно управляла мечом.

– Старшая соученица, полетели!

Цзи Лин горько вздохнула:

– Ты и впрямь одарена.

Эр Шэн так много времени провела в долине, каждый день защищаясь от подлых атак черного змея, что ее уши и глаза стали чувствительнее стократ. Услышав вздох Цзи Лин, она рассмеялась и сказала:

– Вот именно, разве не знаешь, чья я младшая соученица? – И взмыла в небо.

Цзи Лин, глядя на спину младшенькой, фыркнула, но все же не удержалась от улыбки.

– Подхалимка. – Девушка скрылась следом, оставив лишь порыв ветра.

После их ухода долина Покаяния затихла. Вскоре в высокой траве послышался шорох, и в роще снова воцарилась тишина…

Эр Шэн радостно огляделась в таком родном дворике. Сегодня Шэнь Цзуй отсутствовал, поэтому она убралась в своей спальне, щебеча о том, как хороша погода и как приятен теплый ветер. Цзи Лин же, пробормотав что-то про себя, одним заклинанием вымела весь двор и крикнула на прощание:

– Спокойно совершенствуйся и не болтай понапрасну!

Эр Шэн ахнула, глядя на двор, который был начисто убран за одно мгновение, и нагло последовала за Цзи Лин, чтобы выклянчить у нее это заклинание. Старшая соученица игнорировала ее, поэтому девочка следовала за ней хвостиком.

Цзи Лин была по жизни апатичной и строгой. Не только младшие, даже ее старшие соученики и соученицы немного побаивались ее. Одна только настырная Эр Шэн могла к ней прицепиться, как репейник. Чтобы ей не мешали спокойно заниматься, совершенствующаяся просто написала заклинание на листке и бросила его младшей, чтобы та разучила его самостоятельно.

Девочка долго смотрела на клочок бумаги, а затем снова побежала к старшей, чтобы спросить слово за словом. Оторванная от дела Цзи Лин с неприязнью воскликнула:

– Ты выглядишь такой умной, почему же не можешь прочесть ни единого слова?

– Я умею читать! – Эр Шэн взяла кисть со стола Цзи Лин и аккуратно вывела два имени, «Чан Юань» и «Эр Шэн». – Смотри, я умею писать.

– Зачем хвалиться знанием двух имен? – вздохнула Цзи Лин. Внезапно ей в голову пришла идея, и, прокашлявшись, она сказала: – Здесь есть академия для юных учеников, где учат грамоте. Хочешь пойти?

– А мне можно? – просияла Эр Шэн.

– Конечно, но ты должна будешь там оставаться на целый день, а учитель очень строгий.

– Я хочу пойти.

– Ну, тогда я помогу тебе все устроить, и завтра сможешь отправиться со всеми в академию.

Обрадованная, Эр Шэн вскочила и бросилась к Цзи Лин, обняв и прижавшись щекой к ее плечу.

– Старшая соученица такая милая!

Совершенствующаяся не привыкла к такой близости с другими и отстранилась, отведя ее руки.

– Я хочу спокойно посидеть хоть немного, не шуми.

Эр Шэн послушно откланялась. После ее ухода Цзи Лин распахнула глаза. Она коснулась плеча, к которому младшая ластилась, как кошка, и слегка покраснела. Девушка усмехнулась.

– Кокетливая малявка… Кто это здесь милая…

Той ночью светила яркая луна. Пока Эр Шэн крепко спала со сладчайшей улыбкой, в ее спальню прокралась тонкая черная тень и бесшумно подползла к изголовью кровати. Пара золотых глаз внимательно наблюдала за спящим лицом девочки. Когда она улыбалась, веки змея обращались в полумесяцы. Когда дула губы, змеиный хвост подергивался. Когда Эр Шэн перевернулась, змееныш склонил голову. Девочка пробормотала имя Чан Юаня во сне, и змей мягко кивнул. Если Эр Шэн звала его, он отвечал, хоть и знал, что она вообще его не видит.

Когда Эр Шэн проснулась, черный змей исчез.

Утром подвыпивший Шэнь Цзуй стал свидетелем, как Цзи Лин направляется с Эр Шэн в академию. Он помахал ей на прощание:

– Учись и просвещайся, но, если кто-то станет тебя обижать, дай им сдачи. Я поддержу тебя, когда вернешься.

Цзи Лин одарила наставника ледяным взглядом, взяла Эр Шэн за руку, и они ушли. Почти дойдя до академии, совершенствующаяся сказала:

– Если кто-то будет тебя обижать, на первый раз уступи, на второй стерпи, а если обнаглеют – последуй совету наставника.

Эр Шэн послушно кивнула. Однако жизнь в академии оказалась гораздо лучше, чем она себе представляла. Среди других детей она считалась почти взрослой, и все они были достаточно умны, чтобы не провоцировать ее. Несмотря на прохладный прием в академии, девочка могла спокойно учиться. Будучи от природы сообразительной, она быстро все запоминала. Спустя полгода она уже сама написала пару рассказов, тайком распространив их среди товарищей, – ребята были в восторге от историй и постепенно приняли ее в свой круг.

Жизнь на горе совершенствующихся шла своим чередом, и Эр Шэн успела привыкнуть к ее неторопливому ритму: каждый день она совершенствовалась, читала книги, упражнялась в каллиграфии, а также придумывала короткие истории, чтобы поделиться ими с товарищами. И в любом ее рассказе был прекрасный и могущественный человек по имени Чан Юань, жизнь которого была полна интересных событий.

Время неумолимо летело, а на Затерянной горе оно шло еще быстрее, чем в царстве Людей. Эр Шэн даже не думала, что проучится в этой академии три года, но вот ей уже исполнилось семнадцать лет. С шестнадцати она спускалась с горы вместе с Цзи Лин, чтобы бороться с оборотнями и защищать смертных, а также повсюду расспрашивала о Чан Юане. Услышав, что где-то находили следы драконов, она отправлялась туда независимо от того, правдивы были слухи или нет, однако всегда возвращалась разочарованной.

С течением времени мысль о совершенствовании ради того, чтобы отправиться на поиски Чан Юаня, обратилась наивной надеждой. Нынешняя ее жизнь была тесно связана с обучением различным техникам, накоплением и применением духовной силы, управлением Защитным мечом и охотой на оборотней вместе со старшей соученицей.

Ей казалось, что такая жизнь будет у нее всегда, но ничто в этом мире не вечно.

Как-то Эр Шэн и Цзи Лин сошли с горы, чтобы разобраться с оборотнем, который звался Костяным клещом. Навыки его были невелики, но он был хитер и изворотлив. Клещ особенно был хорош в искушении людей и питался их дурными мыслями. Цзи Лин было поймала его в лесу, но тот опутал ее руки щупальцами. Этот оборотень не мог навредить ученице с таким уровнем совершенствования, однако во время схватки Костяной клещ лукаво захихикал:

– Стыдно быть ученицей светлой школы, когда на деле у тебя такие дерзкие и греховные мысли о собственном наставнике.

У Цзи Лин в голове все перевернулось, и она упустила момент атаки, чем оборотень тут же воспользовался. Одно из омерзительно липких щупалец направилось прямо к сердцу девушки.

– Верно, твои чувства запретны. Если кто-нибудь узнает, тебе конец. Вы не сможете быть и дальше наставником и ученицей… – Он мерзко ухмыльнулся и приготовился пронзить сердце Цзи Лин.

К счастью, подоспела Эр Шэн.

– Старшая соученица!

Разум Цзи Лин немедленно очистился, она уклонилась и избежала удара в грудь, но щупальце вошло в плечо. Эр Шэн вспылила:

– Тебе, уродливый оборотень с длиннющим языком, жить надоело?! – Она ринулась к макушке Костяного клеща.

– Нет! – ужаснулась Цзи Лин.

Но Эр Шэн ее не услышала. Она подняла меч и пронзила им голову оборотня. Клещ завопил, и кровь его забрызгала лицо девушки, а щупальце в плече Цзи Лин тут же исчезло. Она, ослабленная, прикрыла рану ладонью и упала на землю.

На мече оказалась белая бусина, похожая на внутреннее ядро. Эр Шэн с недоверием относилась к подобным вещам и после долгих колебаний решила ее не ломать. Вместо этого она спросила:

– Старшая соученица, не хочешь сломать эту бусину? – Та ее проигнорировала, и Эр Шэн с тревогой обратилась к ней: – Тебе нездоровится? Нет? Но твою рану нужно скорее вылечить. Что нам делать с бусиной?

Цзи Лин взглянула на меч в руке Эр Шэн и вздохнула:

– Я недооценивала духовную силу этого меча. Кровь костяных клещей может очаровывать людей и рождать в их разуме дурные мысли. Обычно люди ни за что не должны прикасаться к ней. Я не ожидала, что твой меч может рассеять вредоносную ци…

– Старшая соученица… – Эр Шэн была напугана. – Ты так и не сказала, что делать с этой бусиной. Нам нужно скорее возвращаться, ты потеряла много крови.

Здоровой рукой Цзи Лин сотворила заклинание и запечатала внутреннее ядро, а затем спрятала за пазухой.

– Ее нужно передать Почтенному бессмертному, чтобы он ее очистил.

На скорую руку прибравшись на месте битвы и накрыв следы крови Костяного клеща свежей землей, Эр Шэн подняла раненую на спину и полетела обратно на Затерянную гору на своем мече. Никто из девушек не заметил, что после их ухода в лесу подул легкий ветер, стряхнув листву и обнажив залитую кровью почву. Пара ног в роскошной обуви с большим интересом пнула комок мокрой земли.

– Наконец-то мои поиски увенчались успехом.

Когда Эр Шэн, поддерживая Цзи Лин, вернулась в их дворик, Шэнь Цзуй принимал солнечные ванны на каменном столе с вином в руках, а рядом стояли уже два пустых кувшина. Мертвенно-бледная Цзи Лин потеряла сознание, поэтому Эр Шэн поскорее потащила старшую соученицу в комнату, не здороваясь с наставником. На Затерянной горе не было лекарей, поэтому, получив внутреннее повреждение[40], ученикам приходилось полагаться лишь на восстановление, использую духовную силу. Впрочем, для обычных ранений данный способ тоже подходил.

Однако на сей раз ситуация была иная. Вредоносная ци Костяного клеща проникла в тело Цзи Лин, и, если не найти того, кто смог бы очистить темную энергию, пострадавшая не сможет сама восстановить внутреннее дыхание.

В глазах Эр Шэн старшая соученица всегда была сильной. С самой первой их совместной вылазки она никогда не была так серьезно ранена, младшей и в голову не приходило, что однажды та будет истекать кровью…

Эр Шэн в панике искала бинты и ножницы в комнате Цзи Лин, когда в дверях появился наставник. Шэнь Цзуй стоял там с мрачным выражением лица, не сводя ледяных глаз с раны на плече своей ученицы. Сиплым голосом он обратился к младшей:

– Кто это сделал? – В его голосе сквозил холод, которого Эр Шэн прежде от него не слышала, отчего замерла. Сердце Шэнь Цзуя было объято пламенем, которое только становилось сильнее. – Я спрашиваю тебя, кто ее ранил?

Прежде беспечный наставник теперь был серьезен как никогда. Спустя несколько долгих мгновений Эр Шэн рассказала все без утайки:

– Это был оборотень, которого звали Костяным клещом. Мы его убили.

Шэнь Цзуй сжал кулаки добела и мрачно скривил губы:

– Что же… он слишком легко отделался.

Эр Шэн достала бинты и ножницы, подбежала к кровати, чтобы раздеть Цзи Лин, но внезапно вспомнила о наставнике позади нее.

– Наставник, теперь выйдите отсюда, я хочу снять одежду со старшей соученицы, а учитель говорил, что мужчины и женщины, передавая что-либо друг другу, – да не соприкасаются[41].

Шэнь Цзуй презрительно усмехнулся:

– Мелочь, которую я с таким трудом вырастил, теперь со мной препирается. Плевать я хотел, что там говорил твой учитель, и тебе советую. – Сказав это, он вошел в комнату, взял Цзи Лин на руки и осторожно приподнял. – У нее слишком глубокая рана, лежа ей станет только хуже. Я подержу ее, а ты убери гнилую плоть внутри раны, затем посыпь лекарством и перевяжи.

Услышав про гнилую плоть, Эр Шэн тут же отбросила ножницы и бинты.

– Я не смогу этого сделать. Она моя старшая соученица, а не демон или червь какой… Не смогу.

– Пользы от тебя никакой, – нахмурился наставник.

После его реплики девушка попыталась собраться с мыслями, но от одного взгляда на окровавленное плечо ей поплохело, и она покачала головой:

– Нет, наставник, давайте поменяемся, я буду держать старшую соученицу, а вы разберитесь с раной.

Шэнь Цзуй тихонько фыркнул, в его руке сгустился синий свет, приняв форму кинжала. Наставник и ученица быстро поменялись местами, но, когда пальцы мужчины коснулись ворота Цзи Лин, он невольно остановился.

Мужчины и женщины… да не… Даже если это повзрослевший ребенок, которого он сам воспитал, они все же были мужчиной и женщиной… Наконец подавив странное волнение в груди, Шэнь Цзуй кинжалом распорол ткань ворота, открыв окровавленную ключицу. Рука его чуть дрогнула, но он быстро овладел собой.

– Наставник, чего вы медлите? – недоуменно спросила Эр Шэн.

Шэнь Цзую было неохота сейчас ее упрекать. Он резко дернул прилипшую к коже ткань вниз, и Цзи Лин пришла в себя от внезапной боли. Сощурившись, она посмотрела на мужчину перед собой и тихо промолвила:

– Наставник, мне больно…

С тех пор как Цзи Лин выросла, он ни разу не слышал, чтобы она так с ним говорила. Шэнь Цзуй невольно смягчился, успокаивая ее:

– Потерпи.

Глядя на ее измазанное в крови плечо, Шэнь Цзуй вновь ощутил дрожь в руке, державшей кинжал. Он шепотом поручил Эр Шэн:

– Крепко держи свою соученицу, не позволяй ей двигаться.

Та кивнула и поспешно прочитала обездвиживающее заклинание, чтобы Цзи Лин не дергалась. Когда кинжал вонзился в рану, совершенствующаяся стиснула зубы, пытаясь совладать со страшной болью, по ее лбу струился холодный пот. Лицо наставника тоже побелело, но он проворно обрабатывал рану, и на полу скоро оказались куски гнилой плоти. Эр Шэн, не выдержав зрелища, отвернулась к стене. Время, казалось, тянулось бесконечно, пока Шэнь Цзуй не приказал ей хрипло:

– Маленькая Эрдо, перевяжи рану.

Эр Шэн обернулась и увидела, что наставник уже присыпал рану лекарством. Поспешно взяв бинты, она изо всех сил старалась делать вид, что перевязывает плечо. Шэнь Цзуй было встал, чтобы уступить ей место, но Цзи Лин схватилась за его рукав и отказывалась отпускать. Она стиснула веки, будто опять потеряла сознание от боли, но ее пальцы цепко держали его, отказываясь отпускать наставника.

Эр Шэн по-прежнему не особо разбиралась в тонкостях сантиментов. Она засучила рукава и попыталась разжать пальцы Цзи Лин, но Шэнь Цзуй, к счастью, не выдержал и остановил ее:

– Маленькая Эрдо… дальше я сам, ты можешь идти.

Девушка моргнула, в голове ее пронеслось, что перевязка раны не то же самое, что выковыривать плоть, и для этого нужно снять большую часть одежды… Но раз уж наставник просит…

– Тогда я схожу вскипятить немного горячей воды, чтобы обтереть старшую соученицу.

– Давай.

Эр Шэн послушно вышла. Закрыв дверь, она услышала, как Цзи Лин снова и снова в лихорадке повторяла «наставник». Ладонь Шэнь Цзуя долгое время оставалась на плече девушки. Оказывается, это слово может звучать совершенно иначе… В чем разница между тем, как его произносит Эр Шэн и Цзи Лин…

После напряженного дня Эр Шэн наконец добралась до долгожданной кровати. Как и прежде, положив меч рядом, она с нежностью его коснулась и пробормотала:

– Наставник сегодня ночью присматривает за старшей соученицей. Может, мне пойти их проведать и самой с ней остаться? Иначе она потом скажет, что я бессовестная. – После некоторых колебаний девушка продолжила: – Но я так много помогала сегодня, все тело трясется от усталости. Нет, лучше останусь тут. Там и так сейчас наставник, а в комнате нет больше места, чтобы подремать… И, насколько я вижу, старшая соученица, похоже, предпочитает быть с наставником наедине.

В закутке, которого Эр Шэн не могла углядеть, лунный свет из окна осветил маленькое змеиное тело. Услышав бормотание Эр Шэн, змей торжественно кивнул, будто соглашаясь со сказанным ею.

– Лучше я как следует высплюсь, – заключила Эр Шэн, разделась и легла в постель.

Перед тем как уснуть, девушка рассеянно уставилась на Защитный меч и пообещала:

– Чан Юань, сегодня я спасла свою старшую соученицу. И непременно смогу спасти тебя. Я уже достаточно сильна…

Эти слова стали ее обязательной вечерней мольбой и клятвой.

Серебристый лунный свет из окна разлился по полу безмолвной спальни. Притаившийся в темноте черный змей слегка высунул голову, купаясь в бледном свете. Его золотистые глаза ярко засияли при взгляде на заснувшую Эр Шэн, а затем поднялись к необычайно большой луне в небе.

Нынче ночью темная энергия над Затерянной горой особенно тяжела…

Никто не знает, что в соседней комнате спит тяжело раненная Цзи Лин, а Шэнь Цзуй тихо сидит рядом с ней, и одному ему известно, что сейчас творится в его мыслях. А в одеждах совершенствующейся так и лежит внутреннее ядро Костяного клеща, излучая странный свет – такой же, как свет луны за окном. Никто из них троих об этом не подозревает…

В ту ночь Эр Шэн приснился чудной сон. Сначала не было ничего, кроме темноты, она летела в бездонную яму. Вокруг была лишь мрачная пустота. Вскоре в хаосе возникла фигура женщины в белом, рядом с ней – огромная размытая черная тень. Постепенно картина прояснилась. Женщина в белом тихо сидела между рогами гигантского черного дракона. Она протянула руку, коснулась драконьих рогов и обратилась к зверю:

– Чан Юань, тебе скучно слушать, как я рассказываю о стольких мирских делах?

– Из твоих уст, Сы Мин, мелочи жизни интересны сами по себе. Будь у меня возможность, я бы хотел увидеть их сам.

– Хочешь свободы? – наконец спросила она после долгого молчания.

– Да.

Губы Сы Мин тронула мягкая улыбка:

– Может, я тебе помогу?

– Борьба с волей Небес не остается безнаказанной, Сы Мин, не стоит идти на столь серьезное преступление ради меня.

– Чан Юань, тебя не должны были наказывать без причины. Кто видел эту самую волю Небес? Я Звездная владычица Сы Мин, и я верю в нее меньше всех. Мой дорогой друг, если тебя заточили за древнее пророчество, за прошедшие тысячелетия ты достаточно отбыл свое наказание!

Чан Юань молчал, а затем тяжело вздохнул:

– Сы Мин, если пойдешь против судьбы, он тебе этого не простит…

– Какое это имеет к нему отношение? – усмехнулась она. – Это лишь исправление неверной интерпретации древнего пророчества. Если уж за подобное полагается небесная кара… Раз мир так жесток, почему бы мне не пойти против него?

«Раз мир так жесток, почему бы мне… не пойти против него».

Эта фраза укоренилась в памяти Эр Шэн подобно заклятью и прокручивалась вновь и вновь до самого утра. Девушка проснулась одурманенной: ей было так плохо, будто голова вот-вот взорвется. Как в тумане, она принесла воды, умылась и села за каменный стол во дворе.

Тогда же угрюмый Шэнь Цзуй вышел из комнаты Цзи Лин. Увидев, что Эр Шэн сидит там, уставившись в одну точку, он нахмурился.

– Всю ночь провела под дверью, что ли?

– Мир так жесток… – пробормотала себе под нос Эр Шэн и только потом заметила Шэнь Цзуя. Внезапно опомнившись, она растерянно спросила у него: – Наставник, а правда, что есть прошлая и настоящая жизни?

– Это ты выяснишь после своей смерти, – удрученно ответил Шэнь Цзуй, пребывавший в плохом настроении, и покинул двор, вероятно чтобы купить еще вина.

Эр Шэн решила, что, должно быть, старшая соученица проснулась и снова наругала наставника. Девушка вздохнула:

– Давно уже взрослый, почему не знаешь, как уступить своей ученице? Какой ты наивный наставник.

После она пошла к колодцу, чтобы набрать таз, вскипятила воду и постучала с ним в двери Цзи Лин:

– Старшая соученица, я принесла тебе воды, чтоб умыться.

Эр Шэн распахнула дверь, и из комнаты налетел порыв холодного ветра. Черное ядро, задев щеку Эр Шэн, молниеносно устремилось в небо. Девушка, не понимая, что происходит, перевела взгляд к разозленной Цзи Лин, которая по-прежнему неподвижно лежала на кровати.

– Почему ты не сняла с меня заклинание обездвиживания?

– Вчера… Я забыла, – только и ответила Эр Шэн.

– Это неочищенное внутреннее ядро[42] Костяного клеща. Оборотень опасен, бегом за ним!

Содрогнувшись, Эр Шэн тут же ответила: «Сейчас», поспешила к себе, взяла Защитный меч и бросилась вдогонку.

Как ей найти одно ядро на огромной горе? Она долго кружила в воздухе, но безуспешно. Почти отчаявшись, девушка внезапно почувствовала странную ци, исходящую от заднего склона Затерянной горы. Чуть застыв в нерешительности, она все-таки последовала туда.

Драма, что развернулась вскоре после ее прихода на Затерянную гору, отбила у Эр Шэн всякий интерес к Запретным землям. Обычно она обходила эти места самой дальней дорогой, но сегодня ради ядра, которое угрожало миру бесчисленными бедствиями, скрепя сердце заставила себя облететь задний склон. Не заметив ничего подозрительного, Эр Шэн решила вернуться обратно, как вдруг ее спину обдало непонятной ци. Вместе с Цзи Лин они обошли немало земель и поймали множество оборотней, и она сразу сообразила, что этот порыв имел сильнейшую убийственную ауру!

На Затерянную гору пробрался оборотень…

Только ее осенило, как из ниоткуда возник световой клинок, направленный на нее. Сосредоточившись, Эр Шэн тотчас выставила свой меч, чтобы отбить удар, но клинок, казалось, был живым. Пропустив первый удар, он развернулся и продолжил атаковать. У девушки не получилось отразить следующие выпады, из-за чего она лишь пятилась, пытаясь защититься, что неприятно било еще и по самолюбию. Он будто играл с ней. Вот они оказывались на грани, но в последний момент он застывал, позволяя ей сбежать.

Сначала девушка не замечала намерений противника, но, уклоняясь, постепенно поняла, что ее просто дразнят. Порядком униженная, Эр Шэн отскакивала взад и вперед, дабы увернуться, но видя, что враг вошел во вкус, разозлилась окончательно. Опустив меч, она смело повернулась назад и отбросила все правила приличия, которым учитель научил ее за эти годы.

– Что это за ублюдок проказничает?! Убирайся отсюда!

Неожиданно клинок остановился прямо перед ней, а ветер стих. Словно с самих небес донесся чарующий голос:

– Ай-яй, кажется, эта ученица светлой школы не слишком-то осторожна.

Эр Шэн внимательнее присмотрелась в направлении голоса и увидела склонившегося с облака демонически прекрасного мужчину в чрезвычайно ярком одеянии. Рукой он подкидывал совсем почерневшее внутреннее ядро Костяного клеща, которое она так искала. Мужчина наклонил голову и с интересом посмотрел на нее.

– Гляди-ка, твои слова пришлись мне по вкусу. Как было бы хорошо, если бы столь пылкая девушка стала моей ученицей.

Эр Шэн не сводила с него взгляда.

– Кто ты?

Демон чуть не упал со своего облака. Он опасно прищурился:

– Ты забыла мое неземной красоты лицо? Каким глупостям тебя научили эти бездельники с Затерянной горы?

Эр Шэн напрягла память, где наконец возникла смутная фигура.

– Красавец? Демон, который хотел стать моим наставником?

– А ты все так же груба. Учитывая, что мы с тобой были в разлуке три года, на сей раз я тебя прощу. Пойдем со мной, – сказал он и указал своей прекрасной ладонью на Эр Шэн, давая ей знак выйти вперед.

Та прижала меч к груди и осторожно отступила.

– Я ученица Затерянной горы. Когда это я признавала тебя своим наставником?

Красавец Кун поднялся на ноги и ответил со вздохом:

– Самое занудное в этих бездельниках то, что они любят промывать людям мозги своей праведностью. Моя ученица не должна их слушать. Путь совершенствования – просто поиск могущества. Всем практикам светлой школы могу научить и я. Зато они не смогут обучить тому, что знаю я. А еще у них полно всяких правил и предписаний… Я всегда презирал праведность Небес – делаю все, что захочу. Моя ученица, конечно же, тоже сможет творить что душе угодно. Точно не желаешь вольной жизни рядом со мной?

Эр Шэн была не то чтобы большим приверженцем четырех добродетелей[43]. Искушения были для нее постыдно притягательны, но, вспомнив о своем наставнике и старшей соученице, она покачала головой.

– Хм, твое предложение… Я не пойду, даже если дашь мне пятьдесят куриных ножек.

– А как насчет сотни? – сузил он глаза.

– Не пойду, даже если дашь мне десять красивых нарядов.

– Двадцать.

Эр Шэн, наконец, робко произнесла:

– Если поможешь найти Чан Юаня…

Красавец Кун всплеснул руками:

– Я не очень хорош в поиске людей, но если сосредоточусь, то найду обязательно.

Девушка молча посмотрела на Защитный меч.

Демон благодушно поманил ее рукой:

– Если согласна, подлетай ко мне. С тобой не так уж легко договориться.

Эр Шэн посмотрела на протянутую руку:

– О чем мы договорились? – переспросила она. – Я не пойду, даже если ты поможешь мне найти Чан Юаня.

После этого она взмахнула своим мечом, развернулась и исчезла. Лицо Красавца Куна пошло пятнами, но все же он смог выдавить улыбку.

– Не люблю, когда на мою искренность отвечают шуткой.

Эр Шэн, осознавая, что дела ее плохи, тотчас отлетела подальше, но, как бы быстра она ни была, Красавец Кун был быстрее. Фигура, стоявшая на облаке мгновение назад, мелькнула, и не успела девушка и глазом моргнуть, как оказалась в его руках. Демон был угрожающе холоден.

– Девочка, есть вещи, которые ты не можешь говорить: например, шутить со мной. Есть вещи, которые ты не можешь делать: например, злить меня. Есть люди, которых ты не можешь оскорблять: например…

У Эр Шэн не было настроения слушать его чепуху. Она знала лишь, что находится в его руках и вполне может расстаться с жизнью. Полная безысходности ситуация диктовала свои правила, и Эр Шэн впилась зубами в ладонь демона. Кто бы мог подумать, что семнадцатилетняя девушка, которая занималась совершенствованием, станет использовать приемы детской драки. Красавец Кун на мгновение ослабил хватку, и черное ядро упало.

Ядро, которое угрожало миру бесчисленными бедствиями…

Эр Шэн понятия не имела, откуда у нее взялись силы, чтобы оттолкнуть преследователя и ринуться за ядром. Маниакально чистоплотный демон, глядя на ладонь, с которой капала слюна, пришел в ярость и последовал за Эр Шэн, желая убить.

Увидев, как она близка к ядру, Красавец внезапно напал сзади. Эр Шэн пришлось отвлечься, чтобы блокировать удар, и она потеряла ядро из виду. Рассвирепевшая девушка покрепче схватила меч и, когда демон снова напал, без колебаний обратила свою духовную силу в лезвие, чтобы разрубить того пополам. Воспользовавшись промедлением, Эр Шэн с криком наконец дотянулась до внутреннего ядра Костяного клеща, но прежде, чем она успела обрадоваться, кто-то потянул ее за ворот. Девушка в ужасе оглянулась и увидела Красавца Куна с горящими глазами. Тот спросил пугающе глубоким голосом:

– Порочная духовная жемчужина спрятана в твоем теле?

Демон крепко схватил ничего не понимающую Эр Шэн за шею одной рукой и сжал ее запястье другой, как лекарь при осмотре больного. Наконец он слегка прищурился, выражение лица его было беспечным, но в темных глазах отразились возбуждение и восторг.

– А я знал, что древний артефакт не будет так легко уничтожен.

Эр Шэн напугали его голос и непонятные слова, и она отчаянно пыталась высвободиться, однако Красавец Кун в эти мгновения совсем переменился и, как бы она ни билась, не ослаблял хватки. Демон выхватил внутреннее ядро Костяного клеща из руки Эр Шэн и сказал:

– Хотя эта вещь не сравнится с Порочной духовной жемчужиной, она может поглощать вредоносную ци. Если объединить ее с остаточной энергией жемчужины внутри тебя, должны случиться удивительные перемены, – улыбнулся он. – Девочка, хочешь узнать, поглотит ли эта штука злого духа из твоего тела или он поглотит ее?

Все происходящее для нее было полной загадкой, но при виде крайне непристойной улыбки Красавца Куна мысли Эр Шэн заняли возможные схемы побега. Тот продолжал улыбаться.

– Давай поспорим, появится ли в этом мире еще одна Порочная духовная жемчужина или ты станешь чудищем под ее контролем.

Эр Шэн была в ужасе:

– Ты угнетаешь и презираешь слабых, подлый бесстыдник!

– К сожалению, именно такое лицо я люблю больше всего. – Тон его был по-прежнему расслабленным, в отличие от рук. Одной он продолжал ее держать, а другой раскрыл девушке рот, вывихнув челюсть так, что теперь она не могла закрыть его самостоятельно. Следя за испуганной Эр Шэн, он вложил внутреннее ядро Костяного клеща ей в рот, а затем с силой захлопнул челюсть. Эр Шэн почувствовала, как ядро застряло в горле: у нее не получилось ни выплюнуть его, ни проглотить.

Красавец отпустил девушку и преспокойно выжидал, что произойдет дальше, сложив руки, но неожиданно та сильнее вытянула шею и отчаянно похлопала себя по груди, стараясь освободить дыхательные пути. От отсутствия воздуха ее лицо покраснело, будто она вот-вот задохнется.

Демон неприязненно заметил:

– Почему у тебя такое узкое горло?!

Эр Шэн закатила глаза. Она подумала, что, если ее задушит это ядро, рот ее, как и глаза, не закроются после смерти[44]. Красавец Кун вздохнул и ударил девушку по спине. Ядро скатилось по горлу и, наконец, скользнуло в пищевод. Эр Шэн по-прежнему не хватало воздуха, но хотя бы стало гораздо лучше.

Девушка все еще пыталась отдышаться, как вдруг неизвестно откуда хлынула свирепая убийственная аура. Демон рядом с ней усмехнулся:

– Кому-то не терпится умереть?

Он взмахнул рукой, думая, что с легкостью парирует наглое заклинание, но никак не ожидал, что этот кто-то окажется чрезвычайно наглым и жестоким. Первый удар оставил Красавца Куна без защиты, а далее последовали еще несколько атак, заставивших демона ощутить стеснение в груди и отступить на два шага.

Красавец подавил прилив крови в груди и вскричал:

– Кто меня потревожил?

Ледяной ветер пронесся мимо, но не принес и следа ци нападавшего. Красавец Кун сосредоточился на отражении атак, но Эр Шэн было все равно. Именно сейчас, вероятно, темное внутреннее ядро Костяного клеща как раз оказалось в ее животе и металось во все стороны, вызывая невыносимую боль. Лицо девушки побелело как бумага. Если бы она не сжала меч покрепче, то свалилась бы с облака.

Боль все усиливалась, и Эр Шэн, не выдержав, согнулась пополам. Она пробормотала в страхе:

– Все кончено… Все кончено, эта штука из меня не выйдет… Я ее не выкакаю…

Даже в такой ситуации Красавца поразили слова Эр Шэн, но не успел демон как следует посмеяться, как ему вновь пришлось сосредоточить внимание на мужчине, парившем напротив. Он скривил губы:

– Неужто сам Почтенный бессмертный Затерянной горы? Я и не знал, что вы успели развить такую мощную духовную силу.

Бессмертный медленно спустился на облаке, никак не ответив на слова демона. Его равнодушный взгляд лишь коротко скользнул по Эр Шэн, задержался на Защитном мече и, наконец, упал на Красавца Куна:

– Коли потревожишь мою Затерянную гору, я тебя покараю.

Улыбка на губах демона стала кровожадной.

– Громкие слова. Если бы не моя невнимательность, ты бы не смог меня задеть.

Почтенный бессмертный слегка поднял руку, и Эр Шэн почувствовала, как необъяснимая сила тянет ее прочь. Демон же с ледяной ухмылкой своей силой пытался удержать девушку.

– Как ты можешь безо всяких слов забрать ученицу, которую я намереваюсь принять?

Тут Защитный меч, казалось, ожил и внезапно поднял острие, целясь в демона. Вспышка холодного света – и сила, удерживавшая Эр Шэн мгновенно исчезла, словно обрезанная. Красавец изменился в лице.

Не теряя ни мига, Почтенный бессмертный взмахнул рукой, отбросил Эр Шэн за спину и двинулся вперед, чтобы сразиться с Красавцем Куном.

Бессмертный изначально хотел, чтобы Эр Шэн на мече покинула место сражения, но та уже потеряла сознание от боли. Отброшенная Почтенным бессмертным, она упала прямо в Запретные земли заднего склона горы. Глава школы и демон сцепились в ожесточенной схватке, и им обоим было не до Эр Шэн, так что никто не заметил мелькнувшую в воздухе тень, что бросилась за девушкой.